— Доброе утро, Куросаки-сан! — Громкий голос шляпника пытался разбудить меня. Первым, что я увидел после открытия глаз был поток воды мне в лицо.

— Ааа... Сука! — Вода была ледяной. От неожиданности и холода судороги напали на моё тело.

— Не хорошо материться, Куросаки-сан. — Поучает с таким довольным лицом, даже веером не пытается скрыть ухмылку.

— А будить людей ведром воды хорошо? — Я прорычал, вставая с кровати. Желание начистить наглую рожу в шляпе переполняло меня.

— Да, довольно-таки хорошо. Перепад температур бодрит, так же постель промокает от воды, чем заставляет встать, что тоже влияет на бодрость. Быстрый подъём позволяет иметь энергию на целый день. — Урахара поведал с лицом, словно он открыл для меня тайну мира. — Так что, не благодари за помощь. Энергии теперь хватит на целый день.

— За это не благодарят! — Я прошипел, переодевая мокрые вещи.

— Я пришёл сказать, что жду тебя на полигоне, Уруру тебя проведёт. Как закончишь с утренним моционом подойдёшь к ней. — Шляпник перешёл на серьезный лад. Выходя из комнаты, он обернулся, — ах да! Теперь такая побудка будет всегда. Хочешь, быть сухим реагируй и уворачивайся!

Я отреагировал раньше, чем подумал, в мутного торгаша уже летела моя мокрая футболка, скомканная в шар. Обидно, но дверь закрылась раньше, чем снаряд прилетел в цель. Она приняла весь урон и теперь в центре двери мокрое пятно. На полу же валялась грязная и мокрая футболка. А она была моей любимой вещью.

Я всё время до спуска в полигон проклинал шляпника. Настроение испортил, любимую вещь испортил и день, как я могу предполагать, вспоминая аниме, испортит. Даже не один день, а три. С немаленьким шансом сдохнуть в итоге, что самое обидное. И на всё это я согласился сам, меня никто не убеждал и насильно не тянул. Если бы мне про это рассказали пару лет назад, я бы не поверил. Тогда, мне казалось смехотворной идеей рвать жилы ради детской фантазии: иметь сверх способности. Думал, что можно просто сбежать, спрятаться и всё решится само собой. Я добился безопасности для своей семьи. Отец понемногу возвращает свои силы, он уже может любого низшего уничтожить и не запыхаться. Сестрёнки с отцом и подальше от духовного скопления, Токио один из не плотных на духовность городов Японии. Тогда это было ключевым фактором для переезда. Карин, мне по секрету сказала, ещё несколько недель назад, что стала хуже видеть призраков. Мой начальный план был успешно выполнен, но я в сделку не входил. Мой билет в тихую жизнь съели цепи, что поедали сами себя на теле девушки с неземной улыбкой. Пока не разберусь что же стало с ней и с последствиями, покой мне будет только сниться, ой, не будет, сниться мне только один кошмар уже больше года.

Я отправился на свою первую тренировку. Найти Уруру возле прилавка было не сложно, она меня провела к полигону под землёй. Местечко своеобразное, когда спускаешься по лестнице, то на верхних точках видно рисунки неба на потолке. Снизу же всё кажется более реальным, словно я нахожусь не под землёй, а на реальной поверхности, только отсутствие солнца вызывает диссонанс в голове. Сам полигон был сделан под скалистый пустырь. В радиусе нескольких километров вокруг входа были лишь скалы и земля. Ни одной травники или хоть чего-то живого не было. Земля под ногами была сухая и каждый шаг сопровождался тучами пыли. Провести год в таком месте будет ментально тяжело, но выбора та и нет, если я хочу добиться своего нужно терпеть. Неспешным шагом подходя вместе мелкими к двум далёким точкам на полигоне.

— А вот и вы, Куросаки-сан, — привычный веер шляпника, снова был на своём месте. Только насмехающиеся глаза были видны за шляпой и веером. — Надеюсь вы готовы, ибо вернуть ваши силы будет нелегко для вас.

— Всегда готов! — Нервно посматриваю на огромный тесак в руках Тесея. На прикидку он был больше, чем торс качка, державшего его.

— Отлично! Тогда и начнём. — Поворачивая голову на голос шляпника, мне в лоб прилетает толчок тростью. Силы такого удара хватило меня откинуть на пару метров. Так, как я сейчас простая душа, то цепь души связывает мой дух и моё тело. Я попытался встать, но слабость в теле не позволило это сделать так просто. Дышать было до невозможности тяжело. Каждый вдох мне давался с боем. С каждой секундой мне становилось немного легче, но разница была слишком маленькая.

— Вижу, что последствия потери сил даже сильнее, чем я ожидал. Ну это и не странно всё-таки твои сон души и звено цепи были уничтожены. — Отсутствие насмешки в голосе пугало, сейчас я слышал голос учёного, что комментирует результаты своего эксперимента. Без эмоционально и только по делу.

— Что сейчас ха... Мне нужно ха... Сделать, ха...? — Задыхаясь чуть ли не через каждое слово, задал интересующий меня вопрос.

— Ну... Сперва нужно сделать, чтобы хоть дышать стал нормально. — Шляпник хмуро осматривает мои попытки стоят ровно. — Надо вернуть твою духовную силы, чтобы ты мог снова стать синигами. Эта сила влияет на твой дух и вдохновляет его. Чем больше силы, тем лучше духовное тело. Когда твое тело станет сильнее материального, тогда мы сможем продолжить твоё восстановление сил.

— И каким способом мы это планируем сделать? — Я догадывался какой ответ получу, но не задать вопрос не мог.

— Всё довольно просто, тебе будет нужно сразиться с Уруру-тян. — Всё игривое настроение Урахары вернулось, как и привычка прикрывать свою ухмылку веером. — Победит тот, кто сможет вырубить оппонента!

— Ты шутишь? Она же ребёнок! — Я понимаю, что она не простая душа и имеет силы для упокоения низших пустых, но меня претит идея пытаться навредить ребёнку.

— Это будет довольно сложно, учитывая твои духовные силы, но ты уж постарайся вырубить её раньше, чем она тебя! — Урахара резко собрал свой веер и указал ним на Уруру. Она уже успела надеть себе на голову и руки защитную амуницию. Она и мне такую же принесла.

Делать было нечего, пришлось брать в руки и попытаться надеть, — а как надеть?

— Оу... Тут всё просто приложи повязку ко лбу и прокричи: "О великая повязка справедливости дай мне сил и одари меня своим великим благословением, доспехом правосудия!" — Параллельно своим словам, Урахара пытался показать на себе как именно прикладывать повязку. Насмешка надо мной была слишком явной. Кричать эту муть я не буду в любом случае. Кидо так не работают, как минимум я так понял с лекций отца про слова демонов.

— Принял. — Сперва решил молча попробовать надеть на себя атрибут защиты. Просто приложить ко лбу не дало ничего, попробовал верёвки, что должны были поддерживать на голове повязку, завязать на затылке. Не успел я полностью протянуть их за затылок, как они ожили и сами с собой соединились. Ткань верёвок перелезла частично на руки создав перчатки без пальца на моих кистях.

— Уруру, я готов! — Полностью игнорирую наигранную печаль шляпника, что не смог подшутить надо мной.

— Тогда, Куросаки-сан, я нападаю. — Конец фразы я слышал слишком близко. Девочка одним прыжком оказалась передо мной. Я успел только дёрнутся, как маленький кулачок в перчатке прилетел мне в лицо. Миг и я уже как камень по воде делаю жабки. Мда, недооценил ребёнка и расслабился, хотя сам понимал, что сейчас она сильнее меня, но подсознательно не мог себя заставить сражаться в серьёз. Вытираю кровь с разбитой брови. Стою, улыбаюсь, а в мою сторону на нечеловеческих скоростях бежит девочка двенадцати лет. Я даже не думаю убегать от неё, эти повязки не дадут мне нанести её хоть какой-то вред. Так что бег на неё и попытка подловить на контратаке, я не верю, что она может быть меня опытней в драках. Я с двенадцати лет махаю кулаками чуть ли не каждый день.

Пытаюсь держать близкую дистанцию, мне нельзя пропускать её удары, ибо следующий раз может быть для меня последним в этой драке. Сила девочки огромная, она может вручную пустых рвать на куски, как минимум я так думаю, после первого пропущенного и длительного полёта после. Несколько промахов подряд заставляют Уруру нервничать, и она начинает становиться агрессивней. Более размашистые удары, меньше мыслей, что я могу ответить. Словно она началле становиться берсерком. Последний её хук был слишком рисковым, и она проиграла. Отодвинув торс назад, я пропустил удар перед собой и резким выпадом нанёс прямой в челюсть. Я впал в азарт и мне стало плевать с кем я дерусь и при каких условиях. Есть только я и мой противник, остальное лишнее. После джеба я сразу попытался продолжить серию ударов с левого хука, но всё пошло не по плану. Мой предыдущий удар разбил губу девочки, и она вошла в режим смерти. Все поддавки пропали, и она вышла на новый уровень скорости и силы. От второго удара она отпрыгнула. Секунда и она стоит в нескольких метров от меня, вторая и она исчезла. Поток ветра сверху обратил моё внимание. Уруру была надо мной и уже занесла ногу для удара. Я не успевал ничего сделать. Только поставить блок, но боюсь мне это не поможет.

Летел я не долго, Тесей подхватил меня прежде, чем я врезался в скалу. Сильный мужик, он даже шагу не ступил после ловли моей тушки, словно я пушинка, что не летела с огромной скоростью, а просто парила. Облако пыли поглотило место удара девочки и только спустя несколько секунд я увидел, что большую часть удара заблокировал именно шляпник, а меня припечатало лишь от маленькой части. Тренировки даже не начались, а я уже чуть не умер, кайф.

— Спаасёён! — Урахара пропел, держа ногу  Уруру. Было видно невооруженным глазом, какое удовольствие он получил, когда я получал пинок. — И не стыдно было так на ребёнка набрасываться, Куросаки-сан?

— Не понимаю о чём вы, Урахара-сан, она мой оппонент и доказала, что сильнее меня действием. Я не потерял сознание и готов продолжать. — Желание сражаться не покинуло меня вместе с силами синигами. Я простой дух, но сдаваться не намерен.

— В этом нет нужды. Мы своей цели добились. — Я с непониманием слушал шляпника. — Тебе же уже не тяжело дышать, как вначале, верно?

— Даа.. Я сейчас себя чувствую прекрасно, даже немного лучше, чем в своём теле. — Анализирую своя состояние ответил.

— Так это нам и нужно было. — Щелчок веера будто был подтверждением слов. — Перейдём ко второму этапу возврата сил, финальному.

Я не успел ничего сказать, как резкий рывок Тесея и на мою цепь обрушивается многотонный удар тесака. От такого удара цепь не разрезалась, а лопнула. Было совсем не больно, просто я ощутил, что всё назад пути у меня нет. Быть простым человеком я не смогу, связи с телом попросту нет.

— Теперь у тебя есть только один путь, стать синигами, ну либо пустым. Ха-ха — Шляпник сам же посмеялся со своей остроумности, точнее продолжал играть роль. — Тогда начнём.

— Простите, но так нужно Куросаки-сан — Тесей прыгнул на меня и повалил лицом в пол.

— Разбитая штольня! — Указывая веером себе за спину прокричал бывший капитан двенадцатого отряда. Только почему-то там ничего не произошло. Только я хотел ему что-то сказать, как земля под мной и Тесеем пропала и мы отправились в свободное падение. Летели довольно долго. Яма оказалась метров десять не меньше. При падении чуть всё тело не разбил. Пока я ничего не понимал, качок решил действовать

— Бакудо девяносто девять "кин". — Мою руки были схвачены и заломлены за спиной, благодаря кидо. — Ещё раз простите, но руками я вам не позволю пользоваться.

— И что мне делать? — Смотря вверх я прокричал.

— Всё просто, Куросаки-сан, пробудить силы синигами и выбраться. Я бы посоветовал поспешить. — Взглядом намекая на мою цепь шляпник. Она же, будто по команде ожила. В крайних звеньях по открывались рты, и они начали сами себя есть.

— Ааааааа... Сука, как же больно! — Сдержать голос было невозможно, я чувствовал каждый укус, каждую трещинку. Ощущал как моя душа поедает саму себя. Это терпеть было невозможно. Я пытался придавить телом цепь к земле, чтобы помешать само поеданию.

— Не советую так делать. — Шляпник проговорил с лёгкой ухмылкой.

— Почему? Ай! — Меня укусила моя же цепь и заставила подпрыгнуть от неожиданности.

— Цепь судьбы, что была перерезана начала поедать себя, это "коррозия". Если попробовать её остановить, то сам будешь съеден. — Взгляд шляпника стал пугающим. — Обычно это длиться от пары месяцев до года, но там, в штольне, всё наполнено специальным газом и у тебя есть только семьдесят два часа, не успеешь и станешь пустым. При таком результате нам останется только убить тебя. Будет тяжело потом сказать это твоему отцу, но ты сам пошёл на это.

Что делать не понятно, пока цепь поедает звенья двигаться попросту невозможно, меня парализует от боли. Я помню, что в аниме не имели смысла попытки выбежать из ямы, но других действий я просто не имею. Сдаваться я не собираюсь и единственное, что я могу это пытаться выбежать от сюда в перерывах от боли.

Я не знаю сколько прошло времени, но, если судить по цепи, не очень долго. Она всё ещё длинная. Моя максимальная высота была середина ямы. Падать конечно, больно, но что поделать. Мелкие от скуки общаются со мной и Бунта не теряет возможности пошутить над моей сложной ситуацией. Он несколько раз предлагал мне поесть, но был послан далеко и на долго.

После одно из самых неудачных падений я лежал, восстанавливал силы. Неожиданно ко мне спрыгнул мелкий с подносом фруктов.

— И зачем мне всё это? Я же не пустой ещё. — С непониманием в голосе проговорил Бунте.

— Та подумал, что ты скоро проголодаешься, вот и принёс. — мелкий с нахальной улыбкой ответил.

— У меня же ещё времени много, смотри какая цепь длинная. — Дергаю торсом, указывая на цепь, что была длиной в метр.

— В этой дыре, наверное, сложно следить за временем, но я так уж и быть помогу тебе. — Бунта, будто делал мне одолжение, — Ты тут уже больше семидесяти часов и скоро станешь пустым! Ты не знаешь, но финальное поедание цепи совсем иное. Всё цепь взбунтуется и начнёт поедать себя, а не только последние звенья.

Мелкий покинул меня, но мне было плевать. Я находился в прострации. Меня поглотил страх, казалось, что всё пизда мне. Наигрался я в синигами, пора и пустым побыть. Я несколько минут сидел как током ошарашенный, пока мне в голову не пришло одно воспоминание. Причина всех моих кошмаров. Как девушка, что украла мое сердце, исчезала. Тогда она тоже переживала такой же опыт, но не одна эмоция на её прекрасном лице не изменилась, там была лишь грусть от расставания.

Цепь активизировалась, только теперь это была не просто боль, нет. Я такое не чувствовал никогда. Вся боль, что была до этого момента начиная с рождения, пустой звук против этой боли. Даже в сумме прошлых не будет и половины. А она терпела её и даже мне не показала, как ей больно, всё ради меня, чтобы я не настолько переживал. И теперь я сдамся? Никогда!

Я попытался встать, но боль не давала даже пальцем шевельнуться. Через адскую боль, я смог сделать один шаг, но всё остановилось, когда я увидел, что цепь отпала от моей груди и теперь там была лишь пустота. Боль только усилилась, и белая жидкость полезла из дыры. Она заполонила мою голову, но я пытался всем сердцем не дать ей даже сантиметр своей души. Всё моё лицо было захвачено веществом, оно пыталось пролезть в каждую пору в моей голове, в каждое отверстие. Что было дальше я не знаю, потерял сознание от боли.