40

Хотя она поклялась ему в преданности, он всё ещё не мог взять её с собой в Лаг.

Эта девушка-узэллка, Нирун, думала, что Кай, очевидно, являлся вожаком стада, потому что он был носителем стража. Она пришла к выводу, что у него должен быть достаточно высокий социальный статус, чтобы быть тем, кого люди обычно называют бароном. На самом же деле, он был не более чем скромным пехотинцем в своей деревне. Как только они вернутся туда, Кай не сможет защитить её, и ему будет трудно убедить жителей деревни переступить через свои сильные предубеждения против полулюдей и принять девушку из расы узэллов.

Именно поэтому ему пришлось остановиться и поспорить с ней, прежде чем он добрался до места, где отправившийся в экспедицию отряд разбил лагерь. Спор закончился тем, что он пошёл на компромисс, разрешив ей некоторое время пожить возле долины, подобно корору.

Ещё несколько мгновений назад он собирался убить её и поглотить божественный камень, содержащий в себе её стража. Такая внезапная смена отношения удивила его.

В тот момент, когда Нирун поклялась ему в преданности, он почувствовал тепло в своём божественном камне, а затем почему-то проникся тёплыми чувствами к девушке, словно она была членом его большой семьи. Ему не составило труда догадаться о том, что это означало принятие богом долины бога земель Нирун.

Поселение узэллов, где родилась Нирун, называлось Назикази; а её бога земель звали Назельказель.

Когда Кай сказал Нирун, где найти долину, та кивнула, словно очень легко всё поняла. Она, должно быть, также получила указания от бога внутри себя. Так как и макаки, и орги разбежались, Нирун сказала, что использует эту возможность, чтобы найти выживших из своей деревни, прежде чем отправиться в долину. Кай доверил ей некоторые из своих вещей, которые в основном получил от солдата в доспехах, а также божественные камни, собранные им. Он сказал, чтобы она отдала их корору по имени Порек.

Когда им пришло время расстаться, девушка внезапно обняла его.

— Что ты делаешь?

— Наношу запах на тебя.

Он недоумевал, почему она трётся головой о его одежду в области груди, но, видимо, это был уникальный способ, с помощью которого узэллы демонстрировали свою привязанность.

Не показав никаких признаков горя по утраченной родине, она помахала Каю на прощание и скрылась в лесу, освещённому лучами утреннего солнца.

Понаблюдав за тем, как девушка ушла, Кай приложил нос к той части одежды, о которую она потёрлась головой, и понюхал. Он почувствовал сладковатый запах и обнаружил, что одежда покрыта множеством волосков, которые можно было бы принять за шерсть оленя, если бы сезон был подходящим. После чего, с некоторым раздражением, смахнул эти волосы с одежды.

Пора идти.

После недолгой попытки привести себя в порядок, он начал идти к лагерю.

По запаху, что разносил ветер, он уже знал, что жрец и выжившие солдаты из Лага всё ещё там.

Благодаря тому, что Кай отвлёк солдата в доспехах, два других солдата благополучно вернулись в лагерь раньше него. Он задумался о том, как ему отвечать на их вопросы. Сообщать им о победе над солдатом в доспехах было нельзя, поэтому, вместо этого, он решил сказать им, что побежал в противоположном направлении и так поздно пришёл, потому как заблудился.

Группа должна была опасаться, что могущественный носитель стража оргов преследует их, и продолжать двигаться вперёд. Каю даже не пришло в голову, что их решение ждать его на одном месте было подозрительным.

Запах готовящегося завтрака прогнал все его опасения и заставил ускорить шаг.

**

Экспедиционная группа вернулся в деревню вечером того же дня.

Хотя они потеряли один из отрядов сопровождения, на обратном пути им не встретились полулюди, поэтому Кай и остальные смогли добраться до ворот деревни без происшествий.

Жители деревни, вышедшие поприветствовать вернувшихся, явно заметили, что тех стало меньше, в сравнении с количеством, которое отправлялось в путь. Но никто не упомянул об этом. Они просто сказали: «Мы рады, что вы вернулись», и поблагодарили их за усилия.

В конце, жрец собрал всех членов экспедиционной группы у входа в замок и поблагодарил их за то, что они рисковали своей жизнью, дабы помочь ему в его исследовании. Прежде чем все разошлись, он прочитал для каждого из них заклинание, отгоняющее проклятия полулюдей. После этого, экспедиционная группа была распущена. Однако, как только уставшие солдаты стали возвращаться в казармы, чтобы отдохнуть, жрец позвал Кая обратно.

— Можно Вас ненадолго, Кай? — спросил он, чем немного удивил Кая.

Жрец взялся за свой капюшон, который закрывал лицо, и опустил его, чтобы посмотреть Каю прямо в глаза.

— Есть кое-что, что я хочу обсудить с Вами. Мы можем поговорить в моих покоях.

— Искатель Истины?..

— Я не займу слишком много Вашего времени. Мне просто нужно кое-что подтвердить.

Раздражение Кая, должно быть, отразилось у него на лице. С кривой улыбкой жрец добавил: «Я могу предложить Вам несколько ценных сладких конфет».

Он приехал из Мааса, расположенного в центре страны, так что вполне возможно, что с собой у него были сладости или бобовая паста. Это было непреодолимое искушение для мальчиков вроде Кая, которые выросли в пограничье.

Когда они вошли в замок, где находились комнаты для гостей, Кай понял, что с людьми, которых он увидел внутри, что-то не так. Даже когда он и жрец, только что вернувшиеся из экспедиции, проходили мимо, все оставались сосредоточенными на своей работе, словно что-то их разозлило.

В то время как казармы были заполнены мужчинами, всю работу в замке делали женщины. Затем вид лица Кая заставил одну из молодых женщин отреагировать.

— Кай!

Было очевидно, что Кай находится со жрецом и у него есть дела, но это, похоже, не волновало девушку, которая его окликнула.

Он узнал в ней одну из девушек, которых видел в кладовой, где провёл ночь с Эльзой, прежде чем покинуть деревню. Она взяла его за руку и уже собиралась куда-то отвести, но тут заметила, что он со жрецом, и быстро отдёрнула руку.

— Нам с Каем нужно кое-что обсудить. Есть какие-то проблемы?

Жрец был достаточно вежлив, чтобы спросить, но он явно являлся человеком, требующим такого же уровня уважения, как барон и инспектор, если не большего. С ним нельзя было разговаривать небрежно.

Девушка заволновалась, но неотложные обстоятельства, побудившие её к таким действиям, взяли верх. Она укрепилась в своей решимости и, кивнув, рассказала Каю в чём дело.

— Девушка... Эльза в плохом состоянии.

Кай почувствовал, как его сердце пропустило удар.

Должно быть, что-то случилось, пока его не было в деревне несколько дней.

Он хотел сразу же отправиться к ней, но не мог просто так уйти от жреца. Кай посмотрел на него.

— Похоже, действительно есть проблема.

Жрец был достаточно внимателен, чтобы понять всю серьёзность ситуации.

— Ну, раз такое дело... — дал он разрешение Каю отправиться к Эльзе.

— Спасибо, Искатель истины.

— Не за что. Наш разговор может подождать. Если окажется, что Вам нужна моя помощь, не стесняйтесь сказать об этом. В конце концов, я в некотором роде обязан Вам, Кай.

Жрец склонил голову, и девушка тоже склонила свою.

Затем, подталкиваемый девушкой в спину, он поспешил туда, где его ждала Эльза.

В тот момент Кай не заметил, что жрец остался стоять на том же месте, неотрывно наблюдая за тем, как он уходит.

Место, куда его привела девушка, было общежитием, в котором жили работающие в замке девушки-служанки.

Оно находилось на огороженной территории позади замка, куда мужчинам обычно не разрешалось заходить.

Когда девушка провела Кая внутрь, ни одна женщина не возразила против его присутствия. Словно все прекрасно понимали ситуацию. Некоторые даже сказали ему: «Поспеши к ней».

В отличие от казарм, где проводили своё время мужчины, в женском общежитии в воздухе витал насыщенный аромат. И хотя атмосфера была подавляющей, Кай всё равно вошёл внутрь него. Часть внутреннего пространства общежития была выделена под зону, где члены женского совета жили каждая в отдельной комнате. Всех остальных же собирали в одной комнате, в которой они проживали совместно.

Место, куда привели Кая, находилось глубже внутри, чем любое из этих двух. Это была комната с кроватями, где оставались больные и раненые, нуждающиеся в уходе. В комнате было четыре кровати, и группа людей собралась вокруг той, что расположена глубже всех. Это была единственная занятая кровать на тот момент.

Зловещее предчувствие Кая всё усиливалось.

Девушка, что сопровождала его, как только она привела его к месту назначения, больше не могла сдерживаться, и дрожащим голосом объяснила ситуацию.

— Мы все думали, что с ней всё будет в порядке... Мы постоянно говорили ему, что она не «чистая девушка».

Как только девушка начала плакать, Кай стиснул зубы и попытался сдержать растущую в нём ярость.

На кровати перед ними лежала Эльза, тело которой было обёрнуто бинтами, покрывающими болезненные раны. Она лежала, глядя в потолок, словно была просто телом, оставшимся без души. Её глаза слегка двинулись, чтобы посмотреть в сторону Кая, как только он приблизился.

На мгновение они широко раскрылись, а затем по её лицу побежали слёзы, она начала плакать.

Умоляющий взгляд лишь на мгновение усилился, а затем она отвернулась от него и уставилась в стену.

Принимая во внимание чувства Эльзы, одна из пришедших её навестить девушек, поймала взгляд Кая и начала медленно объяснять ему подробности ситуации.

Если коротко, то инспектор был чем-то расстроен, и именно Эльза была за это наказана.

— Женский совет заставлял Жозе отказывать ему снова и снова. Но он просто не слушал. Он продолжал говорить, что мы лжём. Он так сильно разозлился и сказал, что мы, наверное, считаем его слепым.

Какими бы благословениями ни одарил эту жабу его страж, он, должно быть, был ужасно уверен в своей способности оценивать женщин. Он силой затащил Эльзу в свою комнату, чтобы самому осмотреть её.

Последовавшая за этим ярость инспектора, была настолько ужасающей, что даже барон побледнел. В гневе он выхватил кинжал и стал бездумно резать испуганную Эльзу. За то короткое время, которое потребовалось барону, чтобы встать между ними, две другие женщины, которые при всём этом присутствовали, оказались убиты.

Ему понравилась Эльза. И, видимо, какая-то оставшаяся привязанность к ней, помешала ему забрать её жизнь. Но он проявил свою привязанность иначе, истязая её и заставляя кричать. После того, как пытки закончились, бедная девушка оказалась в ужасном состоянии.

Затем инспектор сказал, что возмущён Лагом за попытку выставить его дураком. Он пригрозил отправить ложные результаты своей инспекции в королевскую столицу, что может привести к полному разрыву всех связей с Домом Молох. В результате все члены семьи барона отчаянно пытались его успокоить.

Это абсурд какой-то.

Кай совершенно потерял дар речи.

Его переполняло лишь чувство чистой ярости.

Взглянув на дрожащую Эльзу, которая всё ещё отворачивала от него лицо, Кай не смог сдержать вырвавшихся из уст слов: «Эта чёртова жаба».