Первоначальная обложка, нынешняя идёт под тему последних глав:

-------------------------------------------------

Меня зовут… что ж, я не знаю.

Для всех я Синдзи, это имя, что в переводе с японского означает смерть. Там, конечно, есть еще значения, но назвали меня именно в честь этого.

Почему же я не знаю своего имени, даже когда оно у меня есть? Я… не знаю.

Всё началось 4 года назад…

В какой-то момент я просто проснулся. Открыл глаза и понял, что нахожусь в воде. Мое тело было будто бы парализовано. Вокруг себя я видел какую-то змею или ее силуэт, всё вокруг тряслось, а само это нечто, напоминающее змею, начало становиться всё ближе и ближе.

В какой-то момент тело непроизвольно дёрнулось. Или оно должно было дёрнуться… в любом случае, я, как бы, нырнул еще глубже. Этот силуэт змеи обтянулся прямо над моей грудью.

Я просто наблюдал за этой картиной, не понимая, кто я, что я и зачем.

Тело вскоре начало куда-то лезть внизу.

В то же время я почувствовал неприятное ощущение. Да, то нечто начало обтягивать мне шею.

Тогда у меня в голове не было совершенно никаких мыслей. Впрочем, винить меня ведь не за что, правда?

Почему я упоминаю вину… ну, на то есть причина.

Дальше, когда мое тело потянулось вниз, а то, что у шеи, не пускало, я почувствовал сильную боль.

- Плохо! Плод застрял!

…

Вроде бы снаружи кто-то кричал, но эти, казалось бы, громкие крики, которые, возможно, могли переполошить всю больницу, до меня едва доносились.

Здесь было очень тихо. Мои глаза постепенно закрывались.

И вот, в тот самый момент, когда, казалось бы, уже всё, я… я почувствовал жар.

Резко и инстинктивно открыв глаза, я увидел, что всё розоватое вокруг вдруг стало зелёным.

Было очень красиво, яркие зеленые искры вспыхивали и поднимались вверх.

Правда, красота для одного обернулась ужасом прочих.

- ААААААААААААААА! – раздался в палате жуткий крик.

- Ч-что происходит?! – завопила акушерка, не выдерживая давления.

- Она… она… у нее сильный жар! – сказала медсестра рядом.

- Молчать, нужно быстро действовать! – сказал пьяноватый мужской голос. Похоже, какой-то врач.

Крики женщины были совсем непохожи на таковые у обычной роженицы. Словно она не рожала, а, скорее, нечто разрывало ее изнутри.

Что ж…

Внутри у нее действительно было нечто подобное.

Буквально через секунд 5 живот женщины лопнул, раскидав очень горячую жидкость наружу.

Вместе с этим она издала хриплое “ох” и просто уснула. Будучи и так измождённой, женщина не смогла выдержать такой боли и… отключилась навеки…

На свет же показался мальчик, чья кожа была подозрительно красной, и вокруг шеи которого была обмотана разорванная пуповина.

Из трех женщин в палате две упали в обморок. Мужчина тогда ругнулся на них и быстро сказал последней забрать дитя, а сам же стал осматривать мать.

…

Сам я ничего более не помнил.

Фактически, когда увидел слепящий свет, я отключился. Точнее, тело, как бы это сказать, стало жить своей жизнью, а я мог быть лишь наблюдателем за ним.

Оно расплакалось и стало громко кричать.

Это даже к лучшему, ведь так ненормальность была меньше.

После того, как медсестра вынесла ребёнка из палаты, отправившись куда-то, где лежат новорождённые, ей преградил путь мужчина, который, как я узнал позже, был моим отцом.

Он спросил о том, что там случилось…

…

Я не знал подробностей. Конкретно это приключение для меня на этом закончилось.

- Тебя будут звать Синдзи, - сказала бабушка по материнской линии со слезами на глазах.

Меня забрали из роддома, а затем я стал жить с отцом. Бабушка была старенькой, и у нее было свое хозяйство, но она помогала, чем могла.

Я мог контролировать свое тело, а мог просто позволить инстинктам вести себя так, как обычный ребёнок.

Честно признаться, именно вторым я промышлял часто.

Заставлять маленькое и мало на что способное тело двигаться было очень трудно, а инстинкты его особо не напрягали, потихоньку исследуя округу.

Вот так и я жил, исследуя округу, мир, людей и прочее.

В садик меня не сдавали, так как тот был только для хорошо обеспеченных семей... ладно, вру… обо мне просто забыли.

Я забыл упомянуть одну очень важную деталь. Мой отец, с тех самых пор, как я его видел, выглядел очень… странно.

Если точнее, он стал таким после смерти Изабель, моей матери.

Его звали Хару, типичный темноволосый и кареглазый японец, со средней внешностью. Офисная работа, малое количество выходных, два друга-собутыльника и капелька времени на семейную жизнь. Всё.

Дело было в том, что взгляд его мутных глаз казался мёртвым. Сами его глаза будто бы никогда и не двигались, и он не смещал взгляд, когда нужно было посмотреть на что-то в стороне, а поворачивал голову.

Далее, его движения отдавали какой-то заторможенностью, словно он делал всё на автомате.

Конечно, была и некая неуверенность в движениях, как будто походка не обладала устойчивостью.

Самое главное было в его отношении ко мне, он не любил меня.

Заботиться – заботился, но в меру, чтобы самому не мешал, не более того.

Фактически, меня воспитывала одна бабушка.

Странно лишь то, что никто не скандалил и весь дом был жутко тихим.

Единственное, что, пожалуй, было неприятным – головные боли.

Иногда я чувствовал нечто такое, что просто иду себе или ползу куда-то, как вдруг кто-то берёт и словно надевает на голову колокол, а затем бьёт в него.

В это время передо мной через боль промелькивали различные яркие сцены.

Честно говоря, это имело постоянный характер и вскоре картинка начала приобретать вид осколков зеркала, в которых я видел что-то, чего… чего точно не было в этой жизни!

Где-то я выдаю на пианино какую-то спокойную композицию.

В каком-то изображении я бегу и сражаюсь с чем-то, что выглядит как просто силуэт, что целиком и полностью состоит из тьмы.

Еще где-то я сижу и играю за компьютером, хотя и не знал, как в нем работать.

Подобное преследовало меня каждую неделю.

Я боялся, плакал, просил о помощи, но ничего не помогало. Каждый такой раз я просто лежал и плакал, глядя в небо.

Лишь изредка проносящийся ветерок облегчал мою боль, как будто унося ее с собой и эти непонятные, совершенно ненужные мне сцены.

Возвращаясь к началу… мне 4 года, я Синдзи.

Это имя, которое мне дали, я осознаю это и… вроде как, это должен быть я, но я ощущаю, что у меня должно быть что-то еще…

Меня снова накрывает головная боль. На этот раз, помимо обычных осколков, появляется еще нечто зеленое, закрывая обзор в голове.

Я испугался и побежал просить бабушку, которая как раз решила переехать на 2 года сюда, дать мне таблеток, вызвать скорую или еще чего.

Та заволновалась и стала заниматься моей бедой.

Как вдруг произошло это…

На моей правой руке вдруг появилось нечто зеленое – того же самого цвета, что и в голове.

Совершенно не зная, что это и как, я решил спросить у бабушки, которая усердно искала нужные таблетки в шкафчике.

Я горделиво выставил руку с горящим на ней пламенем вперёд. Вот ведь дурень.

Сам огонь не причинял мне боли, так что я был спокоен, когда спрашивал об этом…

- Ба, а что это?

Та обернулась и… обомлела. На ее лице было не удивление. Он не знал, что конкретно это было, но это… это было что-то злое.

Почувствовав, что это странно, я решил спросить…

- Бабушка, что-то случилось?

- Т-ты…

- Бабушка? – робко спросил Синдзи.

Мне тогда казалось, что она злилась, и я отступил на шаг.

- О-отродье, это всё ты…

- Б-бабушка? – не понял я.

- Это из-за тебя моя Изабель!.. – не договорив, она быстро отвесила ему хлёсткую пощечину правой рукой.

Она впала в истерику.

Мальчик упал.

Иначе и быть не могло.

Затем произошли две вещи.

Первая, бабушка два раза ударила меня кулаком по голове.

Вторая, после этих ударов мой “талант” в управлении пламенем, или же моя огнестойкость, но что бы это ни было, они закончились – моя ладонь начала гореть.

- Ааааааа!!! – громко закричал я тогда, и бабушка остановилась.

Ее глаза округлились, и она как будто бы резко протрезвела, став бежать за водой в бутылках.

Вместе с этим моя головная боль лишь усилилась.

Вскоре меня под крики по типу «как же так», «вы и его заберёте», «но что же это», окатили ледяной водой.

Увы, но это пламя, казалось, было совершенно иного уровня. Вода ему была нипочем.

Зеленые языки начали пожирать плоть.

- Н-нет! Хватит! Хватит! ОСТАНОВИСЬ!!! – прокричал я, чувствуя, как меня разрывает острая физическая и ментальная боль.

Удивительно, но пламя начало затухать и вскоре совсем исчезло.

…