★★★От лица Линетт★★★

Все. Очень. Плохо.

С юбилея первого принца и того, как я увидела свой статус, прошла парочка месяцев, но я не могу перестать об этом думать.

Вообще моя первая реакция была такая: “Это все нереально, это все очень плохая шутка”.

Даже отрицание этого уже не помогает. Сколько бы я не проверяла статус, думая, что все это лишь ужасный сон, я вижу ошибки в половине моих характеристик. Я даже не знаю можно ли доверять цифрам из [Подробного статуса], ибо мне дает покоя цифра 999,999,999 и навлекает на мысль, что система просто перегружена и выдает максимально доступное ей значение.

Я настолько в дерьме, что аж хочется плакать. Я хотела высокие характеристики, чтобы использовать магию. Я их получила, но кто, мать вашу, просил меня делать Богом? Только так меня сейчас можно назвать. Как еще можно назвать (почти) бессмертное существо с бесконечной магической силой, способной изменять сами законы мироздания? Это может быть только Бог aka Создатель. Подобное можно было ожидать от кого-то с классом [Администратор], но это уже явный перебор.

И так, у меня есть титул [Богиня всех созданий], и я божество, даже если эта часть статуса у меня заблокирована по непонятным причинам. Хоть это довольно логично, что я тут считают Богом, ведь именно я и создала этот мир. Но все же…

Сейчас есть три варианта развития событий:

1. Всемогущая Линетт использует свою силу чтобы подчинить себе весь мир. Она становится богом смерти, что несет лишь разрушение, боль и смерть, просто потому что ей скучно и это чертовски весело.

2. Великодушная богиня Линетт становится спасителем всего мира. Она использует свою силу, чтобы везде воцарились мир и счастье, исчезли войны и страдания.

3. Малышка Лини забывает о том, что видела. Она бросает свои обязанности Бога и продолжает жить счастливой и беззаботной жизнью.

Я почти сразу выбрала третий вариант.

Конечно, глубоко в душе мне хотелось выбрать первый вариант. Все же мечтали в какой-то момент стать злодеем, избавиться от оков ответственности и морали. На фоне жизни героя, жизнь злодея кажется более интересной. Но это не игра, да и я сама не такая бессердечная, чтобы нести разрушение ради самоудовлетворения.

А как же второй вариант? Ха-тьфу. Только отбитый дурак пойдет по пути героя. Возлагать на себя ответственность за надежды людей и быть всегда под надзором общества – это явно не мое, да еще  я не хочу тратить свою вторую жизнь ради других. Я слишком эгоистичная? Да мне плевать.

Я ничего не видела, я ничего не знаю, я просто обычный младенец-полукровка под именем Линетт Маэдис.

К моему счастью, только я, [Администратор], могу видеть статусы объектов и существ. Если бы другие могли тоже их видеть, то моей спокойной жизни моментально бы пришел конец. Но у меня и без этого слишком много проблем.

Во-первых, моя родословная. Хоть Азария и пытается ее скрывать, это долго продолжаться не может. Рано или поздно мать раскроют, как и меня. Она-то сможет вернуться к эльфам, а брат останется с людьми, ведь никак от них не отличается. А что на счет меня? Я в полной жопе. Меня никто не примет. Люди ненавидят полукровок, относясь к ним как к рабам, а эльфы – людей, а у меня-то ведь на половину человеческая кровь.

Во-вторых, мой цвет глаз. Он привлекает слишком много внимания. Некоторые люди даже застывают от их вида. В Эртии золотой цвет глаз является символом божественности. У всех богов золотые глаза, а если рождается ребенок с такими же глазами, это значит, что он получи благословение от одного из богов. Вот и причина подобной реакции от окружающих. Благо они думают, что я была просто благословлена, а не являюсь одной из божеств. Какое облегчение.

И в-третьих, моя внешность. Я слишком прекрасная. Нет, я не высокомерная, просто хоть я и полукровка, но эльфийские гены дают о себе знать. Мое маленькое личико слишком милое для человеческого. Один раз у меня появилась возможность посмотреть на себя, и, господи, я слииишком милая. Я скорее похоже на куклу: бледненькая мягкая кожа, глубокие золотые глаза, черные волосы, темно-розовые губы и маленький носик. Это проблема, ведь привлекает слишком много внимания.

“О боги, какая же она МИЛАЯ!”

“Какое прекрасное дитя. Не удивительно, что она любимица богов”

“Она правда человек? Она выглядит как настоящий ангел!”

Почти, я вообще-то Богиня. И похожие комплименты я получаю почти каждый день, что не очень-то и приятно. Даже если Азария пытается из-за меня избегать людей, она всегда окружена ими (преимущественно женщинами). И каждый хочет взглянуть на меня. По итогу, я стала местным талисманом. Такими темпами рано или поздно раскроется, что я полукровка, или же божество. В обоих случаях можно будет попрощаться с нормальной жизнью.

Аххх~… Кто же знал, что все настолько будет трудно?

◊◊◊◊◊◊

И пока я обо всем этом думала, пролетело несколько месяцев и настала пора моего дня рождения.

Люди, узнав о приближении моего дня рождения, решили отпраздновать его вместе. Ренди ради этого даже закрыл гостинцу и забронировал всю связанную с ней таверну. Зная нашу маму, она скорее бы предпочла отпраздновать втроем в номере, но, в итоге, даже не могла отказать. Все ради этого дня так старались: купили еду, арендовали место и пригласили гостей. Ренди сам уверял, что праздник должен проводиться у него в гостинице, ведь я родилась именно в ней.

Сейчас я сижу на коленях у мамы около длинного деревянного стола. В таверне еще таких столов четыре или пять, но конечно за нашим столом больше всего людей. Однако не всех в этой таверне я узнаю. Я вижу несколько частых постояльцев, двух-трех купцов, у которых мать подрабатывала, семью Ренди и персонал гостиницы. Остальных я не узнаю. Каждый употребляет большое кол-во еды и алкоголя, громко разговаривает и истерически смеется. Праздник явно удался.

В прошлой жизни у меня не было особо много друзей, поэтому обычно я отмечала дни рождения в больнице только с родителями и некоторыми медсестрами. А тут я чувствую себя настоящей принцессой, даже если не знаю тут как минимум половину из этих людей.

“Спасибо вам…” – сказала я миленьким тихим голосом.

В этот момент атмосфера праздника превратилась в глубокую тишину. Все застыли и смотрели на меня с удивлением.

А? Что случилось? Я что-то сделала неправильно? Это же нормально благодарить людей, ведь так?

…

Ох черт… Как я могла так облажаться?

Проблема не в том, что я поблагодарила их, а что я вообще заговорила. Хоть я была и довольно тихой, время от времени я, притворяясь обычным ребенком, бормотала всякий бред. В одиночку я пыталась также проговаривать различные звуки, но не могла догадаться, что так рано выговорю правильно первое слово, так еще и в такой момент.

“Лини, она только что…?”

“О боже, она что-то сказала!”

“Она научилась говорить!”

Обычные два слова устроили в таверне огромную шумиху, и люди начали подходить ко мне, чтобы похвалить меня. Внезапно мать подняла меня вверх, чтобы люди не смогли до меня дотянуться, и случайно уронила с грохотом свой стул. В таверне вновь стало тихо.

– Прости, Азария, – сказала жена Ренди, попытавшаяся погладить меня по волосам. Вроде ее звали Леонора. – Все хорошо, мы не будем ее трогать. Можешь садиться.

Из-за того, что я являюсь местной знаменитостью, у людей появляется желание обнять меня и всякое подобное, но каждый раз мать не давала им этого сделать. Ей очень не нравилось то, что я всегда в центре внимания. Если люди будут играться со мной, то когда-нибудь обнаружат форму моих ушей. Хоть все находят такое поведение Азарии странным, но привыкли к правилу, что нельзя трогать, а только смотреть. В конце концов, она же мать. В такие моменты они теряют контроль и забывают про это.

После небольшого инцидента атмосфера праздника вернулась в норму и продолжалась всю ночь. Но, из-за моей потребности во сне, мы не остались до конца и обратно в наш номер. Все даже сначала не заметили моего исчезновения. Серьезно, люди, как вы с самого начала не заметили, что главный повод для праздника ушел?

Вернувшись в номер, мама некоторое время смотрела на меня, лежащую на кровати, и гладила по голове. Потом она достала что-то из кармана. Это было довольно простое, немного изящное, завязанное на ниточке кольцо с янтарным камнем и серебряной шинкой. Она одела своеобразное ожерелье на мою шею.

– С днем рождения, милая.

Это что, подарок? В моем старом мире такое кольце считалось бы дешевым украшением, но здесь оно ценное, особенно для нас, простолюдинов. Похоже мама на этот подарок долго копила. Это правда нормально, что у меня на шее такая дорогая вещь? Мама улыбнулась мне, будто зная, о чем я думаю.

– Я тоже! – Внезапно крикнул Аобан.

– Ты тоже хочешь кольцо? – Спросила она у него с изумленным видом.

– Что! Нет, я же не девчонка! – Ответил он. – У меня тоже есть подарок для Лини!

– У тебя? Подарок?

Он кивнул, гордо выпятив грудь. Внезапно он рванул к кровати, почти бросившись на меня, и начал меня очень сильно обнимать. Он настолько сильно меня обнимает, что я сейчас задохнусь. Мама, помоги, я же сейчас сдохну! Ах черт, она просто тихо смеется с нас!

После моего первого предсмертного опыта Аобан поцеловал меня в лоб.

– С днем рождения, сестренка! – Сказал он с улыбкой.

Черт… Как я могу на него злится, пока он смотрит на меня с таким невинным личиком? Его милота слишком опасна. По всей видимости, в будущем он станет настоящим сердцеедом.

После этого мы пошли спать, да втроем на одной кровати. Довольно тесно, но я не жалуюсь. Я даже уже забыла какого-то спать с кем-то, чувствуя чужое тепло. Азария начала петь нам колыбельную:

“Спят луга, спят леса,

Пала божия роса,

В небе звездочки горят,

В речке струйки говорят,

К нам в окно луна глядит,

Малым детям спать велит:

‘Спите, спите, поздний час,

Завтра брат разбудит вас.

Братний в золоте кафтан,

Встречу брата и пойду,

Спрячусь в божием саду,

А под вечер брат унес

И меня гулять пошлет.

Сладкий сон вам пошлю,

Тихой сказкой усыплю,

Сказку сонную скажу,

Как детей сторожу…

Спите, спите, спать пора.

Детям спится до утра…’"

...

Неужели, это моя любимая колыбельная?

Впервые попав в больницу, я никак не могла нормально заснуть из-за незнакомой обстановки. В ту ночь родители впервые мне спели это колыбельную. С тех пор они ее мне пели каждый раз, когда у меня были проблемы со сном. А позже я и сама себе начала ее петь. Она стала моей любимой, и я не потеряла эту любовь даже в подростковом возрасте.

Не знаю, совпадение это или нет, но я начинаю невольно начинаю вспоминать родительскую любовь. Что с ними сейчас? Живут ли они сейчас спокойно? Я надеюсь, что с ними все в порядке.

Пока я думала об этом, усталость дала о себе знать, и я погрузилось в сон.

◊◊◊◊◊◊

Я проснулась посреди ночи из-за звука, будто рядом ходит животное на лапках. Открыв глаза, я увидела спокойно спящих маму и брата. Оглядевшись, я заметила на подоконнике черного кота. Его тело покрыто шрамами, ушки потрепаны, а мех был очень тонким. Он явно не был бездомным, ведь на его шее был стальной ошейник. Какой моральный урод так обращается с животными? Это же жестоко!

Каждую ночь мама открывала окно, чтобы проветрить наш номер, но похоже в этот раз она забыла его закрыть. И что мне с ним делать? Прогнать? Я конечно люблю животных, но в поисках еды он может устроить бардак в номере.

На удивление этот кот ничего не делал. Он просто сидел и смотрел на нас своими кошачьими глазами. Похоже он даже не собирался уходить, поэтому я начала отпугивать его, размахивая руками. Но тут случилось нечто неожиданное.

“Наконец-то я нашел тебя…” – сказал кот, вскоре выпрыгнув в окно.

…

Э? ... Он что-то сказал?