Это было, что-то вроде удара ножом. Как только это происходит, создается впечатление, что сделали быстрый укол и ты думаешь – о дерьмо, это не очень-то и больно. Хотел бы я, чтобы это впечатление оставалось подольше, – думал Леви.

Ох, чё-ё-ё-ёрт. Боль просто адская. Всё тело будто горит. – Он сидел, опершись спиной о дерево. Над головой висела ткань, скрывавшая от дождя – всё, что осталось от палаток. Эта же ткань послужила ему для перевязок.

Сразу после того, как Леви отступил, он решил вернуться к лагерю от которого, правда, уже мало, что осталось. Густой дождь снижал дальность обзора до 6-10 метров. Палатки разбросаны тут и там. Места падения солдат, превращённых в титанов, уже наполнялись водой. Где-то недалеко, послышалось фырканье лошади. Прихрамывая, Леви направился к ней. Уцелела всего одна. Вторая, в нескольких шагах отсюда, лежала на земле. Её туловище, вплоть до задних конечностей, было раздавлено. Хотя ливень шёл уже некоторое время, кровавое пятно вокруг всё ещё хорошо было видно. Остальные лошади, наверное, смогли убежать.

Боль уже достигла той стадии, когда Леви уже не мог держаться на ногах. Но он пересилил себя, скривившись,  взобрался на животное и скакал до тех пор, пока не начал чувствовать, что теряет сознание. Чуть ли не свалившись с лошади, он подполз к ближайшему дереву, где и соорудил, на скорую руку, импровизированный навес от дождя и впал в беспамятство.

***

Смутные бредни…

Нет, старые воспоминания.

Какие-то отрывки из детства. Подростковые годы. Огромные ожидания и ответственность, возложенные на меня в столь юном возрасте. Разочарование в глазах родителей, в глазах моего отца… Как же неприятно это вспоминать.

Профессор Ксавьер. Он стал для меня настоящим отцом. Тем, кто по-настоящему заботился обо мне. В конце концов, он привёл меня к цели всей моей жизни, к нашей общей мечте. Разорвать круг ненависти и уничтожить дьявольскую силу титанов, навсегда! Я унаследовал вашу память, ваши знания. И я исполню нашу мечту. Доведу всё до конца. Чего бы это ни стоило. А иначе всё, что я делал до этого, было зря – все решения принятые на этом тяжелом пути, все отнятые жизни. Эти люди умерли не просто так.

Туман рассеивается. Ум проясняется. Возвращаются все болезненные ощущения от сотен ранок, покрывающих всё тело. Глаза потихоньку открываются. Где это я. Снаружи, какой-то шум. А, это звуки дождя. – Потихоньку приходя в себя, Зик начинал понимать, где находится. – Это палатка. Да, я внутри палатки, но что же случилось? – Покашливая, он немного присел, опираясь на руки. Снаружи послышались разговоры и спустя пару секунд, в палатку заглянул молодой, рыжеватый парень, одетый в ту же форму, что и Леви со своим отрядом.

– Здравствуйте господин Зик. Как ваше самочувствие? – спросил он, на первый взгляд не выказывая, какой-либо агрессии.

– Сойдёт, – осторожно сказал Зик.

– Хорошо. Мы решили переждать здесь пока вы не придёте в себя. Скажите, как только почувствуете, что вы в порядке. Мы здесь, чтобы помочь вам встретится с Эреном.

– Вот как. – Зик сумел подавить нотки удивления в своём голосе. – Тогда немедленно выдвигаемся.

– Как скажите. ­­– Флок покинул палатку и начал раздавать распоряжения. Люди сновали туда-сюда. Кто-то оглядывал лошадей, а кто-то протирал глаза после короткого сна, проведённого сидя на земле.

Зик вышел наружу вслед за Флоком. Место, где ещё недавно его удерживали под стражей, сильно изменилось. То тут, то там виднелись неглубокие ямы, заполненные сейчас водой. Еще несколько палаток из тех, что уцелели, находились рядом с той, в которой лежал он. К Зику подбежал солдат и предложил накинуть свой плащ с эмблемой развед-корпуса. Пусть пора и была летней, ранним утром после дождя было довольно прохладно, и Зик не отказался от предложенной одежды.

– Мы готовы выдвигаться, – сказал рыжий парень, держа на поводке двух лошадей.

Судя по всему, он за главного, – подумал Зик. – Ладно, это не важно. Главное сейчас, быстрее добраться до Эрена.

– Благодарю, – сказал он, садясь на одну из лошадей.

Группа людей на лошадях держала путь на Шиганшину. Дорогу им освещало солнце, поднимающееся над горизонтом.

***

Сколько прошло времени? Как долго он был отключке? Такие мысли приходили в голову Леви, пока он поднимался на ноги и искал глазами лошадь. Она пощупывала траву недалеко от места «привала». Боль никуда не ушла. Прошитая насквозь пулей, правая рука практически не ощущалась. А раненая нога вспыхивала фонтаном нестерпимой боли при каждом прикосновении.

Чёрт, чёрт, чёрт. Проклятье! До Шиганшины отсюда рукой подать, но в таком состоянии добраться туда будет очень трудно. Ему предстоит долгий путь.

Тучи развеивались, уступая место утреннему солнцу. Трава усеянная каплями воды, поблескивала в его лучах.