Глава 120. Награда Чу Ланя.

«Да. У этой дочери изначально не было намерения вмешиваться, но я беспокоилась, что высоким гостям в особняке не понравится угощение, поэтому я захотела добавить на стол немного выпечки. Эта дочь специально передала выпечку кухарке, и я предупредила её, что бы никто не говорил о происхождении пирожных. Никто из гостей не узнал бы, что пирожные сделаны руками второй дочери.» Вэй Цинвань мягко объяснила, не паникуя.

Прежде чем что-либо сделать, она ожидала, что Юнь придет спросить, поэтому она уже подготовила для себя оправдание.

Госпожа Юнь вздохнула: «В следующий раз, когда у тебя возникнут такие мысли, ты должна сказать заранее Вэй Ниангу*. Если ты не предупредишь меня заранее, это будет выглядеть как нарушение правил».

«Это вина этой дочери. Эта дочь не подумала, что меня могут неправильно понять. Я просто только что приготовила много пирожных, и хотела угостить гостей, а посторонние просто подумали бы, что это приготовлено на кухне особняка, поэтому я не поняла, что могу нарушить правила поведения».

Объяснение Вэй Цинвань почти совпадают с тем, о чем Юнь догадывалась в своем сердце.

Конечно же, то, что произошло, было просто недоразумением, ее дочь просто думала о своей семье.

Ведь до этого никто не знал, что кулинарные способности служанки Руо’эр так хороши, и что дополнительные хлопоты были не нужны.

— Забудь, все равно ничего серьёзного не случилось, просто твой отец не одобряет такого поведения, так что в следующий раз не делай этого втайне. — попросила Юнь.

"Отец... он сердится?" Вэй Цинвань была поражена.

«Он не сердится на тебя, он просто сказал, что нехорошо так поступать». — сказала Юнь.

Услышав это, Вэй Цинвань грустно опустила голову, слезы обиды застыли в ее глазах.

Увидев это, Юнь добавила: «Твой отец не хотел тебя ругать, но он беспокоился, что у тебя есть другие мысли. Я уже говорила ему, что он просто слишком много думает. Эта мать объяснит ему это снова.

Вэй Цинвань прикусила губу: «Матушка, у этой дочери нет других мыслей. Я совершила ошибку несколько дней назад, и в те дни, когда я оставалась за закрытыми дверями, я уже глубоко обдумала своё поведение. Эта дочь не осмелится думать о других».

«Эта мать наказала тебя, потому что я надеялась, что ты сможешь обдумать произошедшее, и в следующий раз ты будешь действовать правильно. Теперь, когда ты осознаешь свои собственные проблемы, мама очень довольна».

«Эта дочь знает об этом, поэтому эта дочь совсем не обижается на мать».

— Что ж, хорошо, что ты можешь так думать. Юнь с облегчением кивнула.

"Кстати, мама, как гости оценили сегодняшнюю еду?" — спросила Вэй Цинвань.

"Отличная оценка, все очень довольны." ответила Юнь.

«Правда? Это действительно здорово». Лицо Вэй Цинвань было полно радости.

— Однако, высокие гости не съели твои пирожные. — сказала Юнь.

"Не ели?" Выражение лица Вэй Цинвань замерло, и радость на ее лице притухла.

«Поданные блюда были съедены полностью, и, когда принесли пирожные, у гостей уже пропал аппетит. Я слышала, что мистер Лу откусил от одного из них кусочек, но ему не понравилось». — сказала Юнь.

Что касается этого вопроса, Юнь тоже была очень удивлена. Душистый пирог с османтусом и миндальные пирожные ее дочери всегда были лучшими, но она никак не ожидала, что их переплюнет готовка служанки старшей дочери.

Улыбка на лице Вэй Цинвань стала немного натянутой, но она все же похвалила: «Блюда, приготовленные служанкой моей сестры, должно быть, очень вкусные».

«Я не пробовала эту еду. Теперь кажется, что брат и сестра семьи Се не просто случайно сказали похвалу её талантам. Действительно, для подобного расхваливания есть некоторая основа». — взволнованно сказала Юнь.

— Хм… — тихо ответила Вэй Цинвань с застывшей улыбкой.

Юнь-ши еще некоторое время болтала с Вэй Цинвань, а затем ушла к себе.

Когда Юнь-ши ушла, улыбка с лица Вэй Цинвань полностью исчезла.

Она действительно не собиралась полагаться только на две тарелки пирожных, но по ее плану она могла бы хотя бы внести свой вклад в угощение важных для семьи гостей. Но теперь результат прямо противоположный. Огромный разрыв между её выпечкой и готовкой служанки заставил ее чувствовать себя расстроенной.

###

Днем Вэй Руо и Сюмэй отдыхали во дворе, когда с переднего двора пришло известие, что пришла момо Цинь, и принесла много наград.

Вэй Руо и Сюмэй вышли в передний двор. У ворот в поместье уже было поставлено несколько больших ящиков, и подарки все еще заносили в особняк.

Когда Вэй Руо увидела подчиненного Чу Ланя, вошедшего с золотым блюдом, она сразу же почувствовала, что стол с едой, приготовленной для Чу Ланя сегодня в полдень, был немного простоватым. По этим расценкам, она согласна приготовить ему в следующий раз обед шикарнее, чем на шестнадцать блюд... Если подумать, не такой уж он и раздражающий!

Момо Цинь подошла к Вэй Руо и передала ей список наград: «Мисс Вэй, мой господин приказал этой старой служанке передать эти вещи для первой мисс Вэй».

Поскольку личность Чу Ланя не была четко объявлена в обществе, он мог сказать только о подарке, а не о награде за успешную рекультивацию земли.

«Я хотела бы попросить момо передать сообщение от моего имени. Дочь народа поблагодарила мистера Чу». — сказала Вэй Руо.

Сразу после этого момо Цинь сказала: «Кроме того, молодой хозяин также приказал этой рабыне принести записи о проведенной вами работе на юге города».

«Все готово, Меймей, иди и принеси». Вэй Руо отослала Сюмей принести записи о посадках.

— Спасибо, мисс Вэй. — поклонилась момо Цинь.

Сразу же после этого подошла госпожа Юнь, и заговорила с момо Цинь: «Я сожалею, что мы сегодня беспокоим момо Цинь».

Момо Цинь вежливо ответила: «Эта старая рабыня просто выполняет приказы, и мой долг — разделить заботы и проблемы хозяина».

Сюмэй положила заранее подготовленные Вэй Руо записи о посадках в парчовую коробку, и попросила момо Цинь проверить на месте, нет ли проблем, прежде чем отдать их.

После того, как мом Цинь и другие слуги принца ушли, госпожа Юнь посмотрела на награды во дворе и, немного подумав, предложила Руо’эр перенести их в сад Тинсун.

«Иди и разберись с этим. Если ты не сможешь поместить всё в кладовых Сонъюаня, просто положи вещи на большой склад особняка. Составь список, и передай его мне, я сохраню его для тебя». — сказала Юнь.

Вэй Руо кивнула, а затем попросила Сюмэй взять пару слуг покрепче, и перенести вещи во двор Тинсунъюаня.

Хотя комната в Сунъюане, которую она использовала в качестве склада, имеет ограниченное пространство, у нее все еще есть место для хранения в свернутом пространстве, поэтому проблем с нехваткой места нет.

Но, чтобы не вызывать подозрений, Вэй Руо все же собиралась отнести несколько ящиков для хранения на большом складе поместья.

В прошлый раз, когда семья Се прислала кучу подарков, они заполнили кладовку во дворе Вэй Руо до краев, и на этот раз была такая огромная куча, что если она действительно сложит их все у себя во дворе, любой слуга в особняке поймёт, что с кладовой у ней происходит что-то странное. Так что часть вещей, из тех, что что занимают много места, должны быть вынесены наружу.

Ценностей в ящиках, сданных на большой склад, конечно же, не будет. Вэй Руо до сих пор считает, что ценные вещи лучше носить с собой.

Переместив подарки в Тинсонъюань, Сюмэй все проверила, и первое, на что она обратила внимание, было бросающееся в глаза золотое блюдо.

— Мисс, здесь должно быть не меньше трёх с половиной килограмм золота!

«Ну, да, в списке указано блюдо, весом сто таэлей золота*».

«Отлично, мисс, у вас снова есть деньги, чтобы купить землю!» не могла не сказать радостно Сюмэй.

"Эн.. купим больше полей.. Больше магазинов.."

В последнее время ей сильно не хватало ликвидности, она вложила много денег в продукты, уголь и открытие нового магазина, а Вэй Руо терпеть не могла ощущения, когда ей не хватает денег.

Хорошо, на этот раз она согласна считать Чу Ланя приличным человеком, он действительно дал ей драгоценные подарки, что можно расценивать как небольшое облегчение ее обиды на него, можно только сказать, что это небольшое облегчение, полностью устранить её обиду на него таким образом невозможно.

(конец этой главы)

Нианг* 娘 (niáng) -мать, матушка; женщина; родительница. Юнь говорит о себе в третьем лице, - "матушка Вэй". Поправила 16ю главу

сто таэлей золота* - если пересчитать на весовые единицы, - это примерно 3 килограмма 800 гр золота