После того как щупальца были разрублены, время, казалось, снова начало двигаться. Мрак вокруг начал рассеиваться, и силуэт, разрубающий щупальца, становился всё более чётким. Он выглядел как высокий воин в тёмных доспехах, сияющий слабым, но уверенным светом, будто единственным источником света в этом абсолютном мраке. Лириэн и всё остальное владыки леса почувствовали прилив надежды, казалось, что спасение действительно пришло.

Но, несмотря на это, что-то тревожило их, особенно Лириэн. При каждом ударе меча, разрубающего щупальца Бездны, она не слышала ни звука. Ни звон металла, ни шороха щупалец, разлетающихся в стороны. Всё происходило в полной тишине, что казалось неестественным. Кроме того, сам таинственный спаситель выглядел странно размытым, словно его фигура колебалась, как отражение в воде. Лириэн напрягла своё восприятие, пытаясь лучше рассмотреть его лицо, но оно оставалось неразличимым, словно скрытым за плотной пеленой тумана.

Она почувствовала, как её сердце вновь наполнилось страхом, но теперь это был иной страх — страх не перед смертью, а перед осознанием обмана. Постепенно она начала понимать, что всё происходящее — иллюзия, созданная Бездной, чтобы заставить их поверить в спасение, чтобы их надежда могла быть обращена в ещё более глубокое отчаяние. Лириэн сжимала кулаки, стараясь не поддаться этому чувству, но мысли о том, что они снова оказались в ловушке, проникали всё глубже в её сознание.

В этот момент мрак начал медленно сгущаться, поглощая свет, который исходил от фигуры "спасителя". Очертания воина начали таять, как дым, развеиваясь в чернильном море тьмы. Вскоре от него остался лишь блеклый силуэт, прежде чем он полностью исчез, оставив Лириэн и остальных во вновь наступившем мраке.

И тогда, из этой бездонной темноты, раздался знакомый, холодный голос Бездны, звучащий как смесь насмешки и презрения: — «Разве ты не понимаешь? Любая надежда, которая у вас возникает, принадлежит мне. Я позволяю вам чувствовать её, чтобы затем разбить её вдребезги.»

Слова проникали в сознание Владыки Леса, словно холодные лезвия. Теперь всё пространство вокруг них было снова неподвижно и тихо, мрак казался ещё более глубоким и всепоглощающим, чем прежде. Словно он впитывал все остатки света и надежды, которые могли остаться в их сердцах. Лириэн почувствовала, как давление усиливается, снова подавляя её волю и надежду. Она боролась с этим чувством, но оно становилось всё сильнее, угрожая сломить её окончательно.

Бездна продолжал говорить, и его голос теперь звучал прямо у неё в голове: — «Вы никогда не сбежите. Каждый ваш порыв — это лишь ещё один шаг к неизбежному краху. А я буду наслаждаться каждым мгновением вашей борьбы.»

В этот момент Лириэн поняла, что, возможно, Бездна не просто использует их страх, но и подпитывается их отчаянием. Она осознала, что, несмотря на паралич, её сознание всё ещё способно сопротивляться. Где-то глубоко внутри, в самой тьме, она ощущала слабую пульсацию, напоминающую ритм жизни, который ни одно заклятие не могло полностью остановить.

Бездна подошёл к Лириэн, наслаждаясь её беспомощностью и страхом. Он уже был готов поглотить её, как вдруг его внимание отвлекло странное ощущение. Он почувствовал чьё-то присутствие на расстоянии нескольких десятков километров. Это было не просто присутствие — оно было настолько мощным, что подавляло даже его собственную ауру.

Существо, обладающее этим невероятным присутствием, стремительно приближалось к месту, где находился Бездна. Его скорость была ошеломляющей, и казалось, что оно преодолевает пространство, игнорируя все законы физики. Бездна, ощутив эту силу, едва заметно нахмурился и посмотрел в сторону, откуда приближалось могущественное существо.

— "Это... Энергия Присутствия. Только те, кто достиг уровня Герцога, способны обладать такой мощью," — подумал он, оставаясь внешне спокойным.

Однако, несмотря на безразличное выражение лица, внутри Бездны зародилось беспокойство. Существо, приближающееся к нему, было на один ранг выше, чем он сам, и это означало серьёзную угрозу. Он уже не раз сталкивался с неудачами и бедствиями, словно тьма сама по себе притягивала его врагов. Каждое его предприятие постоянно сопровождалось какими-то неприятностями, словно его удача давно ушла в минус.

Понимая, что прямое столкновение с более сильным существом может закончиться катастрофой, Бездна быстро принял решение: тактическое отступление. Он взмахнул рукой, и в пространстве рядом с каждым из владык леса появились трещины, ведущие в иное измерение. Эти пространственные разломы засосали их мгновенно, не давая ни малейшего шанса сопротивляться.

Затем Бездна разом отменил заклинание «Временной Барьер», отпустив остановленное время. Едва это произошло, он мгновенно телепортировался в противоположную сторону от приближающегося существа. Однако, понимая, что его преследователь, скорее всего, будет двигаться прямо к его последнему местоположению, Бездна не стал задерживаться.

На расстоянии одного километра от прежнего места он вновь появился и сразу же совершил следующий телепорт. Ещё один скачок через пространство — и снова телепортация. Он продолжал так двигаться, каждый раз преодолевая километровые отрезки и израсходуя свою демоническую энергию. С каждым новым прыжком он ощущал, как его силы постепенно иссякают, но не останавливался, понимая, что единственный шанс уйти от сильнейшего противника — это увеличить дистанцию настолько, чтобы тот потерял его след.

Когда энергия почти закончилась, Бездна почувствовал, что больше не сможет совершить ещё один скачок. Он оказался в далёком, мрачном лесу, где царила тишина и темнота. Здесь, в самой глубине чужого измерения, он остановился, затаив дыхание и слушая, не последует ли за ним его могущественный преследователь.

*-*-*

На том самом месте, где недавно происходило противостояние между Владыками Леса Гармонии и младшим принцем демонов Гордыни, Бездной, возник сияющий рыцарь. Его доспехи, ослепительно белые и сверкающие, отражали каждый луч света, который мог пробиться сквозь тьму. На его спине распахнулись широкие белые крылья, а над головой парило золотое кольцо, светящееся чистой энергией.

От рыцаря исходила белая и сияющая аура, полная света и благодати, диаметрально противоположная зловещей и подавляющей темноте, окружавшей Бездну. Это был именно тот могущественный воин, чьё присутствие почувствовал Бездна издалека, заставивший его поспешно отступить. Рыцарь медленно осмотрелся, и перед его глазами предстала картина опустошения и хаоса.

Окружающее пространство было почти полностью разрушено: деревья сломаны и изломаны, земля испещрена глубокими трещинами, как следами яростного сражения. По всей территории валялись тела жителей леса — многие из них погибли от одного лишь присутствия Бездны. Те, кто остались в живых, стояли на коленях, оплакивая погибших, их лица были полны горя и отчаяния.

В этот момент из рыцаря вырвалась мощная волна ослепительно яркой энергии, заполнившая всё вокруг. Это была та самая «Энергия Присутствия», о которой упоминал Бездна, но её природа была совершенно иной. Она не приносила хаос и разрушение; напротив, она несла в себе гармонию и свет. Это была чистая сила правосудия и благодати, способная различать добро и зло.

— «Как он мог совершить такое? — прошептал рыцарь, его голос дрожал от гнева и сострадания. — Безжалостно убивать невинных существ… Кто он такой, чтобы творить подобное зло?»

Обычно Энергия Присутствия наносит вред всему вокруг, поглощая жизненную силу, но у рыцаря была уникальная способность: его энергия причиняла страдания только тем, кого он считал своими врагами, и, наоборот, исцеляла тех, кого он считал союзниками или невинными.

Под воздействием этой энергии тела раненых начали светиться, а их раны затягиваться. Сломанные кости срастались, порванные сухожилия восстанавливались, а дыхание, прерывистое и слабое, становилось ровным и спокойным. Те, кто несколько мгновений назад были на пороге смерти, почувствовали, как к ним возвращается жизненная сила.

Рыцарь продолжал распространять свою Энергию Присутствия, охватывая всё больше и больше выживших. Его взгляд, полный гнева и сострадания, вновь обратился к разрушенной земле. Он знал, что это место когда-то было наполнено жизнью и миром, и ему хотелось вернуть ему прежнюю гармонию, но ему предстояло нечто большее. Его задача заключалась в том, чтобы найти Бездну и заставить его ответить за совершённое зло.