(POV Эллы)

*Пх*

Мои глаза распахнулись, когда голова рухнула на что-то твёрдое. Я посмотрела вниз и увидела лужицу слюны, собравшуюся на страницах книги.

– Верно, я в библиотеке.

Я помотала головой, чтобы проснуться, и потянулась.

*Зевок*

Я громко зевнула и протёрла глаза – кажется, неплохо было бы ещё отдохнуть. Но даже когда я снова закрываю глаза, уснуть уже не получается. Ничего не могу с собой поделать.

Я уставилась на кристалл маны, висевший над моей головой. Подобные камни служили источниками света в этой странной библиотеке. Да, мы с Розой пришли сюда в поисках убежища, и в тот момент не заметили ничего подозрительного.

Отец рассказывал о библиотеке. Рассказывал, что там есть книги, полки, а ещё знание, которое поможет понять то, чему он не сможет меня научить. Тогда я удивилась, – сколько же знаний должно быть в библиотеке? Но только придя сюда, я осознала, что и близко не представляла, сколько же их на самом деле.

Только на то, чтобы прочитать все эти книги, понадобится много лет, но даже после трёх недель в библиотеке, я была далека от этого. Хотя никто и не ожидал от меня, что я разберусь с ними за такой короткий промежуток времени.

Но я отвлеклась. Когда мы с Розой пришли сюда в первый раз, то не заметили ничего необычного – мои знания не подсказывали о странности этого места.

Нам не показалось подозрительным, что источником света в библиотеке являются кристаллы маны, о которых мы прочитали в одной из книг. Или то, что здесь собраны очень необычные знания.

Книги, в которых говорится о мане или рассуждают о зачарованиях, нельзя считать обычными.

После того, как отец очнулся, понадобилось время, чтобы он пришёл в себя. Но стоило ему успокоится, отец сразу же заметил несоответствия. Никто не понимал, что происходит, но он предположил, что мы попали в эту библиотеку, пройдя через другую, с обычными книгами.

В ней была информация, которая не могла принадлежать его миру до изменения. Но проблема была в том, что кто-то побывал здесь до нас. Большинство книг, написанных архаичным языком и стоявших в секции, освещённой магическими кристаллами, отсутствовали.

Кто-то осознал, насколько полезными они могут быть, и вынес их отсюда. По крайней мере, что-то оставили, и мы получили хоть какие-то общие знания.

С того момента, как мы вошли в библиотеку, я читала всё до чего могла дотянуться. Я больше не могу быть невежей – это не поможет ни мне, ни отцу. А чтобы быть полезной, надо учиться.

Поэтому пока отец восстанавливался, я посвятила себя чтению. Сначала медленно, но со временем всё быстрее и быстрее поглощала книги. Новые идеи всплывали в моей голове, я расширяла словарный запас и стала лучше понимать этот мир вокруг нас.

Здесь всё ещё остались простые книги, и поэтому я начинала с них.

Печально, но выяснилось, что, в некотором роде, мой отец – это не мой отец. Раньше я даже не задумывалась об этом просто потому, что инстинкты говорили все, что должно было знать. И всегда подчёркивали наше родство. Даже сейчас они настаивают на этом, но теперь я знаю всю правду. Осознав, что отец принадлежит к одной расе, а я – к другой, догадка сама пришла на ум.

Но это не повлияло на мою любовь к нему, никогда не передумаю. Лиам – мой Отец!

Встав, взяла с собой книгу – надо будет найти, чем стереть слюну.

Обычно у меня не настолько крепкий сон.

Задумавшись, я замерла и нахмурилась.

Но это значит, что отец держит связь перекрытой.

Кулаки сжались сами собой – ненавижу, когда не чувствую нашей с ним связи, но отец не так давно научился закрываться по собственному желанию.

Он мог говорить, что это для моего же блага, но я не могла сдержать злость, когда не чувствовала нашей связи. Без неё я ощущала пустоту и одиночество.

Это всё моя вина!

При одной только мысли о произошедшем, с ладони потекла струйка крови. Упс, ещё раз не удержала контроль над собой. Я – та причина, из-за которой отцу плохо.

Проклятье.

Я ощущала, как меня переполняют эмоции, но уже не могла успокоиться, просто почувствовав отца и, когда уже почти потеряла контроль, моих ноздрей коснулся чужой запах.

Я шмыгнула носом сразу, как только почувствовала привкус крови. Но его источником были не мои стиснутые кулаки – запах шёл совсем из другой комнаты. И я мгновенно поняла, чья это кровь.

Я напряглась и, отбросив книгу, рванулась к нему. Но без связи у меня оставалось всего несколько способов определить, где же он находится. Конечно, запах – это один из них, а ещё можно пойти вдоль связывающего нас луча. Хотя он и был перекрыт со стороны отца, но я всё ещё могла его видеть. Я понимала, что луч никогда не исчезнет, и от этого становилось теплее.

Но эта теплота улетучилась, стоило мне подойти ближе к нему. Думаю, я знаю, что происходит.

Постаравшись не шуметь, я вошла в комнату и сразу увидела отца. Внутри царила темнота, а единственным источником света оказался небольшой кристалл где-то сбоку у стенки. Перед отцом лежала книга, а в руках у него был кусок льда. С острия которого стекала кровь.

Увидев то, чего я так опасалась, сразу же подлетела к нему и не дала завершить начатое. Схватив отца, не ощутила никакого сопротивления. В его руках уже не осталось силы. Присмотревшись, можно было заметить усталое лицо и изнурённое тело.

Причина, по которой он закрылся от связи.

Моя вина!

Я стиснула зубы и посмотрела сверху вниз на его немощное тело и печальное лицо. Мешки под глазами выдавали усталость – настолько жуткую, что приходилось буквально резать себя, чтобы не уснуть!

- Брат! – голос прозвучал немного громче, чем мне бы того хотелось, но я волновалась!

Я уже некоторое время зову его братом – примерно с тех пор, как начала учиться и поняла, насколько это важно. Когда я была младше, мне не нравилось называть его так. Но пусть я всё ещё люблю звать его по-прежнему в своих мыслях, сейчас ему нужнее сестра.

Было очень больно видеть его таким, поэтому я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь.

На меня уставились его безжизненные глаза, до этого гипнотизировавшие руки. На предплечьях было множество порезов, покрытых коркой чуть запёкшейся крови. С нашей регенерацией любой порез заживал за секунды. Только посмотрев на отца, я почувствовала, как силы покидают меня, а в его глазах были только ужас и страх. Я никогда не видела его таким слабым.

Мысленно я вернулась к тому случаю, когда он первый раз очнулся, и меня снова охватил ужас. Я не хотела, чтобы это повторилось!

В мои руки снова вернулась сила, я перехватила его ладонь и вырвала из неё ледышку, отбросив её далеко в сторону. Но даже после этого он никак не отреагировал. Я понимала, что если оставить его прямо сейчас, то он просто создаст новый кусок льда и продолжит начатое.

- Пожалуйста, открой связь, – спокойно сказала я, надеясь, что он подчинится. Я могла бы помочь ему по связи, помочь облегчить эту ношу. Но он дрогнул и помотал головой.  От этого я ещё сильнее стиснула зубы.

«Позволь мне помочь!» – кричала я в своей голове, выражая свои истинные чувства. Знаю, что просто не смогу высказать подобное вслух, ведь в этой ситуации я должна оставаться спокойной – только так смогу ему помочь. Но, проклятье, очень больно видеть его таким.

Отец по-прежнему ничего не сказал; я почувствовала, как движется энергия в его теле – он создаёт новую ледышку. И при виде этого меня переполнила ярость. Я тут же схватила кусок льда и отбросила его далеко в сторону.

Его веки потяжелели, и я видела, что он с трудом остаётся в сознании, ужас в его глазах стал сильнее.

- Отец! – я не сдержалась и снова назвала его отец, но он никак не отреагировал.

- Брат!

Он задрожал.

- Лиам!

- Элла…

Но его голос был таким слабым.

- Что ты делаешь?!

Слабая улыбка появилась на усталом лице, и он посмотрел мне прямо в глаза:

- Я убиваю двух зайцев одним ударом. Создавая лёд, я не даю себе спать, искупаю грехи и одновременно повышаю уровень владения навыком. Ха-ха-ха, даже трёх зайцев.

Его слабость, самоунижение, виноватый взгляд и дрожь в голосе, когда он говорил о сне, тронули моё сердце. Я прикусила губу до крови, внутри меня всё кипело.

- Пожалуйста, открой связь! – крикнула я, но он снова покачал головой. Позволь мне помочь!

- Позволь мне помочь!

Я чувствовала, как в глазах набухают слёзы, а его взгляд стал очень нежным. Отец заговорил успокаивающим голосом:

- Это моя ноша.

Его слова меня абсолютно не успокоили – наоборот заставили заволноваться сильнее, а мысли заметались в поисках того, что могло бы помочь. Но я ничего не придумала – он не откроет связь и сам не попросит о помощи, ведь отец думает, что это его вина!

Но это моя вина! Я убивала людей! Я сотворила всё это! Почему же он винит себя?! Я уже много раз говорила ему, но он не хочет слушать!

Проклятье!!!!!

Я пыталась придумать хоть что-нибудь, что могло бы помочь, а отец снова создавал ещё одну ледышку. И я снова выхватила и выбросила её. Он улыбнулся и тихо проговорил:

- Пожалуйста, Элла, я ещё немного не хочу спать. Пожалуйста.

Его голос умолял. А мои мозги работали на пределе, но я придумала; хотя это, может быть, и не то, чего он хотел. Но это должно быть сделано.

- Прости меня.

Он ничего не понял, а я не дала ему время отреагировать. Я размахнулась и стукнула его сзади по шее. Я вычитала это в одной из книг, но не думала, что скоро использую подобный приём.

Он запаниковал, как только ощутил боль в шее, но не мог ничего сделать, его глаза закатились и он потерял сознание.

Связь даже сейчас не восстановилась, но это не важно. Мне просто надо было остановить его, чтобы он больше себе не вредил.

- Прости, но это единственный путь.

Когда он очнётся, ему станет лучше.  А после отдыха он сможет принять решение. Меня даже не беспокоило возможное наказание, ведь это надо было сделать.

Я осторожно подняла его и перенесла на кушетку. Я потянулась к его лицу и почувствовала слёзы, которые текли во время нашего разговора.

Глядя на его изнурённое тело, я не могла не поддаться собственной ненависти.

Я ненавидела людей!

Ненавидела за причинённую ему боль!

Ненавидела и себя за утрату контроля! Но их больше!

Одно только их существование, так или иначе, причиняет ему боль!

Проклятье на них, просто оставьте нас в покое!!!

Я успокоилась, подошла к кушетке и положила его. Кушетка была достаточно широка для двух человек, поэтому я легла рядом с ним. Отдавая всё своё тепло, я вглядывалась в его уставшее лицо.

Я продолжу смотреть на него до тех пор, пока он не проснётся.