«Что теперь делать с “Голосом разума”?»

Дома я всерьез задумался о том, что мне делать с Реликтом, который лежал передо мной.

Хотя я и вправду сумел его добыть, решиться на то, чтобы применить его и заглянуть в сердце Саки без ее разрешения, я не смог.

«Разве это нормально — вот так подслушивать?.. Может, лучше вернуть его туда, откуда взял?

Но так все мои усилия пойдут коту под хвост.

Кроме того, этот Реликт не опасен, и я не буду “злоупотреблять” им.

Я просто узнаю, кто подарил Саки кольцо, да и только.

Вообще, я могу просто спросить у нее. Могу, но не хочу, ведь я уже сказал при ней, что мне плевать.

Так почему бы не пойти легким путем, раз я всё равно узнаю от нее правду?

Но если Саки и правда обрадовалась этому кольцу...

что я тогда сделаю?

Да ничего такого.

Я поздравлю ее. И всё. Скажу, что кольцо ей идет. И всё.

У меня нет права требовать, чтобы Саки его сняла.

Не, я и не хотел, чтоб она снимала кольцо.

Я не за тем всё это делаю.

Но тогда зачем?

Что я буду делать, когда узнаю, кто прислал ей кольцо?

Теперь ясно... Видимо, я подсознательно подозревал, что это кольцо — Реликт! Будет катастрофой, если оно окажется Реликтом, а Саки не узнает об этом!

Если она снова вляпалась в историю, то я только помогу ей, изучив вопрос.

Верно. Всё это ради нее».

Убеждая себя в этом, я взял «Голос разума» и — воткнул его себе в мочку уха.

— ОЙ! — вскрикнул я, когда меня буквально пронзила острая боль.

В муках, я корчился на полу своей комнаты.

«Не, не думал, что прокалывать ухо настолько больно...»

Не имея ни малейшего представления о пирсинге, я недооценил боль, которая его сопровождала. Когда я сжимал мочку уха, больно почти не было, и я решил, что она не чувствительна, а потому прокол тоже будет сродни комариному укусу.

Но если включить голову, то становится ясно как день, что когда игла прокалывает тебе ухо — больно быть должно. Поразительно, что столько людей по всему миру готовы так страдать, лишь бы следовать моде.

Вытерев кровь с рук салфетками, я достал пластырь и наклеил его на рану.

Он отлично маскировал серьгу.

Ухо все еще жгло болью, но я был уверен, что она скоро пройдет. Кроме того, я посчитал эти мучения наказанием за подглядывание в сердце Саки, а потому был им даже благодарен.

Когда меня мучила совесть, я твердил себе:

«Я делаю это не ради себя!»

◆

«Я делаю это не ради себя».

Проверяла я красную нить судьбы точно не ради себя.

Никто не захочет быть связанным судьбой с такой девушкой, как я.

Как и доверивший мне «Красную нить» парень, я собиралась поставить себя на место другой стороны и помочь ему обрести счастье, сказав:

«Нет, не нужно беспокоиться обо мне!»

Только поэтому я хотела выяснить, куда ведет моя красная нить!

...Однако я всё еще не решалась надеть кольцо.

Из головы никак не выходил образ красной нити, что тянулась от моего мизинца к мизинцу Токии.

Если этот образ окажется реальностью... смогу ли я сказать ему нужные слова?

«Нет, не нужно беспокоиться обо мне!»

Смогу я сказать ему это?

Не выходил из головы и другой образ, противоположный: красная нить тянется от моего мизинца к мизинцу незнакомца.

Что я почувствую в таком случае? Смогу ли я смириться с такой участью?

И еще кое-что, что я невольно себе представляла.

Образ красной нити, которая тянулась от мизинца Токии к мизинцу другой девушки.

Другой девушки — не меня.

Мы с Токией не были в отношениях. И не стремились быть, хоть и не говорили об этом прямо.

Однако я надеялась, что у нас всё останется по-прежнему.

Я надеялась, что мы по-прежнему сможем проводить много времени здесь, в антикварном магазине «Цукумодо», втроем — Товако-сан, Токия и я.

Однако «Красная нить» могла показать мне, что «будет».

Возможно, я еще смогу изменить нашу судьбу.

А возможно нет.

Меня не покидал страх, что, увидев наши с Токией красные нити, я разрушу что-то важное.

С другой стороны, меня мучило желание узнать.

Что, если моя красная нить судьбы связана с Токией?..

Что, если моя красная нить судьбы связана с кем-то другим?..

Что, если красная нить судьбы Токии связана с кем-то другим?..

Что я тогда почувствую, что сделаю?

◆

За целый день с «Голосом разума», я научился, как и когда его применять.

Например, я заметил, что учителя обычно думают о решении, когда вызывают кого-то к доске. Когда меня спрашивали, я просто отслеживал мысли учителя с помощью «Голоса разума», и всё было пучком.

Другой пример: мой приятель спросил, что нам взять на обед, и когда я поинтересовался чего бы хотелось ему, он ответил, что без разницы. Но на самом деле он был на мели, и потому хотел взять бутерброды в школьной столовке. Что я и предложил, и чему он очень обрадовался.

Иными словами, можно было не копаться в чужом сердце всё время, а лишь слушать, о чем думает собеседник здесь и сейчас.

По правде, у меня гора с плеч свалилась.

Мне и в голову не приходило раскрывать все сокровенные мысли Саки. Всё, что я хотел знать, — это кто подарил ей кольцо и как она к этому отнеслась.

И всё же меня поразило, насколько полезным оказался «Голос разума». Я понял, почему некоторые будут не в силах от него отказаться.

В то же время я осознал, сколь ядовиты Реликты для людских сердец: чем дольше ты владеешь Реликтом, тем сложнее с ним расстаться.

Поэтому мне хотелось покончить со всем как можно скорее.

Да и дырка в мочке уха все еще болела, и боль становилась невыносимой.

Я просто хотел уже снять эту треклятую серьгу.

После уроков я сразу же направился в антикварный магазин «Цукумодо».

◆

Зайдя в магазин, я первым делом проверил левую руку Саки.

И сегодня на ней не было кольца.

«Может, она носит его в кармане? Или она сняла его до моего прихода?»

Вдруг я заметил, что Саки смотрит на меня.

— Ч-что такое?

— Что у тебя с ухом?

«О-она что, спалила меня?» — подумал я, слегка паникуя, и невольно дотронулся до уха. И зашипел, когда ухо пронзила боль.

— Ты поранился где-то?

— Д-да, случайно поцарапал.

На этот же вопрос я отвечал в школе; я сделал вид, что это просто царапина. Благодаря пластырю никто ничего не заподозрил.

— Ты в порядке?

— Ага, всё путем.

— Пластырь уже пропитался кровью. Может, заменишь его на новый?

— Не, всё хорошо, честно!

— «Можно ли ему верить? Токия всегда молчит, когда ему плохо».

Пока Саки говорила, я слышал и ее внутренний голос.

Плохо мне не было, но от осознания того, что заставляю ее волноваться, муки совести только усилились.

«Мне и правда надо побыстрее покончить с этим».

«А то я услышу то, чего слышать не следовало».

Прокрутив в голове сценарий, который я придумал вчера вечером, я непринужденно заговорил:

— Сегодня кольцо не надела?

Саки явно не хотела касаться этого вопроса; она повернулась ко мне с лицом, еще более каменным, чем обычно.

— Не надела.

— «Значит, у него таки есть подозрения насчет кольца».

И снова я услышал ее внутренний голос.

— А, ну, знаешь, помнишь, я говорил, что оно тебе не идет? Вот я и подумал, что, быть может, ты сняла кольцо из-за этого.

— Дело не в этом. Я не ношу кольцо, потому что нет причин носить.

— «Он что, пытается выудить из меня сведения о кольце?»

— Ты снимаешь его перед работой?

— Нет, я надела его лишь раз, когда ты зашел. И то случайно.

— «Хотя это и неправда».

Удивление от того, что сказал ее внутренний голос, почти проступило у меня на лице.

Саки все-таки солгала. Из чего следовало, что она иногда надевает кольцо, когда меня нет рядом.

«Может, она надевает его только на встречу с парнем, который его подарил?»

«Хватит. Нельзя тратить время на бесполезные мысли».

«Так, настоящая битва начнется только сейчас».

Этим разговором я переключил ее внимание на кольцо.

Теперь оставалось подобрать нужные слова, чтобы она подумала о том, кто его прислал.

Если она скажет мне прямо, я узнаю всё и так.

Если же она будет увиливать или лгать, я прислушаюсь к ее внутреннему голосу.

Скрывая свои намерения, я продолжал говорить непринужденно.

— Разве это не особенное кольцо? Оно как бы выдает личность покупателя, нет?

— Личность покупателя?..

— «Я не знаю его имени, но у него доброе сердце, из-за чего он больше желает счастья другим, нежели себе».

«Если она не знает его имени, то значит это и правда кто-то из наших покупателей?»

Впрочем, это было не так уж важно.

Судя по ее мыслям, парень был добрый и заботился прежде всего о Саки. Он был из тех, кто относится ко всем одинаково — даже к Саки, которая обычно распугивала всех клиентов своим покерфейсом.

Возможно, именно этим он ее и привлек.

Но всё нормально.

Я лишь хотел знать.

Большего я не желал.

Продолжать расспросы мне не хотелось.

Если парень, подаривший ей кольцо, был таким, то возражений у меня не было. Хотя сосать под ложечкой почему-то не перестало...

— Похоже, тебе очень интересно мое кольцо, Токия...

— Не, ничего такого. Я просто хотел узнать, что за человек подарил его тебе, но раз он добрый, то всё в порядке, — выдавил я из себя. Язык не двигался так, как мне хотелось.

— ...Откуда ты знаешь, что он добрый?

«Твою мать! Она сказала это только у себя в мыслях»

— А, нет, я...

Саки пристально посмотрела на меня и вдруг зашагала прямиком ко мне. Пока я стоял столбом и только смотрел, она остановилась передо мной и сорвала пластырь с моего уха.

— Ай!

Саки смяла пластырь в кулаке и заглянула мне прямо в глаза.

— Это же «Голос разума», да?

— ...

— Как это понимать?

— ...

— Ты шпионил за мной?

Я не слышал внутреннего голоса Саки.

«Должно быть, она говорит быстрее, чем думает».

«Должно быть, она так зла, что не может держать себя в руках».

— Козел.

Саки влепила мне пощечину.

◆

Я была потрясена. Потрясена настолько, что набросилась на Токию.

Я знала, что он сомневался во мне. Он подозревал, что я прячу Реликт, с тех пор как увидел меня с «Красной нитью».

И то была правда; он имел право предъявить мне претензии.

Но способы, к которым он прибег, были донельзя бессердечны.

Да, я пыталась узнать наши судьбы с помощью «Красной нити». Накануне вечером я даже подумывала попробовать еще раз, но так и не решилась.

Безусловно, я слишком боялась узнать; но, что важнее, я считала, что вот так подглядывать за его судьбой — это неправильно.

И все же Токия поступил похожим образом и нарушил мое личное пространство. Мне до сих пор не верилось, что он залез в мое сердце с помощью «Голоса разума», а не спросил меня прямо.

Признаю, что увиливала от его вопросов. Признаю, что надо было быть честнее с ним.

Но.

Если бы Токия спросил об этом из-за искреннего беспокойства за меня, я бы также ответила ему как следует. Рассказала бы ему о Реликте и объяснила, что не собиралась злоупотреблять им.

Если бы Токия сказал избавиться от кольца из-за искреннего беспокойства за меня, я бы также прислушалась к нему. Никакой привязанности к «Красной нити» у меня не было. Я могла бы отдать ее Товако-сан в любое время.

Однако Токия так не поступил.

Он решил играть грязно.

Он заглянул в мое сердце.

Когда мы говорили, увидел ли он это?

Когда мы говорили, услышал ли он это?..

Почему я хотела использовать этот Реликт.

...И что я хотела сделать с «Красной нитью».

Если он... если он узнал ответы на эти вопросы...

Тогда мне даже не хотелось видеть его лицо какое-то время.

Потому что... потому что мне было так...

...стыдно.

◆

Давненько я так себя не презирал.

После того случая я забил на работу, тут же ушел из магазина и бесцельно шатался по округе, пока немного не остыл.

«Блин...»

Казалось, что впервые за последние дни у меня была трезвая голова.

«Что со мной творилось?»

Видимо, я чутка слетел с катушек, когда увидел на ней то незнакомое кольцо.

Наконец-то до меня дошло, каким козлом я был; я залез в ее сердце, и тому не было никаких оправданий.

Если на подглядывание в чужой телефон или дневник еще можно было закрыть глаза, то мой случай заслуживал лишь презрения.

Щека все еще болела.

Но боль ничуть не уменьшила муки совести.

«Серьезно, какого со мной творилось?

Почему я настолько потерял голову, когда она всего-то получила кольцо от какого-то незнакомца?

В прошлом я бы так не отреагировал.

В прошлом я бы спросил ее прямо.

В прошлом я бы не вел себя как кретин.

Когда я стал таким?..

Почему я стал таким?..

Но о причинах я могу поразмыслить позже.

Сейчас же мне надо просить прощения у Саки».

Дождавшись времени закрытия, я вернулся в антикварный магазин «Цукумодо».

Выражение лица Саки ничуть не изменилось, когда она увидела меня. Хуже того, она отвела глаза и продолжила прибираться.

Было ясно, что она меня избегает.

Это ранило, но вместе с тем я осознал, как сильно ее обидел. Я боялся, что она больше не захочет меня видеть.

Но что посеешь, то и пожнешь. Я был не в том положении, чтобы плакаться.

Я взял себя в руки и снова обратился к Саки.

— Я хочу поговорить.

Саки отложила работу, но на меня не посмотрела.

Похоже, она была в гневе; даже отсюда было видно, что ее лицо покраснело. Вечно каменное лицо Саки и покраснело!

— Саки...

Сделав глубокий вдох — а скорее даже вздох — она наконец подняла голову и ответила мне.

— Что? — спросила она, глядя мне прямо в глаза, но затем ее взгляд скользнул чуть в сторону.

— Не волнуйся, я его снял. — Сказав это, я потянулся к мочке уха, подчеркивая, что снял «Голос разума».

Тут же лицо Саки вытянулось.

— Идиот! Что ты творишь?!

— А?

— Иди сюда! — скомандовала она, схватив меня за руку, и потащила в гостиную, заставив сесть. Затем пошла на кухню и стала что-то искать.

— Прости, но не могла бы ты объяснить...

— Не сейчас.

— Но я хочу изви...

Саки вернулась с коробкой и льдом и встала передо мной, в то время как я все еще сидел как было велено.

— Не дергайся, — сказала она, положив руки мне на щеки.

Горя желанием извиниться перед ней, я попытался убрать ее руки, как вдруг скривился от жгучей боли. Поняв, что нечаянно задел ухо, я наконец осознал, в каком состоянии нахожусь.

Именно из-за уха меня мучила тупая боль. Я по ошибке принял ее за угрызения совести, сопровождавшие боль от ее пощечины.

— Оно сильно распухло. Ты не продезинфицировал рану, да?

Очевидно, дырка, которую я проделал «Голосом разума», загноилась. После она рассказала мне, что для прокалывания ушей есть специальные инструменты и что за этим лучше обращаться к профессионалам.

Я получил то, что заслужил.

— Я так не смогу должным образом продезинфицировать рану. Ложись.

Не допуская никаких «но», Саки взяла меня за голову и толкнула вниз.

Голова легла на что-то мягкое.

Я жутко смутился, когда понял, что моя голова лежит у нее на коленях, но, к счастью, можно было не бояться, что Саки заметит — я лежал к ней спиной, а ухо уже покраснело по другой причине.

Нанеся на рану дезинфицирующее средство, она приложила к уху марлю.

Жгло адски, но поскольку виноват был я сам, я лишь стиснул зубы и терпел.

Наконец Саки осторожно приложила к моему уху лед, завернутый в полотенце.

— Полежи немного.

Выбора не было, так что я сделал как она велела и остался в таком положении.

Тишину нарушало лишь тиканье часов.

Медленно, но верно ухо онемело, боль утихла, а вместе с ней рассеялось и напряжение.

— Прости, Саки, — извинился я, по-прежнему лежа к ней спиной.

Она вздохнула и ответила:

— Я еще не простила тебя.

— Я и не думал, что ты простишь меня так быстро.

Прошло еще немного времени, окутанного тишиной.

Наконец, опять вздохнув, Саки медленно заговорила.

— Твои сомнения были оправданы. Кольцо и в самом деле является Реликтом.

— А?

— Оно называется «Красная нить». Если надеть его на палец, можно увидеть красные нити судьбы. Помнишь девушку, которая приходила к тебе на днях? Кольцо принадлежало ее близкому другу. Мы почти не общались, но почему-то он решил доверить его мне. Возможно, он заметил, что мы продаем здесь поддельные Реликты.

«О чем она говорит? Мне кажется, или я не знаю ничего из этого?»

— ...Кроме того, я не собиралась злоупотреблять им ради себя.

— ...

— ...Я просто... надела его, не слишком задумываясь.

— ...

— ...Просто чтобы ты знал. Потому что я не знаю, что ты услышал через «Голос разума».

— ...

— ...Так что... не то чтобы мне было интересно, кому суждено быть со мной вместе, — пробормотала она слабеющим голосом, продолжая сбивать меня с толку.

— Эм, разве то кольцо не подарок? — спросил я.

— Подарок? Ну, наверное, его можно назвать «подарком», раз я получила его от кого-то... но не волнуйся, я потом отдам его Товако-сан. Я все равно планировала так поступить.

— ...хаха...хахаха!

Я больше не мог сдерживать смех. Все еще лежа головой на коленях Саки, я держался за бока и безудержно хохотал.

— Эй, прекрати, Токия. Щекотно, — жаловалась она, но смех всё не унимался.

Всё это было недоразумением с моей стороны.

Саки не получала подарка; кольцо казалось таким дорогим для нее лишь потому, что ей его доверили.

Хотя я все еще не совсем понимал кое-что, мне хватило и того, что я уже знал. Остальное меня не волновало.

— Теперь ты счастлив? — спросила она.

— А?

— Ты ведь это хотел узнать, не так ли? В конце концов, ты аж «Голос разума» использовал, чтобы узнать о силе «Красной нити» и моих планах на нее. Но поверь, меня не интересовали ее способности! Честное слово!

— Не, не это я хотел узнать.

— Э? А что тогда?

— По правде, я хотел узнать, кто подарил тебе кольцо... нет, только то, рада ты подарку или нет.

— Чего? Почему тебе это интересно?

— Потому.

Саки замолчала, видимо, не понимая, к чему я клоню.

— Послушай, это только «если», ладно? — изо всех сил стараясь выглядеть спокойным, начал я говорить непринужденно, чтобы заполнить тишину и пресечь любые вопросы.

— Если ты захочешь кольцо, не иди к кому-то другому, а попроси его у меня, хорошо?

Какое-то время Саки никак не реагировала.

«Я сейчас сказал что-то ужасно смущающее, да?»

После некоторого тревожного молчания она ответила:

— А если бы я в самом деле носила кольцо, которое мне кто-то подарил? Как бы ты к этому отнесся?

— ...

Поскольку у Саки не было «Голоса разума», я воспользовался своим правом хранить молчание.

◆

Пусть Токия и не сказал ничего в ответ, но я слышала, что он ответил в своем сердце. Так отчетливо, что на миг мне почудилось, будто у меня вдет в ухо «Голос разума».

Но чтобы понять, о чем думает Токия, мне не нужен был «Голос разума».

Вот почему я...

— Саки, ты только что?..

— Лежи давай.

Токия поднял голову, чтобы посмотреть на меня, но я схватила ее и опять повернула в бок.

— Саки, ты только что улыбнулась?..

— Вовсе нет.

— Но...

— Я зла на тебя, вообще-то! Снова шпионить за мной вздумал?

— А, нет, прости, — извинился он и покорно дал мне повернуть свою голову в сторону.

Я и сама не была до конца уверена, но возможно, сейчас я улыбалась.

«Еле пронесло».

Если бы он увидел мое лицо или все еще использовал «Голос разума», то наверняка бы понял...

Поначалу я не думала прощать его так скоро.

Но узнав, что Токия беспокоился обо мне...

Узнав, что его потрясла мысль о том, что мне сделал подарок кто-то другой...

Поняв, что он, скорее всего, ревновал...

Я уже простила его, и он едва не понял это.

Но я не собиралась говорить ему.

Не собиралась говорить ему, что он уже прощен.

«Обычно это я выставляю себя дурой. Приятно, что хоть разок это сделал он».

«Забавно, когда Токия ведет себя так, как сегодня, и почему-то это меня радует».

Из-за таких вот проказливых мыслей, я не хотела говорить ему правду.

«Пусть он еще немного подумает над своим поведением».

«Выражение лица у меня не меняется, так что я уверена — он не заметил, что я его уже простила».

«Но одно я готова сказать. Я отвечу на его маленькую просьбу».

— Пожалуй, я сделаю так, как ты просил, Токия.

◆

«Уверен, она не заметила, почему я был так потрясен...»

Потому что я и сам не знал причины.

Не знал, почему был сам не свой.

Не знал, почему меня так шокировало то, что она получила подарок.

Но, если честно, мне было уже всё равно.

Возможно, я бы выяснил, если бы продолжил копаться в себе, но я бросил это дело.

Сейчас мне хотелось лишь отложить размышления в долгий ящик и предаться этому облегчению.

Да, мне полегало на душе.

Не из-за того, что кольцо не было подарком, и не из-за того, что она не особо обрадовалась кольцу.

Отлегло у меня от сердца единственно потому, что Саки простила меня за столь идиотский поступок.

Не нужно было ни слов, ни выражения ее лица — я всё равно это понял.

Никто другой, конечно, понять бы не смог, но мне для этого даже «Голос разума» не понадобился.

Именно, я и только я мог понять, что она в самом деле простила меня.

Медленно, но верно я засыпал всё крепче и крепче, всё время ощущая блаженную легкость на душе, тепло на щеке и мягкую руку Саки, что гладила меня по голове.

Прошлой ночью я глаз не сомкнул из-за переживаний, так что у меня не было ни единого шанса против навалившейся сонливости.

Я не заметил, как заснул.

И поэтому не услышал последних слов Саки.

Было ощущение, что она сказала что-то важное, но я ее не понял.

...Что же она сказала в конце?

Нытье переводчика:

Мало того, что я сейчас чутка занят, так еще и свет по вечерам часа на два-три отключают, не каждый день но всё же. Да и настроение какое-то никудышное. Так что я возьму перерыв еще на недельку-другую, наверное.