Как только наступает февраль, весь мир начинает жить в ритме предвкушения Дня святого Валентина. В торговых центрах появляются специальные островки под валентиновскую распродажу, в окрестных супермаркетах на полках выстраиваются в ряд всевозможные шоколадные сладости.

Естественно, эта атмосфера разлетается повсюду, и даже в школе Аманэ по мере приближения Дня святого Валентина девочки всё чаще весело щебечут, а парни, то ли от ожидания, то ли ещё от чего, ходят какие-то взбудораженные.

Аманэ вообще-то к подобным вещам особого интереса не испытывал, но в этом году он наверняка получит шоколад от Махиру, так что уж совсем равнодушным назвать себя не мог.

Но и каких-то особых событий сверх этого он не ждал, так что, когда вокруг все шумно заводились, он всё равно невольно держался чуть в стороне и просто наблюдал, будто его это не касается.

— В этом году у Кадоваки на Валентин, похоже, всё будет совсем жесть.

Глядя на Кадоваки, который, отстрелявшись с утренней тренировкой, теперь сидел за партой и добросовестно занимался до начала первого урока, а также на девчонок из других классов, специально пришедших только затем, чтобы издалека полюбоваться на эту картину, Аманэ невольно выдал это вслух.

Сам по себе тот факт, что они, не поленившись, идут в другой класс просто поглазеть на понравившегося парня, уже вызывал у него уважение к их напору. Пугало другое: этих поклонниц было не одна и не две, и каждый раз к уже знакомым лицам добавлялись всё новые.

Сидевший рядом Ицуки, тихо щёлкавший карточками со словами, поднял голову на голос Аманэ, а потом посмотрел на него с лёгким сочувствием — видимо, вспомнил прошлый год.

— Там точно будет жесть. Он ведь капитан и одновременно звезда легкоатлетического клуба, да ещё и морда, и характер, и мозги при нём. Неудивительно, что девчонки к нему валят — хоть метлой выметай.

— Не выметай, не выметай.

— Это фигура речи. Ну и вопрос ещё, радует ли Юту всё это.

— Похоже, у него там скорее сплошное смятение.

Не похоже, чтобы сам факт чьей-то симпатии вызывал у него отвращение, но вот то, что визги и восторженные вопли стали для него повседневностью, явно доставляло неудобства: Юта часто лишь беспомощно кривился и опускал брови домиком.

Как друг, Аманэ иногда переживал, не вызовет ли такая популярность ненависти со стороны других парней, но те, похоже, прекрасно видели и характер Кадоваки, и его усталый вид, так что всерьёз завидовать ему особо не стремились — и это было спасением.

Те, кто в прошлом году собственными глазами наблюдал, как у него в День святого Валентина практически не осталось свободного времени, потом в один голос кривились и говорили: «Если всё доходит до такого, это уже не зависть, а чистый ужас».

— Надеюсь, в этом году он хотя бы не промахнётся с оценкой объёма.

— Уже сам факт, что ему приходится что-то там оценивать, — это дичь. Привычка страшная штука.

— Вот именно… Когда постоянно видишь, как Кадоваки круглый год пользуется спросом, у самого уже ощущение реальности плывёт.

— Для обычного человека даже одно признание — уже событие всей жизни.

Получить от одного человека серьёзное признание — само по себе огромная вещь, и, по крайней мере для Аманэ, с его стороны потребовало бы решимости и мужества масштаба «раз в жизни».

Так что по отношению к Кадоваки, которому всё это летит сразу с нескольких сторон, у него уже даже не восхищение, а чистое беспокойство перевешивало.

— Сам Юта, к тому же, плохо переносит напористых девушек и хочет жить «только лёгкой атлетикой», так что всем подряд вежливо отказывает. Говорит ещё, мол, начинать встречаться с человеком, которого толком не знаешь, — тоже невежливо. Отказывать, даже когда вокруг такой выбор, — это прямо очень по-ютовски.

— Кадоваки вообще как будто воплощение слова «честность»: и голова на месте, и ведёт себя правильно.

Эта его серьёзность и искренность по отношению к другим людям Аманэ очень нравились.

Он совершенно не понимал тех, кто «пробует встречаться, даже если человек особо не нравится» или водит за нос сразу нескольких. Поэтому, глядя на Кадоваки, который при всём своём выборе всё равно честно смотрит человеку в глаза и отказывает, Аманэ просто не мог к нему не проникнуться.

Можно сказать, что так и должно быть, это норма. Но именно то, что он умеет жить в соответствии с этой нормой, его характер — всё это казалось Аманэ замечательным и важным для человека.

— Ты просто до небес Юту расхваливаешь.

— Ну а что, по нему же видно, да и парень он отличный.

— Чёрт, и это при том, что меня ты так никогда не похвалишь!

— Ты для начала перестань меня бесконечно подкалывать.

— Тогда можешь и не хвалить.

— Эй.

— Я и так знаю, что ты меня ценишь, просто вслух не говоришь.

— Бесишь. Сильно бесишь.

— Ха-ха-ха.

Сколько бы Аманэ ни смотрел на него с выражением «что это за тип вообще», Ицуки только ещё шире ухмылялся, ничуть не смущаясь. Аманэ зыркнул на него напоследок и тяжело вздохнул.

Раз уж тот всё это так прозрачно считывает, можно считать, что это поражение Аманэ, но вслух ему об этом заявлять было и неловко, и немного обидно.

Чтобы не подкидывать Ицуки новой пищи для шуток, он решил на этом остановиться, отвернулся и отвернулся, выкинув его из поля зрения — за что из уголка глаза удостоился очередного весёлого смешка.

— Впрочем, для нас с тобой Валентин — дело спокойное.

По сравнению с Кадоваки им с Ицуки и правда можно было расслабиться и ни о чём не переживать.

Аманэ в принципе не особо пользовался успехом у противоположного пола, да и у него есть Махиру — если получит шоколад от неё, ему этого с головой. У Ицуки есть Читосэ.

Если всё пойдёт как в прошлом году, Аманэ ещё получит от Читосэ дружеский шоколад, и на этом список закончится.

Не надо ломать голову над массовыми ответными подарками, да и чего-то ещё он не желал, так что День святого Валентина обещал пройти у него на редкость мирно.

— Ага. Жди и верь: в этом году тебя снова ждёт чудо-кулинария от Чи.

— Ты как её парень вообще не собираешься останавливать её безумные эксперименты?

— Ты правда думаешь, что её можно остановить?

— …Да, слушаться она явно не станет.

В последнее время Читосэ хоть чуть-чуть поутихла и стала серьёзнее относиться к разным делам, но вот ко всяким праздникам она по-прежнему относится с извращённым энтузиазмом.

Обычные конфеты, которые она подарила в прошлом году, были вкусными, и Аманэ очень бы хотел, чтобы она развивала именно это направление, но смутно понимал: на «обычном» Читосэ останавливаться не собирается.

Пока Аманэ настороженно думал: «Интересно, чего она в этом году выкинет?», Ицуки вдруг самодовольно поднял палец и ухмыльнулся.

— Говорит, в этом году всё будет совсем не так, как в прошлом.

— Звучит так, будто это вообще не метафора.

— Она там перспективу видит: мол, приготовит особое блюдо с изощрённой идеей, и ты от счастья расплачешься.

— Это однозначно слёзы в физическом смысле.

— Радуйся, у тебя снова стопроцентный шанс на острые ощущения.

— Прямо чувствую, как глаза уже слезятся.

Благодаря собственным убеждениям, самолюбию и своевременным предупреждениям Махиру Читосэ, по крайней мере, не делает вещи, которые вообще нельзя есть. Зато в рамках категории «теоретически съедобно» она обожает создавать нечто выбивающее почву из-под ног.

Главная проблема в том, что она сама обожает острую пищу. Если опираться на её планку, куда более высокую, чем у обычных людей, то для такого простого смертного, как Аманэ, результат легко превращается в химическое оружие — и очень хотелось бы, чтобы она это наконец осознала.

Смотря, как Ицуки, держась за живот, откровенно ржёт, будто всё это его совсем не касается, Аманэ всерьёз подумал, не стоит ли и ему самому организовать для друга такие же «острые ощущения», чтобы тот потом тоже держался за живот уже буквально.

— Радуйся, если начнёшь рыдать заранее, может, выработаешь иммунитет!

— Ага. Ты тоже поплачь заранее для профилактики. Я Читосэ так и скажу: пусть даёт тебе побольше пробовать в роли дегустатора.

— Ты только что сдал лучшего друга!?

— Всё нормально, нормально. То, что приготовит твоя милая, милейшая девушка, ты точно осилишь.

— Ничего я там не осилю!

— И это тот человек, который только что пытался подсунуть это другу.

— Может, перестанете уже называть мои кулинарные творения отравой?

Пока до начала урока оставалось время, Аманэ и Ицуки вовсю перекидывались репликами, и тут в их разговор, нахмурившись, влезла сама виновница торжества и мастер по производству «стимуляторов» — Читосэ.

Злой она не выглядела, но явно была недовольна, как о ней отзываются, и шлёпала Ицуки ладонью по плечу.

— Читосэ, может, перестанешь присылать мне вещи с примесью всякой взрывчатки?

— Неа.

— Тогда ставь эксперименты на Ицуки и доводи до уровня, который он выдержит. Кормить его можешь сколько влезет.

— Ну раз уж так просишь…

— Ты же меня только что продал чётким текстом!? Чи!

— Всё будет харошо-харошо.

Чему там именно должно быть «харошо», оставалось загадкой.

Очень хотелось это прокомментировать, но, раз жертва уже официально назначена, Аманэ предпочёл сделать вид, что не замечает отчаянно влажных глаз Ицуки, и отвернулся.

— В общем, есть это всё равно можно будет. Плохо же выбрасывать еду.

— А добавлять туда «стимуляторы» — это, по-твоему, не издевательство над продуктами?

— Я всего лишь открываю новые вкусовые горизонты. Всё остаётся в рамках съедобного. Буду делать, пока Махирун не скажет «одобрено».

— …Главное, не сломай Махиру вкусовые рецепторы, серьёзно.

— Да ну тебя. Я же не собираюсь никому портить ни желудок, ни язык. К тому же Махирун куда лучше тебя переносит острое, так что она всё это довольно бодро уплетает. Я тоже держусь в диапазоне «вкусно».

— Вот только Ицуки в прошлом году от этого «вкусно» орал не своим голосом.

— Иккун просто острое не любит. Не переживай, ему я приготовлю отдельно, специально под него. Это помимо проб!

— Ура-а, какое же радостное заявление.

— Можно не читать это таким тухлым голосом, а?

Учитывая её богатое досье, доверия у Ицуки к этим словам не было ни на грамм, и Читосэ сердито приподняла брови. Глядя на них, Аманэ мысленно сложил руки в молитве: похоже, при таком раскладе Ицуки заставят пробовать варианты острее, чем достанутся ему самому.

— В общем, ждите сюрприза от меня и Махирун. До самого дня — секрет.

— Как хотите… Я уже просто за сам факт, что что-то получу, благодарен.

— Хм-хм, цени это как следует.

Читосэ, упёрши руки в бока, демонстративно состроила самодовольную мину, и Аманэ, искренне радовавшийся её подаркам, честно ответил:

— Спасибо тебе, как всегда.

В ответ он услышал уже совсем иным тоном пробормотанное:

— Вот именно за такие штуки…

Кажется, её боевой настрой слегка сдулся.

— Эй, Аманэ.

— Чего?

— А если какая-нибудь другая девушка подарит тебе шоколад, что будешь делать?

Вопрос прозвучал тише, чем прежде, явно так, чтобы никто не подслушал, и Аманэ наклонил голову набок.

— А, про обязательный? Ну, если кто-то предложит чисто формальный шоколад, я просто приму и потом отдарюсь. Но вообще я на это даже не рассчитываю.

— Почему сразу «обязательный»?

— Ну у меня же есть Махиру. Это уж совсем будет «обязательный-преобязательный». Да и вообще, не вариант.

Пусть и не вся школа, но большинство точно знает, что он встречается с Махиру. Так что получать от кого-то «главный» шоколад он ни ждать, ни тем более желать этого не собирается.

— Ух ты, как всё мрачно.

— Это не мрачность, это реализм. Вот если бы я, при нынешних вводных, говорил: «А вдруг мне ещё и главный шоколад подгонят!», — вот это было бы странно. Я всё-таки не настолько самоуверенный и дурной.

— Ну да, логика есть, но всё же…

У Читосэ, словно её что-то тревожило, и выражение лица, и голос стали чуть более приглушёнными, чем обычно.

— Но мир же не такой простой. Можно ведь влюбиться и в того, у кого уже есть пара. Сердце не прикажешь.

— Мы уже говорили об этом… и я уже сделал вывод, что ответить на такие чувства не смогу. И вообще, с чего ты взяла, что такой человек вообще есть?

— Нельзя, что ли, просто гипотетически порассуждать?

— Слушай…

— Для тебя, может, это кажется невозможным. Но я не думаю, что это прям полностью исключено. И ещё: если кого-то любишь, не всегда обязательно хочешь, чтобы он ответил взаимностью. У тебя самого такого не было?

— …Ну, да.

Любить и дорожить человеком — это ещё не значит обязательно желать, чтобы он непременно был только с тобой. Бывали моменты, когда Аманэ думал: «Если Махиру будет счастлива, этого достаточно», — даже если в этом уравнении не было его.

— Мне кажется, тебе всё же стоит чуть больше об этом задумываться. А то Махирун из-за тебя переживает.

— Ну, я это понимаю, и стараюсь вести себя так, чтобы Махиру не огорчать… Но всерьёз думать: «А вдруг я кому-то нравлюсь?» — это же уже чистой воды зазнайство, нет?

— Было бы забавно услышать такое именно от тебя.

— Эй.

Стоило ему злобно посмотреть на Читосэ, думая: «Это же ты всё начала», как она в ответ лишь беззаботно улыбнулась, и злость сама собой куда-то ушла.

— Ладно, в любом случае — если ты доведёшь Махирун до слёз, я на тебя очень обижусь. Вот.

Услышав слова «доведёшь до слёз», Аманэ невольно вспомнил прошлый год и напрягся. Читосэ распахнула глаза так, будто хотела сказать «не может быть», и уставилась на него. Ицуки тоже повернулся и посмотрел точно так же — от чего стало ужасно не по себе.

— …Ты её довёл до слёз?

— В последнее время — ни разу!

— В последнее время.

— …На день рождения — да, расплакалась.

Аманэ, разумеется, никогда нарочно не стал бы делать Махиру больно и старался изо всех сил, чтобы она как можно чаще улыбалась. Но…

С днём рождения было всё чуть сложнее.

Он её не огорчил и не ранил. Это были слёзы радости, он в этом был уверен, да и сама Махиру говорила, что плакала от счастья.

Если осуждать сам факт, что он вообще довёл её до слёз, то да, он виноват. Но если засчитывать и такие случаи, дальше будет совсем тяжко, так что этот эпизод он просил бы всё-таки не учитывать.

— А… Ладно, это засчитаем как «не считается».

— С каких это пор ты судья?

— С позиции её лучшей подруги!

— Как скажешь…

Читосэ важно выпятила грудь и «кхм-кхм» откашлялась, а Аманэ, утомлённо прижав ладонь ко лбу, только собирался вздохнуть, как к ним подошла Махиру, которая до этого разговаривала с Кидо и теперь с лёгкой тревогой смотрела на него. Он небрежно махнул рукой и ответил, что всё в порядке.

В тот день у него была подработка, и, как обычно, он вышел в смену и занимался делами. Когда он как раз был за стойкой, Дайчи Миямото, убрав посуду со свободного столика, вернулся за прилавок и вполголоса сказал:

— Я, знаешь, каждый год Валентина жду.

— Потому что у тебя список тех, кто тебе что-то подарит, расписан по минутам?

— Да нет же. У нас в кафе меню под каждый сезон меняют. Всё это банально вкусно… и нам, между прочим, дают попробовать.

— А, ну да. У нас и правда вкусно.

То, что заведения общественного питания подстраивают меню под сезон, — обычное дело. Но в их кафе блюда придумывала Итомаки. Говорили, что она делает это довольно по настроению, но с вкусом ещё ни разу не промахнулась.

Ко Дню святого Валентина в меню добавили десерты и лёгкие закуски с шоколадом, и они пользовались большим спросом.

Вообще все десерты Итомаки готовила сама на кухне. А с её маниакальной приверженностью к вкусу было просто невозможно сделать что-то невкусное.

Иногда что-то всё же оставалось лишним из-за особенностей подготовки, и тогда хозяюшка ненавязчиво угощала ребят «перекусом персонала», только в виде десерта. Так что Аманэ нередко доставалось сладкое.

Правда, он старался не увлекаться, помня и о лишних килограммах, и о том, что дома его ждёт ужин от Махиру, но сами по себе десерты были настолько хороши, что и от пары кусочков он получал полное удовлетворение.

— Хозяйка добрая, вот я и думаю, что не зря сюда устроился.

— Миямото-сан, вы же сладкое любите, да?

— Вполне. Ну и то, что на еде можно сэкономить, тоже радует.

— Вы ведь один живёте?

— Ага. Снял комнату поближе к универу. Хотя родительский дом и не сказать чтобы далеко.

— Да, этот тип в таком удобном месте осел.

Похоже, народу уже не осталось и стало скучно: Рино Оохаши, которая сегодня тоже была в смене, вернулась с кухни, неся вымытый сифон.

— Ну я же по рекомендации поступил, вот и снял жильё заранее.

— Ого, кто-то тут хвастается своими мозгами?

— Уж успеваемость и образ жизни у меня точно получше, чем у тебя.

За последнее время Аманэ уже научился различать, когда они ссорятся по-настоящему, а когда просто обмениваются лёгкими подколами. Сейчас явно был второй вариант, так что он не стал вмешиваться и оставил их перепалку без внимания.

— Кстати, Фудзимия, ты как собираешься провести Валентин?

Похоже, разговор вернулся к исходной теме. Оохаши между делом отмахнулась от Миямото и как бы между прочим задала вопрос. Они и так видели, что он взял на этот день выходной, так что скрывать было нечего, и Аманэ честно ответил:

— Обычным образом: проведу день с девушкой, вдвоём.

— То есть сплошные нежности, понятно.

— А не уделить внимание в такой день — разве это не провал как парня?

— Тут не поспоришь. Даже Каяно на этот раз взял выходной.

Соуджи Каяно, которого сегодня не было, в прошлый раз работал даже в саму рождественскую ночь, но на этот раз в графике возле его имени красовалось слово «выходной».

— …А вы, Миямото-сан?

— Увы, я в этот день работаю. Но ничего, хозяйка каждый год приносит нам сладости, так что нормально.

— Подозревать человека, что он заступает в смену только ради угощений, как-то странно, знаешь ли.

— Ты сама в этот день в смене.

— Так нам же дают попробовать лимитированные блюда. Бесплатно.

— То есть ты тоже из этих.

— Замолчи, дурак-дурак.

Оохаши, отбивавшаяся от него какими-то детсадовскими аргументами, выглядела немного нервной и взволнованной, так что складывалось впечатление, что её чувства не совсем уж безответны. От этой крошечной, но заметной динамики стало как-то легче на душе.

Правда, похоже, это отразилось у него на лице, потому что оба сразу набросились с вопросом: «Чего это ты ухмыляешься?» Пришлось Аманэ поспешно придать лицу нейтральное выражение, включить дежурную доброжелательную улыбку и поскорее ретироваться к горе посуды, которую только что принесли с одного из столиков, будто у него там назначено свидание.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой переводчика за перевод : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6