— Первый такт оставим без изменений, а на втором «и» сделаем отсечку. [1]

Хи Юн слушала, как Ким Джи Мин играла на гитаре, и качала головой.

— Унни-и… Это слишком сложно…

— Никуда не денешься. Если хочешь передать нужное настроение, придётся постараться.

Обычно мягкая Хи Юн исчезла без следа. Что брат, что сестра — оба превращались в демонов, когда дело касалось работы. Видя, что Ким Джи Мин никак не может поймать нужный ритм, Хи Юн заставила её упорно тренироваться.

В конце концов, Ким Джи Мин выдохлась и отложила медиатор.

— Буду играть пальцами.

— Давай ещё раз. Раз-и-два-и…

Следуя ритму, заданному Хи Юн, Ким Джи Мин постепенно привыкала к технике. Во втором такте она должна была отсечь первую половину доли, а затем плавно соединить вторую половину со следующим тактом. (п.п: тут что-то на музыкальном, ничего не понимаю)

Благодаря хорошей базе, это не заняло много времени.

— Отлично.

Хи Юн захлопала в ладоши. Когда Ким Джи Мин наконец освоила технику, её лицо озарилось радостью.

— Всё правильно?

— Да. Теперь попробуем с вокалом. Ты понимаешь, где нужно делать акцент?

— На третьей доле, верно?

— Да. Всё верно.

После объяснений Хи Юн они снова принялись за практику.

***

Получив завершённую песню от Хи Юн, Кан Юн приступил к аранжировке.

Он свёл записанный акустический аккомпанемент с голосом Ким Джи Мин. И тут же перед глазами вспыхнул белый свет.

«Думаю, гитарное соло не стоит слишком затягивать.»

Когда гитарная партия подошла к концу, он добавил более звонкий звук барабанов.

«Оставлю только базовый ритм и запишу с группой».

Похоже, понадобятся музыканты из White Moonlight. Чтобы подчеркнуть эффект от гитарного соло Джи Мин, лучше использовать живую игру, а не электронные эффекты. Это значительно повысит качество трека.

«Завершу работу и сразу в офис.»

Кан Юн добавил несколько струнных инструментов без мелодической линии. Помимо этого, он ввёл ударные, бас-гитару и электрогитару, чтобы получить общее звучание песни. Завершив предварительную работу, он сохранил файл и вышел из дома.

По дороге он связался с White Moonlight. Те как раз заканчивали репетицию и уже собирались домой, но в итоге были экстренно вызваны в студию. Тем не менее, все с энтузиазмом отправились на запись — работа в студии всегда приносила радость.

Когда Кан Юн прибыл в студию, там уже находились участники White Moonlight, Хи Юн, Ким Джи Мин и даже Ли Хён Джи. Хотя на дворе был уже поздний вечер, студия была полна людей.

— Директор, не ожидал, что ты останешься.

— Это же песня Джи Мин. Мне интересно, какой она получилось.

Весь World Entertainment сосредоточил усилия на дебюте своего первого стажёра.

Внутри уже стояли настроенные инструменты. Кан Юн быстро подкорректировал звук, после чего началась запись.

Включилась минусовка, и Ким Джин Дэ начал отстукивать ритм на малом барабане и бас-бочке. Кан Юн наклонился к микрофону.

— Джин Дэ, попробуй играть римшотом. Чха Хи, пока можешь отдохнуть.

— Понял.

Необычно серьёзно ответил Ким Джин Дэ.

Когда партия барабанов слилась с вступительной мелодией, появилось серое свечение. Очевидно, проблема была в технике игры. Кан Юн предложил ударять не по центру малого барабана, а по его ободу, чтобы добиться более чёткого звука.

При повторном исполнении ритмичный щелчок органично вписался в аккомпанемент.

«Так гораздо лучше.»

Вместо прежнего серого оттенка появился яркий белый свет.

Следующей была очередь Ли Чха Хи. В той части, где к акустической гитаре и барабанам присоединялись остальные инструменты, она провела пальцами по струнам, используя технику слайда. Ким Джин Дэ также изменил игру на барабанах, чтобы усилить эффект.

Однако Кан Юн покачал головой и снова заговорил в микрофон:

— Чха Хи, давай пока без слайда. Оставим его для припева.

— Поняла.

— Джин Дэ, не надо слишком усложнять партию с самого начала.

Они невольно следовали привычному стилю White Moonlight, который обычно был довольно мощным. Кан Юн скорректировал их исполнение.

Хотя обсуждений было много, запись не заняла слишком много времени. Ким Джин Дэ и Ли Чха Хи были опытными музыкантами, а требования Кан Юна были четкими.

Так, преодолев все сложности с первым куплетом, они дошли до припева второго.

— Чха Хи, у тебя что-то странное со звуком.

Кан Юн уловил странное изменение в высоте звука ближе к концу припева. Белый свет, сопровождающий звучание, оставался неизменным, но бас и аккомпанемент звучали ниже, чем следовало.

— А? Но я играю точно по партитуре.

— Это странно. Было ощущение, будто бас просел.

Это был момент, когда сложные эффектные переходы должны были создать нужное напряжение в композиции. Бас Ли Чха Хи должен был надежно поддерживать эту атмосферу, но вместо этого звучал слишком глухо и терял нужную высоту.

Через некоторое время Кан Юн снова остановил запись.

— Чха Хи, попробуй еще раз. Сейчас бас звучит ниже, чем нужно.

— Странно… Я играла правильно…

Играла правильно, но звук странный?

Кан Юн проверил свои ноты, но там не было ошибок. Он зашел в студийную кабину и взглянул на ноты Ли Чха Хи — там тоже все было в порядке.

«Что за чертовщина?»

Ли Чха Хи была не из тех, кто стал бы врать о таких вещах.

«Неужели я слишком устал?»

Решив, что, возможно, слишком накручивает себя, Кан Юн махнул рукой.

— Давай попробуем ещё раз…

В этот момент Ли Чха Хи вдруг побледнела и начала дрожать, пристально глядя на Кан Юна.

— Что случилось?

— Президент… слева от вас… та… там…

— Что там?

Кан Юн нахмурился. Лицо Ли Чха Хи было искажено страхом. Спокойствие, которым она всегда отличалась, испарилось бесследно.

— Кьяаа! Привидение!!

Неожиданный крик заставил всех вздрогнуть.

Привидение?!

Все в панике начали оглядываться, но ничего не обнаружили.

Ким Джин Дэ, не выдержав, схватил Ли Чха Хи за плечи.

— Чха Хи, соберись!

— А… д-да…

Спустя некоторое время Ли Чха Хи немного пришла в себя.

Кан Юн вошёл в будку, подозрительно глядя на неё.

— Ты что-то видела?

— Эм… там… прямо рядом с вами, президент… стояла женщина…

— Женщина?

Кан Юн был ошеломлён.

В итоге всё свелось к истории о «студийном призраке», приносящем удачу. Услышав подобное от невозмутимой Ли Чха Хи, он был ещё больше поражен.

(Примечание анлейтера: оказывается, суеверие о «студийных призраках» действительно существует. Считается, что увидеть призрака во время записи — это знак того, что альбом станет хитом.)

— Да ну, брось. В наше время в призраков кто-то верит?

— Но я правда видела…

Как на это вообще реагировать? Многие фанаты мистики наверняка нашли бы эту историю интересной.

Но для Кан Юна в этом не было ничего забавного.

«Может, у неё проблемы в личной жизни?»

Он поручил Ким Джин Дэ присмотреть за ней и объявил небольшой перерыв.

Наблюдавшая за всем этим Ли Хён Джи подошла к Кан Юну.

— Легендарный студийный призрак. Давно я не слышала таких историй.

— Не бывает никаких призраков. Всё это выдумки.

— О? А я вот верю в призраков.

Ли Хён Джи выглядела заинтригованной, но Кан Юн только усмехнулся.

— Ну, если это к удаче, то я бы тоже не отказался его увидеть.

— Ха! Это в твоём стиле. Но, знаешь, теперь у нас есть повод для пиара. Надо расспросить Чха Хи поподробнее.

Ли Хён Джи оживилась и, подойдя к Ли Чха Хи, начала утешать её, одновременно расспрашивая.

«Похоже, все девушки обожают истории про привидений…»

Кан Юн покачал головой, недовольно вздыхая из-за внезапной «призрачной» истории.

***

GNB Entertainment — компания, которая за последние три года стремительно набирала обороты.

После инвестиций от крупнейшей корейской корпорации Benneth она стала активно переманивать популярных актёров, комиков и певцов.

Президент компании, Хан Ён Сук, была «железной леди», сумевшей создать GNB Entertainment, опираясь на огромные финансовые ресурсы.

Сегодня она вызвала Ю На Юн, которая вскоре должна была дебютировать.

— На Юн, как продвигается подготовка?

— Хорошо. Все мне очень помогают, так что я стараюсь изо всех сил.

— Это радует.

Слова президента звучали приятно, но Ю На Юн чувствовала напряжение. Взгляд этой женщины, казалось, проникал в самую душу.

— После праздников у тебя дебют. В это время нет ни крупных камбэков, ни громких дебютов — идеальный момент, ты ведь понимаешь? Хотя, с твоим уровнем тебя и так можно считать большой звездой.

Ю На Юн молчала. Формально это было похвалой, но она прекрасно понимала скрытый подтекст.

Хан Ён Сук с интересом продолжила:

— Пару дней назад Кан говорил, что в какой-то там World Entertainment тоже дебютирует девушка. Ха! Но вряд ли тебе стоит волноваться, правда?

В её голосе звучала абсолютная уверенность. Президент Yerang Entertainment, Кан Ши Мён, предупреждал, что World — компания, которую не стоит недооценивать. Но разве можно всерьёз воспринимать компанию с единственной стажёркой и ограниченным финансированием? У них и без того полно забот с Eddios и Ким Чжэ Хуном. Переживать из-за их новенькой не имело никакого смысла.

— Вы выбрали меня, потому что верите в мой успех. Я не подведу.

— Конечно, моя дорогая. Сколько я в тебя вложила… Ты же знаешь, что всё это не просто так?

Президент Хан Ён Сук похлопала Ю На Юн по спине. Для неё эта девушка из World Entertainment не имела никакого значения.

***

— Казна снова опустела, милорд, — вздохнула Ли Хён Джи.

Расходы на выпуск альбома, оплату услуг и прочие мелочи съели весь бюджет, в итоге не осталось средств на масштабный шоукейс.

Однако Кан Юн сохранял спокойствие:

— Всё равно на шоукейс Джи Мин никто не придёт. Несмотря на то, что у нас есть Eddios и Ким Чжэ Хун, наша компания пока не слишком известна. Лучше оставить шоукейс для камбэка Eddios.

— Жалко. Дебют бывает раз в жизни, а у неё он получится таким скромным.

— Он будет не таким уж скромным, как ты думаешь. Нам выделили довольно много эфирного времени.

Ким Джи Мин выделили целых шесть минут на шоу «Music Camp» телеканала DLE. Это было достигнуто в обмен на эксклюзивное право на её дебют — в течение недели она не могла выступать на других передачах.

Ли Хён Джи удивилась способностям Кан Юна.

— Похоже, президент Чу Ман Джи решил отплатить нам за DiaTeen. DLE ведь тесно сотрудничает с Yoonseul, верно?

— Да. Я думал, будет сложнее, но он согласился без раздумий. Без его помощи было бы гораздо труднее.

Они обсудили все детали предстоящего дебюта: транспорт, менеджера для Джи Мин, координатора, и даже будущее расписание.

В ходе разговора Кан Юн затронул тему, о которой его предупредил президент Чу Ман Джи.

— В тот же день дебютирует новенькая из GNB.

— GNB? Разве там не Хан Ён Сук управляет?

— Она самая. Причём дебютирует тоже сольная певица. Примерно того же возраста…

Лицо Ли Хён Джи помрачнело. Обычно компании договариваются между собой, чтобы исполнители с похожими концепциями не выпускали альбомы одновременно. Такой расклад мог быть либо случайностью, либо преднамеренной попыткой вытеснить конкурента.

— Они специально выбрали эту дату?

— Не думаю. Скорее, их логика была такой же, как у нас. В начале февраля нет ни дебютов, ни камбэков.

— Уж слишком подозрительное совпадение. У GNB полно денег. Конечно, они не могут тягаться с MG или Yoonseul по опыту, но их бюджет просто зашкаливает. Недаром их называют «компанией для богатых».

— Эх, завидую, — усмехнулся Кан Юн.

Однако его взгляд тут же стал сосредоточенным.

— Надеюсь, их концепт будет отличаться от нашего. Но если нет — значит, у нас будет настоящее соперничество. Если мы перенесём дебют, все скажут, что мы просто повторяем за ними. Так что лучше идти напролом.

— Журналисты точно ухватятся за эту тему. Может, и нам сыграть на этом?

— Нет. Если делать ставку на конфликт, это может быстро обернуться против нас. Имидж Джи Мин ещё не сформировался, и если его испортить в самом начале, восстановить будет сложно. Лучше двигаться медленно, но верно.

Ли Хён Джи кивнула, соглашаясь.

***

После Лунного Нового года Ким Джи Мин продолжала усердно тренироваться. Время от времени ей помогали Хи Юн и профессор Чхве Чан Ян.

Время шло быстро, и вот уже наступил февраль.

День дебюта.

Кан Юн, менеджер Ким Джи Мин – Чхве Хёк Джин и её координатор Ли Джин А находились в комнате ожидания на телеканале DLE.

— Джи Мин с макияжем выглядит так красиво.

Ли Джин А не жалела комплиментов, припудривая лицо Ким Джи Мин. Её кожа была безупречно гладкой и прекрасно принимала косметику, что доставляло истинное удовольствие от работы.

Перед тем как переодеться в сценический наряд, Кан Юн вместе с Ким Джи Мин отправился раздавать CD. Это был традиционный ритуал приветствия для новичков в день дебюта. Остальные певцы, видя, что на сцену выходит сольная исполнительница (что было редкостью в индустрии), подбадривали её добрыми словами.

Так, они обошли несколько гримёрок, пока, наконец, не оказались перед последней, с табличкой «Наэль».

— Это… — Ким Джи Мин посмотрела на Кан Юна с лёгким беспокойством в голосе. Эта комната принадлежала певице, дебютирующей в тот же день, что и она.

— Даже если она твоя конкурентка, вам лучше подружиться.

— А если она будет ко мне холодна?

— Ну, значит, она того не стоит.

— Вы правы.

Ким Джи Мин постучала в дверь. Услышав разрешение, она вошла.

Внутри её встретили Ю На Юн и её менеджер.

— Здравствуйте. Я Ын Ха, сегодня у меня дебютное выступление. Я пришла поприветствовать вас.

(Примечание: Ын Ха – сценический псевдоним Ким Джи Мин, означает «галактика».)

Ким Джи Мин учтиво поприветствовала соперницу.

«Ого, какая красавица…»

Ю На Юн (сценический псевдоним – «Наэль») напоминала фарфоровую куклу. Она была выше ростом, с идеальной фигурой: утончённая талия, плавные изгибы — словно вылепленная самой природой. Но больше всего бросалось в глаза её холодное, немного отстранённое выражение лица.

— Привет. Я Наэль.

Ю На Юн вежливо протянула свой диск в знак приветствия. Ким Джи Мин обменялась с ней CD-дисками, внимательно разглядывая соперницу.

— Раз уж у нас с тобой дебют в один день, можно считать, что мы коллеги?

— Ха-ха-ха, — с лёгкой улыбкой ответила Ким Джи Мин.

Но в воздухе между ними повисло невидимое напряжение. Несмотря на внешнюю вежливость, обе понимали, что каждая видит в другой соперницу.

После короткого приветствия Кан Юн и Ким Джи Мин покинули гримёрку.

— Ну, как она тебе?

— Очень красивая. Чертовски красивая, — искренне призналась Ким Джи Мин.

Высокая, стройная, с идеальными чертами лица — Ю На Юн казалась воплощением красоты. Если честно, Ким Джи Мин была уверена, что не сможет сравниться с ней внешне.

— Господин Кан… Я смогу победить её?

В её голосе проскользнули нотки неуверенности.

Кан Юн улыбнулся.

— Победить? Разве это главное?

— А что тогда?

— Главное — люди, которые слушают твою музыку. Ты поёшь для них, а не для того, чтобы кого-то обойти.

— Ох…

Ким Джи Мин задумалась. Кан Юн был прав.

— Ты стала певицей, потому что хотела петь, верно? А сейчас ты стоишь у стартовой черты.

— Да.

Воспоминания нахлынули на неё, словно кадры из фильма. Встреча с Кан Юном после провального прослушивания, предоставленный им шанс заниматься музыкой, бесценный опыт, приобретённый на концертах… Всё это привело её сюда.

То, что она стояла здесь, уже было чудом.

— У Наэль тоже есть своя история, но это не главное. Главное, что ты сейчас на этой сцене. Ты споёшь свою песню, она — свою, а выбор останется за зрителями.

— Поняла.

Когда они подошли к её гримёрке, Кан Юн похлопал Ким Джи Мин по спине.

— Как только выйдешь на сцену, думай только о музыке. Остальное оставь мне.

— Да!!

Кан Юн ласково потрепал её по голове, а затем отправил внутрь комнаты.

«Очередная история только начинается», — подумал Кан Юн, наблюдая, как закрывается дверь.

Сегодня на сцену выйдет новая исполнительница от World Entertainment. Волнение, предвкушение и лёгкое беспокойство переплетались в его душе, пока он направлялся к сцене.

__________________________________

[1] В ритмическом рисунке второго такта есть доли и их слабые части (например, счёт "раз — и — два — и"). Отсечка на «и» означает, что звук резко обрывается именно на слабой доле, придавая акцент ритму.