Фискус лежал в огромном, полутёмном помещении, напоминающем заброшенный завод. Шум ветра гулко разносился по пространству, наполняя его странной тишиной. Он лениво вертел в руках кольцо — то самое, которое ему отдала Магдалина. Металл кольца блестел в тусклом свете, отражая его задумчивый взгляд.

— Хм... долго они за ним идут, — пробормотал он, слегка прищурившись. — Может, надо было предупредить мальца...

Фискус на мгновение замолчал, словно обдумывая что-то важное, а затем пожал плечами.

— Ладно, бывает, — произнёс он с лёгкой усмешкой и снова уставился на кольцо.

Внезапно Фискус услышал лёгкий шелест, едва уловимый в тишине огромного помещения. Прежде чем он успел подняться, в его поле зрения ворвались четыре массивные фигуры в чёрных мантиях. Их шаги были тяжёлыми, а присутствие угрожающе подавляющим. За ними, будто командуя всем этим, стоял тот самый лысый старик с моноклем, который уже встречался Нао.

Фигуры ринулись к Фискусу, готовые схватить его, но он, подняв руки, громко прокричал:

— Сдаюсь! Я сдаюсь!

Фискус поднял взгляд, стараясь скрыть ухмылку. Он знал, что сопротивление сейчас было бы бессмысленным, да и у него был другой план на этот момент.

Старик с моноклем шагнул вперёд, холодно глядя на Фискуса.

— Ты обвиняешься в краже кольца и пособничестве преступнице Магдалине, — отчеканил он, словно зачитывая приговор.

Фискус даже не дослушал его до конца, лениво вздохнув, уже ложился на землю, животом вниз. Он беззаботно вытянул руки назад, словно ожидая, когда его свяжут.

— Да-да, всё ясно, — проговорил он с легкой усмешкой. — Давайте быстрее, вяжите меня и едем. Не люблю долгих церемоний.

Старик с моноклем окинул его взглядом, не изменив выражения лица. Вся сцена выглядела почти фарсово: Фискус явно не воспринимал ситуацию всерьёз, но фигуры в мантиях молча продолжили выполнять свои обязанности, готовые заковать его в цепи.