Мы с малышкой Гоггору без каких-либо приключений добрались до Города Дракона, и сразу же наткнулись на дракошу.

— Ля-ля, ля-ля-ля, ля.

Дракоша шла с улыбкой по улице и напевала песенку. Приняв должность мэра, она заявила, что отвечает за безопасность всех жителей города. И патрулирование городских улиц стало одной из её обязательных ежедневных обязанностей.

— Ля-ля, ля-ля-ля, ля-ля-ля.

У неё мокрые волосы, как будто она только что из бани. На ней тонкое белое платье, развивающееся на ночном ветру. В такое позднее время улицы почти безлюдны, и дракоша наслаждается прогулкой, чувствую себя так, словно весь город принадлежит ей одной. Она глядит на построенные ею здания, и широкая улыбка гуляет по её лицу.

Мы натолкнулись друг на друга у главных городских ворот.

— Какого...

— Привет, Кристина...

— Что эта тварь здесь делает? — едва нас заметив, она отпрянула назад.

Улыбка испарилась, и Кристина продемонстрировала острые клыки. Золотые глаза сияли в темноте ночи.

— Она пока поживёт у нас.

— Что?!

Кристина отступила ещё на несколько шагов.

Малышка Гоггору с безучастным выражением лица вежливо сказала:

— Здравствуйте...

Что это значит?! Почему Кристина настроена так непримиримо?!

Мы недавно расстались с демоном-мазохистом, и, если судить по его словам, он в принципе был готов мириться с присутствием малышки Гоггору.

Наверняка он уже скоро будет принимать утешительные воздаяния от своей невинной госпожи.

— Я могу всё объяснить.

— Такие решения может принимать только мэр! Ты не имеешь права! Она не будет здесь жить! Ни за что на свете!

— Тогда как барон этих земель я накладываю вето на твой запрет.

— Чёрт...

Она отступала от нас, не сводя глаз с малышки Гоггору. Когда мы пошли в сторону дома мэра, Кристина последовала за нами, сохраняя приличную дистанцию.

***

Время уже было за полночь, и мы прошли через гостиную дома мэра.

Мы с Гоггору шли бок о бок, а Кристина следовала за нами, но близко не подходила. Каждый раз, когда мы останавливались и смотрели на неё, она тоже останавливалась и делала несколько шагов назад. Прямо как бродячая кошка.

Через несколько минут мы оказались перед нужной дверью.

— Нам сюда? — Малышка Гоггору смотрела на дверь, как будто видела сквозь неё.

— Да, нам сюда. А в чём дело?

— Кое-кто за этой дверью собирается использовать тебя...

— А?

Должно быть, она прочитала мысли какого-то человека за этой дверью.

Не знаю, что делать с этой информацией.

Неизвестно, как именно меня хотят использовать. Если некто хочет использовать моё тело в постели ночью, я не возражаю.

— Не ночью, а при свете дня. Не твоё тело, а твою магию.

— Ну, ладно... Я понял.

Не зная всех подробностей, без толку ломать над этим голову.

Я решился и открыл дверь.

Там оказалось больше народу, чем я ожидал.

Как будто все ждут только нас, Гонсалес, Нейманн, София, благородный маг и почему-то ещё отец Эстер ко всем в придачу.

Сидят на диванах только благородный маг и отец Эстер. Гонсалес и Нейманн стоят совершенно неподвижно позади диванов, на которых сидят эти двое.

София сама по себе, сидит за письменным столом с ручкой в руках. Она трясётся всем телом, словно подключена к вибратору, а по лицу бегут слёзы.

Не понимаю, что тут происходит.

— Сэр Ричард?..

— Прошу прощения, что явился в твоё отсутствие. Но мне разрешили дождаться твоего возвращения.

Все посмотрели на меня.

Первым заговорил отец Эстер. Не знаю, что ему здесь надо, но наверняка это имеет какое-то отношение к событиям в Калисе. Хотя он влиятельный дворянин, надо взять в разговоре инициативу и не давать слабины.

— Что это значит? Что-то произошло в моё отсутствие?

— Нет, ничего подобного. Я только хочу поговорить с тобой, Танака.

— Поговорить?

— Верно, но у тебя интересная компаньонка...

Ричард смотрел на малышку Гоггору.

Дворяне любят использовать членов племени Гоггору в своих целях. Наверное, он уже понял, кто она такая. Характерная коричневая кожа, серебристо-белые волосы и хвостик.

— Это моя подружка, леди Рокороко.

— Рада с вами познакомиться...

Я её представил.

Малышка Гоггору приветствовала всех и поклонилась.

— Ясно. Ты отсутствовал, потому что отправился на поиске какой-нибудь Гоггору, чтобы заставить её себе служить.

Ричард решил, что я специально где-то нашёл малышку Гоггору с какой-то своей целью. Его глаза и так маленькие, но сейчас он ещё сильнее сощурился. Я теперь не сомневаюсь, что из всех присутствующих именно он хочет как-то мною воспользоваться.

Я бросил взгляд на Гоггору, и она слегка кивнула.

— Ричард, я бы хотел тебя кое о чём попросить.

— И о чём же это?

— Можешь пересесть на диван подальше? Лучше на самый краешек.

— Ты хочешь занять моё место?..

Ричард посмотрел на меня и на диван.

Благородный маг быстро понял, в чём дело, и тут же отреагировал:

— Ричард, лучше пересядь. Ты можешь находиться в пределах досягаемости этой Высшей Гоггору. Если хочешь защитить свои мысли, то действуй немедленно.

— Лорд Фарен? Ну, раз ты так говоришь, я, конечно, пересяду...

Ричард послушался благородного мага и отошёл в конец комнаты. Когда он снова уселся, я уточнил у Гоггору:

— Как сейчас?

— Не могу читать его мысли...

— А у остальных?

— Только твои.

— Хорошо.

Хочу, чтобы она только мои мысли читала.

Это моя Гоггору. И мне так нравится.

— Танака?

— Ричард, эта Гоггору особенная. Она может читать мысли людей, не вступая с ними в физический контакт. Вероятно, ты находился в пределах её досягаемости.

— Что... — Глаза Ричарда широко раскрылись.

Он всегда широко открывает глаза, когда пугается.

— Вот почему я попросил тебя пересесть.

Так как в комнате много людей, у нас с малышкой Гоггору мало места, где мы можем стоять, чтобы она не читала чужие мысли.

— Значит, она прочитала...

Я его ещё толком не поприветствовал. На секунду он растерялся, но потом вздохнул и как будто совершенно сдался. Я впервые вижу этого самоуверенного человека в таком пораженческом настроении.

— Я пришёл сюда сегодня с единственным намерением тебя обмануть, Танака, но, как выясняется, ты ко всему готов.

— ...

Он не ожидал, что на моей стороне будет малышка Гоггору.

Ричард на удивление быстро сознался в своих недостойных планах. Должно быть, у него имелся детальный план того, как именно он собирался меня обмануть, но всё уже пошло прахом, ещё даже и не начавшись.

Он выглядит как человек, потерпевший полное поражение.

Не знаю, что он планировал, но малышка Гоггору уже доказала свою полезность.

В качестве обязательной награды я не буду мыться два дня, и потом разрешу тебе его пососать.

— Танака, я меняю парадигму наших отношений.

— В смысле?

— Я официально обращаюсь к тебе с просьбой присоединиться к нашей фракции. Пожалуйста, вступи в наше дворянское объединение.

— ...

Отец Эстер поднялся с дивана и поклонился мне. Он сделал это в присутствии не только благородного мага, но и нескольких простолюдинов.

— Ричард, пожалуйста, подними голову.

— Только если ты согласишься присоединиться к нашей фракции.

— ...

А этот парень настойчивый.

Напоминает мне свою дочь.

На секунду я даже представил её, стоящую в той же самой позе.

— Согласен. Я согласен присоединиться к вам, так что, пожалуйста, подними голову.

— Ты присоединишься?

— Да, присоединюсь. Разумеется, если при этом не будут выдвинуты какие-либо сомнительные условия.

— Нет, ничего такого не будет.

Ричард поднял голову и сделал несколько шагов в нашу сторону.

Сейчас он в пределах досягаемости Гоггору.

— Ричард?

— Пожалуйста, спроси у неё.

— Ладно...

Каков отец, такова и дочь.

Эстер точно пошла в своего отца.

— Рокороко?

— Он не лжёт.

— А что там насчёт прежних планов?..

— Он очень испуган...

— Вот как.

Я сделал, как Ричард попросил. Малышка Гоггору любит и пошутить, но не думаю, что сейчас она меня обманывает. Значит, Ричард не врёт.

— Всё в порядке, Ричард.

— Хочешь уточнить ещё какие-то вопросы с помощью Гоггору, пока я здесь стою?

— Нет, уже хватит. Можешь отойти. Она не может управлять своим даром. Пока ты стоишь близко, твои мысли постоянно вплывают в её голову.

— Какая это сила... — Отец Эстер кивнул и вернулся на своё место на диване.

— Но как насчёт тебя, Танака? Ты стоишь прямо рядом с ней.

— Что касается меня, то, ну, я... я решил отдаться на волю судьбы.

— ...

Понятно, что я, в общем, не в восторге от своего положения.

Если однажды я стану не нужен малышке Гоггору, и она найдёт себе кого-нибудь другого, то сможет опробовать на мне множество изощрённых пыток.

Я навсегда останусь её рабом, и она будет вечно истязать меня своей безумной любовью.

— Чем больше ты думаешь о том, что твои мысли читают, тем больше начинаешь предаваться «таким» мыслям...

— Я уже и сам это понял, так что, пожалуйста, постарайся не предавать моим мыслям большого значения.

Она к ним привыкла?

Или она намекает, чтобы я завязывал с этими мыслями?

Впрочем, это неважно.

Лучше не думать, иначе от извращённых мыслей вообще не будет покоя.

— Я понял, что никакое коварство с тобой не сработает, Танака. Твоя дружба с Гоггору окончательно меня в этом убедила. Вот почему я решил, что должен быть с тобой предельно откровенным.

— Рад это слышать, герцог Фитц-Кларенс.

— Спасибо, барон Танака. — Отец Эстер снова низко поклонился.

Однако затем он вдруг резко вскинул голову и серьёзно сказал:

— Но никаких видов на мою дочь. Этот вопрос даже не обсуждается. Оставь всякую надежду, что вы будете вместе. Если откажешься, я выступлю против тебя прямо здесь и сейчас.

— Да, разумеется...

В этот момент он выглядел как настоящий отец, защищающий свою дочь.

***

В кабинете наступило молчание, и глаза всех присутствующих снова обратились к малышке Гоггору. Благородный маг и дракоша уже знакомы с ней, но я должен представить её дяде Гонсалесу, Нейманну и Софии.

Кроме того, надо решить, где она здесь в Городе Дракона будет жить.

— Я бы хотел представить вам всем Рокороко, Высшую Гоггору.

— Приятно познакомиться... — малышка Гоггору поклонилась.

В комнате все находились на своих прежних местах. Мы с малышкой Гоггору стояли у самой двери, в то время как все остальные столпились у дивана в другом конце комнаты.

София — единственная, кто находилась не у дивана. Она сидела за столом — самый дальний от нас участок комнаты — с двумя диванами между нами.

Кристина ещё не вошла в кабинет, так как мы стояли у входа. Она по-прежнему держалась на расстоянии от нас, прислушиваясь к нашему разговору.

— Она пока поживёт у нас, однако, учитывая её силы, следовало бы принять несколько мер предосторожности. Думаю, можно полностью запретить ей выходить в город.

— Я согласна, но где я буду брать еду и принимать ванну?

— Это проблема, да?..

Верное замечание, малышка Гоггору.

Невозможно всё время держать её взаперти.

— Действительно...

Я буду вынужден приносить ей еду и помогать принимать ванну?

Насчёт последнего я не возражаю.

— Мне не нужен дом. Я могу жить на улице за городом.

— Тут нет деревень поблизости.

— Всё равно здесь, даже в пустошах, будет проще выживать, чем на Тёмном континенте.

— Думаю, это правда...

— Разве мне обязательно жить в городе?

— ...

Наверное, ей лучше знать. Скорее всего, жить по придуманным нами правилам в городе ей было бы весьма обременительно.

— Ну, ты можешь сама принять решение, Рокороко.

— Эй-эй, повремени с тем, что собираешься сейчас сказать, уверен, что это умная мысль?

— Слушайте, я возьму с неё обещание, что она никому не расскажет ничего из того, что станет ей известно благодаря её дару. Если она нарушит обещание, то больше всего от этого пострадаю я сам, так что прощу вас в меня поверить. Или я прошу от вас слишком многого?

— Ну, в такой формулировке, против этого я не склонен возражать... — начал дядя Гонсалес.

— Нет, Танака, лучше будет, если мы придумаем некоторые основные правила, которым она будет следовать, если останется у нас, — после Гонсалеса решил поделиться своим мнением Нейманн.

Они оба многое вложили в создание этого города.

Я должен учитывать их пожелания.

— Можно придумать условия, по которым она сможет выходить в город и возвращаться из него.

— Для начала отлично. Не нужно делать больше, чем необходимо, и я вполне понимаю, какой полезной может быть для нас Гоггору. То, что произошло буквально сейчас, яркий тому пример. С конкретным содержанием условий ты можешь определиться сам, Танака.

— Я согласен. Таким образом, людям будет спокойнее находиться в её обществе. Многие предвзято негативно относятся к членам племени Гоггору.

— Понимаю. Спасибо за ваши замечания.

Таким образом, вопрос с проживанием малышки Гоггору в Городе Дракона был улажен. Эти двое больше моего понимают в управлении городом. Если я прислушаюсь к их совету, то не ошибусь.

Я рад, что они согласились принять малышку Гоггору.

Однако счастье было недолгим, и раздражённый крик раздался позади нас:

— А ну, живо пропустите меня в комнату!

Дракоша.

— Ой, верно, мы же стоим у тебя на пути.

Продолжать загораживать от неё вход в комнату было бы большим неуважением к дракоше.

Мы с Гоггору отошли в коридор и отступили на достаточное расстояние, чтобы дракоша смогла войти в комнату, не оказываясь в пределах досягаемости шоколадной девочки. Затем мы вернулись в комнату и увидели, что Кристина уже уселась на столе Софии.

Как можно дальше от нас.

— Танака, кто эта девочка?.. — недоумённо поинтересовался Ричард, глядя на надменную дракошу.

— А, верно, я вас ещё не представил друг другу. Это мэр нашего города. Она трудится изо дня в день вместо меня, поддерживая этот город на плаву. И не только она одна. Служанка позади неё замещает пост мэра, когда мы с Кристиной отсутствуем.

— Вот так-то вот, я мэр Кристина! Тебя почему-то этот факт колышет, Ричард?!

Полагаю, она уже неплохо освоилась в должности мэра. Однако мне так нравится, когда она с гордостью выпячивает грудь. Я вижу соски, проступающие через тонкую ткань платья.

— Правда? Разве она не слишком молода для такой работы? — Герцог Фитц-Кларенс серьёзно покачал головой.

— Что? Человек рассуждает о моём возрасте?

— Она весьма энергичная девочка. Это твоя дочка, Танака?

— Нет, не совсем. Она Древний Дракон. Возможно, она сильнейшее существо в Империи Пенни. Никто так не справится с защитой этого города, как она.

— Это... Древний Дракон, говоришь? — Отец Эстер взглянул на благородного мага.

— Я понимаю, почему ты сомневаешься, Ричард, но он говорит правду.

— Но как это возможно... — Ричард не мог прийти в себя от нового потрясения.

— Если возникнут какие-либо вопросы, касающиеся города, можешь прямо обращаться к Кристине. Если не найдёшь её, то тебе наверняка будет готова помочь София, сидящая за этим столом.

— Ясно. — Ричард встал и повернулся к Кристине.

София уже тряслась на своём месте, но когда я упомянул её имя, с её лица и рук на пол закапал пот, и казалось, что она вот-вот разрыдается.

— Тебе чего, человек?..

— Я Ричард Фитц-Кларенс. Для меня честь — знакомство с вами, Древний Дракон. Надеюсь, что буду достоин работать с вами в будущем ради общего блага.

— Э-э, со мной? Ко-конечно. Ну, раз ты так меня умоляешь, я готова снизойти до того, чтобы тебе помогать!

— Благодарю вас, Кристина.

Как всегда, дракоша настроена благодушно, когда её любым образом превозносят на словах.

На это всегда приятно смотреть.

Надо поблагодарить Ричарда за предоставленную возможность.

— Только помни, что это мой город, ясно тебе? У этого человека нет никакого права голоса. Если тебе что-то понадобится, приходи ко мне за советом. Ты точно понял?

— Да, абсолютно.

Ей наверняка очень радостно от того, что к ней так уважительно обращается тот, с кем она только что познакомилась. Учитывая её стеснительность, Кристина весьма быстро нашла общий язык с таким едва знакомым ей человеком. При встрече с Гоггору её настроение упало, но сейчас оно явно поднялось.

Буду очень рад, если они подружатся.

Если б Ричард прислал вместо себя отца Софи, боюсь даже представить, как бы тот повёл себя с Кристиной. Он славится тем, что очень плохо относится к людям, не входящим в число дворян. Здорово, что визит к нам нанёс именно Ричард, человек, по крайней мере, старающийся вести себя с подобающим знатному господину благородством.

Завершив диалог с Кристиной, Ричард переключил внимание на Гоггору.

— Это правда, что эта Гоггору может читать мысли людей, даже не касаясь их? — В его взгляде явно прослеживалась жадность или, быть может, даже навязчивое желание.

— Догадываюсь, о чём хочешь спросить, но я не сдаю её в аренду.

— Ни за что на свете?

— Она очень дорога мне.

Она действительно очень дорога мне, но по причине, о которой Ричард вряд ли догадывается.

— Понимаю.

— Ричард, я бы хотел обсудить с тобой ещё один вопрос...

С учётом всего того, что мне удалось разведать, думаю, надо поскорее возвращаться в столицу. Я должен о многом доложить королю.

Я подбирал слова, как бы сказать об этом Ричарду, не рассказывая о слишком многом, как вдруг услышал голос, раздавшийся позади:

— Эй, вы чего торчите в дверном проёме? Ну, заходите уже.

— О, это ты, Эдита.

Позади нас появилась учитель Эдита, одетая в одну пижаму.

Она выглядела недовольной и всё ещё протирала заспанные глаза. Сейчас глубокая ночь, и мы не особо старались поддерживать тишину, так что наверняка её разбудили.

— Извини, мы слишком шумели, да?

— Да шумите на здоровье... меня не это волнует, а более важная вещь... кстати, это кто? Гоггору?

— Э-э...

Учитель Эдита однозначно в пределах досягаемости малышки Гоггору.

— И такая юная Гоггору. Так вот с кем ты проводил время последнее несколько дней? А ведь ты обещал, что прочтёшь мою книгу и скажешь своё мнение...

— Э-э...

Совершенно об этом забыл.

Книга до сих пор лежит в моей комнате, и я её ещё даже не открывал. Я собирался почитать её в тот день, когда отправился на гору Дорз. Потом был магический круг, Гоггору, демон, и я совершенно позабыл про книгу.

— Прости, пожалуйста. Я скоро её прочитаю.

— Пфф... так я тебе и поверила...

О нет, учитель Эдита рассвирепела.

Но главное, учитель Эдита находится в неудобном для себя положении, хотя и не знает об этом.

— Не хочу показаться грубым, Эдита, но не могла бы ты отойти от нас как можно быстрее? Лучше всего на расстояние вытянутого копья.

— На что ты намекаешь?.. О нет, неужели от меня плохо пахнет? Неужели-неужели-неужели? От меня воняет, да?!

— Нет, не в этом дело...

Учитель Эдита принялась нюхать свои подмышки.

Придётся также представить малышку Гоггору учителю Эдите. Я бы хотел воспользоваться даром Гоггору, чтобы побольше разузнать о моём учителе и дальше развить наши отношения, но рано или поздно она обо всём узнает. Я должен ей сказать.

Я уже всем здесь рассказал об особенном даре этой Гоггору, так что учитель Эдита всё равно узнает.

Поэтому я честно рассказал учителю Эдите, что поскольку она стоит так близко, все её мысли Гоггору свободно читает. Она читает её разум как открытую книгу.

В результате у учителя случился психический срыв.

— Что... Что... Что...

Она с широко раскрытыми глазами уставилась на Гоггору.

Её лицо стало синим.

Э, серьёзно? Я не предполагал, что её так жёстко прошибёт.

— Прости, пожалуйста, я должен был предупредить тебя об этом раньше, Эдита.

— То есть она действительно... мои мысли... прямо сей-сейчас?

— К сожелению.

— ...

Учитель Эдита застыла.

Надо просто толком представить их друг другу.

— Рокороко, это мой учитель алхимии Эди...

— Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!

Прежде чем я успел закончить фразу, учитель Эдита закричала. Крик был такой силы, что эхом разнёсся по залам дома дракоши, впрочем, его, несомненно, хорошо слышали и на улицах Города Дракона. Я и не знал, что эта маленькая эльфийка может так кричать.

Продолжая кричать, она повернулась и бросилась бежать от нас прочь по коридору.

Слышались только крики и топот её ног.

— ...

— ...

Нехорошо. Очень нехорошо.

Что же теперь делать?

Как мне быть, если у учителя Эдиты теперь на меня зуб? Тогда я лишусь 30% счастья в своей жизни. Регулярные показы трусиков учителя Эдиты насыщали меня жизнью. Я не хочу эликсир молодости, я просто хочу своего учителя. Я должен всё исправить.

— Простите, пожалуйста, я скоро вернусь!

Я решил бежать за ней.

Если воспользуюсь магией полёта, то, возможно, смогу её догнать.

***

От лица Софии:

Эльфийка внезапно принялась орать и бросилась в бегство. Танака тут же пустился за ней вдогонку, а Рокороко почему-то тоже побежала за ними вслед.

И как же мне теперь себя вести в такой ситуации?

— М-м-м, госпожа Кристина...

Может, стоит спросить об этом у мэра.

— Пфф! Говорила же я ему не тащить сюда эту Гоггору!

Она не услышала мой дрожащий голос.

Несомненно, она сейчас критикует господина Танаку.

— Жалким людишкам вечно нужны всякие Гоггоры. Вот я при желании могу голыми руками заставить любого выложить мне все свои секреты.

Кристина сидит на моём столе, скрестив ноги.

Это очень устрашающая поза.

Впрочем, думаю, эта поза ей идёт, учитывая, что она мэр.

— ...

Когда она взобралась на стол, Кристина уселась на ряд важных документов. Надеюсь, она не порвёт их и не замарает. Я пыталась осторожно потянуть бумаги за краешки, чтобы их достать, но Кристина навалилась на стол всем своим весом, так что ни одного документа вытащить не удавалось.

Что же делать? Как спасти документы?

— Может, объявить на сегодня заседание закрытым? — предложил Ричард, пока я не отрывала глаз от моих многострадальных документов.

Думаю, это отличная идея.

— Тогда, прошу прощения, но я должен идти.

— Я тоже должен откланяться. Меня ждут важные дела.

Первым комнату быстро покинул Гонсалес. Поговаривают, что он не любит находиться в обществе дворян. Господин Нейманн последовал прямо за ним.

Двое самых привлекательных мужчин только что ушли.

Момент глубокой печали.

Я надеялась, что они возьмут меня с собой.

Между тем лорд Фарен и сэр Ричард продолжают сидеть на диване, непринуждённо болтая. По-видимому, они давно друг друга знают. Они похожи на двух закадычных друзей.

— Ричард, какие планы на вечер?

— Я слышал, что в этом городе полно гостиниц.

— Ты правильно слышал. Идём, я покажу тебе бани и подыщу место, где останешься на ночь.

— С радостью ознакомлюсь с местными банями, лорд Фарен.

— Бани здесь могут показаться тебе корытами, по сравнению с теми, к которым ты привык, но я всё равно думаю, что тебя ждёт приятный сюрприз.

— Кстати, я много о них наслышан, но сам ещё ни разу не посещал. Жду с предвкушением.

— Эй, что ещё за «корыта»? — дракоша уставилась на лорда Фарена своими золотыми глазами.

Мне страшно. Она милая, но всё равно страшная. Уверена, не я одна её боюсь. Дракоша всегда внимательно прислушивается к разговорам, даже когда её никто не замечает.

— Про-Прости, это просто фигура речи. Я не хотел тебя обидеть.

— Правда?

— Да, это правда. Я прошу прощения.

— Пфф! Даже если наши бани не самые большие в мире, ничто на свете не сравнится с ними по качеству! Превыше всего — именно качество! Я не потерплю больше никаких пренебрежительных замечаний о нашем городе! Ясно тебе?!

— Ра-Ра-Разумеется. По поводу качества она говорит чистую правду.

Лорд Фарен выглядел очень забавно, когда пятился от дракоши.

Лорд Фарен и сэр Ричард вылетели из комнаты так быстро, как будто от скорости зависела их жизнь.

Только что двух величайших дворян Империи Пенни заставили выметаться из комнаты, еле живых от страха. Я потрясена до глубины души, и хочу запомнить этот момент на всю оставшуюся жизнь, чтобы потом рассказывать об этом внукам.

Дракоша жжёт напалмом.

Теперь в кабинете остались только мы с дракошей. Кажется, я впервые оказалась с ней наедине.

И мои документы всё ещё придавлены под её задницей.

— М-м-м...

— Чего?

Я хочу, чтобы она приподняла свою задницу.

Документы значительно пострадали. Каждый раз, когда она ёрзает, они мнутся всё больше и больше. Они на 80% закончены, и мне до безумия не хочется начинать всю работу сначала.

— Уже поздно. Вы бы не желали принять ванну?..

Я не знаю, как ещё можно было бы побудить её слезть с моего стола.

Господин Танака наконец-то вернулся. Может, дракоша задумается, что интереснее проводить время с ним в бане, нежели торчать здесь в офисе с какой-то служанкой.

— Ах да, и впрямь уже очень поздно.

— Да-а?!

— Я вся пропотела, так что ванна сейчас — в самый раз.

— Да, более чем!

— Ты права! И ты идёшь со мной! Здорово проводить время с подчинёнными! Танака даже назначил тебя моей заместительницей, так что тебе будет полезно учиться у великих! Ты согласна со мной?!

— ...

Господин Танака.

За что мне всё это?

— Ты согласна со мной?

— Ра-Ра-Разумеется...

— Так-то вот!

Полагаю, для меня как для простолюдинки это большая честь, но мне сейчас просто хочется побыть одной.

***

Некоторое время я гнался вслед за учителем Эдитой.

В конце концов погоня закончилась тем, что она забежала в свою комнату и захлопнула за собой дверь. Разумеется, дверь была заперта, и я не мог попасть внутрь. Остаётся только пытаться поговорить с ней через дверь.

— М-м-м, Эдита...

Чувствую себя так, будто я оказался героем какой-то романтической комедии. Главный герой бежит вслед за героиней, которая находится в расстроенных чувствах из-за глупого недоразумения. Кульминационный момент, когда главный герой стремится не потерять свою ускользающую любовь.

— Она в отчаянии, — пояснила малышка Гоггору, которая в какой-то момент появилась рядом со мной.

— Я так и думал...

Конечно, она в отчаянии. Я должен в первую очередь думать о её чувствах, а не о том, что мне повезло стать героем романтической комедии. Малышка Гоггору вовремя меня поправила. Учителю Эдите сейчас очень нелегко, а я вместо того, чтобы проявить сочувствие, зачем-то представляю себя в роли романтического героя.

В конце концов, это же я во всём виноват.

— Эдита, ты можешь со мной поговорить?

Я даже и не представлял, что когда-нибудь окажусь в такой роли. Как настоящий романтический герой я постараюсь разрешить возникшее недоразумение.

— Эдита...

Я только успел произнести её имя, как что-то тяжёлое с грохотом ударилось в дверь.

Она запустила в дверь каким-то предметом?

Ну, значит, она хотя бы ещё жива и здорова.

— Рокороко, как она себя сейчас чувствует?

— ...

Рокороко ничего не ответила.

Учитель Эдита находится вне пределов досягаемости Гоггору?

Не уверен.

Она, наверное, специально мне не отвечает, чтобы я мог выяснить ответ на этот вопрос сам. Я благодарен ей за это. Она может хранить секреты, когда это необходимо. Думаю, я вполне могу ей доверять. Я хочу, чтобы малышка Гоггору изнасиловала меня прямо сейчас.

Хочу быть изнасилованным прямо перед дверью учителя Эдиты.

— Не буду...

— Ну, как знаешь.

Но тогда что же нам теперь делать? В художественных фильмах персонажи попадают в подобные ситуации, потому что героиня на самом деле влюблена в протагониста. Раз так, значит, учитель Эдита и впрямь может...

— ...

От этой мысли меня далеко унесло на крыльях воображения.

— Нет, это не так...

— Жаль. Но спасибо, Рокороко, что пояснила.

Проклятая Гоггору.

Она разбила вдребезги мои сладкие мечты.

— Пожалуйста, Рокороко, отойди немного назад. Ты же всё ещё можешь читать её мысли, верно?

— ...

Малышка Гоггору кивнула и сделала несколько шагов назад.

Похоже, учитель Эдита слышит нас. С другой стороны комнаты раздался топот.

Как будто учитель Эдита отбежала в дальний конец комнаты.

Должно быть, до этого учитель Эдита прижималась ухом к двери, прислушиваясь к нашим словам.

— Мне нужно поговорить с госпожой Эдитой. Рокороко, пожалуйста, подожди меня здесь. Я знаю, ты наверняка устала и не хочешь попусту тратить время, но разобраться с этим недоразумением — крайне важно.

— Конечно...

— Спасибо.

Шоколадка дала своё согласие, и я попытался повернуть дверную ручку.

Конечно же, дверь по-прежнему была заперта.

— Эдита, пожалуйста, можешь меня впустить? — снова взмолился я.

— Эдита? Ты же там в комнате, верно?

Что бы я ни говорил, ответа не последовало.

Грустно, но, похоже, придётся разговаривать с ней через дверь.

— Я сожалею о том, что случилось из-за Гоггору. Не знаю, может ли это тебя утешить, но она никому не рассказывает о том, что прочитала. Пожалуйста, послушай, я обещаю, что она никому не расскажет о том, что прочитала. Давай просто сделаем вид, что ничего не произошло и будем вести себя по-прежнему?

Я взял с малышки Гоггору это обещание, прежде чем привёл её в Город Дракона.

— Зачем тогда ты вообще её сюда привёл?

Я наконец-то услышал голос учителя Эдиты.

Это разумный вопрос.

— Я понимаю, к чему ты клонишь, но она будет использовать свои силы только для наших бизнес-интересов. Она окажет огромную помощь при заключении сделок с другими дворянами. Но я ни в коем случае не позволю ей как-либо смущать или причинять вред тем, кого я знаю.

— ...

— Я приму необходимые меры в отношении неё, если она сделает что-нибудь нехорошее.

Демон-мазохист утверждал, что однажды так и будет.

Малышка Гоггору отчаянно хочет общаться с другими существами. Она понимает, что если нарушит своё обещание, то нашей дружбе придёт конец.

— Ты ведь понимаешь это, верно?

— Ведь понимаешь?..

— Я?

— Я даже сейчас читаю все твои мысли.

— Конечно. Ты всегда читаешь.

— ...

Я догадываюсь, на что она намекает.

Она видит самые тёмные уголки моего разума, и мне остаётся только делать всё от меня зависящее, чтобы эта информация не стала известна другим. Что я буду делать, если малышка Гоггору однажды что-нибудь сболтнёт?

При мысли об этом мне стало беспокойно.

Я сейчас немного лучше понимаю, как чувствует себя в настоящее время учитель Эдита.

— Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, Эдита, но я задолжал Гоггору долг, который надеюсь выплатить.

— Долг?.. Что-то серьёзное?

— Она выручила меня в опасной ситуации на Тёмном Континенте. Однако я не хочу представлять дело так, как будто я не по собственной воле привёл её сюда. Она вольна поступать так, как знает, и если она однажды не сможет больше выносить мои отвратительные мысли и соберётся уходить, то я не стану её задерживать.

Я вспомнил момент, когда малышка Гоггору спасла меня от зелёных сильфид на Тёмном Континенте. Она сделала это без умысла получить в результате что-то для себя взамен. Думаю, учитель Эдита сможет меня понять. Мне кажется, что она понимает.

— Правда?..

— Да, это правда.

Так что я не возражаю, если ты решишь уйти малышка Гоггору.

Я бросил взгляд на малышку Гоггору, чтобы увидеть её реакцию.

Однако она никак не отреагировала и лишь продолжала пристально на меня смотреть.

— Эдита, теперь ты понимаешь, почему я её сюда привёл?

— Понимаю...

— Спасибо. Я рад.

— Однако это не значит, что я обязана терпеть последствия твоих действий...

— Ты действительно не обязана их терпеть. Я планирую построить Гоггору дом в окрестностях города. Я единственный, кто будет её навещать. Можешь не беспокоиться, что она когда-либо снова прочтёт твои мысли. Только я буду страдать из-за этих последствий.

— ...

Не думаю, что это справедливо по отношению к Гоггору, но тут уж ничего не поделаешь.

Есть причины, по которым природой задумано так, чтобы мы не могли читать мысли друг друга.

— Это ведь приемлемый вариант?

— Она уже согласилась с этими условиями?

Я её ещё не спрашивал.

Интересно, что она ответит.

Я снова взглянул на Гоггору.

— Мне всё равно...

Отлично, я заручился её согласием.

Конечно же, раз она поменяла место жительства с Тёмного Континента на Империю Пенни, такие мелочи не должны много для неё значить. Ведь ей достанется дом с более лучшим убранством и площадью, лучшая по качеству еда и достойная одежда. Я бы сказал, что в её новых условиях проживание будет больше плюсов, чем минусов.

— Она согласна. Проблем быть не должно.

— ...

Что скажет учитель Эдита?

Я повернулся к двери и снова начал умолять:

— Я совершенно не хочу находиться с тобой в плохих отношениях, Эдита. Можешь, пожалуйста, меня простить? Я правда надеюсь, что мы и в будущем будем приятно проводить время вместе. Я знаю, что, возможно, прошу о слишком многом, но я так надеюсь, что смогу видеть твоё прекрасное лицо каждый день.

Я попробовал как бы невзначай вплести комплимент в свою просьбу.

Нужно использовать для этого всякую представляющуюся возможность.

Малышка Гоггору ранее разбила вдребезги мои мечты, но это не значит, что мне нельзя и дальше прилагать усилия. В один из прекрасных будущих дней, когда мой «сынок» наберётся немного опыта, я бы хотел обратиться к учителю Эдите за наставлениями.

— Я... я... я всё поняла! Я прощаю тебя!

— Правда прощаешь? Я так рад.

— Пфф...

Я рад, что она простила меня.

Не знаю, что бы я и делал, откажись учитель Эдита дать мне прощение.

— Я страшно извиняюсь, но должен уже идти, просто надо позаботиться, чтобы подобных недоразумений больше не возникало. Я должен построить для неё новый дом.

— ...

— Эдита?

— Можешь идти... Не обязательно всегда посвящать меня в свои дела.

— Тогда спешу откланяться. Желаю тебе доброй ночи.

Я сумел помириться со своим белокурым полнобёдрым учителем.

Теперь пришла пора заняться строительством нового дома для малышки Гоггору.

***

Наступило утро следующего дня, и меня разбудил голос моей милой служанки:

— Господин Танака, вставайте! Уже утро! Сэр Ричард ждёт и желает с вами поговорить, поэтому... ммм... пожалуйста, просыпайтесь! Он дожидается вас в гостиной на первом этаже!

Я продолжал спать и слушал её ласковый голос, журчащий рядом со мной, как вдруг она положила руку мне на плечо и нежно меня потрясла.

Тут уж она явно хватила через край.

Мечта моей жизни — проснуться от того, что меня за плечо трясёт красивая девушка.

— Спасибо, София. Пожалуйста, скажи ему, что я скоро спущусь.

— Да-да, разумеется.

Благодаря соучастию Софии в моём пробуждении, через несколько секунд я уже был на ногах.

Прошлой ночью я допоздна занимался строительством нового дома для малышки Гоггору. Пожалуй, я спал лишь половину того времени, которое обычно уходит у меня на сон. Тем не менее я чувствую себя до странности посвежевшим. Хотелось бы каждое утро просыпаться с такой свежестью.

Быть может, одним прекрасным утром она разбудит меня при помощи сеанса орального секса. Окрылённый этой надеждой, я был воодушевлён предстоящей встречей с новым днём. Под одеялом мой сынок тоже был воодушевлён. Нежное утреннее прикосновение Софии к моему плечу уже подтолкнуло его к финишной черте.

— Ну, тогда...

Любовное прикосновение Софии должно пойти впрок.

Я быстро завершил утренние процедуры и вышел из комнаты.

Я спустился по лестнице и направился в гостиную на первом этаже.

Я открыл дверь и увидел отца Эстер:

— С добрым утром, сэр Ричард.

— Да, и тебя с добрым утром, Танака.

В доме дракоши он уже чувствует себя как дома. Я присел напротив него на диван. Через несколько секунд появилась София с чашкой чая для меня.

Сегодня чай был темнее, чем обычно, и вкус тоже отличался. Я так благодарен заботливой Софии за этот её чай. Не в силах остановиться, я осушил чашку до дна.

— Я знаю, что сейчас ещё очень рано, но мне хотелось поговорить с тобой как можно скорее.

— Да нет проблем. Прошу прощения, что заставил ждать.

Быстро обменявшись приветствиями, мы перешли прямо к делу.

— Если не возражаешь, я бы хотел, чтобы ты отправился со мной в столицу. Мне бы хотелось лично представить нового члена фракции Фитц-Кларенс остальным участникам нашего дворянского альянса.

— Уверен, что это хорошая идея? Ведь в прошлый раз, когда я посетил собрание вашей коалиции, ситуация вышла из-под контроля. У многих могло остаться негативное впечатление после моего визита.

— Безусловно, многие воспримут эту новость в негативном ключе, но я верю, что ты принесёшь процветание нашей фракции. Вот почему я решил представить тебя как можно скорее.

— Понятно...

Уверен, после моего отбытия из столицы Ричарду пришлось очень нелегко. Думаю, там не было отбоя от других дворян, желающих побольше узнать об этом новом бароне, от которого столько шума. Полагаю, лучше поступить, как он советует, чтобы наконец занять устойчивое положение в обществе, когда не надо будет беспокоиться о том, что сам Ричард или любые другие дворяне попробуют вмешиваться в мою жизнь.

Кроме того, и у меня тоже есть свои дела в Калисе.

Прежде всего, дела с королём.

— Ясно. В таком случае мы можем ехать прямо сейчас.

— Уверен? Я бы не хотел на тебя давить, но чем скорее, тем лучше.

— Да без проблем. Жду с нетерпением.

— Спасибо. Кстати, меня уже ждёт запряжённая карета. Буду признателен, если согласишься разделить поездку со мной.

— Классная мысль. А когда отъезжаем? Чем раньше, тем лучше, да?

— Верно. Если возможно, выехать лучше было бы сегодня.

— Идёт.

Вот почему я ему понадобился в такую рань.

— Только я бы хотел спросить одну вещь...

— Да?

— Я хотел бы взять с нами в карету ещё одного пассажира. Это возможно?

— Да пожалуйста. Моя карета просторная, так что тесно не будет.

— Благодарю.

В столице нет счёта людям, которые будут просто счастливы использовать в своих интересах новоиспечённого барона. Даже в самой фракции Фитц-Кларенс найдётся много таких желающих. Едва я окажусь за воротами Города Дракона, как сразу же попаду в зону повышенной опасности.

Малышка Гоггору в такой поездке будет более чем полезна. Если никому не рассказывать про её секрет, все будут думать, что она обычная Гоггору. Находясь с ней рядом, люди будут считать, что они в безопасности, пока не вступают с ней в физический контакт.

Думаю, в этот раз мой визит в столицу будет похож на прохождение игры на самом лёгком уровне сложности.

— Под ещё одним пассажиром... ты имеешь в виду ту, о ком я подумал?

— Да, скорей всего.

Ричард верно угадал мои намерения.

Я уверенно кивнул, и на этом наша встреча закончилась.

***

Я решил, что возьму малышку Гоггору с собой в столицу.

Я не хотел снова уходить, ни слова никому не сказав, поэтому решил поговорить с несколькими людьми перед отъездом. Точнее, с дядей Гонсалесом, господином Нейманном и Софией. Они в основном решают все вопросы в городе, когда я отсутствую.

В такую рань все ещё были в своих комнатах, так что я без труда смог с ними увидеться. Только дракоша отсутствовала в своей комнате, но я не придал этому значения. Она наверняка вышла на свой очередной плановый обход города. Пока я переходил от комнаты к комнате, со всеми здороваясь, мне встретилась одна особа, которая выразила желание присоединиться к нашей поездке. Сегодня всё было не так, как вчера: стоило мне постучаться в дверь учителя Эдиты, как она тут же открыла мне с приветственными словами. Учитель Эдита всё так же одета лишь в одну ночнушку.

— Я... я могу поехать с вами! Возьмите меня с собой!

Она нежно протирала свои заспанные глаза.

Учитель Эдита у нас не жаворонок, а совушка, так что, должно быть, она только недавно отправилась ко сну.

Она бы, вероятно, дрыхла до полудня, не появись здесь я.

Хочу поместить свой член в заспанный ротик учителя Эдиты.

— Уверена? Ведь ещё так рано.

— Ты не хочешь, чтобы я ехала с вами, да?!

— Да нет, не в этом дело. У тебя есть какие-то дела в Калисе?

— ...

Я совсем не ожидал, что мой замкнутый учитель внезапно выступит с таким предложением. Это вообще на неё не похоже.

И ведёт она себя на удивление агрессивно.

Она вообще когда-нибудь раньше была настолько агрессивной? Кажется, она входила в подобный раж разве что на научной конференции. Но что привело её в такое состояние сейчас?

Однако её ответ меня разочаровал.

— Ты до сих пор не дал мне свой отзыв на мою книгу!

— ...

Опять забыл.

Я допоздна занимался строительством дома для малышки Гоггору, и потом сразу вырубился, едва моя голова коснулась подушки. Я во второй раз забыл о своём обещании. Хотя давал его только вчера.

— Ты забыл? О том, что мне пообещал?..

— Прости. Я страшно-страшно извиняюсь. Как-то совершенно вылетело из головы.

Ой, это плохо. Вижу, она уже не относится ко мне, как к человеку, заслуживающему уважения. Её взгляд стал холодным как лёд, и она уже не выглядит так, как та учитель Эдита, которую я знаю. Неужели учитель Эдита теперь больше никогда не блеснёт передо мною своими трусиками?

Я бросил взгляд вниз, но её бёдра скрывались под ночнушкой.

Учитель Эдита крепко сжала кулаки с выражением крайней обиды на лице. Она похожа на учащуюся начальной школы, которой пообещали целый день в парке с аттракционами, но потом сказали, что поездка отменяется.

— Я прочитаю её по пути в столицу и дам тебе мой отзыв.

— Правда?..

— Да, я внимательно прочитаю каждую строчку.

— ...

Кстати, в последнее время мне так редко выпадает счастливый случай поговорить со своим учителем. Я больше общаюсь с дракошей. Нельзя упускать такую удачную возможность провести больше времени в обществе учителя Эдиты. Долгое совместное путешествие, несомненно, поможет нам восстановить и упрочить наши отношения.

— Ты должна поехать с нами в Калис.

Наши роли поменялись, и сейчас я настаивал, чтобы она ехала с нами.

Я боюсь, что она мне откажет.

— Х-хм... Я... я подумаю!

— Спасибо.

Какое счастье. Я опасался, что она по-настоящему на меня обиделась. У меня прям от сердца отлегло.

Кстати, мы ведь сейчас смотримся очень двусмысленно со стороны? Я стою перед дверью комнаты учителя Эдиты, как будто только что от неё вышел, а на ней при этом лишь одна ночнушка. Хотелось бы мне, чтобы это было правдой. Так здорово сейчас было бы выходить из комнаты учителя Эдиты, проведя с ней ночь.

— Прошу прощения, но я ещё должен разобраться со многими делами перед отъездом. Пожалуйста, будь готова, мы уже скоро отбываем.

— Да-а, я буду готова!

— Я ещё должен поговорить кое с кем, кто также поедет с нами.

— И кто же это?..

— Да та девушка, с которой я тебя вчера познакомил.

— О нет, ты же не имеешь в виду... — Плечи блондиночки слегка задрожали.

— Я всё понимаю, но в столице её помощь будет для нас просто бесценна.

— ...

Это расстроенное выражение лица у учителя Эдиты сейчас такое очаровательное.

***

День только начинается, но мы уже сидим в конном экипаже и едем в столицу.

Я привык путешествовать по воздуху, но сегодня еду в карете, направляющейся из Города Дракона в Калис. Ричарда приехал с процессией карет, и мы сейчас едим в столицу в составе большой колонны.

Более десятка карет выстроились в одну длинную вереницу.

Я залез в один из экипажей в центре процессии, где мы с малышкой Гоггору сели друг напротив друга. Карета роскошно выглядит как снаружи, так и изнутри.

Ещё бы. Семья Фитц-Кларенс знает толк в роскоши.

— У... у-у...

С нами ехал ещё один пассажир.

Учитель Эдита.

Её мысли полностью открыты малышке Гоггору, однако учитель Эдита сидит в одной карете с нами по собственной воле. Ричард даже предлагал ей отдельную карету, но она отказалась.

Периодически на лице учителя Эдиты дёргается то одна, то другая мышца, и это выдаёт её беспокойное состояние. Кажется, в последнее время учитель Эдита регулярно оказывается в ситуациях, бросающих вызов её ментальной выдержке. Она выходит из зоны комфорта и героически сносит связанные с этим неудобства, хотя поступать так её никто не заставляет.

Ради чего она идёт на такие жертвы?

— Ты пишешь в своём ключе, леди Эдита, книга читается на одном дыхании...

— Я... я поняла, так что читай быстрее! Скорей дочитывай до конца!

Я читаю книгу учителя Эдиты.

В моих руках фолиант, который она мне доверила около недели тому назад.

— Да-да, конечно.

Я сосредоточил всё своё внимание на этой маленькой пачке бумаг, скреплённых бечёвкой. Я хочу дать ей свой отзыв как можно скорее. Вот почему я решил сосредоточиться и прочитать всю книгу в карете. Я останавливался в чтении только тогда, когда возникала необходимость обменяться несколькими словами с учителем Эдитой. Я надеялся прочитать книгу дважды, прежде чем мы прибудем в столицу.

Я не отрывал глаз от книги, но всё равно чувствовал на себе взгляды малышки Гоггору и учителя Эдиты. Весьма волнительно — сидеть с ними в такой близости, когда они обе пристально смотрят на меня. Я продолжал углубляться в книгу, но также прислушивался и к тому, что они говорили.

— Слушай! У меня к тебе во-вопрос, Гоггору!

— Да?..

— Ты и впрямь можешь читать?

— Что читать?

— Мо-Мо-Мо-Мои мысли!

— Да, могу...

— ...

Она уже знает ответ на свой вопрос, но всё равно не может удержаться и не спросить. Она как любопытная кошка, которая не может устоять перед странно пахнущим носком. Кошка нюхает носок, подпрыгивает от неожиданности из-за неприятного запаха, но всё равно не может удержаться перед соблазном его лизнуть.

— Прямо сейчас ты думаешь о том, что...

— А-а-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

— ...

Шоколадка чуть было не выдала сокровенные мысли учителя Эдиты.

Учитель Эдита вскочила как ужаленная и потянулась через стол, который находился в центре кареты, чтобы закрыть шоколадке рот. Однако она была слишком низенькой, и её руки не доставали. Она сейчас выглядит так миленько.

— Леди Гоггору, не делай так даже в шутку.

— Почему?

— Если ты не сдержишь своё обещание, то и я своё не буду держать.

— Ладно...

— Благодарю.

Я страстно хочу узнать, какие такие секреты есть у учителя Эдиты. Однако, если они когда-нибудь станут мне известны, нашей дружбе придёт конец. И она больше ни разу не блеснёт передо мною своими трусиками. Разве я смогу дальше жить, лишившись возможности лицезреть такую красоту?

Я не хочу проверять это на практике.

Даже сейчас учитель Эдита сидит, закинув ногу за ногу и крепко их сжав, так, что ничего не видно. Мир, лишённый первоклассных показов нижнего белья в исполнении учителя Эдиты, видится мне в мрачных красках. Мы сидим в такой близости, но я даже не могу насладиться видом её бёдер. И на что же этому девственнику, то есть мне, теперь смотреть?

Пока я ломал над этим голову, в нашу карету постучали и раздался громкий мужской голос. Он спрашивал, всё ли у нас в порядке, а то были слышны дикие крики. Я уверил его, что у нас всё в порядке.

Уродливый старый мужик один в карете с двумя красивыми девушками, и одна из них орёт как резаная. Не думаю, что мужчина снаружи поверил моим заверениям, что у нас всё хорошо.

— Не знаю, как долго я смогу выдержать, когда мои мысли вот так свободно читают...

— Можешь пересесть в карету, которая едет за нами. Я не хочу, чтобы ты подумала, что я дважды обманул твоё доверие. А я боюсь, что этого не удастся избежать в такой ситуации.

— А ну-у замолчи! Забудь о том, что я сказала, и живо читай дальше мою книгу!

— Да-да, само собой...

Думаю, сейчас, пока она одержима тем, чтобы я дочитал её книгу до конца, учитель Эдита справится с собой и сможет выдержать близкое соседство с шоколадкой.

Мой учитель снова обратилась к малышке Гоггору:

— Если ты желаешь что-то обо мне узнать, можешь просто спросить!

— Спросить тебя?

— И что это значит? Ты чем-то недовольна?!

— Да нет...

— Тогда почему бы нам не попробовать поговорить?!

— ...

Это нехорошо.

Две мои знакомые с вызовом глядят друг на друга. Чувствую себя не в своей тарелке. И есть опасность обострения ситуация, поскольку обе они остры на язычок.

— Что? Не желаешь со мной разговаривать?..

— Я кое-что спрошу. Почему Высшая эльфийка предпочитает жить в какой-то глуши? Высшие эльфы славятся своим запредельным самомнением. Они предпочитают не жить вблизи других рас, особенно среди тех, кого Высшие эльфы склонны рассматривать как «низшую расу».

— А что, разве трудно предположить, что я не такая, как все?! Может быть, мне нравится жить среди людей!

— ...

— Что?! Разве я говорю неправду, разве нет?!

На глазах учителя Эдиты быстро навернулись слёзы после внезапного вопроса малышки Гоггору.

Почему её вопрос так расстроил моего учителя? Я не могу до конца понять, что это значит, не зная, какие мысли Гоггору прочитала в голове Эдиты. Хотя я не до конца улавливаю смысл их диалога, но моё сердце бьётся с удвоенной силой.

Я впервые слышу, что мой учитель — Высшая эльфийка.

Кажется, я ни разу не смотрел в её окно статуса. Я хотел сделать это сейчас, но когда эта мысль появилась у меня в голове, я заметил, как на лице малышки Гоггору промелькнула лёгкая усмешка, и передумал.

Если у учителя Эдиты тоже есть какая-нибудь характерная черта в статусе, как у леди Эстер, то это наверняка меня расстроит.

— Для чего ты вообще спрашиваешь?! Ты уже всё прочитала и, очевидно, знаешь причину! У меня есть свои причины на то, чтобы жить с людьми, вот и всё!

— Извини...

— Просто не суй свой нос в чужие дела...

Что малышка Гоггору узнала из мыслей учителя Эдиты? Я не знаю. Однако ясно видно, что душевное состояние учителя Эдиты страдает из-за того, что она находится в одном помещении с шоколадкой. Им нельзя долго находиться в такой близости, иначе быть беде.

Впрочем, учитель Эдита пока держится молодцом.

— В конце концов, ты не обычная Гоггору...

— Да, я могу читать твои мысли, даже не касаясь твоего тела.

— У-у...

Удивительно, но как выясняется, малышка Гоггору немножко садистка по натуре.

Мне стало жаль своего учителя, но эльфийка Эдита со слезами в уголках глаз выглядит такой милой, и мне хочется ещё на это посмотреть. Я согласен. Малышка Гоггору, будь так добра.

Только не перегибай палку.

Я искренне считаю учителя Эдиту девушкой с добрым сердцем, поэтому разрешаю тебе её дразнить, но только не очень сильно.

— ...

Я правда разрешаю, малышка Гоггору.

Можешь не отказывать себе в этом удовольствии и немного поиграть с моим учителем.

***

На то, чтобы прочитать книгу учителя Эдиты, у меня ушла половина дня.

В её книге всё объясняется очень подробно. Мне стало совершенно ясно, как своими манипуляциями я смог добиться той самой определённой реакции в зелье. Хотя я уже умел создавать готовый продукт, однако никогда до конца не понимал, как это получается. Эта книга — замечательное учебное пособие даже для начинающего алхимика.

С этими мыслями я дочитал последнюю страницу и положил пачку бумаг на колени.

— Думаю, эту книгу легче читать, чем твои предыдущие работы.

— Да-а, ты прав. Я должна переписать её более академическим языком...

— Нет, это совсем не то, что я имел в виду. В твоих книгах мне больше всего нравится лёгкость изложения. Я в своей жизни посещал много школ, где мне приходилось корпеть над множеством разных учебников. При этом чем старше я становился, тем более толстые книги попадали ко мне в руки.

Я встречал много книг, где разбирались всевозможные предметы в мельчайших подробностях. Там были таблицы, рисунки и диаграммы, помогающие понять идеи, изложенные в книге, но из-за заумных слов и громоздких формулировок материал обычно бывал очень труден в освоении.

Качество образования постоянно улучшалось, и образовательные учреждения всё чаще стали использовать в учебном процессе переводные работы из других стран. Учащимся постоянно приходилось осваивать новый понятийный аппарат в различных областях знаний, в результате чего многие студенты перешли в разряд «неквалифицированных» рабочих умственного труда на неполный рабочий день.

Вот почему, как читатель, я предпочитаю книги с ясным изложением, наподобие тех, что выходят из-под пера учителя Эдиты. Они дружелюбны к читателю, и в каждой их строчке он может на самом деле ощутить ту любовь, с которой автор относится к своему предмету. Буквально чувствуется, как страстно Эдита желает, чтобы читатель понял всё, что она объясняет в своей книге.

Вот бы учитель Эдита ещё была девственницей.

Хочу, чтобы эти бумаги стали красными от любовных соков учителя Эдиты.

— ...

— В чём дело? Почему Гоггору сейчас так на тебя смотрит?

— Да нет, ничего...

— Правда? Хотелось бы верить.

Мне очень жаль, но я больше заинтересован в том, чтобы на меня смотрела учитель Эдита, нежели малышка Гоггору. Учитель Эдита такая миленькая. Должно быть, она всю жизнь работала над тем, чтобы стать такой милой. Её ранее плотно сжатые бёдра, теперь слегка разомкнулись.

Вскоре возможность лицезреть фирменное шоу учителя Эдиты будет доступна вновь.

Наконец-то это случилось.

— Я жду не дождусь времени, когда смогу прочесть окончательный вариант твоей книги.

— Правда?! Тогда я примусь работать над её переплётом при первой же возможности!

— Жду с нетерпением.

Впервые за долгое время на лице учителя Эдиты появилась улыбка.

Неважно, грустит она или радуется, беспокоится или испытывает нетерпение — моя белокурая полнобёдрая учитель всегда такая милая. Однако с этой невинной улыбкой она сейчас милая как никогда, просто неподражаемо очаровательная.

Я больше не хочу, чтобы шоколадка её дразнила.

— Как только мы прибудем в Калис, я отправлюсь работать над книгой в свою алхимическую лабораторию.

— Если потребуется какая-либо помощь, я всегда к твоим услугам.

— Э?! А, о, верно, мы же соавторы, в конце концов!

Ещё одна счастливая улыбка.

Улыбка этой блондиночки лучшая в мире.

— Но я бы ещё хотел спросить у тебя одну вещь.

— Да? Что хочешь узнать?

— Это не связанный с твоей книгой вопрос...

Учитель отвечала мне более энергичным тоном, чем обычно.

Однако выражение её лица резко изменилось...

— Ну, вообще-то, я смог достать крылья зелёной сильфиды, и хочу узнать, какие ещё ингредиенты необходимы для создания эликсира молодости.

— ...

Учитель Эдита сидела не шевелясь и стала совершенно белой, как будто увидела призрака.

***

От лица Софии:

Как всегда, я работала в офисе, как вдруг услышала стук в дверь. Я откликнулась, и в комнату быстро вошли Гонсалес и Нейманн.

Они заходят меня повидать почти каждый день. Тем самым они намекают, что я им интересна? В таком случае я готова идти с ними в постель прямо сейчас.

— Эй, сестрёнка, у нас тут один вопрос.

— Приносим свои извинения, что побеспокоили, София, но мы бы хотели посоветоваться с тобой по одному делу.

Ну, конечно же. Они пришли по работе.

Вот бы эти милые мужчины могли думать о чём-либо, кроме работы.

— Да-а, конечно! Что вас интересует?

— Наши работяги в городе собрались привести в порядок трущобы на юге. Мы ещё не приступали к заселению этой области города, поскольку если там появятся жители, то проведение восстановительных работ может быть осложнено. Об этом-то мы и хотели с тобой поговорить.

— А в чём проблема?

— Вообще, откуда в городе, который существует всего несколько недель, могли взяться трущобы?

Я тоже ломала себе голову над этим вопросом.

В соответствующих декларациях у южного района города я подмечала значения со статьями расходов на поддержание этой области и также некий пункт, обозначенный как «кормление». В этой области кого-то содержат? Расходы на «кормление» значились в ряде колонок, относящихся к разным частям этих трущоб, так что итоговая сумма была весьма нехилой.

— М-м-м... Мне неизвестно, откуда взялись эти трущобы, но я бы предположила, что они были в городе изначально.

— Я тоже теряюсь в догадках. Насколько мне известно, там никто не живёт.

— Мне никогда не понять, что творится в голове у Танаки.

— Мы не знаем наверняка, что это художества Танаки, Гонсалес. Может быть, это мэр постаралась.

— А что... вполне может быть.

— Да?

Никто из нас этого не знает.

Гадать здесь бессмысленно. По моему скромному суждению, ни господин Танака, ни госпожа дракоша не являются адекватными личностями. Как она, так и он могли создать эти трущобы по одним только им ведомым причинам. Пытаться понять, как работают их мозги, — дохлый номер.

— Вообще-то, по поводу этих трущоб приходят тревожные вести.

— Да? Что там стряслось?

— Похоже, там решили поселиться Нуи.

Нуи? Что ещё за Нуи?

Я в первый раз слышу это слово.

— М-м-м, простите, не могли бы вы мне сказать, кто такие эти Нуи?..

— Что?! Да это же серьёзная проблема, разве нет?!

Я начала свой вопрос, но меня оборвал крик Нейманна. Ни тот ни другой не услышали моего вопроса, так что я потеряла шанс узнать что-то об этих Нуи. Как простая городская девушка я не очень знакома с флорой и фауной этого мира.

Мне следует подтянуть свои знания в этой области?

— Это может быть опасно, если кто-то решит подойти к ним слишком близко, но они совершенно безвредны, когда их никто не тревожит. Никто из жителей города ещё не пострадал, потому что Нуи до сих пор не покидали пределов этих необитаемых трущоб.

— Тем не менее мы же не можем просто позволить им там жить, верно?

— Конечно нет. Как только мы про них узнали, так сразу же снарядили боевой отряд, чтобы с ними разобраться. Однако, когда мы прибыли на место, выяснилось, что этих особей больше, чем мы изначально предполагали. Было бы рискованно пытаться разделаться с ними со всеми разом.

— Ну вот. Теперь у нас ещё и эти проблемные животные в городе.

— Вот что бывает, когда в городе есть трущобы.

— Это правда.

Кто такие эти Нуи?

Забавно звучит.

Нуи. Нуи.

— Кстати, может, они появились здесь по милости нашего мэра?

— Мне тоже эта мысль приходила в голову. Хотя Нуи и маленькие, они всё-таки подвид драконов. Может, она пригласила их в город на правах гостей как своих сородичей? Я не знаю, как правильно поступить.

— Уверен, большинство людей не поймут, что перед ними дракон, из-за их пушистого меха. Их часто по ошибке принимают за домашних питомцев. Если какой-нибудь незадачливый болван решит погладить такую зверушку по шёрстке, то нам придётся потом долго отскрёбывать с мостовой то немногое, что от него останется.

— Это проблема.

Выходит, Нуи — это некий подвид драконов, и ещё они пушистые.

Я ещё не видела здесь таких милых созданий.

Будь это настоящие драконы, в городе их бы сразу заметили.

— Тут уж ничего не поделаешь. Придётся оставить их в покое, пока Танака не вернётся. Он-то, без сомнения, сможет уделать даже несколько десятков Нуи одной левой. Если же мы вступим с ними в бой, но не сумеем избавиться от всех сразу, то быть беде.

— Нуи живут в тесном сообществе и очень поддерживают друг друга, и если кто-то из их племени страдает по чьей-то вине, остальные впадают в ярость и мстят его обидчику.

— Я то же самое слышал про их повадки.

Прислушиваясь к их разговору, я вдруг кое-что поняла.

— А...

Невольно из меня вырвался возглас.

Затраты на кормление.

Огромные затраты на кормление.

— Хм? В чём дело, сестрёнка?

— Ты что-то знаешь, София?

— Не-е-ет! Я ничего не знаю!

Кажется, я случайно наткнулась на то, о чём мне знать не положено. Изначально та бухгалтерская книга принадлежала Танаке. Мне неизвестно, имел ли кто-то ещё доступ к этой книге или когда в последний раз господин Танака писал в ней, но изначально это была его книга.

Бухгалтерские книги опасно читать.

Я прошу прощения, ребята, но я сделаю вид, что ничего не видела и ничего не знаю.

***

Стук-стук. Клак-клак.

Пока мы ехали в трясущейся карете, я рассказывал учителю Эдите о событиях последних нескольких дней.

Я рассказал ей обо всём, что случилось на Тёмном Континенте, и также о руинах демонов, которые обнаружил на горе Дольц. Я подумал, что должен рассказать ей всю историю, от начала и до конца.

Я не желаю, чтобы она однажды отправилась исследовать эти руины и случайно наткнулась там на демона-мазохиста.

— А, понимаю, так вот как ты попал на Тёмный Континент...

— Да, вот почему я думаю, что нам лучше держаться подальше от этих руин. Вообще-то, он обычно проводит время со своей госпожой Дорис, но эти руины значимы для него и остальных демонов. Думаю, нам лучше не ввязываться с ним в конфликт без серьёзной на то причины.

У Эдиты по-прежнему очень странное выражение лица, и мне совершенно невдомёк, что её так тревожит. В толк не могу взять, о чём она сейчас думает. Периодически она устремляет взгляд в окно и как будто смотрит в никуда расфокусированными зрачками, сидя так по нескольку минут кряду. Не знаю почему, но из-за этого я чувствую себя таким виноватым.

— Ну, так вот, и теперь я просто хочу узнать остальные ингредиенты, необходимые для изготовления эликсира молодости.

Я достал из кармана маленький кожаный мешочек и извлёк из него крылышки зелёной сильфиды, которые взял с собой. Я бережно положил их на столик между нами. Они до сих пор излучают бледно-зелёный свет. Тут было только несколько пар, так как это были те крылья, которые сами сильфиды передали мне в знак благодарности.

— Ты и впрямь смог их достать...

— Этих будет достаточно?

— Ну-у... такого количества может и не хватить...

Учитель Эдита говорила тихим голосом и не отрывала глаз от крыльев. Моя учитель очень честная девушка, так что лукавство ей не очень даётся.

— В таком случае займёмся приготовлением эликсира, когда вернёмся в Город Дракона. Если тебе понадобятся какие-нибудь вещи из твоей алхимической лаборатории, то я смогу слетать за ними. Идёт?

— Э?.. Как понять?

— У меня есть больше крыльев в моей комнате. Мне удалось собрать больше сотни крыльев, так что наверняка нам их хватит. Я только волнуюсь, сколько времени они будут храниться.

— Что?! — Учитель Эдита подскочила от удивления.

У меня только потому их так много, что малышка Гоггору устроила геноцид зелёных сильфид, когда впала в отчаяние из-за невозможности с кем-нибудь поговорить. Я не хотел, чтобы они пропадали, поэтому собрал крылья и взял их с собой. Я рад, что это сделал.

— Что-то не так?

— Ты... ты действительно собрал так много? Настоящих крыльев зелёных сильфид?

— Да.

— ...

Я решил не упоминать об участии малышки Гоггору в сборах крыльев. Так что удивление учителя Эдиты вполне обоснованно. Кто бы мог подумать, что эта тихая девочка, сидящая рядом со мной, смогла отловить добрую сотню зелёных сильфид.

— Я извиняюсь, что собрал так много.

Может, в этом мире зелёные сильфиды — исчезающий вид? И учитель Эдита сейчас выскажется в таком духе, что: «Эти целебные лесные травы — всеобщее достояние, ты не должен брать слишком много». В конце концов, учитель Эдита эльфийка, и она должна переживать за сохранность окружающей среды.

— Нет, ты ни в чём не виноват и не должен извиняться...

— Но ты выглядишь так, как будто очень расстроена.

— ...

Глядя на эту опечаленную Эдиту, я почему-то с глубоким чувством вины думал о тех феях. Они всё время дарили мне такие невинные улыбки и бесплатно демонстрировали свои самые сокровенные части тела. Такому девственнику, как я, они казались Богинями.

Как бы мне хотелось приручить одну из них, чтобы использовать в качестве сексуальной игрушки.

— Неприятнее всего то, что ты не только знаешь, о чём я думаю, но тебе также прекрасно известно и что я при этом чувствую. Ты всё время читаешь мои мысли и знаешь, как я к тебе отношусь. Так стыдно осознавать, что тебе известен каждый потаённый уголок моего ничтожного разума.

— Эдита?..

— А, пускай. Просто узнай обо всём у этой Гоггору.

— М-м-м... я не понимаю...

— Знай я о том, что так получится, я бы не стала тебе лгать с самого начала...

— ...

Она о чём-то лгала мне с самого начала?

В нашей карете возникла странная тревожная атмосфера.

— И поэтому ты решила ехать с нами сегодня?

— Да...

Я так счастлив. Не помню уже, сколько раз я фантазировал сделать это втроём с учителем Эдитой и малышкой Гоггору. Я с радостью женюсь на них обоих, буду заниматься с ними сексом каждый день, делать детей и насиловать их до конца своей жизни.

— Гоггору никогда не рассказывает о том, что прочитала в глубинах чужого разума.

— Пускай, я ей разрешаю.

— Тем не менее я взял с неё обещание.

До тех пор, пока малышка Гоггору желает, чтобы у неё был постоянный собеседник, она никому не выдаст известные ей секреты. Мы провели несколько последних дней вместе, и я склонен ей в этом доверять.

Не знаю, что случится, если ей однажды надоест разговаривать только со мной. Вот почему, прежде чем этот день настанет, я хочу выстроить между нами крепкие доверительные отношения. Ведь я всё ещё хочу, чтобы однажды она меня изнасиловала.

— Вот как...

— Да, я не нарушу обещание, которое дала, — заверила моего учителя малышка Гоггору.

— Значит, я просто должна сама тебе это сказать, Танака.

— Что сказать?

После короткой паузы мой учитель продолжила:

— Есть много разных рецептов эликсира молодости, но каждый из них включает в себя одни и те же ключевые ингредиенты: крылья зелёной сильфиды, рога рамей, золотая трава, капли гиацина, а также кровь и печень Высшей эльфийки. Что касается последних двух ингредиентов, то кровь и печень от обычной эльфийки не подойдут.

— Кровь и печень Высшей эльфийки?..

Кажется, я уже знаю, где эти два ингредиента можно взять, и для этого даже покидать карету не придётся.

— Я изначально прекрасно знала рецепт эликсира молодости, но боялась сказать тебе правду, поэтому хранила молчание до сего дня. Я даже подстраховалась и удалила страницу с рецептом из своей книги.

— Ясно.

Эти слова полнобёдрой блондиночке давались с трудом.

Должно быть, она с прошлой ночи не находила себе покоя.

— Я очень боялась за свою жизнь, хотя и обязана ей исключительно благодаря тебе. Пожелай ты меня убить, и я бы никак не смогла тебе в этом помешать, ведь для тебя даже Красный дракон — так себе противник.

— ...

Я ничуть не удивлён, что она находит меня страшным, но мне и в голову не могло прийти, что учитель Эдита меня боится. На самом деле я думал, что между нами сложилась определённая близость. Мы частенько обедали вместе, и мне всегда казалось, что мы довольно открыты друг перед другом.

Сейчас я стал думать обо всех наших прошлых контактах.

Она всегда в общении со мной включала свои женские чары.

Мой учитель всякий раз блистала передо мной своими трусиками, чтобы соблазнить меня до определённой степени. Внутренне она испытывала панические чувства, и блистательные показы нижнего белья казались ей единственным доступным способом удержать меня от того, чтобы на неё напасть. Её бёдра были её секретным оружием.

— ...

Мысленно я вернулся к тем временам, когда мне доводилось созерцать трусики учителя Эдиты.

Каждый раз выбираемый ею ракурс показа бывал просто превосходным и очень эротичным.

Учитель Эдита внутренне сотрясалась от ужаса, когда блистала передо мной своими трусиками. В отчаянных попытках удовлетворить мои взыскательные вкусы она надевала всё более и более эротичное бельё.

— Подумать только... мне и в голову это не приходило...

— Это правда... вот почему... я... м-м-м... я...

И всё же.

Мне нужна печень Высшей эльфийки.

И подходящий экземпляр находится прямо передо мной.

Интересно, смог бы я быстро вырвать у неё печень и после этого мгновенно исцелить учителя Эдиту, так, чтобы она не почувствовала сильной боли. Быть может, она опасалась, что я именно так и поступлю. Возможно, как раз поэтому сегодня учитель Эдита была так блистательна в течение всей этой поездки.

Даже знай я, что смогу провернуть эту операцию совершенно безболезненно, не думаю, что я рискнул бы на это пойти. Может, я бы решился на такое при первой нашей встрече, но не сейчас, после того как мы стали так близки.

Чёрт, это ужасно.

Стыдно это признавать, но решиться на этот шаг — просто выше моих сил.

— Однако, поверь, сейчас, когда я это говорю, я уже не испытываю к тебе страха.

— Прости, что из-за меня тебе столько времени пришлось носить в себе это бремя.

— М-м-м, но сейчас я, м-м-м... думаю, что могу...

Учитель из желания мне помочь готова принести себя в жертву.

И именно поэтому я не могу принять от неё этот великодушный дар.

— Наверняка ты страшно меня боялась.

— Нет-нет, не пытайся сменить тему.

— Я передумал готовить эликсир молодости.

— ...

Учитель Эдита замолчала после моих слов.

— В практическом смысле я понимаю это так, что эликсир молодости просто невозможно создать. И попрошу тебя в дальнейшем не поднимать этот вопрос, поскольку я считаю, что ты заслуживаешь большего, чем просто быть использованной в качестве ингредиента для удовлетворения моих эгоистичных желаний.

То время, которое я провёл в обществе учителя Эдиты, уже достаточная награда для меня. Я общался с представительницей противоположного пола без необходимости за это платить. Такое и представить себе было бы невозможно в моей прошлой жизни. Даже плати я за общение с ней по 4 000 йен в час, то общее время, проведённое с учителем, в денежном выражении составило бы стоимость подержанной машины.

Время, которое я перевёл за разговорами с ней, значительно превосходит всё то время, которое я потратил на общение с женщинами за все свои тридцать лет жизни в современном обществе.

— Нет-нет, то есть ты...

— Неважно, если я не смогу вернуть свою молодость. Не переживай на этот счёт.

— Но ты же этого хотел? Ты так отчаянно этого хотел!

— Жертва, на которую нужно пойти ради достижения этой цели, слишком велика для меня.

— А? Вот как? Нет, но ты...

— Не бери в голову, леди Эдита.

Я всё понимаю, но у меня просто нет другого выбора.

Даже если я смогу вернуть себе свою молодость, я вряд ли встречу вторую такую чудесную женщину, как учитель Эдита. Так что меня вполне устроит просто проводить как можно больше времени в её обществе.

Даже если она прекратит блистать передо мною своими трусиками, я не изменю своего решения.

— Но разве так можно? После стольких трудов ты же буквально останешься ни с чем...

— Это вообще неправда.

— Почему?

— Ну, я ведь тебе уже говорил, что у меня есть вещи, которые для меня важнее, чем эликсир.

— Да? Я не помню.

Ой, я забыл, что просто вёл внутренний монолог и вслух ничего ей не говорил. Я уже привык «разговаривать» с малышкой Гоггору. Если так дальше продолжится, я стану выглядеть чокнутым со стороны. Надо впредь быть внимательнее.

Тут я припомнил, о чём малышка Гоггору заговорила с Эдитой некоторое время тому назад.

Малышка Гоггору могла нарочно произнести слова «Высшая эльфийка» ранее, чтобы я наверняка понял, в каком положении оказалась учитель Эдита. Я рад, что Гоггору такая предусмотрительная.

Она выручила моего учителя. Учителю Эдите не пришлось самой рассказывать мне, что она Высшая эльфийка и что у неё есть последний необходимый мне ингредиент. Ничего круче и умнее, чем этот шаг малышки Гоггору, мне ещё видеть не доводилось.

— Ну? И что для тебя важнее эликсира?..

— Встреча с тобой значит для меня много больше, чем какой-то эликсир.

— ...

— Так что мне ничего другого и не нужно.

Спасибо, малышка Гоггору. Я обязательно поговорю с тобой вечером на 30% больше.

Если тебе ещё что-нибудь нужно, просто дай мне знать.

Пока я хочу поправить наши отношения с учителем Эдитой.

Даже если она перестанет теперь показывать мне свои трусики, я буду счастлив просто общаться с ней каждый день. В конце концов, она и так привлекательная блондиночка. Может, когда-нибудь мне повезёт и я при помощи своего обаяния смогу заставить её раздвинуть ноги.

— ...

Впрочем, есть и одна грустная новость.

Неужели я так никогда и не стану вновь молодым?

***