— Want you feel me now ~ ooh ooh ~ Tell me ♪

Внутри кабины Рейна закрыла глаза и запела громче. Она полностью растворилась в песне, и всё её напряжение ушло.

— Oh boy go for ~ ♪

Рейна выкладывалась на полную, исполняя все песни, которые разучила в школьном клубе. Она не раз слышала от Хи Юн, что у Кан Юна отличный музыкальный вкус. Если он одобрит её исполнение, она планировала всерьёз двигаться к своей мечте — выступлению на Бродвее.

Чувствуя, что приближается к своей мечте, Рейна всё больше повышала голос.

Однако, возможно, из-за чрезмерного волнения её голос стал слишком напряжённым.

«Что это?»

Кан Юн нахмурился, уловив едва слышное шипение воздуха. Она вложила слишком много силы. Вслед за этим яркое сияние её нот начало постепенно тускнеть.

«Она слишком напряжена.»

Постепенно музыкальные ноты начали терять чёткость. Любой певец почувствовал бы это. Однако Рейна, полностью погружённая в музыку, не могла вырваться из своего мира. (п.п: речь не о тех нотах, которые видит Кан Юн)

Кан Юн сделал вывод:

«Техника у неё отличная, но она слишком перегружает голос.»

Первоначальное впечатление сильно ослабло. Мысль о том, как она звучала вначале, не покидала его, и это вызывало досаду. Хотя он не был знатоком мюзиклов, ему казалось, что, выйдя на сцену в таком перевозбуждённом состоянии, она могла бы вызвать у зрителей неловкость.

Песня подошла к концу. Кан Юн жестом пригласил Рейну выйти из кабины

[Отличная работа.]

[Ну, как я справилась?]

Рейна, не догадываясь, о чём думает Кан Юн, задала вопрос взволнованным голосом. Рядом с ним Хи Юн тоже выглядела напряжённой.

«Лучше сказать прямо.»

Она была подругой Хи Юн. Врать не имело смысла. После короткой паузы Кан Юн заговорил спокойным тоном:

[Ты подруга Хи Юн, поэтому скажу честно. Возможно, это тебе не понравится, но надеюсь, ты поймёшь.]

[Да, конечно.]

[Ты слишком напрягаешься. Чувствовался переизбыток эмоций.]

[Правда?]

Рейна немного растерялась, услышав критику вместо похвалы. Однако Кан Юн продолжил:

[Излишняя эмоциональность может вызвать у зрителей отторжение. Это звучит неестественно. Как будто ты пересолила блюдо.]

[Ооох…]

[Первая песня, The Phantom, была великолепной. Чёткая дикция, чистый голос. В тот момент я даже подумал, что ты уже готова выйти на сцену. Но после второй песни моё мнение изменилось. Если это просто увлечение, то ничего страшного. Однако если ты стремишься к главным ролям, тебе нужно над этим поработать. Когда пение будет сочетаться с хореографией и актёрской игрой, твоя текущая манера исполнения может стать серьёзной проблемой.]

Кан Юн чётко обозначил её слабые места.

Выражение лица Рейны омрачилось, но вскоре она задумалась и улыбнулась.

[Спасибо. Похоже, Хи Юн была права. Она говорила, что я смогу здесь многому научиться.]

Услышав это, Кан Юн, наконец, улыбнулся.

[Я говорил только о недостатках, но в остальном ты просто великолепна. Твой голос, подача текста — если бы ты захотела строить карьеру в Корее, я бы не раздумывая предложил тебе сотрудничество.]

Кан Юн аккуратно намекнул на свою заинтересованность.

Рейна рассмеялась.

[Правда? Жаль. Было бы здорово работать вместе с Хи Юн в одной компании. Но моя цель — не Корея, а Бродвей. Вы не хотите попробовать себя в Америке?]

[Хахаха, у меня и здесь дел невпроворот. Может, через несколько лет.]

[Значит, мне придётся подождать. Встретимся на Бродвее.]

Рейна приняла честную критику с улыбкой.

[Хорошо. Надеюсь, ты осуществишь свою мечту. Ах да, с Хи Юн в Америке держитесь вместе.]

[Ха-ха-ха! Не переживайте. Увидимся в США!]

Так завершилось обсуждение её выступления.

Рейна снова заулыбалась, а в студии вновь воцарилась весёлая атмосфера.

***

С приходом Eddios в World Entertainment количество знаменитостей в агентстве заметно увеличилось. Из-за этого срочно потребовалось больше персонала. Одной из главных вакансий был хореограф.

На первой встрече, посвящённой сольному альбому Чжон Мин А обсуждали постановку танца.

Кан Юн хотел привлечь профессионального хореографа, но Мин А предложила альтернативу.

— В этот раз я попробую поставить хореографию сама.

Она хотела снизить затраты компании на её альбом.

Но Кан Юн покачал головой.

— Мин А, ты знаешь, как работают профессиональные хореографы?

— Что тут сложного? Главное — чтобы танец смотрелся эффектно и соответствовал ритму!

Возможно, она пыталась пошутить, но Кан Юн, услышав это, легонько стукнул её по лбу.

— Ай, больно же!

— А как ты думала? Мин А, хореограф — это профессионал, который создаёт танец, учитывая вкусы публики, возможности исполнителя и особенности песни. Это не просто движения под музыку.

— Я знаю, что не всё так просто…

Мин А потерла ушибленное место и надулась. Кан Юн, улыбнувшись, погладил её по голове.

— Я понимаю, что ты беспокоишься о бюджете. Но экономить не стоит.

«…….»

— Нужно вкладываться, когда есть возможность. Лучше используй этот шанс, чтобы чему-нибудь научиться. Так ты действительно сможешь мне помочь.

— Поняла.

Кан Юн перевёл взгляд на Хи Юн.

— Хи Юн, ты уже закончила с песней для Мин А?

— Пока нет. Только небольшой кусочек вступления.

— Похоже, ты была занята с Джи Мин.

Хи Юн действительно уделяла много времени Ким Джи Мин, работая над её песней. Впрочем, у Чжон Мин А ещё было время, поэтому Кан Юн просто кивнул, приняв к сведению.

Затем он снова посмотрел на Чжон Мин А.

— Мин А, песня ещё не готова, но сам танец будет непростым. Если недооценишь эти три минуты, потом будет тяжело.

— Не переживай. Я каждое утро тренируюсь, так что справлюсь. Даже брейк-данс могу станцевать.

Уверенность Чжон Мин А порадовала Кан Юна.

С момента дебюта она не прекращала тренировки и обладала лучшей выносливостью среди всех участниц группы.

Кан Юн также сообщил, что для Eddios ищут персонального стилиста и менеджера. На вопрос, нужно ли что-то ещё, Мин А поблагодарила его за заботу и заверила, что будет стараться изо всех сил.

Так завершилось первое совещание по её сольному альбому

***

Кан Юн поднялся в офис и взял ключи от машины у Ли Хён Джи. Она пошутила:

— А за бензин заплатишь?

— Выстави счёт World на имя Ли Кан Юна.

— Ах ты! Перекладываешь из одного кармана в другой...Ладно, только не поцарапай её.

(п.п: World оплачивает счёт –> Ли Хён Джи получает деньги и кладёт на счёт World…в общем, просто шутка)

Кан Юн чувствовал себя немного виноватым, что снова берёт её машину.

Как только он собрался уходить, Ли Хён Джи его остановила:

— Ты помнишь, что сегодня собеседование? Успеешь вернуться?

— Вряд ли. У меня встреча с OTS.

— Понятно. Если речь о OTS… Понимаю, ничего не поделаешь.

—Пожалуйста, займись этим сама. У меня сейчас и так полно забот с Eddios и Джи Мин.

У обоих голова шла кругом от количества дел. Она кивнула.

— Хорошо. Тогда сказать новым сотрудникам выходить со следующей недели?

— Да, так будет лучше.

***

Вскоре Кан Юн прибыл в общежитие Eddios и позвонил Ли Сам Сун. Та уже была готова, так что быстро вышла и села в машину.

Автомобиль направился к телестудии.

По дороге Ли Сам Сун нервно теребила пальцы, на её лице смешались волнение и тревога.

«Фух…»

Услышав её вздох, Кан Юн спросил:

— Нервничаешь ?

— Да… Я почти не появлялась в развлекательных шоу.

— Но ведь ты всему научилась ещё во времена стажировки.

— Это так, но… с тех пор прошло много времени.

— Вот поэтому я еду с тобой. Не стоит так нервничать.

Ли Сам Сун кивнула.

— В тот раз вы тоже были со мной...

— Когда?

— На том уличном выступлении.

— Ах, да…

Кан Юн вспомнил тот день, когда она выступала на улице, после чего на собрании ошеломила всех директоров.

«И правда, ситуация похожая. Только теперь вместо директоров зрители.»

От этой мысли он невольно пожал плечами.

Ли Сам Сун, кажется, взволновалась, вспоминая прошлое, и с энтузиазмом начала рассказывать:

— В те времена в Хондэ было так весело. Сейчас уже немыслимо повторить такое. Люди тогда были такими добрыми.

— Да, это было здорово. Помню, как зрители подбадривали тебя, когда ты пела. Для меня это тоже приятное воспоминание.

— Правда?

Кан Юн кивнул и уверенно сказал:

— Так что давай повторим.

«…….»

Ли Сам Сун молча посмотрела на него. Кан Юн совсем не изменился с тех времён.

Спустя некоторое время машина прибыла к зданию телекомпании OTS. Кан Юн припарковался и направился в конференц-зал на 18-м этаже, где у него была назначена встреча.

Когда они вышли из лифта, их уже ждал помощник режиссёра Ким Мин Хёк.

— Здравствуйте. Мы вас ждали.

Следуя за ним, Кан Юн и Ли Сам Сун вошли в конференц-зал

— Пожалуйста, подождите немного. Сейчас приведу продюсера.

Когда помощник режиссёра вышел, Сам Сун начала разглядывать стены, украшенные постерами различных шоу, снятых телекомпанией OTS.

— А это не Джин Со?

— Документальный фильм? Разве Джин Со снималась в документалке?

Кан Юн посмотрел на постер, на который указывала Ли Сам Сун. На нём было написано «OTS SPECIAL», а в центре красовалась фотография Мин Джин Со.

Ли Сам Сун прокомментировала:

— Насколько я помню, она записывала закадровый текст. Я слышала, что благодаря её участию рейтинг программы поднялся примерно на 4%.

— Ничего себе, её популярность просто зашкаливает.

Хотя Кан Юн и так знал, что Мин Джин Со очень популярна, но увидеть это своими глазами было совершенно иным ощущением.

— Наверное, сейчас у неё всё отлично, — продолжила Ли Сам Сун. — MG планировала выйти на зарубежный рынок: нас направили в США, а Джин Со — в Китай. Вот только мы провалились…

На этих словах голос Ли Сам Сун слегка потух. Кан Юн приободрил её.

Вскоре в комнату вошёл продюсер Ё Ун Хён вместе с ассистентом.

— Рад встрече! Меня зовут Ё Ун Хён.

Продюсер Ё Ун Хён был высоким и слегка полноватым. Он сильно отличался от Кан Юна, который был стройным и широкоплечим. Он энергично поздоровался и сразу перешёл к делу.

— Мисс Дженни жила в горах, когда была маленькой? [1]

Его больше всего интересовал именно этот момент.

— Да.

— Где именно?

— В Чхунчхоне, в деревне Чхильамголь.

Услышав конкретное название местности, продюсер засыпал её вопросами.

«Этот продюсер — настоящая проблема.»

Кан Юн с напряжением наблюдал за собеседованием. Продюсер Ё Ун Хён был против кандидатуры Ли Сам Сун и предлагал выбрать кого-то другого. Однако сценаристы и другие продюсеры настаивали, утверждая, что она идеально вписывается в концепцию, и в итоге добились её участия.

Тем временем Ли Сам Сун продолжала отвечать на вопросы.

— А трактор водить умеешь?

— Да. Правда, прав у меня нет, я училась у одного старика в деревне.

— Когда это было?

— Лет в 15, наверное?

«…….»

Продюсер был ошеломлён. Разве в наше время ещё существует такой мир?

— А с мотоблоком (двухколесный трактор) справишься?

— Конечно. Освоила ещё в 13 лет.

— Кхм…

Сочетание образа девушки из Eddios и её деревенских навыков настолько не укладывалось в голове Ё Ун Хёна, что он даже поперхнулся.

Дальнейшие вопросы были менее сложными: сможет ли она спать без кровати, не испугается ли уличного туалета и другие бытовые моменты деревенской жизни.

— Я и навоз таскала, так что всё нормально.

«…….»

«Дженни из Eddios оказалась настоящей деревенской девушкой!»

Если он откажется от её кандидатуры, главный продюсер разорвёт его в клочья.

— Ладно… Остался последний тест. Скажи что-нибудь на диалекте.

— На диалекте? Ну, например… Бабушка, мылк поели? Поели? Чего так неуверенно-то? Может, кимчхи добавим для вкуса?

— Кхааа!!

(п.п: тут уж извините, прямой перевод, адаптации диалекта не будет)

Ё Ун Хён широко раскрыл глаза, а затем рассмеялся.

«Это же готовый персонаж для шоу!.»

— Ха-ха! Ха-ха-ха-ха!

Ли Сам Сун удивлённо посмотрела на него.

— Почему он так смеётся?

Кан Юн лишь спокойно пожал плечами.

«Конечно, он доволен. Где ещё он найдёт такую идеальную кандидатуру?.»

Кан Юн был уверен, что шоу Modern Farmer выведет Ли Сам Сун на новый уровень

_______________________________________________________

[1] Я так понял, Дженни - сценический псевдоним Сам Сун. Не помню, писал ли об этом автор.