Прошла неделя. Каждое утро начиналось с привычных рутинных дел: Алексей вставал рано, готовил себе кофе, проверял почту и сообщения, а затем отправлялся на работу. Дни тянулись размеренно, словно медленная река, в которой каждое событие — капля, плавно вливающаяся в течение. Вечера Алексей проводил с семьёй, но мысли иногда ускользали к научному центру, к тому дню, когда они впервые побывали там, и к предстоящему визиту, который обещал стать особенным. В один из таких вечеров, когда Марина и Катя уже ушли в научный центр, Алексей остался дома один.

Алексей сидел на старом, чуть провалившемся диване, погружённый в разговор по телефону. Голос его звучал ровно, без излишних эмоций, но в каждом слове сквозила усталость — та, что копилась неделями, словно тяжёлый груз на плечах. Он обсуждал рабочие вопросы, планы на ближайшие дни и мелкие бытовые детали, которые казались незначительными, но отнимали силы. Время тянулось медленно, словно вязкий мёд, а за окном медленно сгущался вечер.

— Да, я понимаю, — говорил Алексей, сдерживая зевок. — Нужно успеть всё до конца недели. Катя и Марина уже уехали в научный центр, так что я здесь один. Постараюсь не подвести.

Он услышал в ответ лёгкий смех и тёплое пожелание удачи, после чего отключил звонок. Тяжело вздохнув, Алексей откинулся на спинку дивана, позволяя мыслям немного отвлечься. В голове всплывали образы улыбающихся Марина и Кати — их радостные лица, свет в глазах, надежда на успех. Эти воспоминания слегка согрели его душу, словно лучи солнца сквозь хмурое небо.

Внезапно Алексей вспомнил: сегодня вечером — финал Чемпионата Европы среди юношей до 19 лет. Испания U19 против Германии U19. Матч начнётся совсем скоро. Он быстро поднялся, направляясь на кухню за закусками. Хруст чипсов, звон бокала — мелочи, которые сейчас казались оазисом спокойствия.

Включив телевизор, Алексей увидел рекламу, сменившуюся новостями. Ведущие обсуждали последние минуты перед началом матча. Андрей улыбался, его голос был лёгким и бодрым.

— Остались всего минуты до начала финала, — сказал он, глядя в камеру.

Но вдруг его лицо изменилось: улыбка исчезла, брови нахмурились, взгляд стал напряжённым. К нему подбежал молодой ассистент и передал листок. Прочитав, ведущий побледнел, поправил рубашку и, собравшись с мыслями, начал читать в прямом эфире:

— 30 минут назад в научном центре, где разрабатывали проект Адама, произошло террористическое нападение...

В комнате повисла гробовая тишина. Алексей, всё ещё держа тарелку с закусками, почувствовал, как посуда выскальзывает из рук и с грохотом разбивается на пол. Сердце забилось чаще, дыхание сбилось, в голове рванулся хаос мыслей.

«Что там происходит? Марина и Катя... Они в центре...»

Он метнулся искать телефон, но в панике не мог его найти. Сердце колотилось, руки дрожали. Не думая о последствиях, Алексей выскочил на улицу босиком, не закрыв дверь, и бросился в сторону научного центра.

Дорога, которая обычно занимала около получаса, превратилась в бесконечное бегство. Город вокруг казался чужим, размытым, будто он бежал сквозь туман. Падая и снова поднимаясь, Алексей мчался, словно одержимый. Прохожие останавливались, удивлённо смотрели на мужчину без обуви, с диким блеском в глазах. Кто-то пытался окликнуть его, помочь, но он не замечал никого — только цель.

Внезапно из-за угла вылетела машина. Удар был не сильным, но Алексей рухнул на асфальт. Водитель, ошарашенный, выбежал из машины, пытаясь помочь.

— Вы в порядке? — спросил он, наклоняясь.

Алексей, собрав последние силы, вскочил и, не оглядываясь, продолжил бег.

Наконец-то прибежав к научному центру, он увидел хаос: спецназ, полиция, пожарные и врачи суетились у входа. Люди кричали, плакали, пытались понять, что происходит.

Спецназовцы мгновенно выстроились плотным живым щитом перед входом в научный центр. Их лица были напряжены, глаза холодны и сосредоточены. В руках — автоматы, готовые к бою, каждый шаг выверен и отточен. Они заняли позиции так, чтобы ни один человек не смог пробиться сквозь этот железный заслон.

— Никого внутрь! — прозвучал строгий приказ командира, и его голос перекрыл все крики и шум вокруг.

Офицеры быстро распределили бойцов по периметру, образовав непробиваемую линию. Спецназовцы стояли плечом к плечу, словно единый организм, не позволяя страху и панике проникнуть за их строй. Каждый из них понимал: сейчас от их стойкости зависит жизнь многих.

Толпа, собравшаяся вокруг, была в ужасе. Женщины схватились за лица, пытаясь сдержать рыдания, мужчины стояли с опущенными головами, многие молились, шепча слова надежды и просьбы о спасении.

— Спаси их, пожалуйста... — тихо шептала одна из женщин, сжимая в руках крестик.

— Мама...— бормотал мужчина, слёзы катились по щекам, его голос дрожал от безысходности.

Дети, прижавшись к родителям, смотрели на происходящее с широко раскрытыми глазами, не понимая всей глубины трагедии, но чувствуя страх и тревогу.

В воздухе висела тяжёлая, душераздирающая тишина, прерываемая лишь пронзительными всхлипами и молитвами. Люди молили, плакали, искали хоть какую-то надежду среди хаоса, словно пытаясь удержать её своими руками.

Спецназовцы же, несмотря на всю человеческую боль вокруг, оставались непоколебимы — их задача была ясна и священна: не дать людям пройти внутрь

Вдруг раздался пронзительный крик сверху. Все подняли головы и увидели, как с крыши падает подросток. Его тело стремительно приближалось к земле, и в момент удара раздался хруст — перелом шеи. Крики сменились оцепенением, страхом и ужасом.

Алексей стиснул зубы, ощущая, как внутри всё сжимается. Он побежал вперёд, не замечая никого вокруг. Снеся плечом одного из спецназовцев, уклонился от нескольких попыток остановить его и добрался до двери. Но к сожалению она была заперта.

— Откройте! — кричал он, бил кулаками по стеклу. Рука горела от боли, кровь текла по пальцам.

Вдруг на него набросились спецназовцы. Он пытался вырваться, но был окружён. В этот момент один из бойцов заметил странный белый туман, исходящий изнутри здания

— ЛЕЖАААААТТЬ!— крикнул он.

Четыре мощных взрыва прогремели подряд, оглушая всех вокруг. Взрывная волна отбросила людей в пыль и дым.

Алексей пролетел через воздух и упал на землю. Сознание покидало его, но он поднял глаза и увидел, как с крыши улетает вертолёт.

Сознание погрузилось в тёмную бездну.

Скоро к нему подбежали врачи, начали оказывать помощь, пытаясь вернуть его к жизни в этом хаосе и разрушении.

***

— Это так прекрасно, что ты сообщаешь такие новости, — улыбнулась Ольга, глядя на Марину. — Я уверена, он будет в восторге, — десять раз повторила она, словно боясь, что её слова останутся незамеченными.

— Да, — согласилась Марина, — мой муж вообще не помнит день своего рождения. Он так много работает ради нас, — её глаза наполнились теплом. — Поэтому я хотела устроить ему сюрприз. Кстати, какой торт в итоге выберем?

Ольга задумалась, слегка прикусив губу, и указала пальцем на витрину с десертами:

— Вот этот. Он выглядит просто восхитительно.

— Ты выбрала подходящего человека для таких дел, — улыбнулась Ольга. — Я была удивлена, когда ты позвонила и спросила, могу ли я пойти с тобой. Хотб и мы были готовы поехать в научный центр но не бросать же тебя

— Да, — засмеялась Марина — теперь вместе решать проще.

Они вышли из кафе и направились к ближайшему магазину одежды. По улице неспешно шли люди: кто-то в спешке направлялся на работу, кто-то прогуливался с детьми, кто-то просто наслаждался тёплым днём. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе и только что скошенной травы.

— Знаешь, — тихо сказала Марина, слегка положив руку на живот, — иногда мне кажется, что скоро всё изменится. Но я готова.

Ольга бросила на неё тёплый взгляд, и они вместе улыбнулись.

Подойдя к входу в магазин детской одежды, Марина остановилась, оглядываясь вокруг. Магазин был уютным, с яркими витринами, на которых манекены одеты в милые комбинезоны и пёстрые костюмчики. Лёгкий запах хлопка и детского мыла наполнял воздух.

— Ну что, — сказала Марина, — идём выбирать.

Они вошли внутрь, и их встретил мягкий свет и спокойная атмосфера. В отделе для малышей стояли аккуратные стеллажи с одеждой, игрушками и аксессуарами. Марина с интересом рассматривала маленькие вещицы, а Ольга улыбалась, рассказывая о том, что ей больше всего нравится.

— Посмотри на этот комбинезончик, — сказала Ольга, поднимая мягкую ткань. — Такой тёплый.

— Да, — согласилась Марина, — идеально для холодных дней.

Они неспешно выбирали, обсуждали, смеялись и делились планами.

***

Вертолёт медленно и тяжело прорезал влажный воздух над бескрайним океаном. Внутри салона царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь ровным гулом моторов и приглушённым дыханием вооружённых солдат. Их лица были напряжены, руки крепко сжимали оружие, готовые к любому повороту событий. Среди них, связаны и покрыты грязью с засохшей кровью, сидели двое — учёные, пленники этой операции.

Пожилой мужчина, едва дыша, внезапно открыл глаза. Его лицо исказила боль — каждое движение давалось с усилием. Он медленно осмотрелся и увидел рядом второго пленника — молодого мужчину, который сидел, опустив голову. Взгляд старика вспыхнул яростью, но он быстро сдержался, глубоко вздохнул и откинул голову назад. В мыслях прозвучала тихая, но твёрдая фраза:

«Эхх... Мартини, мы скоро увидимся.»

Затем он с усилием, но чётко произнёс:

«Активировать протокол самоуничтожения.»

В этот момент тело учёного начало излучать холодный голубоватый свет. Свет постепенно охватывал всё его тело, словно внутри включался сложный механизм. Его кожа словно покрывалась тонкой сетью светящихся линий, которые пульсировали и усиливались с каждой секундой.

Взрыв произошёл мгновенно — ослепительная вспышка света, сопровождаемая оглушительным грохотом, разорвала замкнутое пространство салона. Металлические панели вертолёта содрогнулись, искры и обломки полетели во все стороны. Сильная ударная волна бросила солдат и пленников в разные стороны, разрывая ремни и ломая оборудование.

Вертолёт, который перевозил их, разлетелся на множество острых осколков. Крупные куски корпуса, обгоревшие и искорёженные, разлетелись в воздухе, словно метеориты, падая в бушующий океан. Пламя охватило остатки машины, поднимая в небо клубы густого чёрного дыма, который быстро растекался по ветру.

Взрывная волна ударила по поверхности воды, вызывая бурные волны и поднимая брызги на десятки метров в высоту. В воздухе повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь треском горящих обломков, свистом разлетающегося металла и далеким ревом ветра.