Терпеть не могу семейные ужины! Весь день все бегают по своим делам, тренируются, тешат свое чувство собственной важности, а вечером (если нет важных клановых дел) — должны собраться на ужине. Ритуал такой! Папа̀ сидит во главе стола, сыновья и дочь — по ранжиру, начиная с Первого Наследника. В хвосте как ни странно — не я, Анита. Женщина не считается такой важной особой, чтобы обойти на повороте даже такое ничтожество, как я. Ее место — последнее.С другой стороны стола, по левую руку — приближенные Главы Клана. Первым сидит конечно же Кендал Оуг. И это понятно — от него зависит безопасность Клана, он воспитывает новое пополнение, он хранит оружие и следит за его сохранностью.Далее — Главный Управляющий. Кендал и Ардор друг друга терпеть не могут, но вынуждены сидеть рядом, ибо — так положено. Статус! Два самых значимых человека Клана. Один защищает, другой приносит доход. И еще неизвестно, кто важнее! Защитников дохрена, а вот денег постоянно не хватает. По крайней мере, папаша все время об этом твердит. В лучшие времена, когда в силе был мой дед, отец моего папани, гарнизон замка составлял не двести, а две тысячи человек. И на все хватало денег. Почему так упали доходы? Почему наблюдается постоянная нехватка денег? Это надо бы спросить у таких, как Ардор. Сдается мне, что папаша увлекся воинскими развлечениями и придворными интригами, вместо того, чтобы как следует заниматься хозяйством. Перепоручил все Ардору, а что этот Ардор творит — только богам известно. И это говорит не Альдис, которому всегда было наплевать на то, как богатеет Клан. Это Фролов, старый циник, неплохо разбирающийся в экономике, делает предположения, основываясь на той информации, которая содержится в памяти мальчишки.

Все ведь очевидно! Если ты не контролируешь своего управляющего — как ты можешь узнать, какой доход на самом деле получен, и сколько денег прилипло к жадным рукам хапуги? Я не верю Ардору. Типчик скользкий, противный, хотя и очень льстивый. Меня он не обижает, но провести человека с повышенным чувством эмпатии довольно-таки трудно. Я чувствую, как он меня не любит, и как презирает. Да и папашу он в грош не ставит, считая дураком и солдафоном. И кстати — в чем-то я с ним согласен. Увлечение войной еще никогда никого не доводило до добра.

Помню, читал про воинственных аланов. Был такой народ на тех же пространствах, на которых обитали скифы. Так вот: у аланов считалось постыдным умереть не на поле боя, а старым, от старческих немочей и болезней. Мужчины, дожившие до седых волос считались трусами, их не уважали, презирали, всячески третировали. А кто в древности являлся переносчиком знаний? Конечно же старики! А если их нет?

В общем — народ аланов был практически полностью уничтожен более умными и развитыми соседями. Тем более что у этих самых аланов важным считалось только одно, единственное занятие: война, грабежи, набеги. Не помогло то, что они были очень развиты в военном отношении. Не помогла их невероятная храбрость, самоотверженность и презрение к смерти. Последних аланов загнали в неплодородные кавказские горы, где уцелевшие предки народа осетин полностью пересмотрели свое отношение к жизни, и в частности — к старикам. Кстати, возможно выжили как раз те ответвления племени, которые считали мировоззрение алан в отношении старших порочным и ведущим к гибели.И вот мой Клан. Воинственный, сильный, погрязший в междоусобных войнах как минимум с десятком различных, в том числе и довольно-таки сильных и влиятельных Кланов. Каждый боец нашего Клана, и тем более его Наследники — дадут фору большинству из бойцов других Кланов. Наши боевые умения — лучшие в Империи! И что? Где деньги? Где влияние? Отец никак не может понять, что влияние дают деньги, а не искусное владение мечом, и не размер пущенного тобой файербола.

Следом за управляющим сидит маг-лекарь. Ну, это и понятно — куда же без лекаря? Хороший лекарь ценится как полк наемников! Наш лекарь не сказать, чтобы великий — ноги-руки не отрастит, позвоночник как следует не склеит, но…большинство ран и болезней пользует великолепно. Вот мою башку собрал — спасибо ему. В столицу точно с нами поедет. Папаша заботится и о своем здоровье, и о здоровье моих братьев.

Далее — помощник мастера над оружием, главный конюх, и…в общем-то все. За господский стол допускаются не все. Иногда бывают вассалы, если прибыли как раз к ужину. Но не все вассалы, а самые значимые. Самые влиятельные. Нищую шелупонь сюда не приглашают.

— Кхе-кхе! — ага, папаша сейчас что-то выдаст…видать проинформирует по поводу предстоящей поездки. Ну что же, послушаем…

— Я должен вас известить! — голос папаши был звучным, как у хорошего диктора. Типа — Ричард Львиное сердце. Говорят — тот орал так, что лошади приседали. И больше он ничем особым в истории не отметился. Если нет считать крестовых походов, во время которых он бросил Англию на своих фаворитов, вследствие чего та пришла в совершеннейший упадок.

— Через неделю, а именно в шестнадцатый день месяца аврила, мы отправляемся в столицу по приглашению Императора! Со мной отправятся все мои сыновья, лекарь, и двадцать человек охраны. Замок остается под управлением Мастера над оружием и Главного управляющего. Срок нашего пребывания в столице — примерно неделя, возможно чуть больше.

— Отец, что мы там будем делать? — это Третий, мой братец Корд. Он никакой. Не злой, не добрый — он меня просто не замечает. Я для него — пустое место. В принципе — как и Корд для меня. Прохожу мимо и не здороваюсь, как и он со мной. Чужие люди и то ближе.

— Танцевать на балу, тискать девушек, соревноваться с парнями из других Кланов! — с улыбкой, под радостный смех сыновей ответил мой папаша, и как-то сразу посмурнел, когда взгляд его упал на меня. Потом он снова собрался, продолжил:

— А еще — мы представим нашу Аниту Наследнику Клана Союти Арусу. Я договорился с Главой Клана Союти о взаимопомощи и совместных действиях против врагов. Свадебный союз будет заключен в главном храме Богини Любви столицы!

Братья за столом загудели, заулыбались, захлопали по столу ладонями. Их поддержали приближенные — даже Кендал хлопнул по столешнице пару раз, хотя лицо его осталось бесстрастным и серьезным. И я вдруг вспомнил — кого он мне напоминает! Старый фильм «Семь самураев»! Там был специалист по оружию и единоборствам, с лицом худым, как лезвие топора. Он в самом начале фильма в поединке убил одного бахвала, и даже лицом не дрогнул. Кендал не похож на японца, но вот это бесстрастное выражение лица, худоба — все как у того. Он сам как-то сказал, что настоящий, быстрый мечник никогда не бывает толстым. Лишний вес замедляет скорость движения и скорость реакции.

Анита сидела ни жива, ни мертва. Бледная, как полотно. Явно она ничего не знала о предстоящей свадьбе, и перспектива выйти замуж ее совершенно не радовала. И я знал — почему. Не только потому, что она не любила этого заносчивого, наглого, прыщавого придурка. Все было гораздо хуже…Что на меня нашло — не знаю. Ведь дал себе зарок — не высовываться! Следовать дорогой Альдиса! И на вот тебе! Как бес в ребро толкнул!

Я встал, дождался, когда взгляды скрестятся на моей «величественной» фигуре, и сказал, глядя в глаз отцу, пристально, с прищуром уставившемуся на меня:— Отец, ты же знаешь — Арус подонок и негодяй! Он до смерти замучил свою прежнюю жену, сбросил ее с лестницы! Тебе не жаль твою дочь? Тебе не жаль Аниту? Неужели сомнительный союз с каким-то захудалым кланом стоит жизни твоей дочери?! В душе ничего не шевельнулось? Хочешь ее похоронить?

По мере того, как я говорил — звуки в зале затихали. Замерли даже слуги-рабы, которые выставляли на стол всевозможные блюда (без разрешения отца и молитвы Создателю никто не смел прикоснуться к еде). Тишина. Мертвая тишина! И только поскрипывание кресла под грузным, можно даже сказать — жирным, как боров управляющим.

— Да как ты смеешь?! — голос отца сорвался, он «дал петуха» — Как ты смеешь противоречить отцу, Главе Клана! Как ты смеешь упрекать меня в бессердечии?! Щенок! Вот она, дурная кровь! Вот она, проявляется!

— А по сути вопроса? Без ругани? — нагло, усмехнувшись перебил я его — Бросаешь свою прекрасную, умную, добрую дочку на съедение шакалу! Совесть есть?!

— Вон! Вон из-за стола! Мерзавец! Иди к себе в апартаменты и не выходи оттуда, пока я тебе этого не разрешу! Вон! Изыди, пока я тебе башку не оторвал, маленький грязный поганец!

Зацепило его, точно. Красный, как рак. Знает! Совесть не до конца потерял. Или все-таки до конца?

Отодвигаю тяжеленный дубовый стул (монументальное соружение!), иду к двери, спиной чувствуя впившиеся в нее взгляды. Вот это я зажег, как говорят сетевые обитатели…вот это я дал прикурить! И плевать мне на вашу еду — я и не особо проголодался. А если и проголодаюсь — что-нибудь все равно найду. На кухне сопру. Небось, не смогут отказать наследнику в куске лепешки, даже такому как я.— Чего не на ужине? — сварливо осведомилась Скарла, когда я вваливаюсь в комнату, бормоча под нос всевозможные ругательства.

Молчу, не обращаю внимания на служанку. Она пожимает плечами, уходит. Появляется минут через десять — довольная, как объевшийся сметаны кот.— Молодец! — неожиданно заявляет Скарла — Давно не видела твоего папашу таким разозленным! Все правильно сказал!

— Он всегда был таким? — неожиданно для себя спрашиваю я.

— Каким? — делает вид, что не понимает.

— Вот таким… — перебираю в воздухе пальцами правой руки, пытаясь найти более-менее щадящие определения, потом на всю плюю — Тупым, недалеким, неспособным вести хозяйство солдафоном. Бессердечным болваном, способным отдать свою дочку на растерзание ублюдку, лишь бы кто-то поддержал наш Клан. Всегда таким был?

Скарла молчит, серьезная, и какая-то даже…торжественная. И сразу видно — женщина стара. Морщины, подвисшая кожа…и только неожиданно голубые глаза на фоне красноватой кожи выбиваются из общей картинки. Молодые, хитрые, умные глаза.

— Нормальным был — вздохнула Скарла, и отвернулась к стене — Как и ты…тоже вот…вырастешь, и станешь болваном. Мужчины, они такие. Пока дети — хорошие, добрые, умные. А вырастут — куда чего только девается. А то, что плохо клановое хозяйство ведет — так это и дураку видно. Вассалы разбежались, остались только самые упертые, да бестолковые. Откуда взяться деньгам? И чем меньше вассалов, тем большим налогом он обкладывает! Ну не дурак ли? Только говорить об этом нельзя. Смотри не ляпни! Он тебя тогда совсем со свету сживет. Никто не любит правды. Ладно, сейчас я тебе что-нибудь поесть принесу…не все же они сожрут!

— Подожди, Скарла! — остановил я ее — Но если все вассалы разбегутся, если не останется ничего, кроме земли — откуда будем брать деньги? Что есть, что пить, на что жить будем?

— Ну…наши-то крестьяне есть. Пока терпят, хоть он их и зажимает — денег ведь не хватает. Рабы опять же работают. На прокорм хватит….если соседи не захотят забрать совсем все. Но от них отобьемся — замок неприступен. Глубокий ров, лестницы не поставишь. Лучники, арбалетчики — быстро всех повыбьют. Опять же — магия огня, это тебе…не просто так! Пятеро магов-огнеборцев много могут наделать дел! Малой кровью нас не взять, потому до сих пор никто так на это и не решился. Ущерб может быть такой, что и за десятилетия не оправятся! Если только объединившись с кем-то… Ладно, хватит болтать — пошла за едой. Кстати, а ты ведь раньше никогда не задавал такие вопросы. С чего вдруг?

— Сегодня задумался, на ужине — соврал я — взрослею, наверное!

— Взрослеешь — серьезно кивнула Скарла — Кстати, может пора тебе стать мужчиной? Хватит уже руку тренировать, пора и с женщиной развлечься! Ты меня беспокоишь, мальчик. Тебе не тянет к мужчинам? Сознайся старой Скарле, я никому не скажу. Поэтому ты прогоняешь рабынь, которых я посылаю тебе в постель? Ведь тебе уже пятнадцать лет! Ты мужчина! Про тебя слухи нехорошие начали ходить. Одни говорят — ты мужчин любишь. Другие…еще хуже говорят! Може, развеешь слухи? Что с тобой, мой мальчик?

— Они грязные! — буркнул я, чувствуя, как по лицу разливается предательская краснота — От них воняет! И я не знаю — с кем они были до меня. Вдруг какую-нибудь заразу подцеплю? А еще — а вдруг она от меня понесет? И что, мой ребенок будет рабом?

— Удивительно, что ты не знаешь — Скарла посмотрела на меня чуть прищурив глаза, будто просвечивая рентгеном — Рабыни не понесут. Лекарь закрыл их чрево до тех пор, пока не придет их черед рожать. И насчет болезней — откуда они у нас? Рабынь постоянно осматривает лекарь, они ведь денег стоят, кто им даст болеть? Ну а насчет вони…в степи вообще не моются, и что? У нас законом запрещено мыться! Знаешь, почему?

— Потому, что воды мало и вы ее бережете — вздохнул я — Это знает каждый дурак.

— И ты тоже! — ехидно улыбнулась старуха — Все правильно сказал. И что, без мытья степнянки стали хуже? Или наши воины стали слабее потому, что моются только под дождем?

— А ты тогда чего моешься?! — разозлился я — Ну и ходила бы немытая!

— Я испорченная — вздохнула старуха — Я уже не настоящая степнянка. А что касается рабынь…я прикажу принести ванну и наполнить ее водой. Ты вымоешься, рабыни вымоются, и все будет хорошо. Согласен?

— Только после того, как поужинаю! — буркнул я, и растянулся на кровати, сбросив короткие кожаные сапожки. Ноги отдыхали, отдаваясь в организме эдаким гулом и дрожью. Набегался я сегодня, находился. Бурный у меня выдался денек.

Обед появился через полчаса. Перепелок не было, но был здоровенный шмат запеченной на огне свинины, овощи, зелень, опять же вода, подкрашенная вином, обязательный кувшин с пивом…в общем — все как всегда, простая здоровая пища. Даже яблочки в сахаре — и те были.

Только лишь успел поесть — двое здоровенных рабов тащат медную ванну. Не додумались в этом мире до специального помещения, в котором надо мыться. То есть — до бани. Мыло тут душистое, с травами, мочалки есть — натуральные, морские губки. А вот ванной комнаты нет. Впрочем — а может и хорошо, что нет? Идти никуда не надо! Принесут, унесут — хорошо быть в этом мире господином!Тут же появились две симпатичные молоденькие девицы лет пятнадцати-шестнадцати, практически мои ровесницы, в четыре руки меня раздели, хоть я и слегка сопротивлялся, мол — сам разденусь! И почти на руках отнесли в ванну. Вода горячая — еле рука терпит, я даже начал возмущаться. Но Скарла тут же серьезно заявила, что не пристало взрослому парню пищать, как маленькой девочке. Могут подумать что-то не то! И мне даже в голову не пришло, что абсолютно плевать — кто и чего там подумает. Клал я на них на всех с прибором.Ладно…влез, морщась и кривясь (горячо, мать вашу!), расслабился изакрыл глаза, наслаждаясь эдакой роскошью. А что, не роскошь, что ли?! Во-первых, надо иметь эту самую медную ванну! Она денег стоит, и очень даже приличных!Во-вторых, нужно принести эту ванну, принести воды, воду предварительно нагреть. Беднякам не по карману! Если Альгис собирался жить самостоятельно — как бы он обошелся без такой роскоши? Мыться ледяной водой из колодца — это тоже можно, но…как-то и не хочется.

Меня терли, макали, мылили, снова намывали. Я только подставлялся, вставал по команде, подавал руки, ноги — черт подери, в своей прошлой жизни я многое потерял! Почему у меня не было большой медной ванны?! Почему у меня не было молоденьких рабынь?! Только после смерти сподобился погрузиться в роскошь!Потом меня пригласили покинуть ванну, окутали толстым махровым полотенцем, ласково промокнули и отвели к постели. Где я и устроился под чистым атласным (или какое оно там — блестит ткань!) покрывалом. Окно здесь не открывалось — оно выходило на вонючий, с зеленой водой ров — но в комнате не было душно. Вентиляция в замке на высоте. Предтечи постарались, явно тогда умели строить большие, очень большие замки.

Девчонки тут же выпрыгнули из своих платьев-туник (под ними ничего не было, совсем ничего) и без всяких церемоний залезли в мою ванну. Пока раздевались, я с удовольствием отметил для себя полное отсутствие у них на теле волос. Выщипаны все до последнего волоска. Я еще в первый раз, когда открыл глаза увидел — ноги здешних женщин гладкие, абсолютно безволосые. И подмышки тоже. Все-таки кое-какую гигиену они соблюдают, не совсем уж дикари, какими я их себе представлял.

Они помыли друг друга, вылезли, вытерлись моим же полотенцем и без всяких церемоний легли возле меня справа и слева. Только улеглись, и тут же принялись за дело — покрывало с меня стянули, одна девчонка делала мне общий укрепляющий массаж, вторая укрепляла мне определенные части тела. Потом они поменялись. А когда убедились, что народ к разврату готов, та что была на вид немного постарше без всякого промедления меня оседлала.

Ну что сказать…для Альгиса это было бы откровением. Но я не Альгис. Я Фролов с воспоминаниями Альгиса. Так что секс мне вовсе даже не в диковинку, и я этих двух малолеток еще и научить бы мог кое-каким приемам. И научу. Потом. Сейчас — лен. Пусть работают.

Мне было хорошо. Отвлекала только чертова Скарла, которая и тут меня не оставляла без своих нравоучений. Вернее — большинство ее замечаний относились к девчонкам, изо всех сил старавшимся ублажить меня по полной программе. Она то требовала действовать активнее, то подгоняла вторую, чтобы та не отставала от первой и ласкала меня шустрее. То предлагала им сменить позу, ну и….всякое такое. В конце концов я разозлился и потребовал от Скарлы заткнуться и не мешать мне заниматься этим славным делом. Ну в самом деле — какое удовольствие, если у тебя над душой стоит человек и комментирует все твои действия, и действия твоих партнерш?! Это не свальный грех получается, а какой-то студенческий семинар!

Наконец Скарла заткнулась, а я через некоторое время закончил приятное занятие. Хмм…во второй раз. Да, накопилось. А душа-то требовала! Дело молодое! Тело молодое…

Девчонок прогнал. Скарла предлагала оставить их на ночь, мол — ночью еще захочется, так они вот, под боком — но я отказался. Спать хочу, а с ними точно не уснешь. Высосут тебя досуха, как две здоровенные розовые пиявки. Но вообще-то мне понравилось. И девчонки не пахли — чистенькие, аккуратные, и даже запаха изо рта нет. Зубы белые, ровные, как с картинки в стоматологической клинике. Раньше я думал, что в средневековье все были беззубыми — стоматология определенно на зачаточном уровне. Но тут все ходили белозубыми, как женщины и мужчины с рекламных роликов. И только потом я понял — почему. Лекарь-то на что? Магия! Рабыня денег стоит, нужно у нее поддерживать товарный вид. И слуги должны выглядеть так, чтобы не отбивать аппетит у господ видом гнилых пеньков вместо зубов, и запахом тухлятины, несущимся из глотки какого-нибудь виночерпия. Да, в магии есть свои бонусы, точно.

Спал я — как младенец. Голый, чистый, улыбающийся. Пока что все идет хорошо. Вот только поездка эта мне не нравится. Предчувствие у меня…как бы чего в дороге не случилось. Надо держаться настороже…