На следующий день после тихого завтрака в небольшой компании, Ваню снова переместили в свою комнату. Долго ждать ему не пришлось, через десяток минут у него в комнате появился мужчина. В отличии от уже привычных плащей чёрного цвета, у него он был красного, а также капюшон был откинут назад, позволяя рассмотреть лицо вполне себе обычного мужчины лет двадцати на вид.

Ваня молча показал рукой в направлении оружейной стойки, на что пришелец так же молча покачал головой в отрицательном жесте.

«Похоже детей всё же не будут обучать обращаться с оружием... По крайней мере сегодня.»

Пожав плечами, он подошёл к пришельцу, после чего ощутил уже знакомое чувство, которое в этот раз продлилось просто неприлично долго. Он уж подумал, что расстанется со своим завтраком прямо во время перемещения, но, благо, обошлось.

После неприлично долгого перемещения, которое в сравнение с прошлыми заняло раз в пять больше времени, Иван, к его удивлению, впервые за четыре года пребывания в этом мире оказался на свежем воздухе.

Осмотревшись, Иван увидел других выживших и Ральфа, который по всей видимости будет их инструктором. Стояли они на чём-то на подобии плаца, по бокам которого были расположены полосы препятствий.

- (Так, слушайте меня внимательно,) - сказал Ральф, усердно жестикулируя руками и брызгая слюной в разные стороны. – (Сегодня ваше первое занятие по общей физической подготовке, так что подобрали свои сопли и бегом марш десять кругов вокруг плаца!)

Из всего что сказал «инструктор», Ваня понял только число десять. Недолго думая он понял, что от него хотят, но примерно прикинув длину одного круга, усомнился в своём слухе. По его грубым прикидкам один круг здесь будет примерно километра три, если не больше. Пробежать десять неподготовленному ребёнку просто невозможно.

Одна девочка всё же поняла, чего от них хотят и начала со всей скорости бежать. Орава детей с дикими воплями сразу же сорвалась в спринт. Кроме Вани, конечно. Тяжело вздохнув под хмурым взглядом Ральфа, он побежал за всеми умеренным бегом, вскоре нагнав запыхавшихся детей, которые еле переплетали ноги, хотя и пробежали едва ли одну пятую.

Быстро обогнав их, Ваня продолжил бежать, не обращая внимания на ненавидящие взгляды в спину и кивки одобрения от наставника, хотя выражение его лица было каким-то странным. Но как бы он ни старался беречь силы, на половине круга у него сбилось дыхание, а ещё через пару сотен метров начали заплетаться ноги. В итоге он добежал круг весь в поту и ели живой и сразу же лёг на землю с тёмными точками перед глазами. Но все его усилия окупились, когда перед глазами появилось уведомление о повышении ранга выносливости на единицу, хоть он и не почувствовал какого-либо изменения в своём теле.

Ещё вчера Ваня подтвердил, что лимиты многих навыков исчезли, что подтверждало его теорию о том, что они зависят не только от возраста, но и других навыков. В этот раз это произошло, скорее всего, из-за приобретения навыка культивации. В дальнейшим ему, похоже, придётся много времени проводить в поисках метода преодоления данных лимитов, хотя сейчас для этого и достаточно просто подрасти.

Довольно скоро прибежали, хотя скорее дошли, и остальные дети, которые были не в лучшем состоянии чем Иван. Ральф, похоже удовлетворился таким результатом, хотя сам и сказал пробежать десяток кругов, так что оставил всех отдыхать на травке, а сам исчез.

«Вот предатель, оставил меня наедине с этими демонятами!»

Хоть и прошло уже много времени в этом мире, но Ваня так не с кем и не познакомился. И это не потому, что он такой нелюдимый, хотя и это тоже. С другими детьми у него просто не было шансов контактировать, кроме как со вчерашнего дня в столовой, да и если не знаешь языка, то особо не поговоришь. Да и будем откровенными, он просто не любит детей. А его надзиратели видят в нём очередного надоедливого ребёнка, от которого одна морока.

Так что сейчас он притворился мёртвой рыбкой и под дюжиной враждебных взглядов лежал брюхом кверху, греясь на солнышке, которых здесь к слову оказалось целых четыре, а точнее одно большое, вокруг которого кружилось три маленьких, что было довольно странно видеть.

Не успел Ваня получить солнечный удар, как вернулся Ральф, принеся несколько бурдюков с водой. Когда все напились, тренировки продолжились…

После четырёх часов изнурительных тренировок, когда Ваня поднял ещё несколько уровней своих навыков, а его организм начал отказываться выполнять простейшие команды, всех детей переместили на обед.

В этот раз помимо основной порции, Ване досталась небольшая плитка очень горького шоколада, на которую все смотрели с интересом и некой завистью. Похоже, что они вообще не знают, что это такое, иначе было бы много криков, почему шоколад достался только ему. Но Ваня просто съел эту плитку, поражаясь, насколько она была горькой. На знакомый ему шоколад вообще не похоже, хотя ему никто и не говорил, что это шоколад. Может просто какое-нибудь здешнее растение.

«Скорее всего они решили так поощрить лучшего ученика, а в том, что я лучший даже сомнений нету. Мало того, что я единственный кто смог сделать все упражнения, так ещё и делал некоторые дополнительные. Всё это ради прокачки, но все же это было слишком сложно. Я даже ложку поднимаю с трудом. Скорее всего завтра весь день проваляюсь в постели с жуткой болью в теле. Как же я надеюсь, что завтра не будет такой тренировки. Ещё раз я просто не выдержу.»

После обеда всех отвели в общую баню. Среди восьми выживших было три девочки, но похоже, что здесь это никого не волновало.

Кое как отмывшись одеревенелыми руками, Иван отправился к надзирателю в синем плаще, который быстро перенёс его в комнату, где он сразу же без сил рухнул на кровать.

Следующие пару часов его никто не трогал и всё это время он просто провалялся на своей кровати не в силах встать, да даже уснуть он был не в силах. Но всему хорошему приходит конец, вот и сейчас в его комнате появился безмолвный человек в красном.

«Может его имя хоть спросить? Насколько я понял здесь вообще к имени относятся как-то отстранённо. Вот мне даже моего имени не сказали. Может здесь вообще ни у кого нет имени, а только что-то вроде позывных? Всё, отныне я Тузик.»

Со всяким бредом в голове, еле перебирая ногами, Ваня дошёл до пришельца, который тут же взял его за шкирку и исчез с места.

В этот раз это была комната, на удивление напоминающая химическую, хотя скорее алхимическую, лабораторию. Повсюду стояли разные склянки и оборудование, а в воздухе летал резкий запах химикатов.

Посреди всего этого резко выделалась женщина под шестьдесят, одетая в зелёную одежду. Явно большая шишка.

«Интересно, а какой цвет плаща у Ральфа? У меня, кстати, форма гордого золотого цвета. Я таких больше не видел. Пока что. Но кроме неё, в моём шкафу есть стандартная чёрная. Похоже, что цвета что-то означают, так что большинство предпочитает ходить в чём-то одинаковом.»

- (Подходите ко мне по одному, ты первый,) - сказала женщина неожиданно мягким голосом для такого почтенного возраста и указала пальцем на ближайшего к ней паренька.

Пока он на трясущихся ногах подходил к ней, Ваня краем глаза заметил, как из-за кучи оборудования на него с интересом поглядывает девочка лет этак шести, тоже одетая в зелёное.

«И чего это она на меня так уставилась? Я, конечно, красивый, но не настолько же, чтобы глаза нельзя было отвести. Или дело в золотой одежде? Это какая-то редкость? Ура, я особенный, но это и так было понятно с самого начала.»

Быстро ей подмигнув, от чего та засмущалась и убежала в недра сей лаборатории, Иван продолжил наблюдение за происходящим. Как оказалось, это был обычный медицинский осмотр, известный ему ещё из родного мира. Ничего нового: измерили вес, рост, давление, прослушали лёгкие, ну и дальше по списку.

Когда очередь дошла до Вани, он с гордостью вытерпел все издевательства над его больным организмом, но после осмотра, в отличии от других детей, его не перенесли, а сама «врач» ушла куда-то в недра этой лаборатории. Но не успел он понять, чьи же все-таки глаза плавают в данной замечательной банке, как она вернулась.

- (Держи,) - она передала Ване жидкость странного радиоактивно-зеленного цвета. Да она даже светится! – (Выпьешь это перед сном, всё до последней капли.)

Мысленно пожав плечами, Иван взял небольшую бутылочку и подошёл к уже знакомому человеку в красном, который молча ждал все это время.

«И ему кличку что ли придумать? Уж больно часто мы стали видеться. Он мой новый воспитатель? Может просто старый заболел?»

Оказавшись в своей комнате, Ваня тут же упал на кровать. Сил не было абсолютно и чем больше времени проходило, тем сложнее было двигаться. Веки понемногу начали наливаться свинцом, и он не заметил, как уснул.

Проснулся же Ваня с дикой болью во всем теле и кашей в голове. Не поняв где он, сразу же начал озираться по сторонам с заспанными глазами.

Оказалось, что его прямо во сне перетащили в столовую и остальные дети тоже уже тут, и они не в лучшем состоянии чем он.

На ужин никаких сюрпризов в порции не было, чего не сказать про порции других, от чего их взгляды, направленные на Ваню, так и пылали превосходством. Посмотрев на небольшие кружки с жидкостью, которая подозрительно напоминала ту, которую ему дали в местном алхимическом цеху, разве что она не святилась. От чего ему явно нелегче.

Проигнорировав их взгляды, Иван быстро поел, если считать скорость черепахи быстрой, конечно. После чего его уже знакомым методом перенесли в комнату.

Под внимательным взглядом надзирателя Ваня сел на кровать, и понял, что тот чего-то ждёт. Он немного подумал и взял в руки бутылочку, быстро откупорил крышку, уловив едва уловимый и такой знакомый запах спирта.

«Они ведь не хотят споить детей? Это же просто лекарство, да?»

Зажмурив глаза, он опрокинул сосуд, выпив все залпом, на удивление, не почувствовав никакого вкуса.

Отложив пустой бутылёк под кровать, Ваня закутался в одеяло и сразу заснул. К его глубочайшему сожалению, ненадолго.

Убедившись, что Ваня выпил жидкость и заснул, его надзиратель тихо покинул комнату, наткнувшись с другой стороны двери на внимательный взгляд Ральфа и бабушки медика.

- Ты точно уверен, что его душа не нормальная?

- Да даже по его поведению понятно, что это не обычный ребёнок! – Ральф вскинул руки и забрызгал во все стороны слюной, - Я вам говорю, что это переродившийся предок! Возможно он потерял память, но это Предок! Предок, кому говорю!

- Не ссорьтесь. Сейчас об этом говорить рано, вот если выживет после лазурного яда души, тогда уже посмотрим. А сейчас разошлись по своим делам! А я пойду, доложу Ларе, чтобы возвращалась и готовилась. И я надеюсь, что вы понимаете, что главе о нём лучше не докладывать? – не дождавшись ответа, бабушка первая развернулась и держась за поясницу медленно пошла по коридору. Через пару мгновений двое оставшихся переглянулись и тут же исчезли.

Спустя примерно час, Иван проснулся весь в поту и с очень сильным жаром. Не успел он ни о чём подумать, как его скрутило и вырвало кровью прямо на кровать. Все тело сжала судорога и неимоверно сильная боль. Ему хотелось кричать, но изо рта не появилось и звука. Кости буквально трещали у него в ушах, готовые сломаться в любой момент, а из носа уже вовсю шла кровь.

Мало ему было этого, как система услужливо послала сообщение о приобретении навыка устойчивости к ядам.

«Что за хрень они мне дали? Они убить меня собираются?»

Но не успел он довести мысли до конца, как его снова вырвало кровью, а тело получило новый заряд адской боли.

«Как же я ненавижу боль! Хватит уже! Хватит…»

Из его глаз потекли слезы, а изо рта вырывались беззвучные молитвы, сбыться у которых не было и шанса.

Минута за минутой шли очень медленно. Он пытался считать секунды этого ада, чтобы хоть как-то отвлечься от этой боли и не спятить. Даже появляющиеся сообщения о увеличении уровня устойчивости к яду или терпимости к боли не вызывали никакой радости. Он просто старался не сойти с ума от этой невыносимой боли.

Но сколько бы Ваня не молился, боль даже и не думала прекращаться, а ночь только началась…

Титул «бессмертная душа»

Благословение, дарованное неким Богом и отразившаяся в душе. Наполненная благословением, душа обрела неразрушимость и согласно вложенной воле, после смерти тела, обязательно найдёт себе новое пристанище.