— Как вы уже поняли, всех вас что-то связывает. Но что же именно? Наша организация набирает для миссии по сохранению жизни на планете тех, кто неоднократно попадал в ситуации, в которых мог погибнуть ради спасения другой жизни, — начал рассказывать Арэно, разводя руками в стороны, придавая себе этим деловой вид, как и полагается человеку, которому поручили провести серьёзное мероприятие. — Вот ты, Намика...

— Д-да? Что? — вновь, будто бы боясь выдавила из себя девушка.

— Нам известно про вас практически всё. Мы знаем о вашем окружении, хобби, успехах в учёбе, биографии ваших жизней и все ваши личные данные у нас тоже имеются, — от услышанного у ребят на лице застыла гримаса ужаса, их сознание одолевала паника, а тело сковывал страх. Им было не по себе от того, что о них знают буквально всё те, с кем они даже не знакомы.

— Вот ты, Намика, — ещё раз повторил тот, — неоднократно спасала свою сестру от агрессии родителей, а в последний раз сама подставилась под удар ножом, рискуя своей жизнью.

И ведь правда. В семье Намики было 4 человека: отец, мать, сама Намика и её младшая сестра Минурэ. Хоть их семья и казалась со стороны дружелюбной и счастливой, но на самом деле отец был тираном. Дети были нелюбимы и подвергались насилию. Старшая сестра нашла выход, как избежать побоев и всегда пыталась подстроиться под настроение родителей, чтобы не попасться под горячую руку отца. Её главной задачей было вести себя покорно. Младшая же ещё не приноровилась и из-за этого ей всегда доставалось больше. Мать пыталась как-то справиться с отцом и встала на защиту младшей дочери, из-за чего ей пришлось лечь в больницу с гематомами и внутренними кровотечениями. Через несколько дней после того случая, отец в очередной раз разозлился на младшую дочь из-за пустяка.

***

— Да ты ни на что не пригодна, так и сдохнешь никому не нужной! Ты из-за своих поступков либо сдохнешь в нищете, прося в переходах копеечку, либо принесёшь в подоле и дальше развлекаться пойдёшь, свалив все обязанности на родителей! Мальчик её, блять, до дома проводил, рано тебе ещё думать о мальчиках, займись учёбой наконец. Тебе вообще насрать на мои слова? — кричал отец на свою младшую дочь, в то время как Намика пыталась успокоить её своими объятиями. Девочки сидели на полу в углу комнаты, плакали и выслушивали крики своего отца.

— Отец, прекрати на неё кричать, она не виновата, в её возрасте это нормально! — вложив всю свою душу, выкрикнула Намика с заплаканным лицом. — Ты не имеешь права запрещать ей дружить с людьми.

— Ещё и ты мне перечить будешь? Ушла на хуй отсюда, не то и тебе достанется! Будешь, блять, отца жизни учить? — ещё громче кричал отец, только теперь на Намику. Она заплакала ещё сильнее и, от страха быть избитой, как её сестра, поползла в сторону своей комнаты.

— Не смей трогать Намику! — выкрикнула Минурэ со злостью в глазах, еле как видную сквозь слёзы. — Она не виновата. Не трогай её! Не трогай! Не трогай! Ты не можешь этого сделать! — Минурэ чувствовала себя довольно героично зная, что, скорее всего, помогла сестре улизнуть от неприятностей, но страх взял верх. Минурэ вцепилась за свои волосы и, положив голову на согнутые колени, заплакала ещё сильнее.

— Как ты смеешь приказывать, что мне делать, а что нет? Ты мелкая сука! Тебе в будущем не светит ничего, кроме работы на трассе с таким складом ума! Ты жалкое ничтожество, ты позоришь нашу семью! — выкрикнул отец, достав из шкафа нож и подойдя к девочке. Намика, заметив сквозь пелену слёз блеск от лезвия ножа, стала бледнее чистого снега. Её глаза стали ещё шире от страха, слёзы будто остановились, позволяя рассмотреть происходящее лучше, сердце зашлось с неимоверной скоростью и единственная мысль набатом билась в голове — «спасти сестру». На окоченевших ногах она поднялась и рванула к отцу, который уже успел приблизиться к Минурэ, чтобы остановить его.

— Что ты задумал? Отойди от неё немедленно! — взявшись за обе руки отца и отведя его на безопасное расстояние выкрикнула Намика. Хоть она и была уверена в себе, но её голос дрожал от страха.

— Ты-то, блять, куда лезешь? Ничтожное отродье, никогда не получала и думаешь, что тебе всё дозволено? Сейчас и ты у меня получишь!

— Остановитесь! — выкрикнула Минурэ, наблюдая за происходящим. Дочь с отцом начали бороться. Ноги Намики подкашивались от каждого движения отца, но она пыталась держать равновесие, чтобы хоть чуть-чуть потянуть время до того, пока он придёт в себя. Эта «схватка» продолжалась ещё секунд тридцать, пока оба не остановились и на пол не упала капля крови.

Минурэ опять накрыла истерика. Она поняла, что произошло, но и поделать с этим ничего не могла, очень уж сильно она боялась. Злость с лица отца пропала, он будто бы потерял все эмоции. Единственное, что выдавало его за живого человека — это слёзы, покатившиеся по его щекам. Судя по всему, ножом он хотел лишь припугнуть младшую дочь, но, к сожалению, пострадала старшая. Во время их «схватки» отец под давлением руки Намики опустил нож вниз и, решив показать своё превосходство, хотел вернуть свою руку в исходное положение, но Намика оттолкнула отца назад, ближе к стене, из-за чего сама подалась телом вперёд и, по инерции, приблизилась к постепенно поднимающемуся ножу. Девочка получила порез на своём теле, начинающийся чуть ниже пупка и заканчивающийся чуть ниже правой груди. Через пару секунд её тело лежало на полу. На лице не было видно никаких эмоций, она выглядела умиротворённой и спокойной, пока из её живота быстро вытекала кровь, оставляя её обладательницу без жизненных сил. Отца охватил страх за дочь, он не хотел, чтобы это произошло. Осознание того, что Намика умирает, очень пугало его, мысли хаотично скакали и ни за одну из них он не мог ухватиться. Он не знал, что ему делать. Колени ослабли и больше не могли держать тело в ровном положении. Мелко подрагивая, он опустился перед дочерью и согнувшись заплакал, прикрыв ладонями лицо. Минурэ же лежала на полу в полном оцепенении и так же, как и её отец, не знала что делать и что будет дальше. Спустя минуту в дверь ворвалась полиция и приказала всем лечь на пол. Вероятно, соседи по дому услышали эти крики и, на всякий случай, вызвали представителей правоохранительных органов.

— Всем лежать, никому не двигаться! — выкрикнул, видимо, главный из них. — Не дай этому обезумевшему уйти, а я соберу улики.

— Мистер Викли, — так звали «главного», — вызовите скорую помощь, на первый взгляд рана не глубокая, но нужно поторопиться. Я окажу первую помощь, далее передадим её врачам. Эй, девочка, ты в порядке? — обратился второй сотрудник полиции к заплаканной Минурэ. Девочка не смогла ответить. Она лежала на полу и, видимо, боялась и не верила в то, что произошло.

— Ало, скорая? У нас двое раненых: первая физически, вторая морально. У девочки постарше порез ножом, глубина около 6 мм., а у второй, похоже, шок. Поторопитесь, диктую адрес...

В то время как один из них звонил в больницу, второй одел на их отца наручники и повёл в машину.

— Простите меня, дети мои, простите... — жалобно кричал он, будто бы осознавая, что натворил. По его голосу можно было понять, что он не хотел этого, но что поделать.

Спустя две недели девушки поправились: у Намики рана практически зажила, а Минурэ вышла из шокового состояния. Их отца посадили в тюрьму, а мать ещё не до конца вылечилась, поэтому они остались под опекой своей бабушки, живущей в том же городе, но чуть дальше от центра. Жизнь девочек полностью изменилась. Хоть они больше не видели своего отца, от которого у них осталось много психологических травм, но жизнь с другим человеком всё равно не изменила их модель поведения. Они всё так же замыкались в себе и не могли жить счастливо, но хотя бы начали время от времени улыбаться понимая, что всё плохое позади.

***

— Намика! Намика! Намика! Что с тобой? Тебе нехорошо? — сказал Арэно, стоя рядом с упавшей в обморок девушкой. — Может сладкого чаю?

— Н-нет, всё хорошо, спасибо. У меня просто закружилась голова из-за плохих воспоминаний. — Намика уже привыкла к обстановке и более комфортно ощущала себя в этой компании, поэтому смогла объяснить, что с ней только что случилось.

— Хорошо, но если чего-то захочется, то не стесняйся, говори, — любезно произнёс Арэно, поднимая её хрупкое тело на стул. — А теперь есть одна просьба. Я понимаю, что она странная и, если ты откажешься я пойму. Глаза Ками и Макито налились любопытством, и видимо не зря.

— Я-я, я вас слушаю.

— Мы знаем, что у тебя всё ещё остался шрам под грудью после пореза. Не могла бы ты показать хотя бы малую его часть, чтобы Ками и Макито могли убедиться в том, что мы не обманываем их по поводу того, что знаем о вас всё? — явно ожидая получить отказ, спросил Арэно.

— Мне пофиг, честно, — сказал Макито продолжая есть ужин. — Вот принесёте мяса и будет вдвойне пофиг, му-ха-ха-ха.

— А тебе, Ками? — спросил Самурай, смотря прямо ему в глаза. Соединив два предложения в своей голове, «можешь показать» и «шрам под грудью», Ками оцепенел, ведь ему никогда ещё не удавалось увидеть женского тела, а тем более дотронуться до него. Хоть он и был на свой взгляд довольно симпатичным парнем, с девушками у него никогда ничего не получалось.

— Д-да, конечно, смот... — сказала Намика схватившись за низ футболки руками и слегка приподняв её.

— Нет-нет-нет-нет-нет! Я-я, я тебе верю, не переживай, — явно переживая, произнёс Ками. Арэно понял его состояние и не стал высмеивать, как и поступил бы настоящий мужчина.

— Ладно, раз вы нам верите, то так тому и быть. Теперь ты, Макито!

— А чего я-то сразу? — с набитым ртом, произнёс Макито, явно с неохотой раскрывать свои скелеты в шкафу.

— Стойте! — встав со стула и посмотрев прямо в глаза Арэно, сказал Ками.

— А? Что такое?

— Вы сказали, что знаете про нас абсолютно всё. Мне интересно знать, откуда у вас эта информация? — подходя прямо к самураю, произнёс юноша.

— Что же, тут сыграли роль три фактора: проверенные источники, немного магии и божья сила. Хы, — улыбнувшись в конце, сказал Арэно.

«Опять цирк какой-то, по любому меня разыгрывает».

— Не верю я в эту вашу магию, бред как по мне. Существуй магия, мы бы все давно уже...

— Инрьёку*! — выкрикнул Арэно, вытянув руку в сторону Ками и опустив средний и безымянный пальцы вниз.

[П. П. Инрьёку (яп. inryoku «сила притяжения») — способность Арэно управлять и контролировать земное притяжение в некотором радиусе.]

После этих действий Ками прижало к полу, будто бы сила притяжения этой планеты увеличилась в десятки раз. Также это явление сопровождалось сильным шумом, отчего Макито и Намика сразу же закрыли уши ладонями, чтобы не оглохнуть. Минэро же, находившийся чуть дальше от стола, стоял как ни в чём не бывало. Видимо, он ожидал такого поворота.

— Остановись, Арэно! — подбежав к нему сказала Элиза, явно переживая за юношу. Тот же в свою очередь остановил поток магии и вернул руку в исходное положение, чтобы подсесть к Ками.

— Ну как, теперь веришь? — улыбаясь, спросил он. Вероятно, всем присутствующим в этой комнате стало страшно за него, что не скажешь о том же безэмоциональном Минэро, который мысленно находился явно не в этом помещении. Арэно, скорее всего, не хотел сильно ранить Ками, он сделал это для доказательства серьёзности своих намерений. Ками начал подниматься с пола, чтобы сесть на колени и тяжело задышал. По его лицу стекали капельки пота и плечи чуть подрагивали из-за резкой смены давления. В ушах до сих пор стоял шум, а глаза бегали из-за расфокусировки. На его лице была видна растерянность, страх и удивление. Он действительно не верил тому, что произошло пару секунд назад.

— Что произошло? Как ты это сделал? — всё так же растерянно сказал Ками. Вероятно, только сейчас он начал понимать, что к чему, что те слова по поводу спасения земли скорее всего были не вымыслом.

— Я думаю, вы все увидели на что мы способны. И это лишь малая часть моих сил, — сказал Арэно с доброй интонацией. Видимо, он больше не хотел пугать ребят. — Теперь, наверное, ни у кого не осталось сомнений в моих словах. Продолжим, — он сделал небольшую паузу в своём монологе. — Макито, что по поводу тебя?