Только разобралась с едой, как вдруг, я что-то почувствовала.

Посмотрев влево, ощутила, что присутствие отца стало сильнее.

Отец возвращается!

Сразу догадалась, что он идёт ко мне и обрадовалась. Оставив еду, за которой собралась охотиться, рванула навстречу знакомому ощущению.

Я бежала и поворачивала, а ощущение присутствия становилось всё сильнее и сильнее. А потом я увидела!

И остановилась.

Что происходит?

Мысль сменилась страхом, затем злостью. Голова охладилась, и я побежала ещё быстрее, казалось, сердце готово выскочить из груди.

Отец был весь в крови и выглядел потрёпанным. Он медленно двигался мне навстречу. Когда я подбежала к нему, в моих мыслях царила пустота.

- Отец! – закричала я, потянувшись к нему, меня охватила паника. Так много крови, должно быть его ранили!

Стала искать рану, а он нежно улыбнулся и уверил меня:

- Элла, это не моя кровь.

Его слова просочились в мои ледяные мысли, но это не заставило меня меньше волноваться. По нашей связи была заметна усталость, явно что-то случилось.

Я продолжила свой осмотр, хотелось убедиться, что с ним всё в порядке. Всё проверив, поддержала его за плечи. Отец сопротивлялся, однако я усилила нажим. Он слаб, я не могу позволить ему идти самостоятельно.

Через пару секунд он сдался и испустил глубокий вздох

- Не отпустишь?

Я покачала головой и показала всю свою решимость:

- Нет! Отец устал.

- Хмм, да, я выложился, но в остальном в полном порядке.

Я покачала головой и настояла на своём. Не отпущу его, пока не буду уверена, что он полностью пришёл в себя. Почувствовав мою решимость, он перестал спорить, и мы пошли обратно домой.

Становилось темно, а отец задумал вернуться до наступления ночи. Я тоже хотела вернуться и отдохнуть рядом с ним, ему сегодня пришлось нелегко.

Зная, что теперь ему ничего не угрожает, пришло время сосредоточиться на собственной злости. Мысли стали холодными, мне хотелось разорвать еду, которая посмела напасть на отца.

- Какие низшие создания посмели напасть на тебя?

Мой голос был холоден, а аура развёрнута, меня дико раздражало произошедшее.

- Почему еда постоянно сопротивляется, почему нападает на нас с отцом?

Они должны радоваться, что мы хотим их съесть, но нет, каждый раз ранят или меня, или отца, и это делает еда! Я должна преподать им урок, должна найти способ заставить их подчиниться.

- Эм, не волнуйся об этом, я о них позаботился.

- Правильно! Надеюсь, они страдали?

Отец устало улыбнулся:

- Нет, нет, я убил их.

- Ты должен был заставить их страдать, это непростительно – ранить отца!

Отец поднял руку и погладил меня по голове, затем перевёл тему:

- Давай оставим это, они получили, то, чего заслуживали.

У меня было, что ему возразить и хотелось поспорить, однако решила этого не делать, чувствовалось, что отец не хочет об этом говорить. Обычно я никогда не спорю с ним, ведь отец всегда прав, но думаю, он слишком быстро отказался разговаривать на эту тему.

То, что они сделали с отцом недопустимо! Заставить страдать, перед тем как убить, так мы преподадим им, и другой еде хороший урок. Не говоря уже о том, что отец не станет их есть, а это позор для еды!

Величайшее оскорбление, признать, что они недостойны быть съеденными!

Если мы продолжим спускать подобное поведение и не выжжем его из потенциальной еды, это случится снова и снова. Я долго думала, что будет, если ничего не предпринять.

Знаю, отец хорошо относится к вкусной еде, но это может выйти нам боком. Мне очень хотелось поговорить об этом сейчас, но я решила этого не делать.

Я хочу удивить отца и показать ему, на что я способна, если такая ситуация повторится. Клянусь здесь и сейчас, если еда ещё раз попробует атаковать меня или отца, я выдрессирую её и заставлю страдать, чтобы преподать урок остальным.

Только так я могу быть уверена, что мы будем есть в мире.

Я никогда не прощу еду, которая смеет нас атаковать!

Когда ночь уже опускалась на землю, мы, наконец, оказались дома.

Внутри ничего не изменилось, и мне приятно сюда вернуться. Я всё ещё поддерживала отца, когда мы вошли в здание и поднимались по лестнице. Как только мы поднялись на верх и оказались в нашей комнате, я почувствовала, как отец расслабился в моих руках.

Напряжение, которое преследовало его, исчезло, и он успокоился. Помогла ему лечь в постель. Он поблагодарил меня, затем пошарил в сумке. Я увидела множество сфер и вспомнила о собственном мешке.

- Отец, вот!

Я открыла мешок и показала свою добычу. Всегда поднимала каждый шар, который находила на земле после того, как наедалась.

- Так много!

Отец удивился количеству шаров, и это сделало меня счастливой. Я склонила голову и ждала, что он погладит меня, очень приятно, когда его рука гладит меня по волосам.

Мне не пришлось долго ждать, вскоре его рука лежала на моей голове, а он сам проверял сферы в мешке. Его рука внезапно замерла на какой-то сфере, и он напрягся.

Что случилось?

- Элла, что это?

Я не знала о чём он, шар в его руке тоже ничего не говорил. Увидев, что я ничего не понимаю, он начал задавать вопросы о том, что произошло, после того, как он ушёл, и не встречала ли я похожей на него еды.

- Да, трёх! Спасибо, что послал их!

Забыла поблагодарить его за то, что он послал их ко мне, от беспокойства я ничего не помнила и только сейчас задумалась о его доброте. Отец удивился ещё больше и начал спрашивать о еде, которую он «послал» мне.

Я описала во всех подробностях, как ко мне подошла еда и сказала, что принесла мне поесть. Как они пошли со мной в аллею, и разделись, готовясь быть съеденными.

По мере моего рассказа, я наблюдала, как менялись эмоции отца. И он разозлился, когда я сказала о том, что они разделись.

Интересно, почему?

Завершив историю, я ждала его реакции. Отец замер ненадолго, а потом серьёзно на меня поглядел:

- Я не посылал их.

Меня поразили его слова, не могу в это поверить!

- Но, но, они сказали…

Отец прервал меня, не дав договорить:

- Они солгали.

- Однако они позволили себя съесть?

Не понимаю, что происходит. Если их не посылал отец, то, что они делали, зачем лгали!?

Еда не должна лгать!

- Они пытались тебя съесть.

Когда слова сорвались с его языка, мои глаза почти выползли на лоб.

ОНИ ПЫТАЛИСЬ МЕНЯ СЪЕСТЬ!!!!!

Я так удивилась нелепости самой идеи, что меня пытается съесть моя же еда, что на секунду впала в ступор, а затем меня переполнила злость.

Я наказала их за непослушание во время еды, но думать, что они могут меня съесть!!!

Надо было заставить их страдать и принять свою судьбу, потом покалечить. И не съедать!

Я просто кипела от злости, когда осознала, что же произошло. Но меня кое-что беспокоило:

- Еда может лгать?

Едва могу в это поверить! Я не говорила с едой со своего рождения, но не могла и подумать, что еда может лгать! Отец кивнул головой:

- Да, еда лжёт, ты не должна ей доверять!

Яростно закивала головой, сейчас, когда я знаю, что еда лжёт, никогда не смогу ей доверять. Даже когда подчиню, и она готова быть съеденной, всё равно не стану ей доверять! Единственный кому можно верить это отец!

- Я доверяю только отцу!

Громко сказала я, чтобы он точно меня понял. Он криво улыбнулся, и, казалось, хотел заговорить. Но через несколько секунд он ничего не сказал и потрепал меня по голове. Потянулась к нему, передо мной распахнулся целый новый мир.

Мне придётся о многом подумать.

Отец сказал, что не откроет новых шаров до завтра, и решил отдыхать.

Я чувствовала, насколько он устал, поэтому решила прилечь рядом с ним. Лучше быть ближе к нему, защитить его!

Я так ему и сказала, когда прыгнула в кровать, он хотел чтобы я легла в своей собственной. Проигнорировала его и прижалась плотнее. Что я ему не сказала, так это что рядом с ним очень хорошо. Меня успокаивает тепло его тела.

Он очень устал после боя с той едой и заснул раньше меня. Обычно получается наоборот и для меня это совершенно новое ощущение. Видеть его спящим очень приятно.

Я уже собралась уснуть, но почувствовала, как его начала бить дрожь, и открыла глаза.

На его лице появилась гримаса боли, я забеспокоилась, и уже хотела разбудить и спросить, что не так, но заметила, что он всё ещё во сне. Должно быть это кошмар!

Я не знала, что мне делать, когда слёзы покатились по его лицу, и зазвучал его голос:

- Отец.

- Мать.

- Элла.

Покачала головой, когда услышала своё имя, а слеза так и бежала по его лицу.

Я потянулась и нежно её смахнула.

После этого обняла отца и пожелала, чтобы его сны стали лучше.

Крепко прижавшись к нему, я заснула.