Кап-кап…

Асмодеус постепенно приходил в сознание и первым, что он почувствовал, был шум от дождя и капли воды, стекающие по лицу. Удивившись происходящему, он с трудом открыл веки, налитые тяжестью, а размытая картинка перед глазами начала проясняться.

Он повернул голову, пытаясь осмотреться. Всё, что он мог разглядеть, это знакомые очертания леса, далеко прячущуюся за листвой луну, и струйки воды, которые пробивались сквозь густые ветки, падая ему на лицо.

"Что это за место?" С подозрением подумал Асмодеус, несмотря на усталость. Однако головная боль мгновенно напомнила ему о произошедшем, перед тем как он упал в обморок.

Асмодеус вспомнил, что направился убить огромного медведя, как вдруг со стороны в его тело что-то врезалось, почти выбив из него весь дух, и, отправившись в долгий полет, он врезался в землю и сразу же потерял сознание.

"Значит я не умер... Похоже, мне крупно повезло".

Он слегка обрадовался. Поначалу Асмодеус думал, что умер, ибо после отключки он уже не надеялся выжить. В таком беззащитном состоянии любой мимо проходящий зверь мог спокойно им закусить. Хорошо, что на этот раз удача играла за него.

"И что случилось? Я и пискнуть не успел, как меня чуть не грохнули..." Воспоминания начали течь в голове Асмодеуса. Он попробовал воссоздать в своей памяти сцену произошедшего в тот критический момент. Вскоре в его уме сформировалась более точная картина случившегося.

Этот медведь... Вспомнив эту огромную тень, нависшую над ним...  Теперь-то он понял, что именно это было...

Тем, что его ударило, являлось лапой этого чудища!

Тогда, когда Асмодеус почти нанес удар своим кулаком в медвежью морду, внезапно конечность зверя выгнулась под невозможным углом и с невообразимой силой обрушилась на его тело.

"Хаха, как же смешно! Каким образом такой гений, как я, допустил настолько банальную ошибку? Что же могло так повлиять на меня?"

Асмодеус иронично засмеялся. При первом взгляде на телосложение медведя, можно было понять, что крупные и необычайно мускулистые лапы – это особенность его подвида. Подсознательно Асмодеус с этим фактом посчитался, но, увидев серьёзные травмы зверя, больше не стал обращать внимания. Вспоминая, как он безрассудно помчался напролом, притом подскочил в воздух, он не мог не посмеяться над собой. Как ни посмотри, его поступок был настоящим суицидом. Он самолично предоставил отличный шанс этой громадине избавиться от себя.

"Впрочем, мои чувства меня не подвели. Этот медведь действительно не обладал достаточной силой, чтобы убить меня. Мощные лапы – это всё, что у него имелось. Но, даже с ними, если бы я только находился на земле, он вряд ли бы смог сильно ранить меня. Однако... Так, как я разогнался до предельной скорости, при этом подпрыгнул в воздух... Мдя. Это чудо, что я не превратился в мясной паштет".

Первоначальной целью Асмодеуса было проверить, на что способен его сильнейший удар, он намеренно придал телу большой скорости, дабы увеличить конечную мощь. Разумеется, в процессе всего этого он слишком возбудился, отчего и не смог должным образом всё осмыслить. В конце концов, он ни чем не отличался от кинутого питчером бейсбольного мяча, а лапа медведя, словно бита, отбившая его.

"Моя ошибка в том, что я слишком расслабился. Всё-таки я нахожусь в месте, где смерть поджидает на каждом углу. Это тело человеческое, хоть немного сверхсильное, но уж точно не бессмертное... Мне очень повезло, но в следующий раз я не застрахован от смерти. Пока я не вышел из леса и толком не разобрался в структуре этого мира, необходимо здраво мыслить, не упуская ни малейшей детали".

После глубоких раздумий, он принял решение. Потянувшись, Асмодеус издал тихий стон, почувствовав дискомфорт, который отдавал легкой болью по его телу.

Когда боль прошла, он вздохнул. Лежа на земле, Асмодеус сконцентрировался на своем состоянии.

По ощущениям с его телом не было серьёзных проблем, это порядком удивило. Кроме нескольких царапин, чувствовалась лишь сильная усталость. Хотя он мог сказать себе, что раньше слышал хруст костей, да и вроде бы не хило так приложился при падении... Он полагал, что ранения должны были получиться позначительнее.

Ну, наверное, ему просто показалось.

Асмодеус устало поднялся, и в тот час же ощутил тяжесть на себе. Осмотрев своё тело, он заметил несколько слоев вязкой грязи; они словно одеяло покрывали его с ног до головы. Одежда была полностью испачкана, а влага, просочившаяся через неё, ощущалась по всему телу. Как же он ненавидел это паршивое чувство!

Внимательно оглядев место, в котором он очутился, Асмодеус прозрел и издал смешок: «Так вот почему меня не обнаружили звери. Теперь ясно из-за чего у меня во рту этот знакомый привкус. Скорее всего, я приземлился в участок, где большой уровень скопления болота. Слившись с ним, меня было невозможно заметить, да и дождь неплохо подсобил. Впервые так рад, что оказался по уши в дерьме».

После этого, Асмодеус медленно двигался вперед, принимая во внимание окружающее пространство на случай внезапной атаки диких животных. Казалось, они нарочно любили появляться в самый не подходящий момент, и в нынешнем состоянии несли угрозу для него.

«О? Не слабо...»

Пройдя некоторое расстояние, Асмодеус наткнулся на сломанные деревья. Так, как препятствия, не пропускающие свет внутрь, исчезли, он мог в целом оценить следствия своего долговременного полета. Смотря в прямом направлении, он отчётливо видел, как куча деревьев покоились друг за другом, формируя длинную линию, уходящею вдаль.

"Знатно я пролетел, ничего не скажешь, даже конца не видно. Одно хорошо, что тот рыжий монстр не вернулся за мной, в противном случае я бы уже переваривался в его желудке. Похоже, он отказался от такого крохотного деликатеса, как я... Ну и хрен с ним. Как бы там ни было, без худа нет добра, всё-таки я смог проверить мою оболочку на крепость".

Немного поглазев, Асмодеус продолжил путь. Неспешно углубляясь в лес, он задумался над всеми происшествиями, с которыми он встретился за эти дни. И невольно в его голове всплыл образ красивого белоснежного волка. Думая о нем, Асмодеус испытывал смешанные чувства.

Этот зверь казался слишком высокомерным и наглым, до такой степени, что хотелось съесть того живьем! Когда его не один раз унизили, тот уже заслужил мучительную смерть. Впрочем, вскоре он передумал, ибо тот чуток ему даже понравился. Тем не менее, он решил в будущем вернуться и поставить того на место, то есть хорошенько наказать, при этом сделать своим питомцем.

Однако...

Спустя некоторое время скитания по бесконечному лесу, Асмодеус многое осознал. Во-первых, только снежный волк славился своей мудростью, в отличие от остальных обитателей этого места. Других зверей, обладающих человеческим умом, не существовало, или же, по крайней мере, их не так-то легко найти.

Во-вторых, при первой их встрече тот мог в любой момент с легкостью прикончить его. В то время Асмодеус не был в силах понять этого, но сейчас всё по-другому. Вспоминая странное поведение и расслабленные движения волка, он был уверен, что тот просто-напросто сдерживался и, кажется, с самого начала не имел намерения его убивать.

И ещё! Асмодеус нашел кое-что очень странным. Он мог поклясться, что при разговоре со зверем, ненароком услышал откуда-то, но точно вблизи посторонний звук. И тот определенно исходил от живого существа, он не мог в этом ошибиться. Стоит приметить, что чужое присутствие он ощущал почти всегда, но в той ситуации этого не произошло.

Снежный волк не просто там мудрый зверь, судя по всему. Вероятео, всё намного глубже, чем кажется. Не зная всего, искать мести – суицидальный акт. Асмодеус не желал впутываться во всю эту паранормальщину. То, что невозможно просчитать с помощью логических и научных доводов, скорее всего приведет к смерти. Правильнее будет совсем стереть всякое желание увидеться когда-нибудь с ним. А касаемо испытавшего им унижения, то... Хм, пусть этот смазливый зверь останется единственным выжившим существом в мире, который осмелился оскорбить его.

«Кто же ты, Снежок?», - печально вздыхая, Асмодеус мог лишь подавить своё чрезмерное любопытство. Жизнь на первом месте, несмотря ни на что.

Гуууу...

Нахмурившись, Асмодеус учуял сигнал, взывающий к нему из живота. Голод, который был забыт им, дал о себе знать.

«Я не ел два дня, да и чёрт знает сколько пробыл в отключке! Ничего странного в том, что я хочу есть. Жаль, что здесь не растут фрукты, иначе я бы перекусил ими по дороге...» - бормоча под нос, он пошел охотиться, чтобы поскорее утолить голод.