Энергия Присутствия, источаемая тремя трансцендентными существами — Лейвеном, Истинной Тьмой и Кайанран’Ахом, была настолько мощной, что её эхо прокатывалось через тысячами галактик, ломая звёзды, трещинами покрывая планеты и искажая само пространство.

В бескрайних мирах началась паника.

Континенты рушились, небеса покрывались тьмой, и даже законы реальности начали колебаться.

Миллиарды существ ощущали это давление, словно вселенная пыталась согнуться под непосильным весом воли.

Эти трое, могущества которых хватило бы, чтобы сокрушить миры — стояли на грани схватки.

Им было всё равно на последствия.

Их взгляд был устремлён друг на друга.

Мир замирал.

Но…

Из самой Демогрании медленно вышел прозрачный силуэт, сияющий как рассвет на границе вечности.

Он был похож на духа, и в то же время — нечто большее.

Его величие невозможно было постичь.

Его рост был сопоставим с размером целой планеты.

Величественный, безмолвный, вечный.

И в тот же миг…

Энергия Присутствия троих титанов была мгновенно подавлена.

Как будто их мощь — песчинка перед горой.

Они задохнулись в присутствии Абсолюта.

Он шёл мимо них — не спеша, словно владыка космоса, к которому не имеют отношения ни конфликт, ни страх.

И только одно он сказал, его голос эхом прошёл сквозь ткани времени: — [Спокойно, детишки. Идите ссориться на пустоту]

С этими словами он исчез — уходя за пределы звёзд, туда, где не существует времени, туда, где даже Истинная Тьма не решался смотреть.

Мгновение длилось вечность.

Когда он ушёл, стало тихо.

Трое трансцендентов ощутили странное чувство — облегчение.

Истинная Тьма, впервые за всю историю, склонил свою волю, и с благоговейным шёпотом произнёс: — [Да, старший…]

Лейвен, нахмурив брови, спросил: — [Кто это был?]

Кайанран’Ах ответил, низким голосом, полным растерянности: — [Не знаю… Я впервые его вижу].

Истинная Тьма лишь усмехнулся, всё ещё охваченный страхом, который пытался скрыть под маской высокомерия: — [Ха. Детишки… вы правда его не знаете?]

Кайанран’Ах не выдержал: — [Если знаешь — будь добр, просвети нас].

И тогда Истинная Тьма, глядя на исчезающее сияние в небесах, прошептал: — [Разве это не очевидно?.. Это был — Дух Мира].

[Дух мира?] — переспросил Лейвен, прищурив глаза. Его голос был спокоен, но в нём проскальзывала острая настороженность. Слишком многое в этом мире начинало выходить за рамки даже его понимания.

Истинная Тьма, всё ещё стоявший, сделал лёгкий жест рукой. В пространстве рядом с ним тут же сформировались три стула и небольшой круглый стол, созданные из плотной тьмы и искривлённого света. На столе — чайник и чашки, простые на вид, но каждая — соткана из космической пыли и квантов времени.

— [Сидите. Поговорим за столом. С чаем], — сказал он, небрежно, будто речь шла о повседневной беседе, а не о величайшей тайне мироздания.

Лейвен и Кайанран’Ах переглянулись. Без слов.

И сели.

Истинная Тьма уменьшил свой гигантский облик, медленно сжимаясь до «обычного» размера, чтобы не доминировать над собеседниками.

Он налил чай в чашки. Тишина повисла.

Затем он заговорил:

— [Если вы не знаете, я расскажу.

Дух Мира — это разум и воля самого мира.

У каждого мира есть такой. Это не просто сущность — это сама планета, наделённая сознанием. Его невозможно увидеть... если он сам этого не пожелает.

А тот, кто вышел только что…] — Истинная Тьма сделал паузу и посмотрел на них с прищуром. — [Это был Дух Демогрании].

Кайанран’Ах смотрел на свою чашку, не моргая. Мысли проносились в голове вихрем.

— [“Так вот оно что… Дух нашего мира. Живой… разумный… почти как бог…”]

— [Ты только что назвал его "старшим"], — прервал тишину Лейвен, опуская чашку на стол. Его взгляд пронзал, как лезвие. — [И звучало это так, будто ты давно его знаешь].

Истинная Тьма, на мгновение замолчав, отвёл взгляд в сторону. Его черты остались невозмутимыми, но в тишине почувствовалась колеблющаяся тень.

Он махнул рукой, будто отгоняя навязчивую муху:

— [Тебе это не касается].

Лейвен усмехнулся уголками губ. Он знал — за этим «не касается» прячется что-то очень древнее и важное. Но давить не стал.

Пока.

А в космосе всё ещё витал остаточный след могущества, оставленного Духом Мира. Даже спустя минуты, он ощущался, как слабое эхо великой воли.

Время в этом месте вновь замедлилось.

Трое трансендентных пили чай.

Каждый с собственными мыслями.

Но всех объединяло одно:

Они только что увидели нечто, что ставит под сомнение их собственное место в иерархии мироздания.

[Зачем он вообще вышел?] — голос Кайанран’Аха был хриплым, как будто он проговорил эти слова через скрежет тысяч битв. Его глаза сузились, он смотрел туда, где минуту назад исчез колоссальный, прозрачный силуэт Духа Мира.

Истинная Тьма, вальяжно откинувшись на созданный им же трон из сплетённой тьмы, пожал плечами.

— [Не знаю,] — ответил он почти равнодушно. Затем чуть-чуть прищурился, его глаза вспыхнули фиолетовым:

— [Но точно не просто так.]

Повисла короткая тишина.

Именно в таких паузах, как правило, происходят осознания, что весь привычный порядок может быть иллюзией.

Лейвен молчал, глядя в чёрную бесконечность космоса, но Истинная Тьма продолжил:

— [Последний раз Демограния вышел из своей оболочки один космический лет назад. И тогда… он вызвал настоящий хаос.]

[Почему?] — наконец нарушил молчание Лейвен, в его голосе чувствовалось едва уловимое любопытство, будто он заранее знал, что ответ будет шокирующим.

Истинная Тьма слегка усмехнулся.

— [Потому что тогда Демограния объявил войну сразу трём другим Высшим Мирам.]

Кайанран’Ах резко поднял голову. В воспоминаниях словно вспыхнуло пламя — запах крови, крики павших, дрожание галактик, искры от меча, которым он рассекал планеты...

Истинная Тьма, не скрывая удовольствия, обернулся к нему и добавил:

— [Кстати, именно в той войне ты и прославился, если мне не изменяет память.]

Это была жестокая, нескончаемая бойня.

Она длилась две тысячи лет, и началась, когда мир Демогрании, в лице самого своего Духа, вызвал на бой сразу три мира, каждый из которых был могущественнее, древнее и многочисленнее.

Сначала казалось, что Демограния обречена.

Враги прорвали защиту, боги гибли, пространственные реки были разорваны. Демоны, Духи, Небожители и Звери — сражались бок о бок, стирая планеты с лиц мироздания. Даже сам Дух Демогрании вступил в бой, проявив свою силу в первый и единственный раз за всё существование вселенной.

Именно в той войне Кайанран’Ах, будучи тогда всего лишь девятым рангом, впервые раскрыл весь свой потенциал.

Он прошёл сквозь десять миллионов противников. Его имя стало боевым кличем, его образ — знаменем.

Именно тогда он стал первым существом, достигшим Десятого Ранга.

Мир узнал его как Бога Войны.

Одна из вражеских миров была поглощена Демогранией — в буквальном смысле: материи, души, реальности и история той цивилизации были впитаны и растворены в теле победившего мира.

Оставшиеся два мира — бежали, потеряв треть населения и статус "высших".

---

Кайанран’Ах молча сжал чашку, взгляд его остался спокойным, но в глубине глаз бушевали воспоминания.

— [“Так вот почему они напали тогда…”], — подумал он, — [“Из-за него. Из-за Духа Мира”].

Он уже знал ответ.

Но не мог не спросить:

— [А ты, Истинная Тьма, ты тоже участвовал в той войне?]

Истинная Тьма лишь молча поднял чашку и отпил чай.

Ответ был очевиден.

[Конечно,] — с лёгкой ухмылкой отозвался Истинный Тьма. Его голос прозвучал спокойно, но в нём проскользнула гордость, словно это было нечто само собой разумеющееся.

— [Я был тем, кто помог Демогрании поглотить один из тех высших миров.]

Его слова прозвучали как нож, вонзившийся в память.

Кайанран'Ах не отреагировал. Он продолжал молча пить чай, погружённый в раздумья, словно вспоминая лица павших — тех, кто умер в той безумной двухтысячелетней бойне.

Лейвен, в отличие от него, был деловит. Он поставил на стол чёрный пространственный мешок. Пространство вокруг слегка дрогнуло — внутри хранилось нечто необычайно могущественное.

— [Я вижу, ты многое знаешь, Истинный Тьма,] — сказал Лейвен твёрдо. — [Я хочу купить у тебя информацию о космосе: карты, миры, сильные существа, которых стоит остерегаться и тому подобное.]

Истинный Тьма слегка поднял бровь — что редкость.

Он взглянул на мешок и холодно спросил:

— [Почему это?]

Кайанран’Ах, услышав это, чуть наклонился вперёд. Даже его заинтересовал ответ.

Лейвен ответил без колебаний, прямо, честно и почти с вызовом:

— [Потому что я собираюсь покинуть Демогранию. Взяв с собой своих приближённых, я намерен путешествовать по космосу и создать империю, объединив множество миров.]

Тишина. На этот раз — настороженная.

Кайанран’Ах слегка удивился. Он не ожидал, что Лейвен мечтает о чём-то столь грандиозном и масштабном. Уйти из защищённой, древней Демогрании, чтобы завоевать галактики? Это было… дерзко.

Истинный Тьма медленно протянул руку и взял мешок.

Он открыл его…

И в следующий миг его многочисленные глаза — те, что были скрыты на теле, на спине, даже внутри теней — распахнулись одновременно. В каждом из них вспыхнула жадность, почти первобытный голод.

В мешке были миллионы чёрных кристаллов, каждый размером с человеческий кулак — около 10 сантиметров. Но это были не обычные кристаллы.

Каждый из них излучал чистейшую, первозданную Тьму — ту, что существовала до формирования реальности, до звёзд, до богов. Их энергетическая плотность была столь велика, что даже один такой кристалл мог бы подпитать целый магический мир в течение века.

А здесь их было миллионы.

Каждый из них был по насыщенности сравним со звездой высшего порядка, но вместо света из них исходила тьма, холодная, вечная, безмолвная.

Истинная Тьма почти зашептал:

— [Откуда у тебя… такое?]

Лейвен усмехнулся: — [Я не обязан рассказывать. Но могу сказать — это лишь малая часть того, что у меня есть.]

На долю секунды, даже Архонт Тьмы замолчал. Он знал: с такими ресурсами Лейвен действительно сможет воплотить свою мечту — стать Императором среди миров.

А в космосе, среди бесчисленных реальностей, подобный правитель может стать либо новым абсолютом, либо новой катастрофой.

И всё только начиналось.

Тем временем, в ином уголке реальности…

Где-то в бездне пространственных слоёв существует карманное измерение, принадлежащее загадочной демонице. Но назвать его просто "карманным измерением" — значит оскорбить его истинную природу.

Это был настоящий карманный мир, по размерам превышающий двадцать тысяч километров — почти как целый континент.

В небесах сияли искусственные звёзды, созданные магией и волей своей хозяйки. Там же вращались ложные солнце и луна, чередующиеся по странному, неестественному циклу, словно символизируя, что даже день и ночь здесь — лишь иллюзия, подчинённая прихоти одного разума.

На этой земле жили цивилизации: королевства, империи, союзы разных рас и народов. Люди, зверолюди, драконорожденные, духи, демоны и прочие — все они уживались или воевали между собой, выстраивая историю, полную трагедий, побед и предательств.

Однако в самом сердце этого мира располагалось проклятое место.

Густой, непроглядный и вечно тёмный лес, чьё само существование внушало ужас даже самым смелым воинам.

Там обитали чудовища, о которых слагали страшные легенды. Их называли Демоническими Приспешниками.

Они были порождениями тьмы — жижеподобные существа, сформированные из сгущённой демонической энергии. Их форма варьировалась:

– Одни напоминали человекообразных монстров с тлеющими глазами.

– Другие — огромных зверей с бесчисленными пастями.

– Некоторые представляли собой змееподобных или червеобразных тварей, скользящих по земле, как ночные кошмары.

Их рост варьировался от 1,5 до 6 метров, но дело было не в размере, а в необъяснимом ужасе, который они внушали.

Эти существа были абсолютно кровожадны и неразумны.

Они нападали на деревни и города, сжигали поля, убивали без разбора — женщин, детей, стариков.

Некоторых они пожирали, других — уносили в глубь леса, где, как шептались в ночных байках, приносили в жертву некому Великому Господину, чьё имя никто не осмеливался произносить.

Демонические Приспешники стали всеобщим врагом. Королевства объединялись, создавали союзы, посылали армии, легендарных героев, даже магов шестого ранга…

Но всё было тщетно.

Они были бесконечны. Каждый раз, когда их уничтожали — они возвращались, будто плодились из самого леса, из самой тьмы.

Все задавались одним вопросом:

Почему владелица этого мира — демоница — не уничтожила их?

Ведь она обладала силой, чтобы стереть лес с лица земли, раздавить этих тварей одним своим приказом.

Но она молчала.

Никогда не вмешивалась.

И будто бы даже защищала этот лес от попыток уничтожения.

Мир жил в ужасе, балансируя между процветанием и постоянной угрозой истребления.

И никто не знал — для чего всё это было нужно.

Но в самых тёмных храмах, в забытых пророчествах, хранился один шёпот:

Когда Великий Господин пробудится — все те, кто жил в этом мире, станут лишь топливом.

В самом сердце Проклятого Леса, там, где даже воздух был пропитан первобытной тьмой, шестеро старших Демонических Приспешников собрались для проведения жертвоприношения.

Эти существа были невообразимо опасны — каждый из них достиг шестого ранга, а их тела пульсировали жижеподобной тьмой, искажённой магией. Они не разговаривали. Не молились. Они служили. Без слова, без воли, как порождения чужого кошмара.

Сейчас они пришли к священному месту — в центр леса, где стояло нечто... что даже они не осмеливались называть по имени без страха.

Они принесли жертвы — десятки существ с мощной жизненной энергией: маги, духи природы, мутировавшие звери, даже демоны. Эти несчастные, хоть и дрожали от страха, не могли отвести глаз от того, кто управлял всеми этими кошмарами.

Их взору открылось нечто невозможное...

Кокон.

Он пульсировал, словно живой орган. Из тёмно-фиолетовой плоти, покрытой венозными узорами, сочилась тьма, и от него веяло древним, архаичным злом.

Это был не просто кокон — это была тюрьма и колыбель, созданная для того, чтобы удержать нечто, что не должно было родиться.

Кокон напоминал эмбрион, но существо внутри было взрослым, сформированным. Это был демон. Но не обычный.

Энергия, которую он источал, была невероятна. Это была не просто демоническая энергия. Это была Архидемоническая Энергия — самая чистая и высшая форма демонической силы, встречающаяся лишь в легендах, в древнейших предсказаниях и страшных пророчествах.

Этот демон — Архидемон — находился внутри кокона со дня своего рождения.

С первого пробуждения сознания он пытался вырваться наружу, родиться, но какая-то невидимая, могущественная сила удерживала его. Он не знал, кто его заточил. Он не знал мира. Не знал, что такое ранг, организация, война, бог или власть.

Но он знал себя.

Он знал своё имя, своё происхождение, свою суть.

Он знал, что он демон. Но не простой.

Со временем он рос внутри кокона, и вместе с ним росла его Архидемоническая Энергия. Через микротрещины, которые ему всё же удалось оставить в коконе, вырвалась его суть — его энергия.

Эта Архидемоническая Энергия была настолько могущественной, что из неё начали самопроизвольно рождаться существа.

Так на свет появились Демонические Приспешники — кровожадные, искажённые, фанатично преданные своему Создателю.

Они почитали его, даже не зная, как он выглядит. Они поклонялись его Энергии, и несли ему жертвы — тела, души, жизнь.

Он не мог родиться, но мог влиять на мир извне, через свою энергию.

Сперва он случайно обнаружил, что его энергия может поглощать жизненную силу других существ.

Потом он понял, что может вытягивать и магическую энергию, становясь сильнее.

Так он стал заманивать живые существа и пожирать их силу.

Годы шли.

Он открыл в себе ещё одно проклятое умение — поглощение душ.

Поглощая душу, он впитывал её сущность, её силу, её разум.

Позже он открыл способность просматривать воспоминания поглощённых, узнавая мир через их память. Это стало его глазом, его окном в реальность.

В течение десятилетий… он наблюдал. Учился. Поглощал.

Через воспоминания поглощённых душ, он начал открывать для себя мир за пределами кокона. Обрывки чужих жизней, чувства, боль, желания — всё это проникало в его сознание, как медленные капли дождя в пустыню.

Он узнал многое.

О законах силы.

О техниках применения энергии.

О формах магии, о древних заклинаниях, затерянных даже для мудрецов.

О демонических и нечеловеческих методах усиления.

И — самое главное — он узнал о пути Эволюции Телосложения.

Этот путь стал его единственным способом расти, заключённым внутри кокона, не способным родиться, но не остановленным в развитии.

Он начал совершенствовать себя.

Эволюционировать.

Укреплять кости, плоть, кровь, органы… снова и снова.

Каждый прогресс проходил через боль, через внутренний катарсис, через тишину безвременья.

С момента своего первого пробуждения сознания прошло уже 129 лет.

И по странному, зловещему совпадению, ровно столько же лет существует и Принц Бедствия — Бездна.

129 лет одиночного взросления.

Но за это время он достиг поразительной силы.

Без особых усилий — возвысился до ранга "Виконта", став существом, которому уже должны поклоняться и бояться.

Его Энергия Присутствие стала мрачной бурей, бесконечной бездной, демоническим штормом, от которого ломались бы даже измерения. Его сущность давила на пространство, даже не родившись.

За все эти годы он прошёл невероятные 68 стадий Эволюции Телосложения, превращая себя в идеальное демоническое существо.

Но…

Кокон всё ещё не позволял ему родиться.

Он бился в нём. Кричал. Взрывался изнутри. Но преграда была непоколебима.

И сейчас…

Демонические Приспешники, как послушные фанатики, приносили ему новых жертв.

Они бросали их к кокону и отходили, склоняясь в безмолвном ужасе.

Архидемоническая Энергия начинала действовать мгновенно.

Она вытягивала жизненную силу, потом — магическую энергию, и, наконец…

душу.

И всё это — поглощалось вглубь кокона, впитываясь Архидемоном, укрепляя его, подпитывая его ярость, интеллект, форму и… ненависть ко всему, что находится снаружи.

###

🌌 Космический год — время богов и трансцендентов

Что это такое?

Космический год — это особая единица времени, которую используют только очень могущественные существа: те, кто сломал все Цепи Мира и хотя бы одну Цепь Вселенной. Это время не связано с солнцем, луной или часами — оно связано с самой Вселенной.

---

🕰️ Как они определяют время?

1. Пульс Вселенной

Вселенная как будто «дышит» — она расширяется и сжимается. Один такой «вдох и выдох» — это один Космический год.

2. Законы Вселенной как часы

Законы, которые управляют всем (например, Закон Времени, Пространства, Тьмы и Света), пульсируют. Эти пульсации — как удары часов, только их чувствуют не уши, а душа.

3. Мгновение Тишины

В конце каждого Космического года Вселенная на миг замирает. Даже свет на мгновение исчезает. Это сигнал: начался новый Космический год.

---

📅 Из чего состоит Космический год?

Внутри Космического года есть 10 периодов, каждый — как огромная эпоха.

Эти периоды называются:

Рождение, Рост, Пик, Упадок, Падение, Переход, Смерть, Очищение, Возвращение, Пробуждение.

Один период может длиться миллионы или миллиарды лет для обычных существ.

---

❗ Кто может ощущать Космический год?

Только трансцендентные существа — те, кто сломал цепи вселенной. Для обычных существ Космический год незаметен — он слишком велик.

(Автор: на следующем дополнительном главе я написал подробнее о Космическом Году, не обязательно его читать, если хотите узнать поподробнее то читайте а если лень пропустите)