Часть 1 — Мальчик из деревни Лаг

1

В тот день казалось, что убийствам не будет конца. Дыхание мальчика участилось, когда он ощутил, сжавшее его сердце, тяжёлое присутствие бога смерти. Из-за затуманенного зрения, его шаги были неуверенными. Он старался не наступить на труп, из-за чего его нога попала на грязную почву, что нарушило его равновесие.

То тут, то там земля была мокрой, как если бы в этот день, над суровой, сухой землёй, известной как пограничье, прошёл дождь. Но, конечно, никакого дождя не было. Земля была влажной от крови и телесных жидкостей, что вытекли из, источающих отвратительный запах, тел мертвецов.

— Дерьмо...

Проглотив невольно вырвавшийся возглас, мальчик внезапно бросился на землю, руководствуясь каким-то инстинктом.

Мгновение спустя, в том месте, где только что была его голова, со свистом пролетел огромный валун.

Физическая сила полулюдей-макак, жадно бесчинствующих на человеческих территориях, ужасала. Валуны, которые они время от времени бросали с опушки леса, обладали достаточной силой, чтобы разбить на тысячи кусочков щит из твёрдой древесины. Нечего и говорить, что от прямого попадания голова мальчика лопнула бы, словно дыня.

Даже падая, мальчик не спускал глаз со спин своих товарищей по отряду и отчаянно пытался не отставать от них, поскольку они, казалось, легко могли уйти без него. Представители человеческой расы, к которой принадлежали мальчик и другие хрупкие пехотинцы из деревни Лаг, должны были объединиться, иначе они были бы убиты, ещё до того, как смогли бы дать отпор. Держа копья наготове, они как один бросились на своего могущественного врага.

Люди были невероятно слабы, по сравнению с более сильными полулюдьми. Если бы люди не знали, как сражаться группой, и бились бы поодиночке, у них не было бы шансов защитить свою землю от более сильных полулюдей, с которыми они столкнулись.

— Покажем им гордость Лага!

В ответ — отряд взревел.

Мальчик стоял в центре этого отряда из пяти человек, в его обязанности входило целиться в ноги противника. Слева и справа от него, другие копья были подняты немного вверх, нацеленные на сердце и лёгкие. Наконечники их копий образовывали барьер, расположенный сверху и снизу так, чтобы через него нельзя было проникнуть, прыгнув или присев. Их целью была макака класса Воин, существо высокого ранга, которое было намного крупнее других и имело на мехе отметины, в виде бледных точек.

Макака почувствовала от них угрозу и взмахнула в их сторону каменным топором, который держала в своей руке. Удар пришёлся на наконечники их копий сбоку, в результате чего два копья, обращённые вверх, были отброшены в сторону вместе с солдатами, которые их держали. Оставшиеся трое солдат увернулись от своих падающих товарищей по отряду и бросились вперёд.

Мальчик вложил весь свой импульс в копьё, вонзая его в жёсткий мех, покрывавший голень макаки.

Убейте!..

Мех был прочным, как металлическая проволока, создавая тем самым естественную защиту от наконечника копья и грозя увести его в сторону. Мальчик с силой скорректировал направление копья и вонзил его во внутреннюю часть бедра макаки. Затем мальчик, приготовившись к смерти, изо всех сил навалился на макаку. Он чувствовал, как прорезается плоть.

Стоило ему воспрянуть духом от того, что атака прошла успешно, как его сбили с ног споткнувшиеся товарищи по отряду, от чего драгоценное копьё выскользнуло из рук.

В тот момент, когда мальчик понял, что потерял своё оружие, как результат интенсивных тренировок, его тело отреагировало само собой: одним плавным движением он выхватил острый нож, висевший у него на поясе.

— Сдохни!

Утратившая равновесие, макака наклонилась вперёд, и мальчик тут же, рискуя своей жизнью, нанёс единственный удар вверх, направленный ей прямо в горло.

Следуя его примеру, остальные солдаты, с дикими глазами, атаковали противника. В одно мгновение тело макаки покрылось глубокими ранами. Она взревела столь громко, что, вблизи, могло бы разорвать барабанные перепонки, и стала беспорядочно размахивать своими обезьяноподобными руками.

Недостаточно глубоко!.

Этого всё ещё было недостаточно, чтобы нанести смертельную рану.

Длинная рука врага ударила мальчика и подбросила его в воздух, словно лягушку, которую пнул злобный ребёнок. Пока земля и небо вращались в его глазах, мальчик вдруг почувствовал себя кем-то другим, будто бы он — просто сторонний наблюдатель.

Время в пограничье измерялось путём деления суток на двенадцать периодов, известных как токи. Приближение заката означало, что с начала битвы прошла половина токи.

Несколько мгновений, проведённых в воздухе над пограничьем, казались вечностью, но они внезапно закончились, когда тело мальчика ударилось о землю и покатилось. Но даже тогда он всё ещё чувствовал себя кем-то другим.

В нос ударил запах крови, смешавшийся с запахом травы и земли. Осознав, что это обессиленное тело на самом деле его собственное, он, наконец, принял факт того, что его смерть приближается. Для тех, кто не мог двигаться на поле боя, не оставалось ничего, кроме как ждать, пока с ними не разберутся победители.

— Чёрт, я голоден... — пробормотал про себя мальчик, обеспокоенный болью, которую причинял ему пустой желудок.

Бесполезным пехотинцам, не умеющим правильно обращаться со своим оружием, не говоря уже о том, чтобы убить врага, сытной еды не полагалось. Когда дело касалось еды, ситуация была одинаково мрачной для любой деревни в пограничье.

Дайте мне съесть хотя бы один онигири...

Мальчик даже не понимал значения слова, которое пришло ему на ум, пока он глотал кровь, вытекающую из носа. Даже его пролитая кровь была сокровищем, если она могла заглушить чувство голода.

Всего один онигири перед смертью... — почему-то мальчик был уверен, что чем бы ни был этот онигири — он и сытный, и вкусный одновременно.