Глава 264 Тогда идите вместе.

Поскольку близится фестиваль и мысли студентов все равно не об учебе, академия дала ученикам выходной.

Вэй Минтин все еще отдыхает дома, из-за полученных травм.

Теперь в семье Вэй стали действовать правила отдельной рассадки мужчин и женщин, поэтому они обедают за двумя столами, разделенными ширмой.

После ужина, когда все садятся пить чай и болтать, женщины могут поговорить с мужчинами семьи.

Вэй Цинвань сначала спросила о делах Вэй Ичэня в академии в эти дни. Затем она рассказала Вэй Минтину о том, что сегодня она получила приглашение от семьи Сюй: «Отец, мисс Яоцзюнь пригласила меня посмотреть гонку лодок-драконов на Фестивале».

«Ну, это хорошо, Ванвань должна быть осторожнее» - разрешающе кивнул ей Вэй Минтин .

«Я тоже поеду посмотреть на гонки в этот день, и тогда я провожу туда Ванвань». — предложил Вэй Ичэнь.

— Старший брат тоже идет на Фестиваль? Вэй Цинвань выглядела счастливой.

«Ну, я договорился о встрече с Сюй Фэнъюанем и другими ребятами, академия Анчжоу выбирает несколько студентов, чтобы сформировать команду для участия в соревнованиях лодок-драконов каждый год, остальные могут гулять свободно». объяснил Вэй Ичэнь.

— А старший брат не будет участвовать? — быстро спросил Вэй Илинь, услышав эти слова.

Вэй Ичэнь улыбнулся и ответил: «Я не умею хорошо грести».

Вэй Ичэнь хорошо владеет каллиграфией, но плох в боевых искусствах, а гребля на лодке-драконе — очень напряженная задача, поэтому Вэй Ичэнь, естественно, не собирался участвовать.

Говоря об этом, Вэй Ичэнь продолжал: «Брат Фэнъюань будет участвовать, у него хороши как гражданские, так и военные навыки, вы сможете увидеть его выступление».

Вэй Илинь угрюмо сказал: «Мы также сформировали команду в школе боевых искусств. Я хотел присоединиться, но мастер сказал, что я слишком молод, и моя очередь настанет через несколько лет. Сейчас к участию допускаются только старшие братья..."

Во время разговора Вэй Илинь спросил у Вэй Минтина: «Отец, могу я тоже посмотреть гонки?»

Немного обидно, что он не может участвовать, но было бы неплохо, если бы он мог увидеть праздник своими глазами.

«Да, ты можешь поехать со мной на Фестиваль лодок-драконов». — согласился с его просьбой Вэй Минтин.

"Хорошо!" На маленьком лице Вэй Илиня сразу появилось возбужденное выражение.

Сразу после этого взгляд Вэй Илиня упал на Вэй Руо: «А где будет старшая сестра? Старшая сестра тоже пойдет?»

Вэй Руо намеренно не лезла в разговор и тихо пила чай, она не хотела, чтобы Вэй Илинь звал её куда-то идти.

Юнь сказала: «Твоя старшая сестра не может гулять с тобой и твоим отцом, она может ходить на такие мероприятия только с матерью или с сестрой».

Вэй Руо уже четырнадцать лет, поэтому отец не может взять её с собой гулять на фестивале без присутствия старших женщин, это противоречит правилам.

- Вот как... Старшая сестра поедет с мамой? — уточнил Вэй Илинь.

«Нет, я видела приглашение, мисс Сюй была так добра, что пригласила твою старшую сестру пойти с Ванвань». ответила Юнь.

Приглашения были отправлены в особняк Сяоцивэй с кем-то из слуг семьи Сюй, так что, естественно, Юнь была в курсе.

Услышав это, выражение лица Вэй Цинвань слегка замерло, затем она посмотрела на Вэй Руо и с улыбкой сказала: «Оказывается, моя сестра тоже собирается на праздник, это действительно здорово».

Вэй Руо неторопливо ответила: «На самом деле, я собиралюсь отклонить приглашение. Я не знакома с мисс Сюй и не очень хочу участвовать в веселье».

Услышав это, Юнь поспешно возразила: «Ты не должна отказываться от такого шанса влиться в высшее общество. К тому же, мадам Сюй говорила со мной об этом несколько дней назад, и эта мать уже пообещала, что вы обе будете на празднике».

Лицо Вэй Руо было немного мрачным, госпожа Юнь помогла ей согласиться перед госпожой Тунчжи, не спрашивая ее мнения.

Обнаружив, что выражение лица Вэй Руо было неправильным, Юнь была немного смущена и растеряна.

Другие также заметили это, Вэй Цинвань поспешно сказала: «Сестра, мадам Тунчжи очень любит тебя, поэтому она хочет, чтобы вы вместе смотрели гонку лодок-драконов, так что поедем вместе, не стоит расстраивать мадам Тунчжи».

Вэй Руо остро взглянула на Вэй Цинвань, но затем проигнорировала ее.

Потому что Вэй Руо знала, что в этот момент Вэй Цинвань вела себя так в основном для того, чтобы показать, что она заботливая и хорошая дочь, и если она будет спорить с Вэй Цинвань в этот момент, это даст Вэй Цинвань шанс выглядеть безвинно обиженной. К тому же она только что ударила ее несколько дней назад, и теперь будет еще один спор, который заставит других членов семьи Вэй подозревать, что она нацелена на свою сестру, и хочет заставит ее страдать.

Увидев, что Вэй Руо не возражает, Вэй Цинвань поджала губы, чувствуя себя немного разочарованной.

Она не хотела, чтобы Вэй Цинруо смотрела гонки лодок-драконов на Фестивале. Последний раз, когда они гуляли вместе, все еще жив в её памяти...

Если бы Вэй Цинруо начал с ней спорить прямо сейчас, возможно...

Вэй Руо долго недовольно молчала, и Юнь не мог больше этого выносить, и сказала: «Руо'эр, ты выросла не дома, и ты не очень хорошо знаешь высшее общество, так что просто поверь, это делается для твоего же блага, если мать соглашается за тебя».

"Я понимаю." Хотя Вэй Руо была недовольна поведением Юнь, у неё все еще было чувство меры.

Мадам Юнь — её мать, и она действительно может принимать решения за своих детей в некоторых вопросах.

Вэй Руо не стала идти на конфликт, поняв это, не только Юнь-ши, но и Вэй Ичэнь, и Вэй Илинь почувствовали облегчение. Два брата беспокоились, что вспыльчивость Вэй Руо снова вызовет скандал с их матерью, а это было последним, что они хотели бы видеть.

###

Пятый день мая.

Рано утром Сюмэй встала, чтобы помочь Вэй Руо одеться, потому что скоро они собирались выехать в город.

«Сделай мне самую обычную прическу для волос и достань какое-нибудь старое платье, из тех, которые я носила в прошлом году. Стиль пусть будет неяркий и скромный» - Вэй Руо проинструктировала Сюмэй.

«Почему? Мисс, у вас есть несколько замечательных новых вещей в шкафу. Недавно я также узнала много причесок для волос, которые сейчас популярны среди молодых девушек в городе». — удивилась Сюмэй.

«Тц, мне не нужно хорошо выглядеть сегодня. Я не буду сегодня соревноваться с юными мисс из благородных семей. Мне не нужно быть слишком привлекательной. Если бы я хотела получить награду за свою привлекательность, тогда мне стоило бы беспокоиться о нарядах». Вэй Руо ответила служанке.

Что с того, что она красивее многих девушек из аристократических семей? Что с того, что люди будут говорить, что она выглядит хорошо? Что касается ее, то у нее от этих слухов не будет прибыли и в медный фынь, не говоря уж о серебре.

"Мисс, как всегда, права, так что я сделаю ваш вид более обычным и сделаю макияж более грубым!" — согласилась с госпожой Сюмэй.

— Что ж, моя добрая Меймей меня понимает!

Переодевшись, Вэй Руо выглядела так же, как в обычные дни, или даже хуже, чем обычно.

Когда они подошли к главному дому, две повозки уже давно ждали у ворот поместья.

Вэй Цинвань, пришедшая примерно в это же время, немного растерялась, увидев вид Вэй Руо, а затем опустила голову, скрывая блеск глаз.

Взгляд Вэй Руо также скользнул по Вэй Цинвань. На сестре было новое платье, сшитое недавно, нежно-желтая ткань была вышита изящным цветочным узором, что делало ее кожу необыкновенно нежной, а фигуру изящной и яркой; прическа на голове из числа самых популярных сейчас, она дополняет ее нежное лицо, делая ее похожей на лотос, расцветающий на рассвете.

В сравнении с ней внешность Вэй Руо кажется не просто посредственной, а скорее грубой и непримечательной.

Увидев вид этих двоих, Юнь слегка нахмурилась, её глаза на некоторое время задержались на Вэй Руо, но она промедлила, не решаясь высказать своё недовольство.

(конец этой главы)

п/п: Хм.. про Сорочий праздник рассказ был, а Фестиваль я как-то пропустила... Нихарошо... Итак:

Происхождение праздника обычно связывают с личностью поэта Цюй Юаня (屈原), который жил в государстве Чу в период Сражающихся царств с 343 по 278гг. до н.э. Он был очень известным человеком, которого уважали не только за его талант, но и за мудрые мысли, к которым прислушивался даже правитель Чу. Его не раз выгоняли со двора в связи с, как сейчас бы сказали, «утратой доверия» из-за заговоров придворных, но он на протяжении всей сознательной жизни оставался верен своим идеалам и крайне патриотично относился к родине. Когда же государство Чу потерпело поражение от вражеского Царства Цинь, он настолько отчаялся, что бросился в реку Милоу.  Произошло это на 5-ые сутки 5-го лунного месяца.

Простые люди, которые очень любили поэта, тут же бросились его искать: одни гребли на лодках, другие били в барабаны, третьи бросали в воду рис – делали все, чтобы распугать морских обитателей и найти тело Цюй Юаня, но у них ничего не вышло. Уже после трагедии его друзья рассказали, что его дух явился к ним и сказал, что его тело съел речной дракон.

С тех самых пор в Китае зародилась традиция гребли, поедания риса (который предложили заворачивать в твердые листья тростника, которые «не по вкусу» морским обитателям), и ассоциировать этот день с драконами.

Существует и вторая версия зарождения праздника, которая не так романтична, как первая. Суть ее заключается в том, что в древние времена 5-ый лунный месяц среди простого народа был известен как самый опасный, с точки зрения распространения болезней. Мало того, что из-за резкого начала жары люди легче заболевали и распространяли инфекции, так еще после зимних холодов на свет выползали различные твари, которые распространяли яды ( «wǔdú» 五毒) и представляли чрезвычайную опасность для жизни. Поэтому поклонники этой теории ассоциируют праздник с днем противостояния болезням и недугам, когда следует поклоняться богам и просить у них лучшей (в значении "здоровой") жизни.