Беспечность.

С самого «Инцидента» я твердил себе избегать ее всеми силами.

Говорил, чтобы был внимательным и осторожным, ведь опасности подстерегали буквально повсюду.

Но, видимо, стоило единожды забыться, как жизнь, словно издеваясь, бьёт под дых.

Расслабился, что ещё сказать...

«Нет, сейчас не время» - Подумал я. – «Пожаловаться можно и потом».

Отогнав от себя лишнее мысли, я полностью сосредоточился на чернопёром существе.

У него были длинный черный клюв, и черные, словно ночь, перья.

Его голова вертелась то вправо, то влево, стараясь как можно лучше зафиксировать и разглядеть меня своими глазами.

Это птица - ворон.

В трущобах Кёльна их можно увидеть по всюду. Считаются падальщиками, но также могут есть ягоды и насекомых, и редко нападают на мелких животных, только когда очень голодные или когда защищаются, ещё реже нападают на людей...

«Подождите…»

Если смотреть с точки зрения этой птицы, то я вполне могу сойти за маленькое животное.

На мне есть оставшийся запах, да и волосы довольно похожи на окрас перьев, так что я вполне мог бы быть похож на...

“Вот чёрт” - Мои зрачки сузились, когда я увидел ворона, готовящегося атаковать.

—Кар! - Он резко спрыгнул, начав разгоняться для пикирования.

Я понимал, если ничего не сделать, ничего хорошего из этого точно не будет, но...

—Ха~аа, ха~ааа…? - Дыхание вдруг стало учащённым.

«Что со мной?»- Ноги, словно были скованы бетоном, на отрез отказываясь сделать хоть шаг.

Земля казалась зыбучими песками, руки и ноги дрожали, а по коже проявлялись мурашки с холодным потом, стекающим по всему телу.

А ворон всё приближался.

«Чёрт! Не сейчас!» - Выругался я на “пассажира-смутьяна”.

Это было “Влияние”.

Сознательной частью мозга управляю я, безусловно, но есть также подсознательная часть, откуда “Первоначальный владелец” и влияет на меня. Подсознание — это не то, что человек может контролировать, а оно на нас имеет большое влияние, как на эмоции, так и на мысли, действия человека. Что я сейчас и испытываю.

Поддавшись секундной панике, мои мысли вертелись в полном беспорядке, но глубоко выдохнув мутный воздух, привёл голову в порядок и успокоился.

В критические моменты впадать в панику самая опасная ошибка.

«Именно в такой ситуации я и боялся оказаться»

Знаю, нельзя винить ребёнка из-за того, что он боится умереть, я тоже, как и все люди, боюсь смерти.

Тем более в том, что “мы” оказались в такой ситуации, есть большая доля моей вины.

Если бы я не притащил нас в данное место, то и не надо было бы волноваться о своей жизни сейчас.

Но нельзя же стоять столбом, когда тебя пытаются убить.

Ворон, словно вестник смерти, уже был в 1,5 метрах над мной и готовый впиться в свою добычу когтями, выставленными вперёд.

Оставались считанные мгновения.

Если и действовать, то прямо сейчас.

Но как мог человека, находящийся в оцепенении, сделать хоть что-то?

В обычных обстоятельствах, чтобы вывести человека из ступора нужно звать его и трясти на протяжении 15 секунд.

У меня не было столько времени.

Поэтому придется прибегнуть к более болезненному методу.

*Кусь*

Прокусив нижнею губу, я ощутил боль и небольшой привкус крови, отчего немного скривился.

В этот момент тело наконец-то отмерло, и ни секунды не мешкая, я потянулся руками назад и схватился за ручку, а затем, не весь откуда взявшиеся силами, рванул руками вверх.

—Ка~аар!

Яркий свет лампы прописал дугу и оказался прямо у меня над головой, заставив тем самым, ворона отклониться от начальной траектории и, сделав пару неаккуратных кувырков, приземлиться в кучу земли.

*Дыщ*

Когда я опускал лампу, всё ещё сохранявшею импульс и покачивающуюся, то случайно выронил её из рук.

Она приземлилась на бок и проехала полуоборот.

К счастью, не разбилась.

—Ха-ааа, ха-ааа, ха-ааа - Я тяжело вздыхал, пока смотрел, как чернокрылая птица неуклюже махала крыльями, пытаясь встать.

Затем опустил глаза на свои дражайшие руки и понял, что дрожали не только они.

И дело было не в прохладном ветерке, которой исходил от окна рядом.

Тело до сих пор отходило от состояния ступора, а сердце продолжало безумно стучать.

Но медлить было нельзя.

Я снял с шеи ткань, которая была фильтрующей маской, и осмотрел своё окружение, а затем схватил валяющийся сломанную ножку от стола.

Палка была легкой и с одной стороны острой, словно кол.

“Подойдёт” - Подумал я, сжимая в ракух ткань и кол, с холодным блеском в глазах.

По крайней мере, мне было чем себя защитить.

—Ка-ар!

В это время птица наконец окочурилась и злобно глядела на меня, но не нападала.

И, кажется, я догадываюсь почему.

Раньше у меня не было хорошей возможности её разглядеть, но сейчас благодаря тому, что птица на земле, я отчётливо вижу.

«Как я и думал... она ранена»

Её перья были взбалмошены и испачканы в грязи, и, казалось, одно крыло было вывихнуто.

Присмотревшись, я увидел красные пятна и порезы по всему тельцу, а с левой лапки стекала небольшая еле заметная струйка крови.

Каждый раз, когда птица пыталась наступить на неё, она издавала небольшие завывания, поэтому казалась, что она хромает.

И хотя ворона не нападала на меня, всё же старалась отпугнуть, расфуфыривая свои грязные перья и громко каркая.

Я медленно взглянул на окно позади себя, а затем обратно на птицу.

“Понятно” - Подумал я - “Кажется, я ненароком загнал раненого зверя в угол” - Такой вывод пришёл мне в голову, после небольшого наблюдения за поведением птицы.

Лучше не рисковать и не делать резких движений. Никогда не знаешь, что может вытворить загнанный зверь.

Я подождал, пока птица немного под успокоилась, и осторожно попытался сделать один шаг в сторону от окна.

—Кар! Ка-а-ар! Кар-кар!

Однако ворона сразу это заприметила, и вновь затрещала старую песню.

Затем я сделал второй шаг, и птица ещё пуще прежнего кричала, словно резанная.

От всего этого “Кар” у меня даже немного стала побаливать голова. Хорошо, что барабанные перепонки ещё не лопнули, и на том спасибо.

На третьем шаге я ожидал услышать ещё более громкую симфонию, однако, наоборот, стало подозрительно тихо, и стоило лишь на мгновение потерять птицу из виду, как эта дура рванула на меня, что есть мочи.

От неожиданности я отшатнулся назад, но вдруг глухим ударом столкнулся спиной со шкафом, который так не вовремя оказался у меня за спиной и подпёр меня.

А ворона лишь ускорилась.

Но в этот раз я не стоял без дела.

Кинув в птицу ткань, я сразу же отскочил в сторону. Пускай и ценой ссадин на теле, я всё же смог увернуться.

А ослепленная ворона не смогла свернуть с намеченной траектории и со всей скоростью врезалась в шкаф, который пару раз даже пошатнулся.

Помотав головой, ворона скинула с себя тряпку и, прейдя в себя после удара, казалось ещё больше разозлилась.

Она уже хотела излить всё своё негодование, как вдруг...

—Ка-а-*Удар*-рррр.

...книга со шкафа свалилась ей прямо на голову.

Я смотрел, как контуженная ворона, потерявшая равновесие, панически махала крыльями, завывая от боли.

Наконец отказавшись атаковать меня, она решила сбежать через окно, однако первая попытка была не удачной, и она вновь врезалась в тот самый шкаф, но со второй попытки ей это всё же удалось, а по пути поскидывала со стола всё, что можно было только скинуть.

Пока звук хлопающих крыльев удалялся всё дальше и дальше, я думал смеяться мне или плакать, но, честно говоря, сил не было ни на то, ни на другое.

Кто ожидал, что за какие-то несколько минут, на этом чердаке меня дважды попытаются убить? Если бы не та книга, кто знает, чем бы всё закончилось...

Я посмотрел в сторону книги, которая лежала у шкафа.

С тех пор, как оказался здесь, я ни разу не видел каких-либо книг. Оно и понятно, ведь большая часть людей попросту не умеют читать, значит и книги им не к чему. В основном только аристократы, зажиточные торговцы и служители церкви могут позволить себе эту роскошь. Поэтому я и не мог не заинтересоваться, буквально, свалившуюся на голову, пускай и не на мою, книгой.

“Знания — это сила, так? У судьбы своеобразное чувство юмора” - Подумал я, не оценив её шутки.

Оперившись о стену, я встал и подошёл сначала к валяющейся на боку лампе и не дюженными силами перетащил её к шкафу, а затем уселся на пол и поднёс к свету на вид очень старую книгу.

На кожаной обложке было много пыли, поэтому я небрежно провёл рукой по ней.

Оказалось она давно износилась, и от целой надписи на книге остались лишь пару букв.

Остаётся лишь гадать, что было написано на обложке.

Я открыл первую страницу, и моё внимание сразу же привлёк портрет девушки.

Под ним была надпись:

[М#ей лю###ой Элли]

Я не смог разобрать большую часть написанного, но улавливал суть.

Из памяти старого владельца я помню, как женщина обучала его письму, иначе я бы не смог прочитать названия вывесок.

Способность читать и понимать на местном языке, пускай и на детском уровне — это довольно полезный навык.

Какие-то слова я мог восстановить по смыслу, какие-то по сходству, но книга была старая, пришлось поднапрячься.

Из того немного, что я всё же смог прочесть, я понял, что это скорее всего чей-то дневник, в котором велись исследовательские записи… довольно специфичные, должен признать.

Я лишь мельком читал страницы, но заметил, что часто всплывали такие слова, как, тело, кровь, преобразование, жизнь, а также было много слов и терминов, значение которых я был не в силах понять.

Перелистывая ещё одну страницу, я не ожидал увидеть знакомую карту.

—Это Кёльн?

Конечно, эта несколько устарела от имеющейся у меня, но я почти сразу узнал в ней город, в котором прожил несколько месяцев.

Сперва я удивился, но потом понял, что автор дневника вполне мог бы быть местным жителем. Предположу даже прямым родственником хозяина паба. Это бы объяснило, как эта книга оказалась на этом пыльном чердаке.

"Возможно, если расспрошу Абрахама, смогу больше узнать о дневнике и его авторе" - Мысленно отметив это, я продолжил читать.

Было множество зарисовок странных предметов и существ, которых я никогда не видел, в общем-то я и не горел большим желанием встретить таких тварей хотя бы раз в жизни.

Гигантские формулы и расчёты велись на несколько страниц и часто в беспорядочном порядке, а ещё эти странные схемы из кругов и узоров, некоторые части которых отсутствовали или полностью зачеркнуты.

Прочитав до середины у меня сложилось некоторое представление об этом дневнике.

Все описанные здесь теории, гипотезы, формулы, схемы отдавали безумной фантастикой.

Они были ортодоксальны и шли против здравого смысла и логики, но чем больше я вникаю в текст, тем больше прослеживаю некоторую взаимосвязь с таковыми своего мира.

Если отбросить предрассудки, то можно заметить, что выведенные теории вовсе не противоречат известным мне законам, даже наоборот, крепко переплетены между собой, а возможно даже дополнены.

Гигантские формулы основаны на не известном мне принципе, но в них также можно найти схожие элементы, только многократно усложненные.

А схемы, содержащие множество налаживающихся друг на друга мелких деталей, если взглянуть под другим углом и разделить на несколько уровней и подуровней, можно увидеть, как вся эта мешанина линей потрясающим образом тесно связаны с друг другом, что аж даже не верится, что это действительно возможно реализовать.

Также есть моменты, которые кажутся не полными, словно не хватает какого-то катализатора, чтобы всё это безумие работало…

***

Я продолжал читать, и с каждой страницей всё больше чувствовал, что понять цепочку мыслей хозяина дневника становится все труднее и труднее.

Слова становились всё не разборчивее, пока не превратились в сплошные кляксы да линии, ясные лишь написавшему их.

В какой-то момент, я вообще еле улавливал суть.

*Вздох*

«Нет, чем больше думаю об этом, тем не возможнее это кажется» - Я потирал уставшие глаза у переносицы носа, и думал над записями в дневнике.

«Какой бы титановой логикой не руководствовался автор дневника, но то, о чём он пишет…» - Я убрал руку с носа и сосредоточил взгляд на одной четко выделенной фразе - «…просто безумие».

[Воскрешение возможно?]