Гу Юэ, Се Се и Сюй Сяоянь, каждый взяв свою порцию еды, пересели за соседний стол, всем своим видом показывая, что их это не интересует.

У Тан Улина внутри тоже клокотало. Больше всего на свете он ненавидел ситуации, когда не дают нормально поесть. Академия, видите ли, не кормит бесплатно — да это же сколько денег и сил потом уйдёт на еду? Раз уж сегодня ужин бесплатный, нужно обязательно съесть и за завтрашнее утро тоже.

Поначалу Се Пейчэнь, стоявший рядом, ещё сохранял спокойствие, но постепенно его взгляд стал пустым, а рот — медленно приоткрылся от изумления.

«Этот парень… этот парень вообще человек?!»

Се Пейчэнь смотрел то на всё выше и выше нагромождённые стопки пустых тарелок, то на Тан Улина, скорость которого не только не снижалась, а наоборот — казалась всё быстрее. Он невольно сглотнул.

Очень скоро происходящее привлекло внимание и других учеников в столовой.

— Он что, голодным призраком переродился? Как можно столько есть?

— Подожди… ты хочешь сказать, что все эти пустые тарелки — его?!

— Ничего себе… вот это мощь. Больше всего уважаю людей, которые умеют есть!

Вскоре вокруг стало тесно от людей — многие собрались поодаль и с изумлением наблюдали за Тан Улином. Нужно признать, его по-настоящему разухабистая манера есть неожиданно поднимала аппетит окружающим: глядя, с каким удовольствием он уплетает еду, многие сами начинали есть больше обычного.

— Старший, прошу вас, — с улыбкой обратился Тан Улин к Се Пейчэню. — вон то блюдо, похожее на морской огурец… принесите, пожалуйста, для начала десять порций. Спасибо.

Се Пейчэнь механически подошёл и принёс ещё десять тарелок. Это был уже третий раз, когда он ходил за едой для Тан Улина. Порции сами по себе были не слишком большими, но когда их столько… количество начинало пугать.

«Этот парень…»

Как раз в тот момент, когда Тан Улин ел с откровенным наслаждением, в толпе внезапно образовался проход, и внутрь вошёл мрачного вида мужчина средних лет. Увидев горы тарелок, сложенные на столе, его лицевые мышцы непроизвольно дёрнулись. Это был заведующий столовой. И сегодня он получил сообщение о нехватке продуктов. А ведь обычно всё рассчитывается заранее: есть и точная норма, и небольшой запас сверху. Так откуда, спрашивается, могла взяться нехватка?!

Увидев, как сейчас выглядит Тан Улин, он наконец понял, почему возникла такая ситуация.

«Когда это академия успела набрать такого обжору?»

— Студент, твой аппетит уже давно выходит за пределы нормы для обычного человека. Академия просто не в состоянии содержать таких, как ты. Если ты каждый приём пищи будешь есть в таком объёме, я буду вынужден обратиться к руководству с просьбой лишить тебя права на бесплатное питание. — холодно сказал преподаватель средних лет.

Тан Улин на мгновение опешил.

— Учитель, не волнуйтесь. Я ведь рабочий студент. Уже с завтрашнего дня я так есть не смогу — это последний бесплатный ужин. Разве нельзя хотя бы раз поесть досыта?

Рабочий студент?

Как только прозвучали эти три слова, Тан Улин отчётливо заметил, что все окружавшие его ученики инстинктивно выразили понимание. А затем — что было особенно странно — быстро разошлись, больше никто не смотрел, как он ест. Тот самый преподаватель тоже вдруг всё понял.

— А, так ты рабочий студент… Ну тогда ладно, ешь. — сказал он и, даже не оборачиваясь, ушёл.

— Почему ты сразу не сказал, что ты рабочий студент?! — с досадой выпалил Се Пейчэнь.

— А что такого в рабочем студенте? — недоуменно спросил Тан Улин.

Се Пейчэнь фыркнул, развернулся и тоже ушёл, больше не обращая на него никакого внимания.

«Похоже, у рабочих студентов и правда есть своя история…» — Тан Улин насторожился, в глубине души уже кое-что смутно понимая. Впрочем, это совершенно не мешало ему продолжать есть.

Этот приём пищи стал для него самым обильным и самым приятным за всю жизнь. Возможно, из-за того, что была снята вторая печать, его аппетит по сравнению с прежним вырос ещё на один уровень. Под конец даже ему самому стало немного неловко. В столовой было больше двадцати раздаточных окон — и еду из десяти из них он умудрился съесть всё подчистую.

— Ты всё ещё не наелся? Возьми, поешь. — Девушка, на вид почти его ровесница, проходя мимо, положила ему на тарелку булочку и молча ушла.

Уходя, она тихо пробормотала:

— Бедняга… выглядит так, будто ему совсем не хватает еды.

Это был первый такой случай, но далеко не последний. Вскоре подошёл ещё один ученик и молча положил ему на тарелку пирожок.

Уголок рта у Тан Улина дёрнулся — так тоже можно? Внезапно в его глазах мелькнул свет. Похоже, чтобы наесться, вовсе не обязательно выполнять задания академии. С его аппетитом ста очков вклада не хватило бы даже на один приём пищи — это всего лишь пять–шесть обычных порций.

Цены в столовой он уже посмотрел: даже самое дешёвое блюдо стоило не меньше десяти очков вклада. А то, что он съел только что, тянуло примерно на тысячу очков. Если бы пришлось платить самому — он бы просто не смог себе этого позволить.

Когда они вышли из столовой, даже с таким ужасающим аппетитом, Тан Улин слегка пошатывался — съел он уж слишком много.

— Капитан, может будем немного сдержаннее? — с гримасой на лице сказал Се Се. — При таком темпе тебя, наверное, узнает весь внешний двор.

Тан Улин только косо посмотрел на него и сказал:

— Разве можно наесться сдержанностью? Ты вообще знаешь, каково это — испытывать голод?

— Ладно-ладно, забудь, что я сказал. — сдался Се Се.

Тан Улин сказал:

— Я помню, кто-то говорил, что хочет угостить нас ужином. Пойдем.

— Ты… ты ещё можешь есть? — с удивлением выпалил Се Се, глаза у него округлились.

Тан Улин лишь тихо усмехнулся:

— Когда придем, большая часть уже переварится. — На самом деле в этот момент он ощущал странное чувство. После того огромного обеда его сила родословной бурлили с необычайной скоростью, а в процессе этого бурления всё тело наполнялось жаром — подобно тому, как он когда-то, прорываясь сквозь печати, сливался с эссенций Золотого Короля Дракона.

Тан Улин лучше всех понимал своё тело. Он ясно ощущал, что благодаря такому количеству высокопитательной пищи его сила родословной стала ещё более насыщенной. Возможно, для него сам процесс питания уже был своего рода тренировкой!

Именно поэтому он предложил Се Се продолжить пир: он хотел проверить, какие изменения произойдут с его силой родословной. Ведь возможность съесть за один раз столько высокопитательной еды выпадала крайне редко.

— Ладно, ты выиграл. Ешь сколько хочешь, но не раздуй себе живот слишком сильно, потом я угощу всех напитками. А заодно мы прогуляемся по внешнему двору. Это ведь целый город! Мы ещё толком не посмотрели его. — сказал Се Се с улыбкой.

— Хорошо. — одновременно согласились Сюй Сяоянь и Гу Юэ.

Четверо вышли за пределы площади Ледяного Духа и оказались на улице, которая была ярко освещенной и оживленной.

Недалеко впереди они заметили один особенно шумный и многолюдный магазин.

— А это что за место? — с любопытством спросила Сюй Сяоянь.

Се Се осмотрелся и сказал:

— Похоже, здесь подают напитки — бар. Неужели в городе Шрэк тоже есть такие места! Пойдём выпьем что-нибудь.

— Да, да! Я хочу мороженого! — радостно воскликнула Сюй Сяоянь.

Внутри бара было очень оживлённо — примерно восемьдесят процентов мест уже заняты. Среди посетителей было много учеников в форме Академии Шрэк. Официанты спешили между столами, работая без передышки.

Тан Улин и его друзья наконец нашли столик и сели. Они позвали официанта и заказали сок и мороженое.

Когда дело доходило до мороженого, девушки не могли устоять. Даже Гу Юэ, несмотря на свою отчужденную личность, не была исключением. Когда принесли мороженое, обе девушки с радостью начали его есть.

— На что ты смотришь? — спросил Тан Улин, отпив глоток апельсинового сока и слегка пнув сидящего рядом Се Се.

Се Се с улыбкой ответил:

— Смотрю, нет ли тут красивых старшекурсниц! Готовлюсь к тому моменту, когда мы достигнем совершеннолетия.

Тан Улин недоуменно спросил:

— Как готовишься?