К рассвету пожар, охвативший всю деревню, только набирал силу, но дом Люй Бу уже полностью сгорел. Естественно, поселение не было целиком уничтожено, но после этого случая деревня Чжуаньцзы перестала существовать.

Когда Люй Бу наконец вернулся к дому, то обнаружил отца, стоящего на коленях среди обгорелых руин. Тот держал в руках два обугленных трупа. Люй Бу оцепенел и мог лишь тихо смотреть на эту сцену, не в силах вымолвить ни слова. Его сильно пугали мёртвые глаза его ещё живого отца.

– Папа... – попытался было он что-то сказать.

– Не смей, – перебил его отец Люй. – Крестьяне вроде нас с тобой не должны так поступать! В своё время я также пережил немало боли и страданий, чтобы обеспечить нам с твоей мамой достойную жизнь. И я тоже часто испытывал гнев и нередко испытывал ненависть. Но я похоронил их в своём сердце ради своей семьи. И ты должен был поступать также. Но ты вырос слишком свирепым…

Его действия были ошибочными? Люй Бу чувствовал, что он определённо был прав. Так почему же он должен был сдерживаться, проглатывая свой гнев? Но... Глядя на обугленные трупы матери и сестры, бывший генерал не знал, как отстоять свою правоту.

Вдобавок сбежавшие из деревни жители уже должны были доложить чиновникам о случившимся. Так что государственные солдаты могли в скором времени явиться, чтобы арестовать их обоих.

– Отец, мы должны срочно уходить! – Люй Бу дёрнул мужчину, пытаясь сдвинуть его с места. – Идём же!

– Я прожил здесь полжизни и не знаю, куда мне идти, – отец Люй только покачал головой и лишь крепче обнял обугленные трупы. – Ты еще молод и у тебя большой потенциал, поэтому уходи один…

Он помолчал некоторое время, прежде чем продолжить.

– И сын… Я советую тебе изменить свой характер. Конечно, я никогда не читал книг, но некоторые истины мне всё же известны. Ты и сам отлично знаешь, что жизнь сложна, и невозможно, чтобы в ней всё всегда шло гладко. Если ты и впредь будешь решать все проблемы только насилием… То боюсь, в независимости от силы твоего тела, от того, где ты будешь находиться и от того, насколько станешь талантлив, в конце концов всё будет заканчиваться одинаково плохо.

– Отец, если тебе есть ещё что сказать, то говори скорее, – Люй Бу испытывал крайне спорные эмоции, касательно сказанного отцом, но он также не хотел медлить, поскольку государственные солдаты могли ворваться в деревню в любую минуту.

– Твоя мать была со мной почти всю жизнь, и она никогда не жила в роскоши, – отец с горечью посмотрел на трупы у себя в руках. – Теперь, когда она умерла, я хочу проводить ее в последний путь как полагается. Я хочу похоронить её вместе с Яо Мэй. Мне больно от одной мысли, что их тела просто останутся гнить среди развалин.

Люй Бу открыл было рот, но не нашёлся, что сказать – отец был прав. После некоторого раздумья он снял с себя лук и колчан со стрелами, а также отбросил в сторону нож. В конце концов, он уже умер однажды, так чего ему было бояться?

Люй Бу смирился и больше не хотел никуда убегать. Он молча последовал за отцом и помог тому вырыть две ямы для могил матери и младшей сестры. Им было негде взять гробы, поэтому им пришлось хоронить мать и Яо Мэй без них…

***

Вопреки ожиданиям Люй Бу, люди из правительства пришли только во второй половине дня. Они внимательно осмотрели сожжённую деревню и выслушали рассказы свидетелей о том, что произошло прошлой ночью. Следователи были потрясены. Несколько человек даже потеряло дар речи от увиденного, а ещё нескольких стошнило.

Один пожилой следователь, кажется, это был командир всего отряда, пристально осмотрел Люй Бу, прежде чем начать допрос.

– Значит, говоришь, они сожгли твой дом, – спокойно начал этот старик. – И ты не только убил всех тех, кто в этом участвовал, но также вырезал всю семью Люй Хуна вместе с ним самим, а также лично сжёг всю деревню Чжуаньцзы?

– Так всё и было, – Люй Бу не был так же кроток и осторожен, как его отец, когда сталкивался с официальными лицами. Он лишь согласился и холодно кивнул. Бывший генерал уже смирился со своей судьбой.

– И ты сотворил весь этот кошмар, лишь потому, что Люй Хун хотел повысить налоги для твоей семьи? – недоверчиво переспросил следователь.

– Именно так, – снова честно согласился Люй Бу.

– Эх, парень, ты ещё молод и полон сил, да и навыки стрельбы у тебя отменные. Как жаль, что твой талант теперь пропадёт впустую, – мужчина грустно вздохнул.

Ночью этот юноша убил почти сотню человек, что практически гарантировало ему смертный приговор. Но с такими навыками, если бы он вдруг отправился защищать границу, то мог бы стать превосходным лучником. Возможно, у парня даже получилось бы сделать себе военную карьеру. Может он даже смог бы стать генералом.

– Ты сожалеешь о том, что сделал? – уточнил пожилой следователь.

– С чего бы мне сожалеть? – Люй Бу поднял глаза и уставился прямо на мужчину. – Я всё сделал правильно.

– Наш мир очень интересное место, мальчик, – старик поднял взгляд в небо, а его голос стал несколько задумчив. – Он не имеет смысла во многих вещах, и некоторые события происходят, просто потому что происходят. Однако у большинства других событий причины всё же имеются.

Он опустил взгляд, разглядывая сидящего перед ним связанного Люй Бу.

– Этот инцидент безусловно убил твою мать и сестру. Но подумай, что именно стало его первопричиной? Даже если бы они по итогу не умерли, просто представь, каково вашей семье пришлось бы дальше? Какой стала бы ваша жизнь в этой деревне? И куда бы вы поехали, если бы не получилось остаться? Эх-х, в следующей жизни, парень, принимай во внимание внешние обстоятельства. И всегда тщательно взвешивай, стоит ли ввязывать в опасные авантюры собственную семью.

– Это всё проклятая наглость Люй Хуна… – недовольно пробурчал Люй Бу. Он никак не мог смириться со своим гневом.

– Ты был зол? Понимаю. Покажите мне человека, который ни разу не злился, – следователь с усмешкой покачал головой. – Но ты еще молод, поэтому, наверное, не понимаешь этих принципов. Если ты однажды сможешь отбросить собственную гордость ради своей семьи, то определённо достигнешь очень многого. К сожалению, ты, вероятно, не доживешь до этого момента.

Старому следователю нравились талантливые люди, так что помимо допроса, он решил научить парня некоторым вещам. По его мнению, для возраста Люй Бу было нормально быть дерзким и безжалостным. Он лишь жалел, что столь чудовищный талант развился слишком рано…

От всего услышанного у Люй Бу немного пересохло в горле. В конце концов, у него были воспоминания из его предыдущей жизни. Ему было почти тридцать пять лет, если сложить вместе все прожитые им годы.

– Для людей неплохо быть сильными, но сила не должна управлять ими, –  старый следователь ушёл, покачивая головой. Хотя это дело казалось сложным и навело большую шумиху, его оказалось нетрудно раскрыть.

Поскольку почти сто человек было убито всего за одну ночь, инцидент было невозможно скрыть. Такие происшествия случались совсем нечасто в мирное время, а потому чиновники испугались возможности крестьянских волнений. Отчего письмо, одобряющее казнь Люй Бу и его отца, дошло очень быстро.

Они были казнены уже на следующий день. Отец и сын были обезглавлены, а их головы были выставлены на всеобщее обозрение. Вот так Люй Бу и закончил свою короткую двенадцатилетнюю жизнь…

Однако его сознание не рассеялось при ударе головы о землю. Наконец, спустя двенадцать лет, после выхода из тела, сознание Люй Бу медленно стало возвращаться назад. Сперва перед его глазами предстала плаха, затем площадка для казни. И по мере того, как его сознание возвращалось обратно в родное тело, перед его взором напоследок предстал и весь уезд Даган.

Вид упавших на землю его с отцом голов был действительно уродлив, но Люй Бу внезапно кое-что понял. Он хотел выяснить, поднялась ли душа его отца, как и его собственная? Но, как ни старался, так ничего похожего на душу и не увидел, пока наконец не проснулся.

Резко открыв глаза, мужчина увидел перед собой одновременно незнакомую и в то же время крайне знакомую сцену. В тускло освещенной комнате Люй Бу медленно сел на кровати и в оцепенении уставился на висящую масляную лампу перед собой. Вдруг в его голове зазвучал голос, о существовании которого он практически успел забыть…