— Юная леди Флокс.

Ещё одна проблема заключалась в том, что Кальмия вернулась в прошлое. Как бы усердно она ни думала об этом, не было никакого смысла возвращаться в прошлое!

— Кальмия.

Кальмия, погруженная в свои мысли, остановилась как вкопанная. Когда она подняла голову с озадаченным выражением лица, ее взгляд привлёк угрюмый Рудбекия.

«Хах?»

— О чем ты думала? Ты знаешь, сколько уже раз я позвал тебя по имени?

— Вы звали меня?

— Да. Ровно три раза.

«Почему ты выглядишь таким расстроенным после того, как позвал меня три раза?» Выражение лица Кальмии изменилось, став таким же горьким, как и у Рудбекии.

— Ну, мне очень жаль.

— Я приму твои извинения. У тебя есть немного времени?

«Вау, так это ещё с детства… У тебя был такой характер ещё с юных лет».

Рудбекия спокойно ждал ответа Кальмии, пока она стояла перед ним, потеряв дар речи. Она уже была раздражена и собиралась отказать ему, но спокойно подавила это желание.

Этот мужчина был главной неприятностью в её жизни. Но Кальмии было трудно описать его как «неприятность», потому что как никак Рудбекия спас её брата, но она не могла придумать другого подходящего слова.

Если он был не неприятностью, тогда кем? Теперь ей предстоял более долгий путь. Славный путь, чтобы стать графиней Флокс и войти в мир политики, завоевать доверие второго принца и, наконец-таки, победить своего врага и одержать победу, был ещё дальше.

Её отец, граф Флокс, был человеком, который, как и его предшественник, пытался держаться подальше от политики. Из-за этого Кальмия бы закончила как жена дворянина и всю свою жизнь гнила бы на окраине. Итак, ей пришлось его выслушать. Кальмия должна была выяснить, что, чёрт возьми, произошло и почему всё было не так, как раньше…

— Да, есть.

— Какое облегчение. Я хотел бы поговорить с тобой, есть ли здесь какое-нибудь подходящее место для разговора?

— Пойдемте в мою комнату.

У незамужней благородной дамы было несколько значений приглашения неженатого благородного мужчины в её личную комнату. Однако им было всего по десять и двенадцать лет, так что, если бы кто-нибудь их увидел, это ничего бы не значило.

Рудбекия последовал за Кальмией без каких-либо возражений.

Не желая подавать ему чай, Кальмия не позвала свою служанку. Вместо этого она посмотрела на Рудбекию, сидевшего напротив неё, на диване в другом конце её комнаты, с выражением, которое подталкивало его поскорее начать разговор.

Рудбекия не стал утруждать себя разговорами о погоде, поэтому сразу перешёл к делу:

— Я скажу прямо. Пожалуйста, выходи за меня замуж.

Проблема была в том, что он сказал это слишком легко.

Кальмия замерла на секунду, затем тихо спросила с озадаченным выражением лица:

— Что это значит?

— Мой отец отправил письмо о помолвке семье Флокс, и я привёз его с собой. Граф Флокс отказался, сказав, что это слишком, но, если юная леди попросит его о помолвке, он может её выслушать.

— ... Почему помолвка с герцогом?

Кальмия не могла открыто назвать Рудбекию сумасшедшим.

«Да, он так говорит, потому что не знает, что я его отравила». Кальмия понятия не имела, что она должна была делать.

Посмотрев на ее озадаченное выражение лица, Рудбекия вздохнул.

— Граф Флокс в конце концов вернется в столицу.

Эти слова были довольно таки смелыми для тридцатилетней Кальмии.

— Мой отец пообещал, что будет выполнять свой долг, обучая здесь своих учеников до конца жизни.

— Мой отец так не считает.

Если это был герцог Матари, Кальмия помнила, что встречала его несколько раз в своей прошлой жизни. Но она не знала его хорошо. Это было потому, что второй принц тайно убил герцога Матари. Благодаря этому Кальмия узнала, что церемония наследования Рудбекии состоялась раньше, чем планировалось.

Кальмия также заинтересовалась герцогом Матари, когда имела дело с Рудбекией, поэтому она несколько раз мельком изучала его биографию. Она вспомнила, как долго смеялась, читая полную чушь из книги. Например, о том, как герцог участвовал в битве сто к одному и победил буйвола голыми руками. В любом случае, истории в биографии - это одно. Факт оставался фактом: герцог Матари был очень выдающейся личностью и как военный командир, и как государственный служащий.

Кальмия уставилась на мальчика перед ней, вспоминая угасающее воспоминание о герцоге Матари. Рудбекия выглядела серьезной. Она и понятия не имела, что творилось в голове герцога, но, похоже, он действительно отправил письмо о помолвке. Тогда было понятно, что Рудбекия делал на окраине.

Хотя Флокс был лишь графом, он был очень горд. Если бы герцог отправил письмо вместе со своими подчиненными, граф Флокс вернул бы его, даже не взглянув на него. В любом случае, он не интересовался политикой, так что отправить письмо обратно было не таким уж и трудным решением для графа, которому не нужно было опасаться герцога.

Однако теперь все было по-другому. Рудбекия, наследник, сам приехал на окраину с письмом о помолвке, и к тому же он стал для их семьи благодетелем, спасшим Эллуа от смерти. Как бы сильно граф не хотел связываться с герцогом, в сложившийся ситуации отказаться было трудно. По крайней мере, казалось, что он намекал на свое неодобрение, но он не мог открыто выразить его.

Что, если Кальмия выйдет за Рудбекию? Она никогда не думала, что такое безумное предложение когда-нибудь произойдёт.

«Да, это чушь собачья».

— Итак, Вы просите меня побежать к моему отцу и солгать, что я влюбилась в Вашу Светлость?

— Разве я, недостаточно красив, чтобы в меня влюбиться?

«Ещё и такие бесстыдные вещи говорит».

Кальмия, забыв о ситуации, в которой оказалась, показала язык.

«Как может мужчина из семьи герцога быть таким бесстыдным и несносным?»

Кальмия ненавидела Рудбекию за то, что тот хвастался своей внешностью. Итак, она сказала строгим голосом:

— Лицо Вашей Светлости не в моем вкусе.