— Чёрт возьми… А это больно. — Криво улыбающийся Джун Гу поморщился, мимолётно коснувшись своего носа под белой повязкой. — Это был прямо монстр какой-то, а не первогодка старшей школы.

Блондин откинулся назад на стуле и молча уставился в потолок. На него хмуро смотрел розововолосый молодой человек с детскими и идеальными чертами лица. В этой стране он явно был популярен и известен; ровная осанка, умение держать свою стать, выражение лица, манеры, брендовая дорогущая одежда и прочие детали — всё при нём.

— Я до сих пор не могу поверить, что школьник шестнадцати лет избил вас обоих. — Тяжело вздохнув, корейский айдол прикрыл глаза и сморщил лоб. — Можешь конкретней рассказать, как это произошло?

Вопреки проявленному раздражению, мужчина явно заинтересовался тем, кто так легко разобрался с двумя его неслабыми знакомыми. Один из них, Чон Гон, вообще погрузился в кому из-за обширных критических повреждений всего тела. Прямо сейчас тот лежал под периодически попискивающим аппаратом жизнеобеспечения. Только лишь стойкость и должная удача позволили ему выкарабкаться живым. А ещё своевременно поднятые Джуном Гу люди — именно они и доставили черноглазого в больницу.

— Подождём председателя. Не хочется объяснять одно и то же два раза подряд. — Отмахнувшийся шутник ехидно усмехнулся, даже не взглянув на человека напротив. — DG, я просто скажу тебе, что этот человек… Нет, это чудовище чертовски сильно. Ты тоже с ним не справишься.

Краем глаза блондин покосился на своего «спящего» товарища и слегка скривился. Прямо сейчас все трое находились в одной палате интенсивной терапии, где только один являлся пациентом, а двое других — исключительно посетителими. Вскоре, спустя несколько дней после стычки, председатель компании HNH Чхве Дон Су должен был появиться. Такой важный человек не стал отвлекаться от своих встреч ради, пускай даже и весьма перспективных, а также воспитанных лично, подчинённых. Не потому, что не мог себе этого позволить, а скорее из-за «штрафа», наложенного на подопечных по причине полной лажи со стороны этих самых подчинённых.

«Вот же старик… Только о себе и думает.» — Помыслив об этом, Джун Гу усмехнулся.

— Ты довольно высокомерен, Ким Джун Гу. — Айдол прищурился, в его взгляде блеснула сталь. — Действительно считаешь, что находишься со мной на одном уровне?

— Да ну, ты крут, как варёные яйца, но со мной не сравнишься, ха-ха! — Названный вызывающе подался вперёд, скорчив издевательскую рожицу. — Чуток поправлюсь и можем подраться!

— Ха-а… — DG погладил переносицу и осуждающе покачал головой. — Ладно, я понял, что этот Парк Чан Ёль довольно хорош. Насколько?

Мгновенно отвлёкшийся парень вновь поднял задумчивый взгляд к потолку и показательно медленно погладил свой подбородок, прежде чем дать ответ:

— Ну, этот псих одним ударом мог превратить нас с Чон Гоном в пончики. — Пожав плечами, он поджал губы и видимо погрустнел. — Блин, хочется пончиков, но надо ждать председателя… Ну и бесстрашный же ты придурок, Чон Гон.

Джун Гу, выпучив один глаз, помахал пальцем на погруженного в кому молодого человека. Тот, разумеется, ничего не ответил. Обладатель розовых волос поднял одну бровь вверх, демонстрируя своё очевидное изумление и непонимание.

— Превратить вас в пончики? Что эта чушь вообще значит? — DG задал вопрос со слышимым раздражением в тоне.

— То и значит. У пончиков большая такая дырка по центру есть, понимаешь? Дырочка ~. — Последнее слово он прямо-таки пропел, начав очерчивать по воздуху означенную дыру руками.

DG перестал уделять и толику своего внимания живой мимике Джуна Гу, который прямо сейчас высокомерно приподнял подбородок, словно учит глупца чему-то невероятно мудрому. Айдол не мог поверить в то, что услышал — пробить кого-то, вроде Гу и Чон Гона, насквозь голыми руками, да ещё и одним ударом? Звучит нелепо и невероятно одновременно. Они же своими спинами способны проламывать стены без особого вреда для самих себя!

— Чёрт побери, мне сейчас не о починках думать надо! — Гиперактивный блондин начал агрессивно чесать свою макушку.

Ручка двери, ведущей в палату интенсивной терапии, опустилась вниз, и присутствующие повернулись в сторону раздавшегося звука. В помещение вошёл важным и величественным шагом мужчина средних лет с приподнятыми седыми волосами. Его суровый взгляд у неподготовленных людей мог вызвать опаску и тревогу. В глаза сразу же бросалась тёмная дорогая трость, которую он переставлял при ходьбе, а также свободно свисающий из-за отсутствия левой руки рукав пиджака.

Розововолосый, не вставая со своего стула, уважительно кивнул головой, а вот потрёпанный Джун Гу, в свою очередь, подорвался с места и склонился на все девяносто градусов, став напоминать угол для черчения. Ответив DG встречным кивком, Чхве Дон Су перевёл своё хмурое внимание на одного из виновников «торжества», прежде чем с потаённым пренебрежением во взоре посмотреть на находящегося в коме Чон Гона, подключённого к куче различной аппаратуры.

— Чего-то такого я мог бы ожидать от главарей вашего «детского сада», но никак не от вас. Можешь объясниться, Ким Джун Гу? — Глаза мужчины наполнились холодом.

— Мне нет оправдания, председатель. — Парень настроился на серьёзный лад, перестав дурачиться. — С самого начала я ощутил, что с этим старшеклассником было что-то не то, и я должен был убедить Чон Гона отступить, однако не стал. Прошу вас наказать меня за допущенную ошибку.

Ким Джун Гу обладал отличными природными инстинктами, порой напоминая своим поведением зверя; он не был «диким», скорее ветренным в своих интересах, и всё же такая особенность давала ему значительные преимущества. Он был словно рождён для битв, обладая абсолютной моторикой и имея идеальное для человека восприятие окружения. Его садистические наклонности и превосходные физические характеристики позволяли ему возвышаться над всеми до момента первой встречи с Парк Чон Гоном, с которым он поделил условное равенство. Более того, блондин на подсознательном уровне мог определить опасность для себя — чем-то таким, например, его черноглазый товарищ не обладал, являясь безбашенным боевым маньяком даже на фоне самого Гу.

— Ты непременно получишь своё наказание, однако это произойдёт позже. — Чхве Дон Су посмурнел ещё больше, чем до этого. — Лучше тебе рассказать мне больше про Парк Чан Ёля.

Подавшись вперёд, айдол навострил свой слух. Ким Джун Гу осторожно приподнял голову, уставившись на своего начальника, пока по его виску неспешно сползала холодная капелька пота. Даже вспоминать о том «человеке» ему было неприятно…

***

Хакуджи стоял в очереди на выдачу ключей от номеров в отеле, в который их заселили за счёт денег, выделенных Федерацией кикбоксинга Кореи. Он подошёл совсем недавно, однако некоторые индивиды пристально за ним наблюдали — знали его. Видимо, уже встречали Парк Чан Ёля на других соревнованиях, либо слышали о нём от кого-нибудь. В узких кругах он был крайне популярен и подавал большие надежды в этом виде спорта. Реши предыдущий владелец тела бывшего демона уйти в тхэквондо или бокс, то мог бы сыскать там намного большую популярность.

Подростки одной возрастной группы шептались, некоторые, не особо стеснительные, разговаривали во весь голос. В общем, в помещении было шумно. Тем не менее Хакуджи сохранял стоическое выражение лица, ему было вообще всё равно на происходящее вокруг него. Он думал о том, так ли ему нужны звание кандидата в мастера спорта и коричневый пояс. Куда потом с этим добром идти — на военную службу или тренером куда-нибудь устроиться? Даже не смешно, ему такие варианты точно не нравились.

«Это последние соревнования для меня. Может, Парк Чан Ёль что-то в этом и нашёл для себя, но мне оно не нужно.» — Решил для себя парень. — «Получается, буду копить на колледж. Из этого определённо должно выйти что-то путное.»

На его личный сберегательный сиротский счёт откладывалась конкретная сумма каждый месяц, и молодой человек получит к нему доступ только после наступления совершеннолетия. Ему должны будут помочь с квартирой, и он будет получать пособие — не особо значительное, однако приятное. Хакуджи метит высоко, и одно пособие его точно не устроит.

Наконец, наступила его очередь. Бывший демон молча подошёл к стойке, назвал свои фамилию и имя, но вместо ключей получил лишь вылупленный от удивления взгляд. Женщина, пробивавшая его данные в компьютере, недоумённо скривилась, оглянулась на вопросительно поднявшего бровь старшеклассника, и вновь с чем-то сверилась у себя.

— Господин Парк Чан Ёль, Вы приписаны к президентскому номеру… — Её лицо прямо на глазах растягивалось в довольной и счастливой улыбке, когда она говорила крайне вежливо и почтительно. — Спонсор — H Group.

На миг ученик Западного Ганбука изумлённо приоткрыл рот, но уже через секунду его закрыл. Он задумчиво приподнял глаза к потолку.

— Пожалуйста, подождите, уважаемый гость, сейчас я вернусь с Вашим ключом. — Раскланявшись, дама быстро зашагала в одном известном ей направлении.

Прочие участники соревнований, стоявшие в очереди за вытяжной красной лентой, возмущённо загудели и начали переговариваться между собой, выражая неудовольствие происходящим. Всем хотелось всего и сразу — по поводу остальных, обычных, номеров девушка никуда не удалялась, выдавая ключ на месте.

Не знавший ни о какой компании H Хакуджи достал из кармана телефон и набрал в поисковике искомое. Уже через секунду показались результаты, и парень узнал всё то, в чём нуждался, только одного он так понять и не смог — кто, зачем и почему организовал подобную услугу какому-то подростку. Связано ли это как-то с тем, что вчера он избил Чон Гона и Джуна Гу? Этим он сделал кому-то одолжение?

«Впрочем, поразмышлять об этом можно и потом.» — Скосив взгляд на работницу вестибюля премиального отеля Сеула, которая несла карту-ключ от президентского номера прямо на плоской красной бархатной подушечке, подумал старшеклассник. — «Интересно, насколько мягкая там постель…?»

— Вот Ваш ключ, уважаемый гость. — Поклонившись, женщина дождалась, пока парень возьмёт ключ в руки, а затем продолжила: — Также, благодаря спонсору, Вы можете позволить себе все дополнительные услуги, связанные с основным питанием, закусками и напитками. Выделить ли Вам сотрудника, который сопроводит Вас до номера?

— Нет, не нужно. Благодарю. — Не прощаясь, Хакуджи направился к лестнице.

***

Захлопнув за собой дверь, ученик Западного Ганбука звучно присвистнул, оглядываясь по сторонам. Что-то подобное Парк Чан Ёль мог видеть разве что на картинках в интернете, но никогда — вживую.

— Так вот какие вы, Всекорейские турниры класса «A». — Рассматривая и оценивая все имеющиеся здесь три комнаты, пробубнил себе под нос молодой человек. — Не единого вона не отдал, хорошо же я устроился.

Положив сумку со всеми необходимыми вещами на какое-то чудовищно мягкое и удобное, даже на вид, кресло, старшеклассник аккуратно лёг на постель и закинул руки за голову.

«Наверняка приведение такого шикарного номера в порядок является долгим занятием. Буду аккуратней, чужой честный труд следует уважать.»

Хакуджи слегка улыбнулся, прикрыв глаза. Взвешивание и все прочие вопросы с судьями будут решаться только завтра, а потому сейчас он может позволить себе вздремнуть. А вечером ему надо будет связаться с «бабушкой» своего приюта, чтобы рассказать ей, что добрался он целым и невредимым…