52

Он почти полностью израсходовал духовную энергию, оставшуюся в его теле, чтобы исцелить Аруве. Теперь он был уверен, что даже если его перевернуть вверх ногами и встряхнуть, то всё равно больше ничего не выйдет.

Единственным его оружием был нож, который Кай носил с собой.

Он потерял много крови, и чувство истощения было подавляющим, но другие носители стража, которых он поглотил, должно быть, выступали для него словно топливо. Кай всё ещё полностью контролировал свои конечности и, приложив некоторые усилия, мог двигаться.

Он мог ходить, не теряя равновесия. Каким-то образом ему придётся убить его, находясь в таком состоянии.

Кай прислонился дрожащим телом к стене хижины, чтобы не рухнуть на землю, пока думал.

Убей...

Голос его бога постоянно прерывался, но всё же доходил до него.

Я понял, Бог Мой.

Хотя, приложив усилия, он мог двигаться, что-то ощущалось не совсем правильным, и он не мог избавиться от чувства замешательства. Должно быть, это было следствием отсутствия его божественного камня.

Несмотря на то, что многие органы были жизненно важны для поддержания человеческой жизни, когда такие органы, как печень и поджелудочная железа, пропадали, это оказывало влияние на организм с небольшой задержкой. Потеря важного органа не всегда приводила к немедленному летальному исходу.

Каю было трудно думать. Вокруг него словно стоял густой туман, не позволявший увидеть всё, что перед ним, за раз. Даже его способность использовать магию угасала, поскольку методы, которым он научился на собственном опыте, начали исчезать из его памяти.

Сейчас... Убей...

Потерпи, Бог Мой.

Хотя он и сжимал нож крепко, но чувствовал необходимость дополнительно поддерживать его пустой рукой, чтобы не выронить. Было нелепо держать такое маленькое оружие двумя руками.

Его запасы духовной энергии иссякли, поэтому он не мог использовать магию. Магия всегда была основой трюков Кая, и без неё шансы на победу были близки к нулю.

Когда он впервые попробовал использовать магию, он не был носителем стража; его божественный камень был низкокачественным божественным камнем обычного солдата. Сколько бы он ни ждал, его духовная энергия вообще не восстанавливалась. Это подтвердило его первоначальное предположение о том, что духовная энергия поступает из божественного камня.

Он ненадолго закрыл глаза и продолжил размышлять.

Ему нужно было придумать, как победить.

Нужно было как-то смертельно ранить жреца, чьи боевые искусства были настолько развиты, что даже господин Олха не смог его победить. К своему разочарованию, он никак не мог собраться с мыслями, поэтому попытался разбить проблему на части и взглянуть на неё более просто. Это было не похоже на него — использовать такой логический подход для решения проблем, но такой подход позволил ему отсеять все ненужные мысли.

В конце концов Кай пришёл к выводу, что у него есть только один способ победить жреца с помощью силы. Но чтобы ухватиться за эту единственную ниточку надежды, дающую крошечный шанс на победу, ему кое-что было нужно.

Его мышление стало необычайно интеллектуальными, словно это уже не было мышлением некультурного ребёнка из пограничья. Когда в его жизни наступил кризис, что-то из прошлой жизни стало влиять на него всё сильнее, и оно было намерено вызвать перемены в этом мальчике.

И тут в его голове что-то щёлкнуло.

У него не было времени колебаться.

Кай глубоко вздохнул и приступил к разработке плана, который позволил бы ему достичь своей цели.

Кай тихо вылез из хижины.

Трава под ногами издала лёгкий звук, когда он наступил на неё, заставив его на мгновение замереть.

Затем он снова начал двигаться.

Вот и он.

Нада, казалось, не заметил приближения Кая: он сидел на месте, сосредоточившись на чтении молитв и вычерчивая пальцами в воздухе священные символы.

Если бы у Кая всё ещё оставались благословения бога долины, он мог бы увидеть, как аура жреца поднимается от его тела, словно яркое пламя, пока тот возносит молитвы. Но глаза Кая больше не могли видеть ничего такого.

Хотя Нада был поглощён чтением молитв перед могильником бога долины, ему всё же удалось заметить бесшумное приближение Кая. А когда Кай подошёл совсем близко, он внезапно перестал молиться.

Нада посмотрел на Кая из-под капюшона своего жреческого облачения. Он скрестил руки на груди, словно извиняясь перед богом за то, что прервал церемонию, а затем расцепил скрещённые ноги и встал. Кай знал, что глаза, которые были почти полностью скрыты под капюшоном, внимательно наблюдают за ним.

— Как так получилось, что Вы всё ещё живы?

У Кая не было ответа на внезапный вопрос Нады.

В ответ он просто уставился на него.

Медленно сокращая расстояние между ними, он держал перед собой нож, словно девушка, которая никогда не держала в руках оружие.

Нада пытался найти ответ на свой вопрос, глядя на свежую дыру, которую всё ещё было видно в груди Кая. Он медленно опустил прикрывающую рот ткань, и выражение его лица словно спрашивало, почему рана не оказалась смертельной.

Кай ничего не мог поделать. Выражение растерянности на лице Нады было настолько забавным, что это заставило его рассмеяться.

Брови Нады поднялись.

— Рана была смертельной... Божественный камень был извлечён. Осталась всего лишь оболочка носителя стража, чей страж был удалён. Восстановление должно было быть невозможным.

Тут глаза Нады широко распахнулись, словно он понял, что происходит.

Нада явно опешил, а Кай снова издал странный высокий смех.

По какой-то странной причине его руки перестали дрожать. Ему казалось, что страх перед Надой исчезает с каждым его смешком.

И тогда он воспользовался случаем, чтобы наброситься на него.

Ему было известно, что если его первая попытка провалится, то он уже не сможет остановить Наду, который убьёт его окончательно. Он с самого начала приложил все свои силы.

Даже без своего стража, он чувствовал, что всё ещё может сравниться с лучшим солдатом Лага, Баско. Он и без благословений мог сказать, насколько возросла присущая ему физическая сила, сила, заключённая в его собственной плоти.

Искатель истины получил дои сигил и показал, что способен превзойти господина Олху в боевых искусствах. Поскольку Кай был ранен и лишён своего божественного камня, искателю истины было легко следить за его движениями. Жрец нацелился на рубящий удар голой рукой по запястью Кая, которым собирался выбить нож из его рук, оставив безоружным.

Но держать запястье так, чтобы по нему можно было легко нанести удар, было частью плана Кая с самого начала. Он притворился, что уклоняется, а на самом деле, одной ногой, стал атаковать стопы Нады. Нада увидел это и в последний момент легко отпрыгнул назад, а затем инстинктивно попытался отбить вытянутую ногу Кая, пока та находилась в воздухе.

Любой, кто изучал боевые искусства, знал, что такого рода обмены ударами — обычное дело, поэтому Кай с самого начала знал, как уклониться, и ему удалось уйти от атаки как раз вовремя.

Затем Кай начал использовать круговую работу ног. Это была самая надёжная техника для любого из деревни Лаг, кого обучали Зула-рю, боевому искусству пограничья.

— Кай. — позвал его Нада по имени.

От того, что человек, только что пытавшийся его убить, в такой дружеской манере назвал его по имени, по спине пробежали мурашки.

Кай следил за малейшими движениями противника, держа в руках нож, и сосредоточился на том, чтобы сдержать его.

— Как Вы исцеляетесь?

Взгляд Нады не отрывался от раны на груди Кая.

Словно его что-то привязало к ней.

Сила Нады была эквивалентна силе носителя стража, поэтому в бою один на один он мог бы расправиться с многообещающим солдатом из деревни одной атакой. Но Нада так настороженно относился к Каю, что даже не пытался это сделать.

Кай начал смеяться так сильно, что у него перехватило дыхание. Выглядело так, словно он потерял рассудок. Он начал кашлять, всё ещё не восстановив дыхание.

— Ответьте мне.

— Взгляни и увидишь.

— Без благословений, защищающих Вас, Вы не должны были исцелиться от такой тяжёлой раны за столь короткое время. Я забрал у Вас камень.

— Даже сейчас я всё ещё исцеляюсь, мало-помалу.

Кай рассмеялся неприятным смехом. Он вёл себя так, словно даже сейчас его раны исцеляет регенеративная сила, присущая всем носителям стража. Затем Кай пнул грязь у себя под ногами.

Это не какая-то особо сложная уловка, но Нада был настолько чрезмерно насторожен, что из-за этого отступил назад. Он был так напуган, словно его противником был носитель стража со способностями, намного превосходящими его собственные.

— Что ж, похоже, Ваше восстановление не завершено. Я должен нанести последний удар, пока не стало слишком поздно.

Жрец достал из-под своих одеяний тот самый инструмент.

Это было белое оружие, похожее на вырезанное из кости, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это вовсе не клинок. Та часть, которая напоминала лезвие, на самом деле была больше похожа на белую трубку, обрезанную по диагонали, а внутри оружие было полым.

Оно, видимо, было изготовлено для того, чтобы отделять количество плоти, соответствующее ширине трубы. Рукоятка выглядела как часть инструмента, которым жрец бьёт в колокол в местах религиозного поклонения.

Кай целился в инструмент. Оружие, предназначенное для убийства носителей стража, представляло собой серьёзную угрозу. Однажды оно уже чуть не убило его, так что цель была очевидна.

С помощью необычной серии движений Нада приманил к себе Кая и, пока тот был отвлечён на инструмент, другой рукой, из слепой зоны, потянулся к отверстию в его груди.

Закалённые тренировками пальцы Нады снова проникли в тело Кая. Он разорвал несколько кровеносных сосудов, которые лишь едва успели восстановиться, и схватил свою цель. Нож Кая так и не задел левую руку Нады, державшую тот инструмент. Вместо этого он лишь прорезал чёрный рукав.

То, что Нада вырвал из дыры в груди Кая, то, чего там никогда не должно было быть, оказалось вторым божественным камнем.

— Э-это!..

Для такого искателя истины, как Нада, вид божественного камня в ране в груди Кая должен был вызвать непреодолимое чувство жадности.

Это действительно был настоящий божественный камень.

Но этот божественный камень уже был вскрыт. Это был старый божественный камень, съеденный уже очень давно.

Пока Нада осмысливал произошедшее, Кай катился по земле, сжимая в руках предмет, вывалившийся из разрезанного рукава.

Вернуть этот предмет и было целью Кая всё это время.

Где бы он ни был спрятан, Кай никогда бы не упустил его.

Убей его сейчас же!

Да, я слышу тебя, Бог Мой.

Он схватил недостающую часть себя и погрузил её обратно в дыру в своей груди.

Ход поединка изменился.