Зайдя в комнату к девушке я заставил всех одеть бируши, потому что не знаю, как мое заклинание может подействовать на окружающих. Все согласились и я начал читать молитву. Положив на голову девушки свою руку, я как бы втолкнул ее сознание в нее, затем произнес несколько закрепляющих и исцеляющих душу заклинаний. Затем я наклонился и поцеловал ее, на что девушка вдруг открыла глаза и пыталась схватить меня за руку, но слегка отрофировавшиеся мышцы не дали этого сделать. Родители повскакивали с мест, увидев, что я ее целую, но когда увидели, что их дочь открыла глаза, бросились к ней. В палату уже вбегали какие-то врачи.

– Он обещал на мне жениться, – вдруг сказала девушка.

– Она врет! Ничего я ей не обещал! – крикнул я.

Из за спин врачей я вышел в коридор. Пройдя несколько метров я вошел в комнату мальчика и закрыл дверь. По коридору бегали какие-то люди. По их крикам я понял, что они ищут меня.

– Что Вы хотите? – вдруг спросила заплаканная женщина.

– Я хочу Вам помочь, если вы конечно согласитесь.

– Ради сына я пойду на все, – сказала женщина.

Я протянул ей бируши.

– Вы не должны это слышать, – сказал я.

Женщина покорно закрыла уши. Затем я сказал сознанию парня, что делать, и, держа его сознание в его голове, я снова произнес заклинание. Через пару минут парень открыл глаза. Мать бросилась обнимать своего сынишку, даже не убрав бируши. Я подошел и положил ей на плечо руку. Она резко обернулась и я приложил палец к ее губам, она быстро достала бируши.

– Это будет секрет, – сказал я.

Женщина закивала головой.

– Я уйду, а вы, минут через пять, вызовите врачей, – попросил я, на что женщина согласилась.

Дух Ичиро святился от счастья. Одев халат, я вышел в коридор. Ичиро летел впереди и проверял, чтобы никого не было, поэтому я вышел из больницы незамеченным.

Придя домой, я почувствовал очень сильную ауру. Ичиро тоже это почувствовал и летел недалеко от меня.

В коридоре стояло огромное черно-красное чудовище, опирающееся на меч.

– Тебя ждет владыка, прошу за мной! – и существо начало спускаться в подвал.

Я пошел за ним. Мне было очень интересно. Спустившись в подвал, я с удивлением обнаружил огромный провал в земле, куда мы и начали спускаться. Через некоторое время на нашем пути встал цербер. Огромная, трехголовая собака, рыча смотрела на меня.

– Не рычи на меня, – сказал я. –А то матери твоей все расскажу.

Все три головы одновременно перестали рычать и удивленно посмотрели на меня.

– А еще тобой Геракл интересовался. Помнишь такого?

Огромный пес отступил назад.

– А раньше ты приветствовал всех, кто идет к Аиду, правда выпускал не всех. Но я думаю, что мы с тобой договоримся.

Пес сел на задницу и начал чесать ногой ухо.

– Здорово ты его, – сказало черно-красное существо. – Последнее время он совсем озверел, даже владыку не слушается.

– А что нужно от меня Аиду? – спросил я.

– Я думаю, что все дело в дочери, а отцу это очень не нравиться, – сказало существо.

– А разве у него не сын? – спросил я.

– Да нет, у него дочь, хоть по началу он и кричал, что у него сын и зачем-то одевал в парничью одежду, но когда появилась грудь, то он признал, что это дочь.

Подойдя к дворцу, передо мной открылись врата, и я вошел в огромный зал. Существо осталось стоять у входа. Пройдя немного в глубь, я увидел трон, на котором сидел довольно хорошо сложенный мужчина средних лет.

– Я удивлен, что Вы так выглядите, – Аид удивился. – Почему именно я? Что, не было других претендентов? И как Вы вообще про меня узнали и что за работу может предложить сам Аид?

– Может ты дашь мне сказать? – промолвил Аид.

– Извините, – сказал я.

– Дело в моей дочери. Она влюбилась в генерала армии скелетов, и, как ты сам понимаешь, от их любви мне внуков не дождаться, а я бы хотел немного понянчиться. И ксати перестань меня называть Аид. Это греки придумали. Зови проще – Владыка или повелитель демонов. А вообще-то зови как хочешь, хоть Василием, мне все равно, – сказал Аид.

– А я здесь причем? – спросил я.

– Я заключил с ней пари, что если она сможет охмурить тебя за полгода, то тогда я разрешу их брак, а если нет, то и брака не будет, – сказал Аид.

– А почему именно меня? – спросил я.

– Да мне тут подсказали, что ни одной женщине на свете не охмурить тебя, и никто не сможет разбить твое сердце. Кстати, секс с ней тоже запрещен, – сказал Аид и улыбнулся.

– Это само собой. А мне то какой прок от этого? – спросил я.

Аид немного подумал и сказал:

– Как насчет посетить мою библиотеку? Дам неделю на изучение моих книг.

– А если я их перефотографирую? – спросил я.

– Мне без разницы, – сказал Аид и пригласил дочь зайти. – Вот его ты должна соблазнить.

– Соблазнить его мне хватит двух дней, – сказала дочь Аида и взяла меня за руку.

– Приворотные зелья запрещены, – сказал я.

Дочь Аида немного погрустнела.

– Пошли, – сказала она мне и потянула за руку к выходу. – Меня зовут Ада. Я надеюсь у тебя есть где жить?

– Найду для тебя комнату, – сказал я.

– Я буду жить в твоей, – сказала она.

– Секс тоже исключен, – напомнил ей я.

Ада сжала мою руку со всех сил. По ее лицу было видно, что это все ей не нравилось, но договор есть договор. Проходя мимо цербера, он сделал вид, что не замечает нас, хотя одним глазом за нами присматривал.

– Ты что совсем ослеп! – закричала на него Ада. – Не видишь, как твою принцессу уводят?

Но цербер не обратил на нее внимания, а только продолжал чесать лапой за ухом. По нему было видно, что он рад, что отдохнет от этой назойливой принцессы.

– Вы все против меня?! – крикнула она ему и потащила меня дальше.

– Извини, но я могу идти сам, – сказал я и вытащил руку.

Она остановилась и посмотрела мне в глаза.

– Ты действительно не сможешь полюбить не одну девушку? – спросила она.

– Не знаю, но думаю, что нет.

– Тогда зачем мне все это? Жить полгода на поверхности, вдали от любимого, – сказала грустно она.

– Не знаю. Это ваше с отцом дело, – ответил я. – А неделю посидеть в библиотеке твоего отца – это очень достойная награда за приятное время проведение с красивой девушкой полгода.

– С красивой девушкой? Ты считаешь меня привлекательной? – спросила Ада.

– Да, почему бы и нет.

– Значит тебе нравятся девушки? – спросила она.

– А я никогда этого и не отрицал, – ответил я.

– Значит у меня есть шанс? – сжав кулаки спросила Ада.

– Никакого, – ответил улыбаясь я.