Радостные крики рабов и зоан разнеслись по всему городу.

Они смогли убить великого полководца, который вел солдат, и вдобавок ко всему смогли взять в плен феодала. Поэтому не было ничего плохого в том, чтобы назвать это ошеломляющей победой.

Зоаны, которых до этого момента всегда убивали солдаты-люди, восстановили свою гордость и уверенность в себе блестящим достижением - взятием человеческого города, и поэтому были взволнованы.

И рабы, которых до сих пор продолжали осыпать клеветой и хлестать кнутом их тиранические хозяева, трепетали от восторга, что их освободили, и они осуществили свою месть.

Однако, в течение этого нахлынувшей огромной радости, только Сома испытывал сожаление.

- В таком виде это никуда не годится. Это не служит никакой цели…

То, на что смотрел Сома, не было зоанами или рабами, тонущими в восторге.

Он смотрел на разрушенные дома.

Трупы жителей города, которые превратились в жертв.

И огромная проблема, которая была видна рядом с ними.

«Зоаны, которые гордились своими военными заслугами.

Полулюди. В таком случае это безнадежно.

Гномы, которые празднуют свое освобождение.

Ничего хорошего, все напрасно. Бессмысленно.

Динозавр, который кричит о еще большей мести.

Бесполезно, бесполезно, напрасно!»

- Что же мне делать? Что же мне лучше всего было бы сделать?

Откуда-то из ушей Сомы доносился смех девушки, а он только и делал, что повторял свои слова.