«Должно быть, я в раю…»

Это была первая мысль, пришедшая в голову Аманэ после пробуждения, в те размытые мгновенья, когда все чувства ещё слегка затуманены дремотой. Первым, что он увидел, открыв глаза, была его любимая девушка: она уютно устроилась в объятиях Аманэ, а её струящиеся, шелковистые волосы были немного растрепаны ото сна. Сверкая богатым блеском, они как бы невзначай перекинулись через одну из рук Аманэ, и Махиру, тесно к нему прижавшись, смотрела на парня глазами, похожими на драгоценные камни.

Ещё не совсем избавившись от сонной истомы, Аманэ уловил, как в его голове мелькнуло замешательство от присутствия Махиру рядом с собой. Впрочем, вскоре у него щёлкнул мысленный переключатель, и Аманэ вспомнил, что она вчера осталась у него на ночь. В отличие от прошлой ночёвки, Махиру не сбежала к себе, а решила дождаться, пока он проснётся.

Она сразу же поняла, что Аманэ уже не спит, и несколько раз шевельнулась в его руках, пытаясь найти положение поудобнее, а затем повернулась к нему с застенчивой улыбкой.

— Доброе утро, Аманэ.

— …Доброе. Давно ты проснулась?

— Минут десять назад. Я подумала, что будет неплохо насладиться этим теплом и полюбоваться на спящего тебя, прежде чем пойду готовить завтрак.

— …Тебе нравится смотреть, как я сплю?

— Ну конечно. Это заряжает меня энергией, понимаешь? — лицо Махиру светилось от удовлетворения. — Благодаря тебе я полна сил этим утром, — добавила она, и одних этих слов оказалось достаточно, чтобы вызвать в Аманэ приятную дрожь. Чтобы она ничего не заметила, он тут же крепко обнял девушку.

Внезапное нападение Аманэ застало Махиру врасплох, но она быстро расслабилась и обхватила его за спину, когда он прошептал ей: «Тогда дай и ты мне немного энергии». Махиру не торопилась, и это значило, что у них ещё много времени в запасе. Аманэ наслаждался моментом, упиваясь её мягкостью, теплом и освежающе-сладким ароматом.

— О, ты опять себя балуешь? — улыбаясь, пошутила Махиру.

Аманэ почти возразил ей: «Ну и кто, по-твоему, в этом виноват?» — но передумал, поскольку ответ и так был очевиден для Махиру. Не говоря больше ни слова, она дала Аманэ прижаться к себе, позволив ему делать всё, что он пожелает.

В его руках покоилась возлюбленная, которой он мог поклясться, что посвятит ей свою жизнь без остатка – а она будет готова принять его в ответ.

«Я сейчас по-настоящему счастлив, счастлив до глубины души».

Аманэ позволил этой радости проникнуть в каждую частичку своего естества, истово вкушая тепло, которое так не хотел отпускать.

Утро выдалось таким приятным, что он, неосознанно, почти позволил своим глазам закрыться. Однако Махиру заметила, что его дыхание успокоилось, и тут же похлопала парня по спине.

— Аманэ, пожалуйста, не засыпай снова.

— …Вариант остаться в постели и не пойти на уроки сегодня кажется особенно соблазнительным.

— Это не те слова, которые следует говорить отличнику вроде тебя.

Аманэ не удержался и захихикал над дразнящим шёпотом Махиру, но мысль всё же заставила его задуматься. Хоть он и сказал так, но Аманэ и Махиру считались образцовыми учениками, за которыми не числилось опозданий или прогулов. И всё же ситуация сложилась настолько соблазнительная, что даже такие прилежные личности, как они, могли бы дать слабину.

— Ты правда настолько сильно не хочешь вставать? Может, это магия футона? — пошутила Махиру.

— Я бы скорее сказал, что это магия тебя.

Присутствие Махиру оказалось для Аманэ куда более пленительным, чем магия футона. Если они позволят себе расслабиться, то в самом деле пропустят школу, а это скажется и на её посещаемости.

Махиру, ставшая для Аманэ неодолимым соблазном вновь провалиться в объятия Морфея, издала вздох, но не столько упрёка, сколько изумления напополам со смущением, как ответ на слова Аманэ.

— Боже…

Затем она, наконец, начала двигаться, чтобы выскользнуть из его объятий.

— Тогда, если я встану, ты освободишься от этого магического заклинания. Давай же, вставай, одевайся.

— …Я понимаю, что должен, но блин…

— Ты же знаешь, я не буду баловать тебя во всём. Давай-давай. Вставай, умойся и приведи себя в порядок, — хотя Махиру с готовностью потакала ему, когда это было уместно, сейчас она была настроена решительно.

Предвидя попытку Аманэ завернуться в футон, Махиру игриво стянула с него одеяло.

Он собирался встать и без этих уговоров, но увидев, как она пытается его взбодрить, Аманэ тихонько улыбнулся – так, чтобы она не заметила.

«В будущем это будет не самый плохой способ просыпаться по утрам».

Он был вполне способен подняться вовремя, когда сам того хотел, но Аманэ слишком понравилась мысль о том, что иногда можно подурачиться вот так с Махиру, если ей это не в тягость. В целом, Аманэ не хотел быть безалаберным, но считал вполне допустимым время от времени полагаться на Махиру и вести себя как избалованный ребёнок. Тем более, что ей самой это, кажется, тоже нравилось.

Будучи лишённым одеяла, Аманэ почувствовал холод. Он встал с кровати и начал доставать одежду, чтобы переодеться. Как только он открыл шкаф, настрой Махиру вдруг изменился, и в воздухе повисло напряжение. Аманэ пришлось закрыть рот руками, чтобы подавить смех, но его плечи всё равно дёрнулись.

— Как будем переодеваться? — спросил он немного спустя. — Может, мне лучше пойти в ванну?

— …Прошу. Но ты не должен подглядывать.

— Я бы так не поступил. На такое обычно нужно разрешение, не думаешь?

Может, они и встречаются, но Аманэ не приходила в голову даже мысль о том, чтобы подсмотреть, как Махиру переодевается. Это было бы вторжением в личное пространство, а чувство неловкости между ними сейчас было очень сильным. То есть, Аманэ бы не составило труда посмотреть, как переодевается Махиру – скорее, это она бы захотела смутиться и отстраниться. Однако в обратную сторону это бы так не сработало. Было ясно, что после такого они некоторое время не смогут смотреть друг другу в глаза, и им обоим захочется умереть от взаимного смущения.

— Т-так ты хочешь посмотреть?

— …Я бы соврал, если б сказал, что не хочу. Но я также не хочу делать ничего, что может тебя расстроить. И было бы неправильно приходить в такое возбуждение с утра пораньше.

— Т-ты прав, но…

— Да, так что давай не будем об этом. Я не думаю, что нам нужно выставлять всё напоказ друг перед другом.

Дело ясное, что Аманэ было любопытно. Однако он понимал, что в данный момент от любопытства лучше воздержаться. Он считал, что на эту территорию можно заходить, лишь получив искреннее согласие, и уж точно не в утро буднего дня.

— В этом я точно уверен, — Аманэ пожал плечами и уже собирался выйти из комнаты, как Махиру ответила слегка расстроенным тоном:

— Это одна из твоих сильных сторон, но также и повод для разочарования, Аманэ.

***

Переодевшись, Аманэ позавтракал обещанным со вчера яичным рулетом, лососем по-Киотски, несколькими готовыми гарнирами, мисо-супом и белым рисом. Покончив с едой, он сосредоточился на том, чтобы подготовиться к школе и привести себя в приличный вид.

Учебники и прочие вещи он подготовил ещё с вечера, поэтому Аманэ оставалось только надеть пиджак, прежде завязав галстук. С последним у него появилась проблема, и он на мгновение задумался.

— Что-то случилось? — с любопытством спросила Махиру, заметив, как Аманэ замер. Испытывая некоторую нерешительность, он протянул девушке галстук, который держал в руках, вместе с булавкой, которую прятал.

Это был подарок от Махиру на День Рождения – булавка для галстука, которую она подарила ему накануне. Он хотел, чтобы именно она – та, кто подарила ему этот подарок, – надела на Аманэ галстук с булавкой в первый раз.

— Ты не могла бы помочь мне завязать галстук?

Махиру удивлённо моргнула, но вскоре поняла его намерение и улыбнулась, кивнув в знак согласия.

— Хорошо, — сказала она.

Махиру с величайшей осторожностью взяла галстук и булавку, а потом присела возле сидящего на диване Аманэ, чтобы обмотать ему галстук вокруг шеи.

Хотя завязывать галстук на ком-то другом наверняка было сложнее, чем на самом себе, Махиру играючи справилась с задачей и быстро завязала галстук Аманэ без каких-либо заминок. Затем она прикрепила к галстуку красивую булавку с узором в форме цветка движениями, которые впору было назвать эффектными и грациозными.

Не считая торжественных церемоний, Аманэ редко надевал булавки для галстука, но эта смотрелась на нём как нельзя лучше – возможно, потому, что Махиру сама выбрала её для Аманэ.

— …Мне идёт? — поинтересовался он.

— Конечно. Я выбрала её специально для тебя, так что, естественно, она тебе идёт.

Видя, как Махиру улыбается с непоколебимой уверенностью, Аманэ тоже улыбнулся.

— У тебя намётан глаз на такие вещи. Если ты скажешь, что мне что-то идёт, то я могу быть спокоен.

— Смотрится идеально, — заверила его Махиру. — Чтобы быть модным, очень важно уделять внимание таким аксессуарам.

— Я просто хотел узнать, подходит ли мне подарок, который ты подарила, мода тут ни при чём.

— Можешь не сомневаться, тебе очень идёт.

Хотя Махиру была склонна смотреть на Аманэ сквозь розовые очки, это не относилось к вопросам, касающимся внешнего вида. Булавка для галстука была малозначительной деталью, едва выглядывающей из-под пиджака, но такие тонкие штрихи в одежде оказывали решающее значение на улучшение внешнего вида.

Аманэ, естественно, выпрямил спину, ведь надев вещь, выбранную для него Махиру, он почувствовал себя невероятно счастливым. Вероятно, на него сильно повлияло желание стать ей достойной парой.

Почувствовав, как подарок Махиру прижимается к его сердцу, Аманэ ощутил внутри прилив радости и вновь обретённой уверенности, на этот раз сильнее, чем когда-либо прежде.

— …Ты действительно становишься очень красивым, когда уверен в себе, Аманэ. Настолько, что это застаёт меня врасплох, — тихо пробормотала Махиру, пока Аманэ поправлял рубашку и надевал пиджак.

— А когда выгляжу неуверенным, то что?

— В таких случаях ты кажешься скорее милым. Но всё равно красавчиком.

— Я много чего хотел бы сказать по этому поводу, но не буду. Теперь я красавчик, да?

— Ещё какой.

— До такой степени, что даже смог бы стоять рядом с тобой?

Когда до этого доходило, Аманэ уже не стеснялся находиться рядом с Махиру при людях, но всё же задавался вопросом, не выглядит ли он неуместно. Что бы ни сказали посторонние, Аманэ не откажется идти бок о бок с Махиру, но будет ложью сказать, что его совершенно не беспокоило, как он выглядит со стороны.

Аманэ продолжал усердно работать над собой, но приносила ли эта работа видимые плоды – уже совсем другой вопрос. Он спросил её, заранее зная, что ответит ему Махиру, но получил в ответ снисходительную улыбку.

— Аманэ, ну ты… — Махиру с любовью погладила его по щеке. — Не волнуйся. Ты красивый и внешне, и внутри. Я никому не позволю говорить про тебя гадости, но даже если оставить в стороне мои личные чувства, ты всё равно замечательный человек.

— Понятно. Тогда, что… пойдём в школу?

— Да.

Когда Аманэ встал и протянул руку, Махиру взяла её без колебаний. Именно благодаря тому, что она всегда демонстрировала ему свои искренние чувства, Аманэ мог стоять рядом с ней и идти вперёд, держа за руку. Только благодаря ей он смог настолько изменить себя.

«Я никогда её не отпущу».

В очередной раз поклявшись всегда быть с Махиру и заботиться о её счастье, Аманэ мягко улыбнулся ей, и они вместе вышли из дома.

***

— Тебе, как я посмотрю, очень понравилось прошлой ночью, а?

Расставшись с Махиру, у которой, похоже, были какие-то дела в учительской, Аманэ вошёл в класс, где его встретил ухмыляющийся Ицуки. Впрочем, поддразнивание друга в первый же день после Дня Рождения не стало для Аманэ сюрпризом. Читосэ, к слову, в классе ещё не было.

Хотя Аманэ уже давно к этому привык, в этот раз столкновение с насмешками вызвало ещё более серьёзный приступ смущения, чем он мог себе представить, поэтому Аманэ рефлекторно нахмурился.

— Не нужно этих многозначительных намёков. Мы просто праздновали, как обычно.

— Да-да, как скажешь.

— Ой, отвали…

Ицуки заметил приподнятую бровь Аманэ и с улыбкой знатока похлопал его по плечу.

— Ладно-ладно. Я шучу, друг. Похоже, все приготовления Сиины прошли как следует. Это хорошо.

— Спасибо, что помог ей, — Аманэ вздохнул, будучи не в силах осудить друга, и вместо этого коротко пробурчал в ответ.

— Правда, я ничего толком не сделал. Большая часть работы легла на Чи и Кидо. Это они давали советы и помогали ей во всём.

— Но ты всё равно старался сохранить приготовления в тайне, так ведь? Я очень благодарен.

— Хе-хе. Не будь поздравление сюрпризом, оно бы не вышло таким особенным, а? Я рад, что у тебя выдался такой запоминающийся праздник. Ещё раз, поздравляю с Днём Рождения, — Ицуки, как и подобает заботливому другу, улыбнулся и снова похлопал Аманэ по плечу.

— …Спасибо, — тихо ответил тот. Его щёки, покрасневшие от счастья и смущения, расслабились лишь после того, как он прикусил губу.

«Читосэ до сих пор не пришла, так что придётся поблагодарить её попозже», — подумал Аманэ с мыслью, что именно она дала Махиру множество советов по организации. Читосэ почти наверняка будет его дразнить, но это небольшая плата за её доброту. Аманэ был готов принять всё с благодарностью.

Наслаждаясь радостью от того, что у него есть друзья, готовые отпраздновать его День Рождения, Аманэ вздохнул, чем привлёк внимание одноклассников, которые, судя по всему, прислушивались к разговору.

— А? У Фудзимии был День Рождения? — спросила одна из учениц.

— Ага. Вчера вообще-то, — подтвердил Ицуки, на что одноклассники повернулись в их сторону и громко воскликнули: «Серьёзно?!»

— Почему вы ничего нам не сказали? — спросила та же девушка. — Сиина и остальные об этом и словом не обмолвились, поэтому я ничего не знала!

— Ну, это должен был быть сюрприз и всё такое, так что… — пробормотал Аманэ.

— А, поняла. Но всё равно, утаить это от нас было как-то некрасиво… Сегодня мне нечего тебе подарить… О, сок подойдёт?

— Тогда я дам эту конфету — предложил один парень. — Это ограниченная серия со вкусом риса и грибов эноки.

— Звучит капец как противно… давай ты не будешь навязывать другим свои вкусы.

— Чё-ё?! Скорее капец, как вкусно! Пальчики оближешь!

— По-моему, ты втираешь дичь, — снова ответила девушка.

— Как грубо! Рис с грибами эноки очень вкусный!

— Да? По мне, так слишком горький. Я бы не сказала, что этот вкус подходит конфетам.

— Твои логические доводы вредят и мне, и компании, которая производит эти конфеты!

[П/П: Грибы эноки – что-то вроде опят.]

Аманэ остался в полном недоумении: вокруг него собрались одноклассники, которые, похоже, узнали об их с Ицуки маленьком разговоре. Тот слегка улыбнулся и прошептал:

— Приятные они ребята, а? Ты это, не парься, а лучше просто прими поздравление.

С тех пор, как Аманэ решил изменить своё поведение на публике, он уловил некоторый сдвиг, который сблизил его с одноклассниками… Но это был первый раз, когда они так свободно подошли к нему, чтобы поздравить, и от этого у него на сердце стало необъяснимо тепло. Оставайся он и дальше замкнутым и избегай общения с другими, Аманэ бы никогда не оказался в окружении таких людей.

— …Эм, спасибо всем вам. Я правда счастлив, — когда он поблагодарил их, не в силах полностью скрыть смущение в голосе, одноклассники расплылись в ярких искренних улыбках, из-за чего Аманэ ещё раз пробормотал: «Спасибо», — но уже более тихо.

***

— Похоже, ты стал довольно популярным за время, что меня не было.

Закончив свои дела и вернувшись в класс, Махиру увидела Аманэ в окружении одноклассников. От представившегося зрелища она казалась изумлённой, но в то же время счастливой. Её удивление было вполне объяснимо, ведь Аманэ в центре внимания представлял собой необычное зрелище. Но на самом деле её заворожил не внезапный всплеск его популярности, а тепло на сердце, возникшее при виде того, как одноклассники поздравляют Аманэ.

— Доброе утро, Сиина! Не волнуйся, мы вовсе не собираемся похищать у тебя Фудзимию!

— Я-я совсем не волновалась. Просто удивилась, когда увидела, что все собрались вокруг него.

— И правда. В прошлый раз такое случилось, когда он объявил о своих отношениях с Махиру. Я тоже удивлена, — Читосэ, вошедшая в класс вместе с ней, тоже оказалась поражена, увидев суматоху вокруг Аманэ. Встретившись взглядом с Аманэ, она игриво ухмыльнулась: — Если бы прежний ты увидел это, то тоже остолбенел бы.

— Ну, думаю, я бы просто лишился дара речи, — Аманэ и сам признавал, что в прошлый раз его аура была гораздо более мрачной; это сильно отличалось от того впечатления, которое он производил теперь. Возможно, сейчас ему было бы трудно иметь дело с прошлым собой. Однако это не означало, что Аманэ не нравилось, кем он стал.

Он научился прилагать усилия, чтобы быть рядом с той, кем дорожил больше всего. Нельзя сказать, что Аманэ полностью перестал принижать себя, но теперь он делал это гораздо реже. А ещё точнее было сказать, что обретение уверенности в себе придало ему душевного спокойствия.

Испытав на собственном опыте, как любовь может повлиять на человека, Аманэ оглядывался на себя в прошлом со смесью смущения, горечи и ностальгии. Проглотив эти чувства, он слабо улыбнулся.

— Ты стал намного более открытым, чем раньше, да? — воскликнула Читосэ, переполненная восхищением. — Ты яркий пример того, как любовь может изменить человека.

— Заткнись. Ну и в чём проблема?

— Ни в чём! По-моему, это просто прекрасно. Не то чтобы раньше ты был плохим, но теперь, Аманэ, ты выглядишь гораздо счастливее. И улыбаться стал гораздо чаще, — сказала Читосэ, ткнув его в щёку указательным пальцем, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Аманэ инстинктивно прикоснулся к своим щекам.

Взглянув на Махиру, он увидел, как его девушка, уже полностью оправившись от шока, кивает с нежной улыбкой.

— А ещё твоя улыбка стала гораздо нежнее, чем раньше. Не думаешь? — спросила Махиру.

— Точно! — согласилась одна из девушек. — И взгляд стал совсем другой. Хотя и не такой, как когда ты смотришь на Сиину.

— Понятно же, что он будет сражён ей наповал. Только посмотрите, как он её обожает, — сказал один из его одноклассников.

— В последнее время ты выглядишь более влюблённым, чем сама Ангел, — добавил другой.

— …Я это понимаю, поэтому, прошу, не надо так пялиться, — попросил Аманэ. — Я и без вас знаю, что слаб перед Махиру.

Аманэ старался не терять бдительности и не слишком расслабляться в присутствии Махиру, хотя одноклассники, похоже, уже заметили эту тенденцию в его поведении, когда Аманэ оказывался рядом со своей любимой девушкой.

Вокруг раздавались согласные голоса как парней, так и девушек.

Аманэ почувствовал, как внутри него нарастает смущение, и уловил какое-то чувство щекотки вокруг губ. Как-то почувствовав это, Читосэ хлопнула в ладоши, чтобы переменить атмосферу в классе.

— Ладно, давайте оставим Аманэ в покое, пока он не начал дуться.

«Могли бы с самого начала не нарушать этот покой», — подумал Аманэ, но он понимал, что для Читосэ это свой, уникальный способ поздравить его с Днём Рождения.

Слегка улыбнувшись, Читосэ вытащила из сумки завёрнутую коробку.

— Хоть и с опозданием, вот тебе подарок от меня и Иккуна!

— …Спасибо тебе большое за твою заботу и за то, что прошла все эти трудности вместе с Махиру.

— Хе-хе-хе. Ну, я ведь единственная и неповторимая подруга Махирун, понимать надо! Я всегда готова участвовать в планах и заговорах моей очаровательной подруженьки. Ну, держи! — всё ещё радостно взволнованная, Читосэ передала Аманэ на удивление тяжёлую коробку.

Если Ицуки и Читосэ выбирали подарок вместе, он скорее всего будет хорош. Аманэ надеялся, что это не окажется что-то совсем дурацкое и нелепое, учитывая текущую обстановку, но он будет благодарен им за любой подарок, если только он не окажется чем-то совсем возмутительным.

У пары был отличный вкус, поэтому Аманэ не слишком беспокоился о подарке, но неожиданно большой вес заставил его посмотреть на коробку с любопытством.

«Что там может быть?»

— …Просто интересно, что там внутри?

— То есть, ты спрашиваешь об этом сейчас? Ну, я бы конечно могла тебе сказать, но…

Волна беспокойства охватила Аманэ, и он бросил короткий взгляд на Махиру.

— Эй, что это за неопределённый ответ?..

— Ха-ха-ха. Шучу, шучу. Там ничего опасного – это набор пудры и соли для ванны. Некоторые из них с ароматами, которые нравятся Махирун, а другие, судя по отзывам, здорово улучшают метаболизм. Я подумал, вам такое может пригодиться в хозяйстве.

— …Почему ты думаешь, что мы будем пользоваться этим вместе? Такие вещи обычно используются в одиночку, — Аманэ оценил подарок, но ненужный комментарий Читосэ заставил его нахмуриться.

У них с Махиру был определённый уровень физической близости, но вместе с тем их отношения оставались чистыми. Аманэ не хотел, чтобы стало известно, что они принимают ванну вдвоём. Нет, они купались вместе и раньше, но всегда в купальниках или полотенцах. К тому же, это случалось даже не всякий раз, когда Махиру оставалась у него на ночь.

— У других может сложиться неверное впечатление, — нахмурился Аманэ, на что Читосэ ответила недовольным: «Э-э-э…»; ему захотелось ущипнуть её за щеку, но он сдержал этот порыв.

— Не говори вещей, которые люди могут неправильно понять, — повторил Аманэ.

— Вот это и называется «быть тряпкой».

— Ицуки, тихо там.

— Конечно, Ваше Высочество… Но даже если я буду молчать, мне кажется, другие уже поняли, насколько у вас всё горячо и серьёзн… Ай-ай, ладно, я понял.

Аманэ с ходу впечатал свой кулак в спину Ицуки, но от полученного в ответ жёсткого ощущения на костяшках испытал лёгкий привкус поражения.

Впрочем, ему удалось заставить Ицуки замолчать, поэтому Аманэ испустил глубокий вздох.

— Я искренне ценю подарок и чувства, которые вы в него вложили, но, пожалуйста, не нужно болтать лишнего, — сказал Аманэ и, кое-как удержавшись, чтобы не вспыхнуть от стыда, вернулся на своё место с подарками в руках.

Ицуки последовал за ним, показушно держась за спину.

— Скажи, Аманэ… — прошептал Ицуки, наклонившись к уху Аманэ, когда они оказались вдали от группы одноклассников.

— Что?

— Никто не говорил, что вы обязательно будете мыться вместе. Предполагалось, что вы будете принимать ванну по очереди, если кто-то останется у другого с ночёвкой…

— …Ш-ш.

— Но я же сказал это очень тихо?!

Аманэ слишком поздно понял, что облажался, после чего закусил губу и отвернулся, а Ицуки рассмеялся и шлёпнул Аманэ по спине, чтобы подразнить его.

***

— О, неужели Сиина выпустила джинна из бутылки?

Во время обеда Аманэ поблагодарил Аяку за помощь Махиру, и она озорно улыбнулась ему в ответ. Не выдавая себя, она тайно помогала Махиру, чтобы организовать для Аманэ вечеринку-сюрприз – и он был ей очень за это благодарен. Но в то же время Аманэ чувствовал себя немного обманутым. Молчание Аяки означало, что Содзи тоже был в курсе происходящего – то есть каждый участник держал подготовку в секрете от Аманэ.

Такой уровень сотрудничества был, несомненно, обусловлен популярностью Махиру. Хотя Аманэ не мог не восхищаться её влиянием на людей, глубоко внутри он сомневался в необходимости настолько продуманного плана. Хотя главной целью, бесспорно, было желание Махиру удивить Аманэ.

— Ты сам догадался о секретном ингредиенте?

— В целом, да. Вкус показался мне знакомым, вот и всё.

— Значит, ты легко справился с этой загадкой. Может, у моей тёти просто очень вкусный кофе?

— …Кстати, почему ты решила предложить его Махиру?

— А-а, Сиина никак не могла определиться с рецептом торта, и пока мы вместе просматривали кулинарные журналы и книги рецептов, я предложила добавить кофе. Ей понравилась эта идея. Ну, мне самой мысль тоже показалась отличной, — улыбнулась Аяка.

Аманэ горько улыбнулся, но внутренне согласился, что получилось очень вкусно, и просто кивнул.

— Судя по всему, ты остался доволен результатом, так что всё хорошо, что хорошо кончается. Уверена, тётя Фумика будет в восторге.

— Я очень признателен хозяйке за помощь, но правда обязательно было посвящать её во все детали?

Выразить благодарность за помощь было вполне естественным поступком. Хотя он не мог избавиться от беспокойного чувства, порождённого её живой, бойкой натурой, Аманэ считал, что ему неизбежно придётся поделиться с Фумикой хотя бы частью событий вчерашнего вечера. Однако, учитывая первое впечатление о ней, Аманэ стало немного страшно от мысли, что придётся иметь дело с Фумикой, когда та на взводе.

Аяка, похоже, уловила мысль Аманэ. Она слегка улыбнулась и пробормотала:

— Н-ну, я думаю, ей вполне хватит короткого объяснения. Моя тётя не из тех, кто слишком суёт нос в чужие дела… наверное.

Это «наверное» лишь усилило тревогу Аманэ, но учитывая, что в душе Фумика была хорошим человеком, а этот разговор станет для неё хорошей подпиткой, он решил, что всё будет в порядке. Главное, чтобы она не перегибала палку.

— В любом случае, спасибо тебе большое. За то, что стараешься ради такого, как я… хотя Махиру бы рассердилась на эти слова. Спасибо.

— Это пустяки!.. Помочь кому-то ради Дня Рождения друга – это же само собой разумеющееся. Держи и от меня кое-что.

Аяка достала из рюкзака большую коробку в праздничной обёртке, слишком большую, чтобы держать её одной рукой. Аманэ тут же растерялся, потому что не рассчитывал получить подарок от Аяки.

— Ха-ха, похоже, мой сюрприз тоже удался! — радостно воскликнула она, возвращая Аманэ к действительности.

— Это от меня и от Со. Пожалуйста, возьми.

— Не стоило так утруждать себя… спасибо. Могу я спросить, что внутри?

— Протеин!

— Ожидаемо.

Услышав её энергичный ответ, Аманэ усмехнулся и принял подарок. Аяка с гордостью заявила: «Он очень вкусный и легко усваивается! Его даже Со одобрил!» — с невероятно довольным видом, отчего Аманэ рассмеялся ещё сильнее.

Он живо представил, как Содзи, будь он сейчас с ними, мог бы с недовольным выражением ответить: «Не надо использовать меня, как подопытного кролика…»

Поняв, о чём думает Аманэ, Аяка ослепительно улыбнулась и добавила:

— Да-да, не сомневайся! Он так и сказал: «Ну, белок есть белок, значит, всё будет нормально», — а у самого дома их целый шкаф! В общем, не переживай, мы всё тщательно проверили, — всё это время улыбка не сходила с её лица.

«По мне, так это просто сомнительный лабораторный эксперимент», — подумал Аманэ, но, увидев лучезарную улыбку Аяки, решил оставить мысли при себе. Иногда лучше держать язык за зубами.

— В общем, спасибо за всё. Ты мне очень помогла, Кидо.

— Ничего-ничего. Я участвую в этом, потому что сама хочу. Со и так попросил меня не лезть слишком сильно.

— Я не думаю, что ты «лезешь», ведь ты помогаешь нам от чистого сердца.

— Но только потому, что сама захотела, так что не надо слишком об этом переживать, Фудзимия. К тому же, у меня здесь есть и личный интерес.

— Какой именно?

— Хе-хе-хе-хе… Если ты будешь хорошо ладить с Со, у него чаще будет хорошее настроение. А с его хорошим настроением я смогу проводить больше времени с его мышцами.

— …Понятно.

Аманэ невольно улыбнулся озорным и корыстным мотивам Аяки, но она явно была не до конца откровенна, и это мог заметить любой, кто был с ней хоть немного знаком. Даже пообщавшись с ней совсем немного, Аманэ стала очевидна природная склонность Аяки заботиться о других и истинное удовольствие, которое она при этом получала.

Более того, она имела привычку приуменьшать свою помощь и настаивать, чтобы Аманэ даже не думал об ответной услуге. Ещё раз поблагодарив её за заботу, он пожал плечами и сказал: «Ну, если вы с Каяно не против, то почему бы и нет».

***

— Сегодня был потрясающий день, да?

Они вернулись домой и поужинали, после чего Махиру задала свой вопрос, лёжа с Аманэ на диване.

Он понял, что именно она имеет в виду, и согласился.

Махиру улыбнулась от чистой радости, как будто она сама была виновницей торжества. Лёгкость, удовлетворение и восторг. Она улыбнулась Аманэ, из-за чего тот ощутил невыносимое стеснение и непроизвольно перевёл взгляд на телевизор.

На журнальном столике между диваном и телевизором лежали подарки, которые Аманэ получил от друзей. Кроме Ицуки, Читосэ и Аяки, он получил несколько подарков от одноклассников, с которыми был не особенно близок, но которые расщедрились под влиянием момента: в основном это были закуски и напитки. Аманэ чувствовал себя одновременно смущённым и радостным, получая подарки от друзей, но изо всех сил старался не показывать этого внешне. В прошлом году ничего подобного не было, поскольку о его Дне Рождения знали только Ицуки и Читосэ, и можно сказать, что в сравнении с прошлым годом нынешнее поздравление было каким-то сюром.

Аманэ, сам считавший себя человеком индифферентным, не желал для себя такого праздника, но всё равно был искренне счастлив, получая подарки от знакомых и друзей.

— …Я не ожидал, что меня будут так сильно поздравлять. Хотя от тех конфет с эноки и рисом я по итогу отказался.

— Жаль, мне даже было немного любопытно, — хихикнула Махиру.

— После такого придётся покупать новый язык, это точно.

Махиру, известная сильным стремлением к кулинарным знаниям, больше, чем Аманэ, увлекалась всякой экзотической едой. Хотя он оценил этот жест от одноклассника, вкусовые пристрастия Аманэ всё ещё были более… классическими, поэтому он тактично отказался от презента. В качестве компенсации Аманэ получил конфету со вкусом говяжьего рагу, которая подозрительно походила на бульонный кубик. Вероятно, его одноклассник был настоящим ценителем таких эксцентричных лакомств.

Озадаченный и в то же время развеселённый неожиданным увлечением одноклассника, с которым он нечасто общался, Аманэ перебрал в уме все подарки, которые получил сегодня от друзей и одноклассников. Он испытывал неподдельное счастье, но закравшиеся сомнения и неясная тревога начали омрачать его радость.

— …Это правда нормально, что все меня так поздравляют? — вдруг спросил он.

Нежное выражение на лице Махиру быстро сменилось раздражением и беспокойством. Она посмотрела на него с недоумением и лёгкой досадой:

— Почему ты так волнуешься? Наши одноклассники поздравили тебя только потому, что ты сумел наладить с ними дружеские отношения. Всё это – твоя заслуга, Аманэ. Ты понимаешь?

— Прости-прости. Я не пытался себя принизить, ничего такого. Просто кажется, что это не совсем реально, вот и всё. Обычно я не рассказываю людям, когда у меня День Рождения.

Аманэ казалось, что он создал давление на людей, с которыми был не особенно близок, чтобы они поздравили его с Днём Рождения без предварительной подготовки. Ему бы вполне хватило тёплых слов от своего ближайшего круга друзей.

«Меня никогда не поздравляло столько людей, поэтому ничего странного, что я так удивился», — вот что пытался сказать Аманэ.

— Это доказывает, что окружающие признают и поддерживают тебя, Аманэ. Это то, чему стоит радоваться.

— Да, надеюсь, что так.

— Аманэ.

В голосе Махиру сквозило явное неодобрение, и Аманэ расплылся в улыбке. Столкнувшись с её суровым взглядом, приказывающим не принижать себя, он бы никак не смог остаться в болоте негатива.

— Прости… я знаю… я просто счастлив.

— Раз так… Пожалуйста, прими их искренние поздравления.

Махиру с привычной улыбкой оперлась на его руку. Почувствовав лёгкое давление и тяжесть, он усмехнулся и посмотрел на Махиру сверху вниз. Её радость по поводу празднования его Дня Рождения была совершенно искренней: она даже вела себя так, будто это был её собственный праздник. Аманэ не сомневался, что её радость действительно искренняя.

«…Значит, Махиру считает дни рождения событиями, которые нужно отмечать по-настоящему. Особенно если это праздник дорогого ей человека или близкого друга».

Даже будь это человек, с которым она знакома не очень хорошо, Махиру всё равно искренне поздравила его. И всё же, когда он вспоминал, как её прошлый День Рождения прошёл без праздника, холодный острый шип пронзал тёплые и нежные чувства, которые накопились в его сердце за сегодня. Это было колючее воспоминание, но Аманэ не испытывал к нему ненависти. То было предупреждение, призывающее его пересмотреть реальность, и оно послужило стимулом, подтолкнувшим его задать Махиру определённый вопрос.

— Скажи…

— Да?

Аманэ намеревался произнести это как можно более ровным голосом, но Махиру, уловив едва заметное изменение в его тоне, перестала опираться на Аманэ и выпрямила спину. Она напряглась, но не из осторожности, а скорее в предвкушении важного разговора.

Аманэ прочистил горло.

— Знаешь, я, эм, не очень хорошо умею хранить секреты, поэтому ты можешь что-то заметить или заподозрить меня, если я попытаюсь это скрыть. В общем, будет очень плохо, если ты по итогу всё узнаешь и окажешься недовольна, поэтому я решил предупредить тебя заранее.

— О чём?

— Твой День Рождения в следующем месяце, верно?

— А… ну да, точно, — Махиру выглядела удивлённой, как будто сама только что об этом вспомнила. Затем, после коротких раздумий, она кивнула. Судя по её реакции, Махиру совершенно забыла о приближении Дня Рождения, рассматривая его исключительно как событие, не представляющее никакого интереса. Мысли о нём даже не приходили ей в голову, и поэтому она с таким опозданием отреагировала на слова Аманэ.

Он чувствовал в ней подавляющее безразличие к себе самой, за которым было очень тяжело наблюдать.

— Для тебя День Рождения – не самый приятный праздник, да?

— Не то, чтобы неприятный… скорее, мне на него всё равно.

Как и сказала Махиру, ей никогда не было дела до своего Дня Рождения. Аманэ знал об этом ещё с прошлого года, но, услышав столь прямолинейное заявление, даже при том, что они уже какое-то время встречались, на него накатила тоска.

— Для меня это не праздник, а просто день, когда я становлюсь на год старше. Я никогда его не отмечала, — объяснила Махиру. — Ах, но… Я была счастлива, когда ты праздновал его в прошлом году! Не скажу, что равнодушно отношусь к людям, празднующим этот день – скорее, не могу заставить себя думать о нём как-то иначе.

Она помахала Аманэ рукой в знак признательности. Тот маленький праздник, что он устроил в прошлом году, всё ещё был жив в её памяти.

Осознав, что заставил её волноваться, Аманэ почувствовал себя виноватым и извинился.

— Прости. Я не хотел заставлять тебя говорить всё это. Я понимаю, что для тебя этот день не является чем-то особенным.

Воспитание Махиру и окружение в котором она выросла, были хорошо известны Аманэ, и он понимал, почему собственный День Рождения не имеет для неё никакого значения. Насколько он мог судить, Махиру больше не мучилась из-за своего прошлого. Но для Аманэ этого было недостаточно.

Может, причиной этих мыслей было эго Аманэ, но он хотел заставить Махиру почувствовать, что её действительно любят, что она заслуживает только счастья и что её рождение – это событие, которое стоит отпраздновать.

— Возможно, это говорит мой эгоизм… но для меня твой День Рождения – это особенный день.

— Особенный…

— Как ты считаешь мой День Рождения особенным, так и я считаю твой День Рождения более особенным, чем чей-либо ещё.

Аманэ не раз слышал, что Махиру приложила немало усилий, чтобы подготовиться к его Дню Рождения. Он также знал, что её любовь была настоящей, искренней и шла из глубины сердца. Он не хотел быть пользователем, который просто наслаждается её любовью. Аманэ стремился вернуть столько же любви – если не больше.

— Махиру, я так тебя люблю, что даже не знаю, что мне делать. Я невероятно благодарен, что ты родилась в этот мир, и это чувство останется со мной навечно. Я всегда мысленно благодарю тебя за то, что ты родилась, встретилась со мной и мы влюбились друг в друга… Для меня твой День Рождения – это невероятно особенный день.

Махиру была светом в жизни Аманэ. День, когда она пришла в этот мир, был необычайно особенным, и он хотел, чтобы она осознала это.

— Так что, тебе не будет неприятно, если я тоже захочу отпраздновать твой День Рождения? Так же, как ты отметила мой? Можно мне от всего сердца выразить тебе искреннюю благодарность за то, что ты появилась на свет?

Аманэ не собирался настаивать на праздновании, игнорируя её собственные желания. Если она будет против, он вполне мог сделать вид, что этот день не отличается от любого другого. Если Махиру предпочтёт провести свой День Рождения спокойно, Аманэ был готов отложить этот вопрос и продолжить их обычную жизнь. Однако если она согласится, Аманэ был готов устроить лучшее празднование, на какое только способен, используя все имеющиеся у него ресурсы. Он хотел донести до Махиру, что вокруг неё есть люди, которые благодарны за её появление на свет.

Всё ещё глядя прямо на неё, Аманэ ждал ответа, как вдруг заметил небольшое изменение в выражении её лица. По сравнению с тем, что было несколько мгновений назад, оно стало удивлённым. В глазах Махиру мелькнул намёк на неуверенность и страх… Она посмотрела на Аманэ с недоверием.

— Ты уверен? — спросила она.

— Ты не против? — ответил Аманэ.

— Нет, совсем нет. Я очень счастлива. Просто, трудно представить, чтобы такая как я…

— Махиру, ты уже забыла, как смотрела на меня, когда я говорил подобное? Это нехорошо, когда ты сама поступаешь так же, — не сдержавшись, Аманэ спонтанно схватил Махиру за щёки, на которых читалось недоумение, неуверенность и тревога, – и потянул за них. Дразняще играясь с её щеками, которые были идеальными в своей мягкости, Аманэ пытался мягко развеять весь негатив, который мог скрываться в её сердце.

— В-вадно, я помява, — из её рта, который никак не мог закрыться, вырвалась забавная фраза.

Хотя Аманэ старался не причинять ей боли, его «игра», должно быть, несколько шокировала Махиру, поскольку она продолжала ошеломлённо смотреть на него даже после того, как Аманэ её отпустил. Когда он спросил: «Ты понимаешь, как много это для меня значит?» — выражение на её лице начало понемногу приходить в норму. Судя по всему, игра со щеками была не единственной причиной её удивления.

Она тихо выдохнула «Ах…» и «У-у-у…», а затем, нерешительно подняв голову, посмотрела на Аманэ. Тень беспокойства почти исчезла с её лица.

— …Спасибо тебе огромное. То, что ты, Аманэ, хочешь отпраздновать мой День Рождения… одного этого хватает, чтобы я была счастлива. Это странное чувство… Я всегда считала, что мой День Рождения не имеет никакого значения.

— Тогда с этого года я позабочусь о том, чтобы ты начала считать иначе.

Скорее всего, причиной равнодушия Махиру к празднику были сложные отношения с родителями. Аманэ никогда бы не смог полностью стереть этот аспект её личности, но он и не хотел, ведь это было частью пути, по которому Махиру прошла, чтобы стать собой из настоящего.

Но было совершенно ясно, что это безразличие появилось из-за уязвимого места в душе Махиру, к которому она никого не хотела допускать.

Поэтому Аманэ хотел преодолеть это напускное безразличие. Он хотел дать Махиру почувствовать, что есть люди, которые дорожат ею и благодарны за само её существование.

— Устраивать вечеринку для всех… это не в твоём стиле, правда, Махиру? Давай отпразднуем всё тихо, только вдвоём.

— …Хорошо.

Несмотря на свою общительность, Махиру от природы была застенчивой – или, точнее, осторожной девушкой – и поэтому даже в свой День Рождения предпочитала спокойную обстановку. Поскольку Махиру не хотела, чтобы о её Дне Рождения узнала каждая собака, Аманэ решил, что лучше будет отпраздновать наедине. Впрочем, оказалось, что она не прочь сообщить о празднике самым близким друзьям. Обсуждение при участии неугомонной Читосэ могло бы положить отличное начало, чтобы изучить возможные способы празднования.

Пока Аманэ медленно, но верно планировал будущие приготовления, он заметил, что Махиру пристально на него смотрит. Она казалась слегка смущённой и растерянной, но при этом была явно счастлива, свернувшись в клубок.

Аманэ не удержался и тихонько рассмеялся.

— Для тебя в диковинку, что кто-то планирует вечеринку в честь тебя, правда, Махиру? Мы ведь ещё даже не начали.

— Я знаю, но…

— По крайней мере, я рад, что ты не против самой идеи… Значит, я буду действовать тихо, чтобы подготовить для тебя достойный праздник. Прошу, на этот раз дай мне немного свободы.

— Хорошо-о... — хихикнув, ответила Махиру.

Договорившись, что Аманэ устроит для неё праздник, он также решил, что будет справедливо объявить Махиру о секретности подготовки. Аманэ полагал, что Махиру и так всё поймёт, но он хотел избежать возможных недопониманий, а потому попросил, чтобы она дала ему разрешение вести себя «подозрительно». В ответ Махиру радостно захихикала.

Лёгкая улыбка и звонкий голос Махиру принесли Аманэ чувство лёгкости, и он начал гладить её по голове, когда Махиру слегка наклонилась к нему, словно прося о прикосновениях.

— Я сделаю всё возможное, чтобы ты была счастлива. И приложу все усилия, чтобы изучить вопрос с разных углов и сторон.

— И ты вот так запросто выдаёшь все секреты человеку, ради которого всё это планируется?

— А…

— Хе-хе. Честно, ты иногда бываешь таким беспечным.

— Не могу с тобой поспорить. Здесь ты полностью права.

Махиру снова захихикала, её смех звучал мягко и мелодично.

— Буду ждать.

— Конечно. Я буду стараться изо всех сил, чтобы оправдать твои ожидания.

— Хорошо, в таком случае буду ждать с нетерпением.

Махиру, ещё недавно бывшая равнодушной, теперь ждала своего Дня Рождения с большим воодушевлением – и это радовало Аманэ, как ничто другое. Твёрдо кивнув, он решил, что устроит для неё незабываемый праздник.

___________________________________

Перевод: RedBay

Бета: Keuk

Спасибо, что читаете!