— Тебя зовут Харвест.

Чёрная сфера завибрировала от слов Аркейна. Молекулярные связи ослабли, и чёрная материя поднялась вверх как дым. Рождённое из тьмы чудовищное существо произнесло приглушённым голосом:

— Меня зовут Харвест.

— Я проведу несколько испытаний. До тех пор ты остаёшься в трубе.

Аркейн указал на трёхметровую стеклянную трубу. Она была очень тесной. Обычный человек не продержался бы в ней и десяти минут, но для магической материи не существовало понятия времени.

Той ночью Канис и Арин пробрались в лабораторию. Их напряжение было заметно невооружённым взглядом, ведь они не спросили у Аркейна разрешения. Однако их беспокойство рассеялось, как только они увидели Харвеста.

Двухметровая гуманоидная тень.

На Каниса произвели неизгладимое впечатление её узкий торс и выдающиеся широкие плечи.

— Это же то, что Мастер...

Вершина магической биологии, совершенствуемая Архимагом на протяжении ста пятидесяти лет. Кроме того, это магическое существо наделено интеллектом Аркейна.

Арин, в отличие от Каниса, вздрогнула, будто смотрела на чудовище:

— Фу-у-у, такой странный. Я думала, он будет больше похож на человека.

— Магические существа ведь должны выглядеть устрашающе, нет? По-моему, эта форма поистине замечательная. Очень эффективна в бою.

— А мне кажется странной...

Канису было всё равно. Если ей не нравится, ему же лучше.

«Дождись меня, Харвест. Я стану твоим хозяином».

Аркейн сказал, что он будет выбирать хозяина Харвеста между ним и Арин. Конечно, та была его близким другом, но в этом вопросе он не намерен отступать и был полон решимости доказать свою состоятельность в честном состязании.

— Канис, давай уйдём. Мастер может прийти.

— А? О, точно.

Арин последовала за Канисом, выключая свет. Внезапно она оглянулась, почувствовав сильные эмоции, исходящие от Харвеста:

— Боже!

Она удрала из комнаты с такой скоростью, словно спасалась бегством, намереваясь никогда не возвращаться в лабораторию. Но, проведя всё своё детство взаперти на складах Радума, не смогла оставить в таком же положении Харвеста.

Ночью, когда все спали, Арин набралась смелости и пробралась в лабораторию. Харвест по-прежнему был заперт в стеклянной трубе.

— Ты ощущаешь себя запертым в ловушке?

Не получив ответа, Арин осмотрела механизм трубы в поисках выключателя.

— Я могу выпустить тебя ненадолго.

— Почему ты думаешь, что я ощущаю себя запертым в ловушке?

Арин отпрянула назад, напуганная леденящим душу голосом:

— Ты просидел взаперти целый месяц.

— Невозможность двигаться является проблемой только для людей. Я не различаю время и не против сидеть в ловушке всегда.

Арин выглядела озадаченной, чувствуя подавленную и беспокойную энергию Харвеста.

— Но, возможно, ты и права?

— Что пришло тебе на ум?

— Наверное, любопытство? Но это не совсем верный термин. Я был создан, чтобы учиться с самого момента своего появления. Но сейчас это невозможно.

— Это то, что мы называем «разочарованием».

Харвест задумался. Правда ли это то, что он чувствует?

— Как ты читаешь мои эмоции?

— Хе-хе, просто так вышло. Я долгое время жила в Радуме.

— Радум. Трущобы столицы Тормии, Башуки. Скрытое пристанище людей, потерявших свою территорию на континенте. Отличается сильными колебаниями численности населения.

Даже Арин, некогда жившая в Радуме, слышала об этом впервые.

— Ты многое знаешь, Харвест.

— Какая информация есть у тебя?

— Хочешь поговорить?

— Похоже на то. У меня пока нет хозяина, с которым можно было бы объединить сознание и обмениваться мыслями.

Арин проговорила с Харвестом всю ночь. Она впервые так долго беседовала с кем-то, ведь бо́льшую часть своего детства провела в одиночестве.

После двух месяцев экспериментов Харвест наконец обрёл свободу. Аркейн открыл стеклянную трубу. Однако магическое существо оставалось неподвижным.

— Выходи. Ты будешь привязан к Канису, но без ограничений подчинения. Причины объясню позже.

Харвест не ответил. Аркейн обернулся, удивлённый тем, что магическое существо со сверхъестественной скоростью вычислений мешкает с ответом:

— Что? Какие-то проблемы?

— Почему Канис?

— Хм-м. Тебе не нравится? Странно, что у тебя появились предпочтения до формирования ментального резонанса.

— Не вижу преимущества в том, чтобы быть привязанным к тебе, учитывая, что у нас одни воспоминания. Но Канис гордый и упрямый. Вряд ли он прислушается к моим советам. Такие черты могут стать слабым местом в бою.

— Действительно, это так.

— Арин же отличается от него. Она прожила в Радуме десять лет и не виделась ни с кем, кроме Каниса. Из-за этого её разум стал невероятно чувствительным к любому отклику.

— Ты говоришь об «Исходном представлении»?

Исходное представление — это уникальная схема мозговых волн, при которой всё воспринимается как увиденное впервые. Арин выросла, ничего не видев, что заставило её мозг застыть в этом состоянии. Поэтому она не могла различать предметы, как большинство людей. Но вместо этого прекрасно чувствовала эмоции, вложенные в них. Несмотря на неудобство, это был высочайший навык для волшебницы ментального типа.

Аркейн тоже знал, что Арин обладала более выдающимися талантами, нежели Канис.

— Арин не подходит. У неё слишком доброе сердце.

— Не понимаю. Исходное представление с лихвой перекрывает все остальные недостатки. С ним можно максимально раскрыть мои способности.

Аркейн горько улыбнулся.

У них были одни и те же воспоминания, но сами они отличались формой. Разные воплощения приводят к другим суждениям?

— Возможно, ты и прав, если рассуждать логически. Но об Арин не может быть и речи. Ты отправляешься к Канису.

***

— Хе-хе-хе!

Тело Харвеста дёргалось во время падения.

— Так вот оно что, Аркейн.

Только в последние мгновения жизни Харвест осознал, почему Аркейн выбрал именно Каниса, а не магически одарённую Арин.

«То же упрямство».

Падение Харвеста казалось ещё более ничтожным из-за того, что он не чувствовал веса.

— Харвест!

Канис бросился к нему. Высушенное тело Харвеста, испещрённое дырами то тут, то там, было слишком жутким, чтобы на него смотреть.

— Почему?! Зачем ты это сделал?! Мне было всё равно, умру ли я! Если собирался сделать это, то не нужно было вообще предавать! Зачем?

— Хе-хе-хе. Откуда мне знать? Ты же мой хозяин.

Канис, осознав что-то, потерял дар речи.

— Магическое существо делает то, что желает его хозяин.

— Харвест...

Канис опустил голову. Жизнь подарила ему только горечь и обиду, но какая-то часть души не хотела умирать. Впрочем, почему он не мог этого желать? Такова человеческая природа. Казалось, Харвест это знал. Вот почему он расторг контракт «хозяин-слуга» и решил подвергнуть себя самоуничтожению.

— Прости, Харвест. Я...

Харвесту было всё равно. Магическое существо делает то, что желает его хозяин. Так было задумано, поэтому факт смерти не возмущал. Скорее, Харвест был заинтригован боевыми способностями Широна, которые превосходили их совместную игру:

«Хм-м. Странная магия. Но дело не только в том, что я проиграл ей».

Он определённо был сильным противником. Без раздумий пытается подавить врага, но при этом не является воинственной личностью. Скорее, его метод ведения боя и нацеленность на результат обычно были присущи магическому существу.

«Его эмоциональное восстановление происходит необычайно быстро. Вероятно, это сверхчеловеческая проницательность. Путь от проблемы к её решению настолько короткий, что кажется непоколебимым».

Харвест скривил губы, проанализировав Широна. Специализируется на чём-то непостижимом. Он не знал, на чём именно, но это не самая распространённая в природе черта.

«Хе-хе-хе. Аркейн, тебе придётся нелегко».

Лицо Аркейна не выражало ничего хорошего. Все действовали против его воли. Раздражённый ситуацией, он медленно подошёл и заговорил:

— Жалкий Канис. Даже опозорив меня...

— Заткнись, — прервал его Широн.

Его друзья, шокированные такой несвойственной агрессивностью, посмотрели на него. Удивлённый Аркейн повернул голову в сторону Широна:

— Ха-ха-ха! Какой смелый паренёк. А если я тебе кое-что предложу?

— Ты меня не слышал? Умолкни.

Лицо Аркейна ожесточилось:

— Я и так с трудом себя сдерживаю. Так что замолчи. Ещё одно слово и я тебя раздавлю.

Тело Широна засветилось слабым красным светом. Лазер. Его сила уже была доказана. Если он довёл специализирующегося на поглощении энергии Харвеста до состояния её переизбытка, то даже Великий Архимаг Аркейн может быть им побеждён.

Но друзья Широна не могли не почувствовать, как их кровь стынет в жилах. Аркейн был Архимагом мирового масштаба, а Широн всего лишь ученик Академии. Подобная провокация было сродни самоубийству.

— Что он делает? Нарывается же!

— Нет, всё будет в порядке.

Нэйд и Ируки повернулись к Этелле:

— Что вы имеете в виду, учительница? Разве нам не следует остановить его?

— Аркейн в трудном положении. Его превосходят в численности. Магия Широна ориентирована на энергию, и Аркейн не сможет блокировать её в нынешнем состоянии. Он не будет действовать импульсивно, зная, что может пострадать. Широну об этом известно.

Нэйд снова посмотрел на Широна. Всё-таки бросить вызов Архимагу не смог бы никто, кроме него:

«Какой хитрец».

Аркейн с готовностью признал:

— Верно. В твоём нынешнем состоянии ты можешь меня одолеть.

Наступила жуткая тишина. Трудно было поверить, что эти слова произнёс Архимаг. Но сказано это было не из трусости. Он даже расслабленно улыбнулся:

— Красная волна. Похоже, принцип колебания частиц. Идеальный заклятый враг Тёмной Магии. К тому же я вымотан, из-за чего мне будет трудно от тебя отбиться.

Аркейн внимательно наблюдал за реакцией Широна.

— Каково это? Слышать такое от Архимага?

— Что значит «каково это»? Я сказал тебе замолкнуть.

— Магия — это весело, согласен?

Широн неосознанно нахмурился. Он не понимал, к чему клонит Аркейн.

— Такова её природа. Она нечестная. Нет никаких правил, которым она должна следовать. Непредсказуемая из-за своей безграничности. Волшебник, способный уничтожить город с помощью метеоритной магии, может пасть от рук обычного мага-наёмника. Так что не будет ничего удивительно, если ты победишь меня.

— К чему ты это говоришь? Собираешься заплатить за то, что натворил?

— Можно сказать и так, но...

Тёмный дым поднялся из тела Аркейна. Его глаза побелели, выражение лица стало зловещим. Острый убийственный замысел разлетелся во все стороны.

— Понимание боя приходит только с опытом.

Широн невольно отступил назад. Чистая воинственность, не зависящая от мастерства или уровня. Аура смерти, которую могут излучать только те, кто бесчисленное число раз пересёк черту небытия.

— Неважно, насколько хорош противник, если ты не можешь победить. Что скажешь? Осмелишься сразиться со мной?

Впервые за всё это время Широн не смог ответить. Он не хотел сражаться. Воинственность Аркейна подавляла его.

«В самом деле, так и есть»

Широн думал о том, как целенаправленно Аркейн использует слабые места и быстро меняет тактику, когда они исчезают. В нём нет никакого упрямства. Его мысли текли как вода, а зрение открывалось во всех направлениях. Он начинал понимать, почему Канис потерпел поражение.

____

Поддержать перевод новеллы:

Донат – https://vk.cc/cwn3vw

Сбер – 2202 2067 8703 5869

Monobank – 5375 4112 1342 9413

Kaspi – 4400 4301 0607 1589