Шиасса даже не обращала внимания на то, как израненный юноша безмолвно поедал волчьи сердца, измазываясь в свежей крови и не замечая ничего вокруг.

Ламия взволнованно стучала хвостом по голубоватой траве и радостно обдумывала увиденное.

Несколько секунд назад девушка лично заметила, как перед изувеченным юношей появилась летопись богов!

Конечно, она сильно отличалась от той, которую Шиасса уже когда-то видела, но ламия знала одно - это верный признак героя!

Ранее девушка ещё сомневалась в том, что столь кровожадный юноша может быть посланником богов, однако, теперь у неё отпали любые вопросы.

Почти каждое существо в Шаблониуме знало, что в этом мире появляются герои, ниспосланные богами для великих свершений.

И ламия не была исключением, даже более того, какое-то время она лично находилась в отряде новоявленного героя человеческой империи!

Однако, для Шиассы данный опыт закончился крайне болезненно, герой совершил поступок, оставивший глубокую рану на сердце девушки... Она до сих пор старалась не вспоминать эти неприятные моменты из её прошлого.

Разумеется, посланники богов в Шаблониуме появлялись не только у людей, часто они могли возникнуть и у других рас.

К примеру, точно известно, что у эльфов и некоторых видов зверолюдей не так давно появились свои герои.

Ходили слухи, что даже в королевстве демонов мог возникнуть собственный посланник!

Правда в человеческой империи его называют несколько иначе, но Шиасса уже не помнила, как именно.

К сожалению, по какой-то причине, большинство героев появлялось всё же именно у людей.

Как только о новоявленном посланнике становилось известно общественности, за ним тотчас высылали святых рыцарей, чтобы доставить его в столицу империи или в другие крупные города.

После этого каждый герой проходил загадочное тестирование, о котором знали только люди высшего положения.

Когда все формальности были решены, посланника богов зачастую наделяли различными привилегиями и в зависимости от результата тестирования, отправляли на какое-либо задание.

Так же, Шиасса слышала о вольных героях, которые не поступали на службу империи и вели свободный образ жизни.

Конечно, таким людям часто приходилось скрываться от святых рыцарей и прочих служителей престола.

Но иногда было и так, что герой по каким-то причинам не мог сдать тестирование, в этом случае его просто отпускали на волю или пристраивали на определённую работу.

Хотя, иногда встречались герои-ренегаты, как их называли в человеческой империи.

Такие посланники могли переметнуться на сторону эльфов или зверолюдей, воющих с людьми.

Однако, Шиасса слышала, что подобные случаи происходили всего несколько раз за десятилетия.

Зачастую герои разительно отличались друг от друга умениями, и всё же, у каждого из них была кое-какая общая способность.

Каждый посланник пользовался мифическими летописями богов, с помощью этого умения он мог получить знания и силы, не доступные обыкновенным смертным.

Хотя была одна вещь, несколько смущавшая ламию... Многие герои называли великие летописи богов - Статистикой или же Статами.

Девушка не понимала, зачем они дали божественным способностям такое странное наименование, но разве столь важно, как называется эта легендарная сила?

Данную информацию Шиасса в своё время почерпнула из уст новоявленного героя, в группе которого ей довелось находиться.

Конечно, есть вероятность, что всё изменилось, как-никак с того момента прошло уже где-то полтора года... Всё это время её перепродавали от одного хозяина к другому.

Лишь два раза за четыре года ламия продержалась в одном месте дольше трёх месяцев и второй случай был в команде того самого героя.

Девушка и раньше подозревала, что красноволосый юноша - герой, по одной довольно известной причине... Большинство посланников не видели в зверолюдях отвратительных уродов.

Как бы невероятно это не звучало, но зачастую герои относились к расам, отличным от человеческой, довольно положительно.

Никто не мог точно сказать, по какой причине посланники богов воспринимают рабов так спокойно.

Но в рядах зверолюдок даже ходили легенды о том, что существуют герои, способные полюбить таких, как Шиасса... Невероятная глупость! Конечно же, она сама не верила в этот смехотворный бред.

Такое ещё хоть как-то возможно, если речь идёт об эльфе или некоторых видах ушастых зверолюдей, ведь данные расы почти не отличаются от человеческой.

Иногда, даже обыкновенные люди могли завести отношения с эльфами или зверолюдьми, но во-первых, это происходило крайне редко, а во-вторых, данных личностей клеймили предателями или кончеными извращенцами.

В первом случае, тебя практически сразу казнили за измену родине, а во втором ты просто становился отбросом общества... Из-за чего к тебе относились не многим лучше, чем к рабам.

Однако, эти правила по какой-то причине не относились к посланникам богов.

Часто случалось так, что герои или героини воспринимали рабов не как пушечное мясо, а в качестве компаньонов для своих путешествий... К сожалению, именно это когда-то и произошло с Шиассой.

Но стоило разговору зайти о ламиях, гарпиях, слаймах, минотаврах или похожих зверолюдях... И даже посланники не могли воспринимать их, как...

Внезапно, Шиасса слегка покраснела, но уже через секунду она вспомнила героя, с которым находилась в одной группе и резко помрачнела.

Девушка крепко сжала кулачки и заскрипела острыми зубками, сдерживая подступающую горечь.

Взъерошенная ламия до сих пор не могла забыть то гадкое предательство, она полностью доверяла герою и всем сердцем желала отплатить ему за своё спасение, но этот человек...

Шиасса грубо шлёпнула хвостом по земле и тихо выдохнула, успокаивая себя.

Нужно держаться, ведь теперь у неё появился шанс вызволить свою жизнь из бесконечного круговорота перепродаж.

Девушка с надеждой в глазах посмотрела на юношу, ещё недавно поедавшего сердца зверей и не смогла удержаться от лёгкой усмешки.

— Ксхих... – ламия едва успела закрыть рот ладошками и сдержать смех.

Молодой человек сидел на волчьей шкуре и заинтересованно разглядывал красивое вечернее солнце.

Всё его лицо было столь обильно измазано в крови, что юноша походил на маленького ребёнка, не умеющего нормально принимать пищу.

В сочетании с невероятно серьёзным лицом молодого человека, получалась крайне забавная картина, если не вспоминать то, что произошло несколько минут назад...

Шиасса понимала, что смеяться над тем, кто пожирает сердца убитых животных совершенно ненормально, но она ничего не могла поделать, это выглядело слишком забавно.

К тому же, когда юноша так увлечённо рассматривал лучи заходящего солнца, ламии на мгновение даже показалось, что на его лице проявился отголосок печали.

Однако, стоило явиться внезапному порыву морозного ветра, как девушка моментально забыла о смехе.

Близилась ночь, из-за чего в зимнем лесу становилось всё холоднее и неуютнее.

Кроме того, девушка была сильно голодна и измотана, если Шиасса не предпримет хоть какие-нибудь действия, то может не пережить даже эту ночь.

Но что она могла сделать? У ламии не было средств для розжига костра, возможно, их забрали рабы, отправившиеся в Изумрудный лес... Даже не соизволили оставить немного для своих же "собратьев по кошмару".

Соответственно, девушка не могла использовать огонь для жарки мяса, более того, у неё не было и самого мяса.

Конечно, юноша отдал ей "вознаграждение", но ламия и близко не знала как нужно свежевать диких зверей.

К счастью, Шиасса успела прихватить немного провизии из каравана работорговцев.

Там было немного еды, которую к тому же поделили между собой рабы, да и сама пища представляла собой лишь кусочки вяленого мяса, разбавленный эль и чёрствый хлеб.

Запасов провианта может хватить от силы на полтора дня, если усердно экономить... Но еда была лишь малой проблемой для ламии, холод - вот её главный враг.

Шиасса всё чаще вздрагивала от потоков морозного ветра, она чувствовала, как хвост и кончики пальцев уже начинали неметь, а ведь ещё даже не ночь!

Но самое ужасное заключалось в том, что единственный подходящий источник тепла сейчас заворачивал куски сырого мяса в волчьи шкуры и аккуратно раскладывал их вокруг огромной сосны.

Видимо, юноша совершенно не боялся привлечь внимание других хищников столь пронзительным запахом крови, иначе давно бы выбрал другое место для отдыха.

Ламия взволнованно посматривала на неутомимого человека и надеялась, что он не собирается в путь, иначе ей точно придёт конец.

Наконец, израненный юноша завершил свои приготовления и просто сел под дерево на одну из звериных шкур.

Молодой человек за прошедшее время даже ни разу не посмотрел на вымотанную девушку, что немного обидело ламию, хотя и не понятно, чего она от него ожидала...

У Шиассы уже не хватало сил удивляться тому, как он мог спокойно поедать сырую плоть диких зверей, словно для него это было обычным делом.

Некоторое время ламия напряжённо смотрела на "героя", но уже через несколько секунд она выдохнула с облегчением.

Юноша принял странную позу, оперевшись спиной на толстый ствол дерева и молча закрыл свои пламенные глаза.

Это могло означать только то, что он не собирался идти дальше, а данный факт не мог не осчастливить измученную девушку.

Но хоть она и обрадовалась тому, что может временно расслабиться, всё же оставалась одна большая проблема... Где можно найти подходящий источник тепла?

Через пару минут, так ничего и не придумав, ламия обречённо вздохнула и начала устало расчищать землю под небольшим деревцем от холодного инея.

Свернув алый хвост так, чтобы на него можно было прилечь, Шиасса поудобнее закуталась в одежду и прислонилась к стройному древу.

После этого девушка вытащила свой скудный провиант и тихо приступила к поеданию вяленого мяса, запивая его слабым элем.

На вкус крайне пресно, но голод даже такую пищу мог сделать изысканным деликатесом.

Однако, в этой пище был заметный минус... Даже разбавленный алкоголь со временем может ослабить разум Шиассы.

По какой-то причине ламии обладали плохой сопротивляемостью к алкоголю, проще говоря, они напивались с поразительной скоростью.

В этом деле с ними могли поспорить разве что слаймы, но последние старались даже не приближаться к спиртным напиткам.

Однако, в данном случае, у неё не оставалось иного выбора, кроме как стараться пить горькую настойку маленькими глоточками, чтобы протолкать в себя чёрствый хлеб и не менее сухие полоски мяса.

Единственное, что радовало девушку - алкоголь немного согревал её тело, конечно, эффект был едва заметен, но это всяко лучше, чем ничего.

Некоторое время Шиасса безмолвно сидела под небольшой елью и медленно покусывала вяленое мясо, разглядывая тусклое вечернее солнце.

На морозный лес плавно опускалась мягкая темнота, и лишь редкие снежинки мерцали под лучами закатного солнца.

В зимней чаще витал приятный хвойный аромат, а стройные ели мерно раскачивались под дуновением колючего ветра.

Казалось, деревья вели загадочный танец, желая убаюкать души истерзанных путников.

Где-то вдали послышался загадочный вой, разогнавший мёртвую тишину холодного леса.

Дымчатые облака медленно плыли по тёмному небу, словно корабли по мрачному океану, обгоняя друг друга или соединялись в единое полотно.

С приближением темноты колючая трава начинала тускло светиться, укрывая земную гладь голубоватым сверканием.

Сумрачный лес заиграл сиянием ледяной красоты, разнося по тёмной округе мерцание бескрайней зимы.

Какой путешественник не отдал бы свою душу, чтобы лицезреть столь манящие картины природы?

Любой смертный желает попасть в мир несметных фантазий, где нет места печалям и страхам.

В этих краях всякие мысли утонут в хороводах безграничных мечтаний, оставив все тяжбы в пучине мёртвых стенаний.

К несчастью, наша участь остаётся всё той же - двигаться к великим желаниям, сквозь плотный туман бесконечных страданий.

И только одна душа не знала покоя в царстве холодных стенаний, умирая безмолвно в потоке ледяного дыхания.

Шиасса тряслась от любого порыва морозного ветра, алкоголь едва согревал немеющее тело, зато успешно обволакивал её разум пеленою сладкой дремоты.

Золотистое солнце практически скрылось за высокими деревьями, и лишь мрак планомерно овладевал просторами молчаливого леса.

Один только юноша мог безмятежно выдерживать холод, казалось, молодой человек и вовсе не замечал угрюмых морозов, постепенно срастаясь с высокой сосной.

— Ссс-сскахс... Ссс-ссак-ссас... Ксс-саас... – девушка пыталась окружить себя алым хвостом, но он уже почти не слушался обледеневшую ламию.

С каждой секундой Шиасса всё хуже осознавала, что происходит вокруг, она не чувствовала большую часть своего хвоста, её ладони немели, а всё остальное тело дрожало, словно в предсмертной агонии.

Девушка пустыми глазами взирала на столь тёплого юношу... Если обнять его, то станет теплее... Ведь, будет теплее?

Ламия уже не могла вспомнить, почему же ей нельзя обнять источник приятного жара.

Веки Шиассы тяжелели всё больше, она едва держалась в сознании, пытаясь не свалиться замертво прямо под елью.

Одежда не помогала, а хвост жутко болел... Хотя и эта боль медленно исчезала, сменяясь неестественным жаром.

Словно во сне, девушка попыталась подняться, но её тело слишком сильно ослабло.

Бедная ламия просто упала ниц в голубую траву, не успев даже выставить замёрзшие руки.

Она не могла больше терпеть, сознание Шиассы неуловимо ускользало из-под контроля души.

Девушка, словно в трансе ползла к теплоте, её разум бессильно тянулся к столь приятному жару.

Ламия едва двигала онемевшим хвостом и руками, всеми силами желая доползти до блаженства раньше, чем её сознание окончательно поглотят холода... Страшная и безликая тьма.

Шиасса медленно забывала, почему так усердно хочет доползти до тепла, возможно, она уже умерла?

Из ярко-жёлтых глаз покатились горькие слёзы, девушка совсем не хотела погибнуть... Ламия не желала, чтобы бесконечная пустота нагнала её раньше, чем она достигнет жара огня... Пожалуйста... Я не хочу умирать!

Внезапно, сквозь стену забвения прорвались необычайно приятные волны тепла, наполнившие замерзающий разум пламенем жизни и волей огня.

Ламия всем телом прижалась к источнику жара, её организм трепетал в приступе величайшего счастья.

Шиасса чувствовала, как холодная тьма уступает место ласке тепла, а ещё недавно умиравшее тело, наполнялось спасительным жаром.

От необыкновенного удовольствия девушка начала буквально тереться об источник святого огня.

И лишь на окраине сознания что-то настойчиво мешало девушке наслаждаться пылающим жаром.

Надоедливая мысль упорно лезла в водоворот удовольствия, не давая Шиассе сосредоточиться на манящем тепле.

Сознание ламии блуждало в забвенном экстазе, но девушка желала получить больше огня и постаралась обвить хвостом источник мощнейшего жара.

Шиасса бы и дальше наслаждалась столь блаженными чувствами, если бы не ощутила на шее загадочный холод.

В первое мгновение девушка не хотела понимать, что это такое, но уже через секунду в её голове что-то щёлкнуло.

Мысль, так усердно сверлившая её затуманенный разум, наконец прорвалась сквозь пелену удовольствия и Шиасса словно пробудилась от сна.

Первое, что увидела перед собой ламия, едва разлепив тяжёлые веки - два ярко-рыжих огонька, полыхающих буквально в нескольких сантиметрах от её лица.

Находясь в сладкой полудрёме, девушка рефлекторно попыталась осмотреться во мраке ночи, но что-то больно кольнуло её в шею.

Шиасса вяло перевела взгляд чуть ниже и заметила руку, покрытую ковром из разнообразнейших шрамов.

Ламия до сих пор ощущала мистический холод на своём горле, но она не могла осознать, что происходит вокруг.

Спустя длинное мгновение девушка вновь задумчиво посмотрела на два испепеляющих огонька, направленных точно на её покрасневшее личико.

Наконец, что-то замкнулось в разуме ламии, после чего ярко-жёлтые глазки моментально преисполнились неведомым страхом.