— Хахахахаха!

Ли Хён Джи громко рассмеялась. Её смех эхом разнесся по всему залу.

— Если задуматься, это битва, в которой мы не можем проиграть. Мне это нравится.

Кан Юн пожал плечами — для него это было очевидно.

— Нам некуда торопиться. У нас нет долгов, да и другие источники дохода имеются.

— Точно. Нам совсем не обязательно ввязываться в их игру на выживание. Единственное, что немного жаль, — это то, что раскрутка концертного зала займёт больше времени.

Хотя расписание на сентябрь было полностью забито, в октябре оставалось много свободных мест, что немного огорчало Ли Хён Джи. Однако она решила не придавать этому большого значения, ведь впереди их ожидало нечто более грандиозное.

После разговора они оба перевели взгляд на сцену. Ли Хён А, охваченная волнением, не собиралась покидать её. Она даже взяла со стены микрофонную стойку и передвигала её по сцене, пробуя разные варианты расположения. Ким Чжин Дэ осматривал место для ударной установки, даже обычно сдержанная Ли Чха Хи с воодушевлением возилась с басовым усилителем.

— Ребята тоже в восторге.

— Да уж.

Ли Хён Джи и Кан Юн с удовлетворением наблюдали за тем, как участники White Moonlight изучают сцену.

***

— …Сколько раз говорила — убирайте обувь в прихожей!

Кристи Эн ворчала, собирая разбросанные повсюду кроссовки. Поскольку все участницы жили вместе, по две пары обуви на каждую превращались в добрый десяток пар, создавая хаос у входа.

— А? Онни, ты уже вернулась.

Со Хан Ю, одетая в тренировочный костюм, поприветствовала её.

— Да. А ты куда?

— В парк, побегать немного. Я как раз хотела прибраться здесь…

— Не стоит. Почему ты всегда этим занимаешься?

Разобравшись с обувью, Кристи прошла внутрь.

Закончив помогать, Со Хан Ю отправилась на пробежку.

Как только Кристи вошла в гостиную, её поприветствовала Айли Чон, лениво раскинувшаяся на полу и жующая картофельные чипсы.

— О, уже вернулась?

— Опять чипсы ешь? Так и до пуза недалеко.

— Хмф. Не страшно. Всё равно сейчас нет никаких выступлений.

Айли Чон проворчала, словно ей было всё равно. Обычно она следила за питанием, так как легко набирала вес, но в последнее время о диете и речи не шло.

Кристи тяжело вздохнула, глядя на её беззаботность.

— Ладно, делай что хочешь.

Оставив Айли валяться на полу, Кристи направилась в комнату.

Внутри Чжон Мин А расстелила коврик и занималась йогой, а Ли Сам Сун сидела за компьютером.

— …О, с возвращением.

— …Какая разительная разница по сравнению с кое-кем.

— Что ты имеешь в виду?

— Да так, ничего.

Чжон Мин А, растянувшая ноги в шпагате, с трудом кивнула в ответ. Кристи Эн только пожала плечами.

Тут было не слишком просторно, особенно в сравнении с их общежитием в Корее, где у многих даже были личные комнаты. Они подумывали о переезде, но найти подходящее жильё было не так-то просто. К тому же, их жизнь за границей была довольно сложной, и без поддержки друг друга им было бы ещё тяжелее.

— …Хах, в Корее теперь только и говорят, что о DiaTeen.

Повернувшись на стуле, Ли Сам Сун устало покачала головой.

— Ну, это неудивительно. Они ведь далеко не простые соперники.

Чжон Мин А спокойно ответила, продолжая занимать йогой. Однако Ли Сам Сун не согласилась.

— Дело не только в этом. Посмотри: «Enjoy Music», «Music Land», «Music Camp» — везде первое место. А на «Music Countdown» у них даже своя спецсцена. После камбэка DiaTeen лидируют повсюду. Теперь все говорят, что они заняли место Eddios.

Раньше две группы воспринимали как соперников, но никто открыто не заявлял, что одна сместила другую. Но сейчас ситуация полностью складывалась в пользу DiaTeen. Даже Ли Сам Сун, обычно настроенная оптимистично, выглядела серьёзной.

Когда она заговорила об этом, Кристи уже собиравшаяся выйти из комнаты, тоже перевела взгляд на монитор. Она нахмурилась, читая статью

— Ну…с новым композитором это неудивительно.

— Что? Композитор?

Ли Сам Сун переспросила, услышав её слова. Кристи Эн усмехнулась.

— Ты знаешь, кто написал их новую песню?

— Что значит "кто"? Это же Muse, о котором все сейчас говорят.

— Сегодня я встречалась с этим Muse.

Глаза Ли Сам Сун расширились от удивления.

— Ч-что? Серьёзно? Как так вышло? Кто этот человек?

— Muse — это не один человек. Это дуэт. Брат и сестра. Но знаешь, что самое интересное?

— Что?

Ли Сам Сун с нетерпением ждала ответа, а Чжон Мин А даже наклонилась вперёд, прислушиваясь. Muse сейчас был на пике популярности, и именно он сделал DiaTeen такими успешными. Её интерес был неизбежен.

— Команда Muse состоит из композитора Ли Хи Юн и...руководителя Ли Кан Юна.

— …Чего?!

Ли Сам Сун шумно выдохнула от неожиданности. Чжон Мин А, занимавшаяся йогой, даже свалилась от потрясения.

— Мин А, ты в порядке?

— Ох… Я в п-порядке…Что там про Кан Юна-аджосси?

Глаза Чжон Мин А вспыхнули, словно у хищника. Кристи Эн непроизвольно отошла на шаг назад.

— Эм… ну…

— Расскажи-ка подробнее.

В глазах Чжон Мин А пылал настоящий огонь.

***

После долгих раздумий Ким Чжэ Хун наконец выбрал песни.

Так как все песни Хи Юн были великолепны, из семи выбрать четыре оказалось непросто. Обычно на это уходило всего несколько часов, но в этот раз он потратил несколько дней.

— Остановился на этих?

— Да.

Кан Юн пролистал ноты, которые передал ему Ким Чжэ Хун, и утвердительно кивнул.

— Хорошо. Какую песню ты хочешь аранжировать сам?

— Вот эту.

Он вытащил один из нотных листов, который Кан Юн уже просмотрел. Песня называлась «Сегодня я отпускаю тебя».

— Ты уже написал текст?

— Ещё не до конца готов, требуется небольшая доработка.

— Отлично, хорошая скорость.

Кан Юн не стал вмешиваться — Ким Чжэ Хун и так справлялся прекрасно. Тот предпочитал работать дома, а не в студии, и Кан Юн позволил ему это.

— Больше ничего не нужно?

— Всё в порядке. Разве что выпить чего-нибудь не помешало бы.

— Захвачу пива по дороге.

Услышав про пиво, Ким Чжэ Хун поднял большой палец вверх.

После того как Ким Чжэ Хун ушёл, Кан Юн направился в студию, где Ким Джи Мин занималась с профессором Чхве Чан Яном. Базовые упражнения на постановку голоса уже остались позади, теперь они перешли к полноценному разбору песен.

— Можно ли нам любить легко и непринуждённо? Но какая разница…♪

Лёгкие слова сопровождались игривой мелодией, заполняя пространство студии. Перед глазами Кан Юна возникли белоснежные ноты.

Профессор Чхве, внимательно слушая, поправлял осанку девушки и контролировал её голос.

— Попробуй сделать это естественнее.

— Можно ли нам любить легко и непринуждённо? Но какая разница…♪

— Ещё раз. Ты слегка перенапряглась, да? Расслабься, чтобы не перегружать голосовые связки.

Он легонько надавил на шею, показывая, где именно возникало напряжение.

Ким Джи Мин была так погружена в процесс, что даже не заметила, как в студии появился Кан Юн. Он не стал вмешиваться, просто молча наблюдал за их работой.

— Хорошо. Пока на этом остановимся.

Как только профессор Чхве дал знак, что занятие окончено, Ким Джи Мин облегчённо выдохнула. В этот момент она увидела стоящего неподалёку Кан Юна.

— Учитель?

На её голос обернулся и профессор.

— Кан Юн, ты пришёл. (п.п: ну вот так они здороваются, выглядит странно, но ничего менять не буду)

— Да. Джи Мин, как идут тренировки?

— Тяжеловато…

Как и всегда, Ким Джи Мин было тяжело. Хотя она уже начала привыкать к методу SLS, ей всё ещё было сложно сосредоточиться на пении и игре на гитаре одновременно. Когда она смотрела на гриф, сбивался ритм пения, а если сосредотачивалась на вокале, путались пальцы.

Видимо, Кан Юн понял её затруднения и сказал:

— Петь и играть одновременно — непросто. Но если продолжишь практиковаться, привыкнешь.

— Хорошо…

— Тогда можешь сыграть что-нибудь для меня?

По его просьбе Ким Чжи Мин взяла гитару, выпрямилась и, слегка прочистив горло, начала петь.

— Когда я открываю глаза — сладкий солнечный свет льётся…♪

Глаза Кан Юна вспыхнули. Её голос значительно изменился. Почти рефлекторно он посмотрел на профессора Чхве Чан Яна. Тот в ответ лишь улыбнулся.

«Её уровень резко возрос! Метод SLS определённо работает».

Долгие месяцы, потраченные на практику, наконец начали приносить плоды. Свет от голоса Ким Джи Мин был ярко-белым. Пусть при ошибках он и становился чуть тусклее, но всё же оставался сильным.

После первого куплета Ким Джи Мин остановилась.

— Мне… продолжать?

Она неуверенно спросила, но Кан Юн покачал головой.

— Нет, этого достаточно. Ты значительно выросла.

— Спасибо!

— Ты действительно стала петь лучше. Голос стал крепче, а в высоких нотах больше нет напряжения. Видно, что ты усердно тренировалась. Отличная работа.

Ким Джи Мин покраснела от радости. Кан Юн был не из тех, кто часто раздавал комплименты, поэтому услышать одобрение от него было особенно приятно. Даже профессор Чхве Чан Ян выглядел довольным.

Кан Юн понял, что его участие больше не требуется. Её обучением занимались сразу несколько опытных наставников, так что поводов для беспокойства не было. Умение принимать помощь от профессионалов — тоже своего рода талант, и он считал это ценным навыком

«Тут всё под контролем», — удовлетворённо подумал он и вышел из студии.

***

После завершения ремонта Lunas время пролетело незаметно.

Эмоции от фестиваля еще не утихли, но White Moonlight уже во всю готовилась к открытию зала.

Ли Хён Джи сосредоточилась на рекламной кампании, а Кан Юн разрабатывал стратегии, как использовать зал для получения прибыли. Кроме того, нужно было предусмотреть возможные шаги со стороны конкурентов.

Погружённые в работу, они не заметили, как наступил день открытия.

Пятница, сентябрь.

Сегодня был день открытия Lunas.

Участники White Moonlight занимались проверкой оборудования и репетировали в концертном зале. Менеджер Ким Дэ Хён, впервые столкнувшись с таким огромным микшерным пультом, нервно подгонял звук. К счастью, на этот день был приглашён профессиональный звукоинженер.

С самого утра все были поглощены подготовкой, и время летело незаметно. Кан Юн и White Moonlight были настолько заняты, что даже не успели пообедать.

Так незаметно наступило четыре часа дня — время генеральной репетиции.

— Ким Джи Мин! Как у тебя с наушниками? — крикнул Ким Дэ Хён.

Джи Мин, переодевшаяся в белое платье вместо привычной формы, покачала головой. Видимо, тонкие провода за ухом доставляли ей неудобство.

— Не очень удобно.

— Я про звук спрашиваю.

— Со звуком всё нормально… Но уши болят.

— Чёрт…

В итоге Ким Дэ Хён спустился к сцене и поправил наушники. Получив благодарность от девушки, он вернулся на своё место.

Когда генеральная репетиция подошла к концу, наступило время открытия. Вскоре в зал ворвалась Чон Хе Джин, дежурившая у входа.

— Народ уже собрался, можно запускать?

Кан Юн оглядел сцену — репетиция закончилась, а технический персонал уже привёл всё в порядок.

— Да, можно начинать запускать.

Сегодняшний концерт был стоячим, без посадочных мест. White Moonlight, изначально будучи инди-группой, решили создать в зале атмосферу ночного клуба, полностью затемнив его чёрными шторами.

За полчаса до начала зал был заполнен наполовину.

За десять минут — почти полностью.

За пять минут — свободного пространства почти не осталось. Эффект от рок-фестиваля и рекламная кампания Ли Хён Джи сделали своё дело.

— Людей действительно много.

— И это хорошо. Я волновалась, что зал не заполнится даже наполовину.

— При таком-то пиаре? Это было бы невозможно.

От слов Кан Юна госпожа директор самодовольно улыбнулась.

Тем временем жёлтый свет в зале погас, и софиты осветили сцену. На сцене появились White Moonlight.

— Всем привет!

— Вааааа!

На энергичное приветствие Ли Хён А толпа взорвалась восторженными криками. За это время она уже научилась управлять публикой.

White Moonlight не были известны длинными вступительными речами, поэтому сразу перешли к выступлению.

Зрители тут же завелись: одни обнимали соседей за плечи и прыгали, другие подхватывали знакомые песни, а те, кто не знал слов, пытались уловить мелодию и подстроиться под ритм, полностью отдаваясь музыке.

В такой атмосфере время пролетело незаметно. Настал черёд Ким Джи Мин.

«Ох, как же я нервничаю…»

Находясь за кулисами, она сжимала гитару, пытаясь успокоиться. Но, глядя на толпу, которая без устали прыгала и пела, не могла избавиться от тревожных мыслей: а как они отреагируют на неё? Поддержат или…

Как будто почувствовав её переживания, Ли Хён А заговорила:

— …Некоторые могут подумать, что мы просто решили продвинуть свою младшую коллегу, но это большая ошибка! Встречайте: будущую звезду, невероятно талантливую Ким Джи Мин!

— Уоооох!

Ли Хён А явно преувеличила, но публика уже была у неё в руках. Зал взорвался аплодисментами, приветствуя девушку, осторожно выходившую на сцену.

«Ох…»

Глядя вниз со сцены, Ким Джи Мин едва не икнула от волнения. Вид, открывавшийся отсюда, разительно отличался от того, что она наблюдала из-за кулис. Эти люди пришли наслаждаться выступлением White Moonlight. Но сможет ли она, не будучи профессиональной певицей, оправдать их ожидания? Казалось, это почти невозможно.

Однако назад пути не было. Сдерживая волнение, она села на подготовленный для неё стул в центре сцены и взяла в руки гитару. Как только её пальцы скользнули по струнам, издавшим чистый, звонкий звук, зрители удивлённо раскрыли глаза и дружно начали скандировать её имя.

Ким Джи Мин глубоко вздохнула, прочистила горло и начала играть.

— Когда я открываю глаза — сладкий солнечный свет льётся... ♪

Весёлая, танцевальная мелодия, сыгранная на акустической гитаре, звучала необычно. Более того, вместе с ней играл заранее записанный бас. А главное — её голос. Хрипловатый, но мощный, способный мгновенно захватить внимание.

После бурного слэма под White Moonlight эта песня стала для зрителей чем-то вроде передышки. Её голос, её исполнение создавали особую атмосферу, дарили совершенно иные эмоции. Услышать песню айдол-группы в таком исполнении было чем-то новым и освежающим.

«Отлично».

Кан Юн, наблюдавший за происходящим из аппаратной, удовлетворённо смотрел, как от акустической гитары, голоса Джи Мин и басовых нот из колонок исходит яркий белый свет.

«Пора задуматься о её дебюте».

Джи Мин, которая каждый день жаловалась, что у неё ничего не получается, исчезла. Теперь на сцене стояла уверенная в себе девушка.

Песня достигла припева.

— Наши сердца соеди…♪

Дзынь!

Неожиданный звук пронзил зал.

Зрители зажали уши от резкого щелчка.

— Что это было?

— Что-то с гитарой?

— Эй, похоже, струна лопнула.

Публика заметила, что у Ким Джи Мин порвалась струна. А сама она замерла в растерянности, глядя на свою гитару.

— Ох…

Она ошеломлённо уставилась на инструмент. Одна из струн, сорвавшись, повисла на гитарном грифе. Конечно, она могла бы играть на оставшихся пяти, но гитара мгновенно расстраивалась при обрыве даже одной струны. Остальные струны теперь звучали фальшиво, и продолжить выступление было невозможно.

Музыка резко оборвалась.

Зрители начали перешёптываться.

Ким Джи Мин в панике осматривала толпу. Она ведь заранее проверила гитару… и всё равно это случилось. Никогда бы не подумала, что такое может произойти.

Казалось, будто это была целиком её вина.

— Джи Мин, успокойся.

В этот момент в наушниках раздался голос Кан Юна.

— Такое часто случается на сцене. Всё в порядке. Просто успокойся.

Внезапно, в этом нарастающем хаосе появился проблеск света.