Правда обычно является суровой и жестокой, потому что она окутывает истинную гниющую природу чего-то сладкой ложью.

Рассвет понимала эту суровую истину уже в возрасте трёх лет.

Гнусные люди, которые оставили её на необитаемом острове, не знали, что очень умная трёхлетняя девушка на самом деле была в сознании и что она просто притворялась. Она с самого начала и до конца наблюдала за грехами, которые они совершали.

Одинокий остров, расположенный посреди океана, находился не в мире людей, а в одной конкретной земле для испытаний. Это была крайне лёгкая земля испытаний, предназначенная для тренировки новичков, но для трёхлетнего ребёнка, она не отличалась от ада.

Более того, остров, на котором её оставили, не был единственным островом в этой земле испытаний. Там были тысячи, если не десятки тысяч, остров, похожих на её остров.

Поэтому она не была единственным ребёнком, которого оставили на необитаемом острове. Там могли быть сотни, тысячи или десятки тысяч детей. Но у всех этих детей была одна общая черта: все они были сиротами.

Эти тысячи сирот были оставлены на островах земли для испытаний, кишащих зверями, чтобы они попытались выжить в таких опасных обстоятельствах без посторонней помощи. Такой экстремальный план по выбору талантливых детей назвали “Проект Сирота”.

Когда “Проект Сирота” только начался, её посчитали лишь второстепенным родственником, несмотря на то, что она была потомком семьи Ли, так как единственный прямой потомок Семьи Ли в её семье, её мать, умерла от болезни. Поэтому, она попала в список детей, которых выбрали для этого проекта.

И самым ироничным во всём этом было то, что фракцией, которая стояла за этим проектом, была Семья Ли. Их изначальной целью было вырастить партию “выдающихся” ассасинов. Если ребёнок в возрасте трёх-четырёх лет сможет самостоятельно выжить три года на острове, где каждый угол таит в себе опасность, то было очевидно, что этот ребёнок обладает монструозными способностями и силой воли. Вне зависимости от количества потерянных детей, проект можно было бы считать вполне успешным, если бы в живых остались хотя бы десять из них или если они найдут несколько превосходных кандидатов. В конце концов, эти дети были куплены задёшево или даже являлись сиротами, которых усыновили забесплатно.

Однако, всё часто шло не по плану. Проект оказался слишком амбициозным. Спустя три года, когда Семья Ли была готова “пожинать плоды”, они увидели, что из многих тысяч сирот выжила только одна шестилетняя девочка.

Но, человека, который предложил этот проект – Главу Семьи Ли – порадовало то, что эта шестилетняя девушка была из родословной Семьи Ли. Даже если она считалась второстепенным родственником, не было сомнений в том, что в венах этой девушки, которая была “по ошибке” избрана для Проекта Сирота, текла кровь Семьи Ли.

Так как она была единственным выжившим человеком, её ценность превзошла все предыдущие подсчёты. И тот факт, что она имела кровь Семьи Ли, полностью изменил её судьбу.

После короткой проверки всего того, что она освоила за эти три года на необитаемом острове, Глава семьи понял, что она приведёт семью к более славному будущему.

Последующие планы по превращению девушки в настоящего ассасина были сразу аннулированы. Глава семьи удочерил девочку на месте и сказал всем, что нашёл давно потерянного внука.

Может это было по прихоти или из-за того, что потомки семьи мужского пола были слишком посредственными, Глава семьи после долгих раздумий решил рискнуть. Он решил, что девочка, которая смогла выжить три года на необитаемом острове, станет его преёмником. Поэтому он скрыл от общественности пол девочки.

Это была суровая правда. Это была правда, с которой Рассвет уже была знакома.

Но Глава семьи, который ошибочно думал, что Проект Сирота был исполнен безупречно, не знал, что девочка уже давно знала правду. Лжи, которые он тщательно окутывал сладкой оболочкой, содержали в себе гниющую правду.

Люди, которые пришли на остров с целью собрать плоды трёхлетнего проекта, превратились в спасателей. Девочке сказали, что она стала жертвой врагов Семьи Ли и что они за это время ни разу не прекращали её поиски. Что у них ушло три года на то, чтобы найти её.

Глава семьи в слезах рассказал ей, что её отец на самом деле был его незаконнорождённым сыном и что она является его внучкой. После этого, он сказал ей, что все будущие кандидаты на позицию главы семьи были посредственными и что он хочет, чтобы она замаскировалась под парня, упорно трудилась и в будущем унаследовала позицию Главы семьи.

Шестилетняя девушка с бесстрастным выражением лица смотрела на абсурдный спектакль Главы Семьи. В своём сердце она могла лишь молча усмехнуться.

Если бы она не знала правду, то она могла бы быть благодарной Главе семьи и Семьи Ли за их доброту, со временем превратившись в самого верного члена клана.

Однако, даже после этого, когда к ней действительно начали относиться как к будущему преёмнику Семьи Ли и когда Глава семьи относился к ней как к родной внучке, из-за чего она выросла в завидной среде, она ни разу не ослабляла бдительность.

Потому что она очень хорошо знала, что всё это было лишь иллюзией, которая может разрушиться в любой момент.

Если она не будет усердно трудиться или ей не будет хватать таланта, то она больше не сможет демонстрировать свою ценность как “преёмника”. Тогда всё, что у неё есть, исчезнет. Глава семьи тоже заберёт обратно свою доброту и доброжелательность.

Но, к счастью, она была более трудолюбивой, чем кто-либо. Уровень её таланта был беспрецедентным. Её ценность намного превзошла ожидания Главы семьи.

Конечно, ей прощали замкнутый характер, вызванный тем, что она провела три года на необитаемом острове. Ей не надо было ни с кем встречаться или участвовать в собраниях семьи. Ей не надо было даже притворяться внуком Главы семьи. Ей надо было лишь становиться сильнее и стать настолько ослепительной, чтобы стать бесспорной наследницей Семьи Ли.

Несмотря на то, что всё строилось на лжи, было невозможно отрицать, что такая жизнь была красивой.

Однако, насквозь увидев весь обман и хитрость и понимая истинную природу человека, шестилетняя девочка имела шрам в своём сердце.

Таким образом, Рассвет стала гермафобом уже в шесть лет.

…

Гермафобия была одним из типов обсессивно-компульсивного расстройства. Люди с таким расстройством считали, что вещи, которые считались гигиеничными согласно нормальным стандартом, являются грязными. Они начинали волноваться и у них появлялось сильное желание почистить, проверить любой предмет, который является “не чистым”.

Гермафобия Рассвета была довольно уникальной. Она “грязными” считала только одно – людей.

Она отказывалась приближаться к кому-то и не позволяло никому приблизиться к себе. Прямо как гермафоб, который не терпит малейшую пыль; её начинало тошнить, когда кто-то приближался к ней.

Рассвет знала, что не является нормальной; будь это то, что она “не слышит голоса” или то, что она “отказалась от людей”, всё это являлось очень серьёзным психическим расстройством. Однако, она никогда не думала о том, чтобы измениться, потому что она уже привыкла быть одной. Она привыкла к миру без людей, где были лишь растения, камни и птицы.

И только в этот момент она, наконец, осознала, что это было связано не с тем, что она не хочет меняться, а с тем, что она не может измениться. Она не слышала голоса не потому, что не могла слышать их, а потому что голоса людей не доходили до неё. Она не позволяла никому приблизиться к себе не потому, что ей не хотелось этого, а потому что она верила в то, что уродливую природу людей уже ничего не очистит.

Но это необязательно было правдой.

Потому что мальчик по имени Ши Сяобай разрушил то, что, по её мнению, являлось незыблемым фактом.

Благодаря ему она услышала голос.

Столкнувшись с абсолютной силой, он не только не отступил, он до последнего момента твёрдо верил в свою победу. Он использовал всю свою силу, чтобы без каких-либо сожалений нанести удар, и посредством этого испустил самый красивый свет человечества.

Он особенный; он отличается от остальных.

Если это он, то всё будет нормально.

Она набралась храбрости, чтобы самой подойти к нему. Действительно, она не находила его отвратительным. Она обняла его, сдерживая своё смущение и стыд. Это не показалось ей противным; как раз наоборот, она вспомнила тёплые воспоминания того, как она в три года лежит в объятиях своей матери.

Это чувство было очень красивым и тёплым. Она была поглощена этим чувством.

Но сколько сможет продлиться такое чувство?

Она внезапно в первый раз поняла, что означает фраза “не забывать о своей выгоде”.

«*Вздох*, так ты действительно…не являешься человеком, да?».

«*Вздох*, так ты действительно…не являешься человеком, да?»,- пробормотала про себя Рассвет, но сразу пожалела, что спросила это.

Ши Сяобай чётко сказал, что готов побеседовать на любую тему, но она, сама того не зная, впала в оцепенение. Это было связано с тем, что она уже забыла как нужно проводить обычную и спокойную беседу. Она даже не знала как начинаются обычные разговоры.

Так ты действительно не являешься человеком, да?

Рассвет и подумать не могла, что её мозг в момент глюка выдаст что-то настолько тупое и что ей придётся начать разговор словами, которые испортят атмосферу. Это было худшим началом беседы.

«Успокойся».

«В любом случае, быстро смени тему».

Рассвет начала ломать голову, пытаясь придумать что-то, но она не ожидала услышать возбуждённый голос Ши Сяобай: «Этот Царь и подумать не мог, что ты поймёшь это так быстро. Умная девочка. Этот Царь, естественно, не является человеком!».

Когда Рассвет услышала это, её сердце подпрыгнуло, а её тело сразу напряглось.

Эй, эй, стоп, что это за странное развитие событий?

Так он совсем не человек?

Может ли быть, что она смогла покорить своё психическое расстройство и набралась храбрости подойти к нему только потому, что он не имел уродливую натуру людей?

Это же не может быть правдой, да?

«Так…ты действительно являешься…Инфернальным Царём из мира седьмого уровня?».

Рассвет изо всех сил пыталась успокоиться, беспомощно осознавая, что уже была неспособна отличить, какие слова Ши Сяобай были правдой и какие были ложью.

Реакция Ши Сяобай снова превзошло её ожидания. Она услышала как он презрительно хихикнул и потом заговорил с ухмылкой на лице: «Инфернальный Царь из мира седьмого уровня? Пожалуйста, не приравнивай Этого Царя к идиотизму демонов и богов этого мира. Даже простой солдат из настоящих рас богов и демонов может с лёгкостью перебить богов и демонов этого мира. А что касается Этого Царя, Этот Царь повелевает настоящими демонами и богами. Этот Царь имеет верховное и величественное положение!».

«Слушай хорошенько. Этот Царь на самом деле является…Царём царей! Будь это царь людей, царь Небожителей, царь Инферналов или другие цари из бесчисленного числа других миров, все они поклоняются Этому Царю как подданные и громко называют Этого Царя “Сиром”. Этот Царь создал добро и зло. Этот Царь повелевает добротой и злом бесчисленного количества миров и война между добром и злом может остановиться из-за Этого Царя. Этот Царь растаптывал амбиции различных царей и приносил мир во многие миры».

Голос мальчика медленно становился возбуждённым. Мир человека с синдромом восьмиклассника ошеломил Рассвета на секунду. Она медленно успокоилась и осознала, что нельзя верить ни единому его слову. Она была глупой, если почти поверила его словам.

Рассвет находила это забавным, но это нравилось ей. Она не сдержалась и пошутила: «Тогда, не делает ли это меня человеком, который случайно одолел Царя царей и загнал его в положение, в котором он не мог даже разговаривать? Может ли быть, что я на самом деле не такая простая?».

Когда она сказала это, она сразу почувствовала, как Ши Сяобай повернул голову налево. Она услышала как он мягко поворчал, сказав: «Наивная. Просто цари всех миров напали исподтишка на Этого Царя. Священное тело Этого Царя было разрушено, а неразрушимая душа была запечатана. У Этого Царя не было выбора; Этому Царю пришлось перевоплотиться в смертном теле. Настоящая сила Этого Царя просто запечатана. Сейчас Этот Царь не имеет и квадриллионную часть своей настоящей силы. Конечно, ты можешь гордиться тем, что на равных билась с квадриллионной частью настоящей силы Этого Царя. Ты являешься одним из настоящих гениев среди людей».

Из-за его уверенного тона казалось, будто он рассказывал какие-то факты, но его слова, тем не менее, звучали как абсурдная ложь.

Квадриллион? А он сам знает сколько нулей в квадриллионе?

Его речь, очевидно, была речью человека с синдромом восьмиклассника, но, по какой-то причине, разум Рассвета постепенно расслабился. Чувство растерянности, вызванное неспособностью найти новую тему для беседы, полностью исчезло.

Непринуждённая беседа, которую он упоминал, была реально непринуждённой. Она была настолько непринуждённой, что она не могла понять её, но ей казалось, что он мог беседовать на любую тему.

«Если ты перевоплотился в смертном теле, ты сейчас являешься человеком?».

Сначала нужно узнать его намерение и только потом задавать свои вопросы. У Рассвета была такая мысль. Ей казалось, что её “крошечный заговор” приводил её в неописуемый восторг.

Ши Сяобай начал немного колебаться, как будто он был перед дилеммой. Наконец, он вздохнул и сказал: «Этот Царь…временно…временно является человеком».

«Временно!».

После того, как он признал, что он человек, громкость его голоса быстро снизилась, но он потом сразу подчеркнул, что это лишь “временно”. Несмотря на то, что его лица не было видно, образ выражения его деликатного лица сразу появился в голове Рассвета.

Его выражение лица точно было очень прелестным.

Рассвет с трудом прекратила смех. По какой-то непонятной причине, она почувствовала, что её тело стало бесплотным, как будто она парила в облаках.

Ах, какая нелепая штука. Зачем же она позволила этой шутке продолжаться так долго?

«Тогда, Царь царей, который в конце вернётся на свой трон, что будет твоим первым действием, когда ты опять сядешь на тот трон, откуда будешь повелевать добром и злом?».

Рассвет находила себя странной, но она не стала отбрасывать это. Она продолжала подыгрывать, задав ещё один вопрос касательно темы. Это делало её такой счастливой.

Не было нужды намеренно делать тему спокойной или серьёзной, но всё было таким естественным. Она просто слушала то, что он хочет сказать больше всего, и разговаривала об этом; таким образом, тема, о которой он хочет побеседовать больше всего, продолжалась. Всё было так легко и идеально.

Хех, какая же она непоправимо глупая.

Но, голос, который прозвучал из уст Ши Сяобай, становился намного возбуждённее. Она снова подумала, что глупая тема разговора не имела значения. Потому что голос, который она хотела “слушать”, был полон эгоцентризма и великолепия. Этот голос точно не последовал бы за толпой.

«Что первым делом сделает Этот Царь, когда вернёт себе свой трон?»,- мальчик впал в раздумья, серьёзно размышляя над этим вопросом. Он был настолько серьёзен, что она почти подумала, что это было чем-то реальным. Через несколько мгновений Ши Сяобай, наконец, сказал: «Этот Царь заново заложит основы концепций добра и зла. Что является истинным добром и что является истинным злом. Будь это люди, демоны или боги, они все изменили эти понятия. Люди всегда использовали своё суждение, чтобы делать ошибочные выводы, и некоторые даже совершают зло во имя добра. Этот Царь хочет исправит это и дать лучший ответ для того, чтобы отличать добро от зла».

Рассвет была ошарашена этим, задумавшись над ответом Ши Сяобай.

Если бы этот вопрос пришёл на экзамене, многие бы ответили “отомстить царям, которые напали на меня исподтишка” или “сокрушить амбиции царей, восстановить мир во всех мирах”. Потому что эти ответы лучше всех соответствовали нынешней ситуации.

Но ответ Ши Сяобай прозвучал чрезвычайно реалистичным. Как будто этот вопрос не был простым. Как будто он всерьёз мог разобраться с добром и злом, задумавшись над ответом на этот вопрос. Как будто он однажды был царём, который повелевал добром и злом.

Откуда исходит это странное чувство?

Рассвет медленно выдохнула и прошептала: «Тогда, с твоей точки зрения, что является настоящим добром и что является настоящим злом?».

«Этот Царь тоже не знает этого,- сказал Ши Сяобай, мягко вздохнув. – Когда добро и зло только родились, Этот Глупый Царь дал им такое расплывчатое и двусмысленное определение. Долгое время Этот Царь верил, что такое определение добра и зла является правильным, пока один человек не задал вопрос Этому Царю. Этот Царь понял свою ошибку и, как только его убеждения начали колебаться, различные цари исподтишка напали на Этого Царя. Одной из причин, почему Этот Царь реинкарнировался как человек, является поиск истинного ответа».

Тема разговора внезапно стала серьёзной.

Однако, Ши Сяобай не просто выдумывал ряд нелепых историй. Он пытался выразить некоторые свои мысли.

Это, вероятно, является возможностью ещё лучше узнать его.

Рассвет внезапно начала нервничать, немного колеблясь, и спросила: «Что тот человек спросил у тебя?».

Голова мальчика, которая лежала на её плече, снова двинулось, но он заговорил почти сразу же. Как будто этот вопрос, который заставил Царя царей осознать свою ошибку, существовал на самом деле и не был чем-то, что он выдумал на месте.

«Бог, который создал мир и людей, в один день проклял одного подростка. Этот подросток из-за проклятия начал чувствовать мучительную боль каждый раз, когда видит страдающих людей»,- Ши Сяобай начал описывать вопрос, который изменил судьбу Царя.

«Чтобы избежать боли, этот подросток подал руку помощи страдающим людям».

«Вскоре после этого Создатель создал поддельную копию этого подростка».

«У копии не было своей воли, но она делала то же самое, что и подросток. Она тоже помогала людям, которые страдали».

«Создатель дал подростку и его копии имена “Хороший” и “Ложно Хороший”».

«Как ты думаешь, кто из них был Хорошим и кто был Ложно хорошим?».

Этот вопрос нельзя было считать очень сложным, но мораль этой истории не была простой и ещё более удивительным был самый последний вопрос.

Был подросток, который подал помощи страдающим людям, и была копия, которая была создана по образу этого подростка; кого из них Создатель назвал “Хорошим” и кого назвал “Ложно хорошим”?

У этого вопроса было лишь два вероятных ответа.

Даже если ответишь, опираясь на свою интуицию, то есть пятьдесят процентов вероятности, что ты окажешься прав.

Для того, чтобы беседа пошла ещё быстрее, для неё было бы лучше сказать первый ответ, который пришёл в голову, но, на этот раз Рассвет не стала спешить. Вместо этого, она глубоко задумалась над ответом на этот вопрос.

Естественно, было бы хорошо услышать его голос и узнать его мысли.

Но этого было недостаточно, чтобы удовлетворить её. Ей было нужно слишком много вещей и когда они ей нужны, её будет не так-то легко удовлетворить.

Если она будет просто слушать Ши Сяобай и поддакивать ему, то это не могло считаться за “беседу”.

Сейчас настала её очередь говорить!

«Во-первых, подросток является настоящим, в то время как имитацию, которая является копией подростка, можно считать за подделку. Во-вторых, то, что подросток подал руку помощи страдающим людям, без сомнения, является добрым поступком, в то время как его копия не имеет своей воли, поэтому добрые поступки, которые совершает копия, являются лишь результатом имитирования. Поэтому, подросток должен быть назван “Хорошим” и его копия должна называться “Ложно хорошей”. Это, вероятно, является самым логичным ответом».

Рассвету внезапно захотелось немного отойти и увидеть выражение лица и глаза мальчика, но она знала, что такое действие прямо сейчас будет “против правил”, поэтому ей оставалось лишь сдержать свой порыв.

«Так это твой ответ?»,- после некоторого молчания спросил Ши Сяобай.

На губах Рассвета появилась улыбка, потому что Ши Сяобай спросил это бесстрастным голосом. Она сама была крайне искусна в использовании такого тона и было очевидно, что Ши Сяобай не хочет выдавать какую—либо информацию своим голосом.

Какой строгий экзаменатор.

Она постепенно покачала головой и мягко сказала: «Несмотря на то, что такой ответ является самым логичным, он не является моим и не может являться настоящим ответом. Это связано с тем, что “Хороший”, который следует логике, не имеет ничего общего с “Ложно хорошим”».

«Ага»,- слегка проворчал Ши Сяобай и прошептал: «Продолжай».

Рассвет кивнула и медленно сказала: «Несмотря на то, что подросток подал руку помощи всем нуждающимся, он сделал это из-за проклятия Создателя. Он совершал добрые поступки лишь для того, чтобы избежать боли. Несмотря на то, что он совершал добро, его мотивы были эгоистичными. Это, без сомнения, является ложной добротой».

«А у копии была другая ситуация. У неё не было своей копии и она просто подражала подростку. То, что она помогала людям, было частью её сущности и она делала всё, повинуясь инстинкту. У неё ситуация не усложнялась такими вещами как личная выгода, поэтому она являлась чистейшим добром».

«Подросток является Ложно хорошим, а копия является Хорошей. Вот мой ответ!».

Дав свой ответ на одном дыхании, Рассвет сразу оттолкнула Ши Сяобай из своих объятий и схватила его за плечи. Потом она посмотрела в его глаза.

Действительно, его чёрные глаза были всё такими же яркими и ослепительными. Несмотря на то, что они должны были быть как чёрное ночное небо, они светились блеском звёзд.

«Ну, мой ответ правильный?».

Несмотря на то, что она по выражению его лица видела, что дала ответ, который он хочет услышать, ей хотелось подтверждения.

Ши Сяобай посмотрел в её глаза и потом внезапно усмехнулся: «Тогда Этот Царь дал тому человеку такой же ответ. Ты ответила так же, как и Этот Царь».

Рассвет не была удивлена правильностью своего ответа, но она тем не менее порадовалась, услышав это из его уст. Она не могла объяснить, была ли она рада из-за правильного ответа или из-за того, что её ответ был идентичен с ответом мальчика.

Ээ, а ответ-то правильный?

Рассвет внезапно подумала о чём-то и спросила: «Когда ты ответил так, что сказал тот человек? Наш ответ правильный?».

Рассвет заметила, что Ши Сяобай сказал про идентичность их ответов, но не сказал, был ли её ответ правильным или нет.

Действительно, выражение лица Ши Сяобай внезапно посерьёзнело. Он уставился глубоко в её глаза и сказал: «Тот человек не ответил, вместо этого, он задал ещё один вопрос Этому Царю».

Рассвет удивлённо спросила: «Задал ещё один вопрос?».

Ши Сяобай сделал небольшую паузу, как будто приготавливал атмосферу для обсуждения вопроса. Потом он сказал слова, полные смысла: «Копия подростка может совершать чистое добро потому, что у неё нет своей воли. Она не может сама думать. Подросток подал руку помощи всем нуждающимся, но его назвали Ложно хорошим, потому что добрые поступки, которые он совершает, выгодны ему. Он начал совершать добрые поступки по эгоистичным причинам, но корнем всего является то, что подросток имеет свою волю. Он умеет думать. Разница между Хорошим и Ложно хорошим заключается в том, являются ли мотивы человека, совершающего добрые поступки, корыстными или нет».

«Тогда, вот вопрос: могут ли люди, имеющие свою волю, стремиться к чистой доброте?».

«Люди не являются машинами. У них есть своя воля. Они не могут быть бескорыстными, даже если они совершают добрые поступки во вред своей личной выгоде. Потому что они за это получают психологическое удовлетворение и психологическое удовлетворение тоже является выгодой для человека. Это просто является пожертвованием и обменом физической выгоды на психологическую выгоду».

«Например, один подросток пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти сто людей. Зачем он это сделал? Потому что в его голове “спасение ста людей” превосходит “спасение себя”. Немного подумав, он принимает решение, которое, по его мнению, является самым правильным. Он делает это не только ради ста человек, он делает это и для себя, потому что человеком, который сделал выбор, является он сам. Конечно, у него была мысль “спасти себя”, но он в итоге решил “спасти всех”. Находясь в такой ситуации, он явно сделал такой выбор по принуждению, а не по своей воле. Однако, если посмотреть на это с другой точки зрения, он уже сделал выбор между “принятием” и “сопротивлением”. Его действия всё ещё являются частью его намерений».

«В вышеупомянутом описании уже стало известно, что люди не способны на чистую доброту, потому что имеют свою волю. Люди могут лишь делать выбор, а в выборе имеются сугубо личные интересы! Таким образом, “Хорошая” сторона людей не может называться “Хорошей”; она должна называться “Ложно хорошей”!».

«Ложное добро является ложным и когда там “ложного” больше чем “хорошего”, оно искажается, превращаясь во “Зло”! Когда люди делают что-то, чтобы удовлетворить свою волю во имя добра, называя свой выбор Хорошим, тогда “Добро” становится оружием для скрытия своей “эгоистичности”. Не превращат ли это Добро во “Зло”?».

«Представь, если подросток подавал руку помощи всем страдающим людям из-за проклятия, то если он в один день встретит страдальца, которого нельзя спасти или искупить, ему придётся всё время терпеть боль, вызванную проклятием. Но не важно, сколько он пытался, он не смог спасти того человека от бездны страданий. Тогда, если спасение стало неэффективным, что подросток сделает для того, чтобы прекратить свои мучения? Подросток с высокой вероятностью может убить страдальца, которого нельзя спасти, чтобы спасти себя! Потому что когда “Ложное добро” загнано в угол, оно может спокойно стать “Злом”».

«Среди людей есть и добро, и зло, но как их отличить? Люди не способны на чистое добро. Большинство их добрых поступков являются ложно хорошими, но даже если они являются ложно хорошими, встаёт вопрос степени зла».

«Тогда, могут ли добро и зло определять поступки людей?».

«Имеют ли понятия добра и зла какое-то значение для людей?».

«Являются ли добро и зло тюрьмой для “исходного греха” или они сдерживают эгоистичность человека?».

«Несмотря на то, что Ваше Величество является Царём, который создал добро и зло, вот вам вопрос. Является ли то, что Ваше Величество создали, и в самом деле добром и злом?».

На лице Ши Сяобай появились смешанные и сложные чувства. Когда он пересказывал вопросы того человека, он будто подвергал сомнению самого себя, а не просто вспоминал одну историю из памяти.

Он сделал долгую паузу после того, как пересказал монолог того человека, и долго уставился в леденисто-голубые глаза. Ши Сяобай вздохнул и сказал: «Вот что спросил у Этого Царя тот человек и у этого вопроса было лишь два варианта. Этот вопрос также являлся…последними словами того человека».

Рассвет слегка удивилась и спросила: «Ты убил его?».

Ши Сяобай медленно покачал головой и сказал: «Это был не Этот Царь. Его убили добро и зло. Несмотря на то, что добро и зло не являются жизнью, они являются вечным законом, который превосходит жизнь. Они были созданы Этим Царём и у них нет никаких мыслей. Они следуют правилам, но у них как-то появилась “личность”. Эта личность, как ни странно, пришла в ярость из-за попытки того человека посеять раздор. Поэтому тот человек был полностью уничтожен».

Рассвет не смогла не улыбнуться: «Закон, который обладает “личностью”? Это очень свежий и интересный взгляд на вещи. Если я не ошибаюсь, ты не думал, что вопросы того человека сеяли раздор. На самом деле, у тебя появились сомнения насчёт законов добра и зла и ты даже начал “пересматривать” их. Из-за этого твоя позиция как Царя ослабла, ведь так?».

Ши Сяобай слегка приподнял брови и затем сказал, кивнув головой: «Да, ты угадала. Но Этот Царь и подумать не мог, что ты так быстро поймёшь о чём говорит Этот Царь и ещё сможешь проанализировать его глубокий смысл. Действительно, с тобой весело разговаривать».

«Взаимно».

На губах Рассвета появилась улыбка. В этот момент она явно выглядела как красивый мальчик, но в её улыбке было обаяние юной девочки. Она всё время была бесстрастной и холодно относилась ко всему в том числе для того, чтобы скрыть, что она девушка. Но, перед Ши Сяобай, она убрала всю свою защиту и открыла ему своё сердце. Конечно, она была не против показывать эмоции, которые она запечатала глубоко в себе.

Однако, её улыбка быстро исчезла и выражение её лица внезапно стало серьёзным. Она посмотрела в глаза Ши Сяобай и серьёзно сказала: «Я лишь слушаю историю и не должна слишком много комментировать, но так как это у нас “беседа”, я думаю, что я не должна скрывать свои настоящие мысли. Если честно, вопросы того человека являются очень интересными. То, что он задал свои вопросы в быстрой последовательности, тоже логично, но может ли быть, что есть ещё другие причины, из-за которых ты начал подвергать сомнению законы, которые создал сам?».

«Вопрос того человека действительно звучит разумно, но на самом деле он просто прибегает к софистике для обоснования. Для того, чтобы дать определение сложной человеческой природе, использования слов “добро” и “зло” недостаточно, но не является ли немного натянутым вопрос про смысл добра и зла для людей?».

«А что касается гипотезы того подростка про превращение “Ложного добра” во “Зло”, то она, в конце концов, является лишь гипотезой. Тут дело в вероятности. Можно лишь сказать, что есть высокая вероятность того, что подросток может убить страдальца, которого нельзя спасти, чтобы спасти себя от боли. Но также есть крайне маленькая вероятность, что подросток будет продолжать терпеть боль, но не оставит попытки спасти того страдальца. Тогда, можно быть уверенным, что “Ложное добро” подростка превратилось в чистое “Добро”».

«Люди имеют свою волю, но они могут делать выбор касательно различных вопросов жизни по своей воле. Это, естественно, считается поступком, который преследует личные интересы. Но если заставить людей сделать выбор, который идёт против их воли, их воля не может быть исполнена, как они хотят. “Тот человек” сказал, что можно делать выбор “принятия” и “сопротивления”, и что вынужденность тоже является чем-то “корыстным”. Но, не кажется ли тебе, что это расширяет понятие “корыстных поступков” и преувеличивает “корыстные поступки”? Не станет ли тогда определение слова “эгоистичность” охватывать всё?».

«Вкратце, я верю, что над некоторыми вопросами того человека можно задуматься, но этого недостаточно, чтобы твоя воля дрогнула. Я думаю, что если я смогла увидеть, что здесь что-то не так, то, должно быть, и ты тоже заметил это. Поэтому я думаю, что причина, почему ты подвергаешь сомнению законы добра и зла, является не такой простой? Или может ли быть…».

Когда Рассвет произнесла последнее предложение, она внезапно остановилась. На самом деле, она хотела сказать “или может ли быть, что ты придумал эту историю в спешке, поэтому у тебя не было времени подумать о сюжетных дырах”. Но, для того, чтобы продолжать “счастливо” беседовать, она решила молча соглашаться со всем, что Ши Сяобай скажет реальным. В этой истории и в самом деле было много изъянов, но если она начнёт подвергать сомнению саму историю, то спорам не будет конца. Она хотела понять мысли Ши Сяобай посредством беседы, а не его навыки ведения споров.

Конечно, напрямую указав на лазейку в выдуманных Ши Сяобай “вопросах, которые задал тот человек”, она на самом деле пыталась увидеть скорость реакции Ши Сяобай. Когда его выдуманная история будет разоблачена несколькими сюжетными дырами, сколько времени ему понадобится, чтобы исправить их?

Но, Рассвет ещё раз была удивлена тем, как Ши Сяобай ответил сразу же после того, как она закончила говорить.

Ши Сяобай улыбнулся и сказал: «Этот Царь недооценил тебя. Этот Царь не ожидал, что ты не просто слушала историю, ты слушала историю с точки зрения бога, чтобы ясно рассмотреть её. Ты сказала правду. То, что Этот Царь начал подвергать сомнению законы добра и зла, было вызвано не только этим. На самом деле, после того, как умер “тот человек”, Этот Царь по прихоти отправился в мир людей. Для Этого Царя, имеющего верховное положение, мир людей был как гнездо муравья, местом, куда Этот Царь никогда бы не отправился. Но, после этой поездки с целью понаблюдать за миром людей, Этот Царь осознал, что он совершил серьёзную ошибку».

«Этот Царь стал свидетелем многих нелогичных ситуаций в мире людей. Ребёнка, который крадёт еду для своей голодающей матери, посчитали “мерзавцем” и избили до смерти. Люди называют “хорошим поступком” наказание убийцы путём привязывания на столб и смерть из-за воздействия солнца. Богатая юная леди из жалости даёт нищему немного золота, навлекая на голову нищего бесконечные неприятности, вызванные золотом. Головорезы украли у нищего золото, а его самого искалечили. “Доброжелательность” юной богатой леди на самом деле было “злым поступком”. Чтобы удовлетворить свои амбиции, один царь начал войну, из-за которой жизни лишились большое количество людей. Если его вторжение окажется успешным, то этот поступок посчитают за очень “хороший”, но если его вторжение провалится, то его веками будут проклинать, называя “жестоким царём”…».

«Не было конца таким неразумным вещам. В мире людей, добро и зло часто искажаются и понимаются неправильно. Это заходит настолько далеко, что они не могут отличить неправильное от правильного. Несмотря на то, что для решения того, является ли что-то добром или злом, нужно учитывать точку зрения судьи, самой большой проблемой является то, что точка зрения большинства становится истинным определением добра и зла. И не важно, является ли точка зрения меньшинства “правильным” или нет, их точка зрения будет искажена и будет называться “неправильным”. Добро и зло находятся под властью “силы”, поэтому, “хорошей” будет та сторона, у кого есть “сила”».

«Этот Царь изначально думал о людях как о низших существ из низшей плоскости существования. Но именно из-за того, что люди являются низшими существами, их потребности и желания являются намного большими, чем у высших существ. Их потребности и желания приводят к тому, что человеческая природа является намного более сложной, чем природа богов и демонов. Этот Царь, фокусируясь на высших плоскостях существования, никогда не замечал этого. Несмотря на то, что добро и зло, созданные Этим Царём, намного лучше подходят для богов и демонов, их недостаточно для людей».

«Почему тот человек, который упорно культивировал тысячелетиями, что позволило ему из обычного человека превратиться в того, кто превосходит богов и демонов, после всех испытаний пришёл к Этому Царю и задал такие вопросы, которые лишь привели к его смерти? Почему он был готов рискнуть, подвергая сомнению добро и зло, несмотря на вероятность того, что он может умереть от рук добра и зла? Он сделал это потому, что законы добра и зла были не только заточением “исходного греха” в мире людей, а также кандалами для “я” каждого человека. Для людей, сила является источником добра и зла».

«Он сильно любил людей, но также ненавидел их. Но он был беспомощен и не мог изменить нынешнюю ситуацию, поэтому вместо того, чтобы говорить, что он подвергал сомнению Этого Царя, можно сказать, что он ценой своей жизни умолял Этого Царя».

Сказав это, Ши Сяобай сделал глубокий вдох, как будто он лелеял память о том великом человеке, который был готов навлечь на себя уничтожение. Также казалось, что он сочувствовал противоречивости добра и зла в мире людей.

Рассвет впала в оцепенение, когда услышала его монолог. Она недооценила скорость реакции Ши Сяобай и ещё больше недооценила его способность выдумывать историю. Дослушав всю историю, она к своему удивлению обнаружила, что чувствует подавленность, как будто история и в самом деле была правдой. Несмотря на то, что понятия как “Царь царей” и “закон добра и зла” звучали настолько преувеличенно и фальшиво, она не могла с уверенностью определить, была ли история правдой или нет.

Было ли это из-за того, что он выдумал безупречную историю?

Или это было из-за его крайне реалистичной актёрской игры? Тот его взгляд, когда он будто лелеял память о том человеке, делал его похожим на бывшего монарха, который подвергал сомнению создание добра и зла.

Или это было из-за того, что она сама слишком хорошо понимала уродливость человеческой природы, поэтому история, которую он выдумал, звучала такой родной?

Грудная клетка Рассвета внезапно потяжелела, как будто что-то закупорила её. Она сделала глубокий вдох и сказала: «Это не вина добра и зла, а проблема человеческой природы. Просто у людей такая натура. Если человек подвергает сомнению человеческую природу, то это равноценно тому, что он подвергает сомнению себя. Единственное, что мы можем сделать, это упорно трудиться и упражнять сдержанность пред лицом тьмы; мы не можем изменить тьму человеческой природы».

Да, вот что она думала всё это время.

Она не могла изменить ничью добрую или злую натуру. Глава семьи Ли инициировал Проект Сирота. Это он стал причиной того, что её оставили на три года на необитаемом острове, но Глава семьи относился к ней как к своей родной внучке. Он дал ей всё лучшее и компенсировал ей лучшей средой для роста, а также ярким будущим.

Она не могла ни изменить природу Главы семьи, ни судить, является ли Глава семьи добрым или злым. Она не знала, ненавидеть ли ей его или быть благодарной ему.

Человеческая природа была такой сложной и она тоже жила с ней.

Она делала вещи, опираясь на своё мнение того, является ли что-то добром или злом, и поступая так, она не позволяла тьме человеческой природы поглотить себя.

Она не могла изменить человеческую природу.

Поэтому она решила отстраниться от неё.

Поэтому она была готова жить в своём мире.

Вот так она думала. Ошибалась ли она?

«Ты не ошибаешься»,- в этот момент, мальчик внезапно поднял свою руку, чтобы прикоснуться к её голове. Как будто он утешал девочку, которая потерялась.

Но он быстро убрал руку, которая смутила её, но не вызвала у неё чувство отторжения. Мальчик внезапно усмехнулся, в его глазах начал полыхать пламенный луч и он громко сказал ей: «Ты не ошибаешься. Люди не могут изменить человеческую природу. Они не могут изменить добро и зло, но Этот Царь не является человеком. Не забывай, что Этот Царь является Царём царей, который создал добро и зло! Нет ничего, что Этот Царь не может!».

«Этот Царь имеет право и обязательство пересмотреть несовершенные добро и зло! Нынешние законы добра и зла подходят лишь для высших существ с относительно простыми потребностями и желаниями, но они не подходят для людей, которые имеют сложную человеческую натуру! Если достаточно усовершенствовать законы добра и зла, усовершенствовать настолько, чтобы человеческая природа и сила не могла исказить их, или если сделать истинное добро и истинное зло неопровержимой истиной, то всё это изменится!».

«Несмотря на то, что Этот Царь ещё не придумал безупречные законы добра и зла, Этот Царь будет искать их и не прекратит свои поиски! Когда Этот Царь найдёт правильный ответ, Этот Царь вернёт себе свой запечатанный трон и изменит законы добра и зла!».

В голосе мальчика чувствовались энергия и возбуждение. Его голос будто был волной, который поднимался до небес, направляясь к небосводу свободы.

Глаза Рассвета расширились и она впала в оцепенение.

Так вот в чём причина.

Так вот почему он другой.

Так вот почему она может слышать его голос.

Его слова, которые звучали как чушь, обладали глубоким чувством. Будь это то странное признание и слова “как насчёт отношений на стороне” или нелепая история про то, как “Этот Царь является Царём царей, который создал добро и зло”, в них содержалось много мыслей и рассуждения, несмотря на то, что они были сказаны по прихоти. И эти мысли и рассуждения уже давно хранились в его сердце.

Это его мысли и рассуждения!

Ах, я, наконец, поняла.

Почему его глаза были чёрными, но выглядели такими же яркими, как звёзды?

Почему в его глазах была беспрецедентная яркость, несмотря на то, что он лучше всех знает об искажённой натуре добра и зла, а также о тьме человеческой природы?

Потому что он верил, что он является не печальным человеком, а “Царём царей”, который способен изменить законы добра и зла!

Он твёрдо верил в свет, которое ждал с нетерпением, поэтому он смотрел тьме перед собой прямо в глаза!

Она не смогла сделать это, поэтому она повернулась к тьме спиной. Но, таким образом её спина тоже повернулась спиной к свету, прикрытой тьмой.

Но, если честно, она тоже с нетерпением ждала свет!

«Тук! Тук! Тук».

Рассвет будто слышала биение своего сердца. Её сердце билось быстрее и энергичнее, чем когда-либо раньше. Оно было полно жизненностью.

Её щёки постепенно залились тёплым, красным сиянием.

Ей в первый раз показалось, что расстояние между ней и Ши Сяобай было слишком близким.

Я так нервничаю из-за того, что он смотрит на меня с такого близкого расстояния?

Ах, как ей до этого удалось так несдержанно обнимать его? Это объятие было первым её объятием с человеком противоположного пола, но это не показалось ей чем-то проблемным. Но почему ей казалось, что её сердце кто-то царапает, когда она вспоминает об этом?

Слишком близко, слишком близко, но у меня нет намерений отталкивать его.

Но это также был первый раз, когда ей показалось, что она находится слишком близко к Ши Сяобай. Для него, она была человеком, которая жила три тысячи лет назад, или она вообще могла быть подделкой, созданной программой оценки. А она не знала, откуда он пришёл, в какой эре он живёт, является ли он Инфернальным Царём или участником испытаний.

Они могут не быть людьми из одной эры и могут даже оказаться людьми из разных миров; один из них даже мог быть ненастоящим, созданием, которое может быть уничтожено в любой момент.

Время, пространство, реальность были тремя самыми большими препятствиями, которые разделяли их.

Но ей казалось, что они были слишком близки.

Рассвет не могла не почувствовать печаль, медленно опустив голову перед тем как внезапно поднять её!

Расстояние было слишком далёким, поэтому сейчас нужно ещё больше ценить время, когда она может видеть его внешность и слышать его голос.

Что мне сказать? Я не тратить время впустую, ничего не говоря.

Та история должна быть выдуманной. Он может не быть человеком, но он точно не может являться Царём царей, который создал добро и зло.

Но какой эффект будет иметь аутентичность истории?

Нет, даже если история является выдуманной, это не приведёт ни к чему.

Потому что он верил, что всё, что он сказал, является правдой. Он верил, что свет, который он увидел, существует. Он верил в это, поэтому никто не мог подвергать это сомнению. Не важно, кто будет подвергать его сомнению, всё будет полезно!

И она…

…верила в его убеждения!

«Упорно трудись и ты точно найдёшь его. Нет, ты точно найдёшь истинный ответ! Ты точно сможешь изменить законы добра и зла в истину, которую человеческая природа не сможет исказить! Когда ты опять сядешь на свой трон, я буду стоять рядом с тобой. Если возможно, я хочу стоять бок о бок с тобой до конца твоих идеалов».

В этот момент, девушка, которая всегда была бесстрастной, лучезарно улыбнулась. Это было необъяснимо красиво, как цветение вишни весной.

Ши Сяобай остолбенел, увидев это.

По какой-то причине он внезапно вспомнил, как такая же красивая девушка с фиолетовыми волосами сказала что-то похожее.

«Ши Сяобай, несмотря на то, что в глазах других то, что ты называешь себя “Этим Царём”, может звучать глупо, для меня, ты очень милый!».

«Я понимаю, Ши Сяобай, я понимаю почему ты называешь себя “Этим Царём”».

«Ты называешь себя так не из-за высокомерия или нарциссизма, не говоря уже о фантазировании!».

«Ты называешь себя так, чтобы просто верить в себя!».

«Но, в моих глазах, ты не слаб. Ты сильнее, чем кто-либо, поэтому, Ши Сяобай, в будущем, когда ты рядом со мной, называй себя “Я”, хорошо?».

Тогда девушка с фиолетовыми волосами знала его лишь чуть больше часа, но она понимала его лучше, чем кто-либо. Она поняла его и даже поверила ему.

И с тех пор, как она сказала эти слова, она заняла крайне особенное место в его сердце. Можно сказать, что в этом альтернативном мире она была самой важной для него.

Девушку с фиолетовыми волосами звали Кали.

И сейчас эта девушка со светлыми волосами, замаскировавшаяся под парня, сказала “ты точно найдёшь истинный ответ!”.

«Когда ты опять сядешь на свой трон, я буду стоять рядом с тобой».

«Если возможно, я хочу стоять бок о бок с тобой до конца твоих идеалов».

В этот момент она была похожа на Кали, которая однажды сказала “в моих глазах ты не слаб. Ты сильнее, чем кто-либо”.

Она тоже знала его не больше часа.

Некоторые люди могут всю жизнь жить вместе, но даже так они могут никогда не узнать мысли друг друга.

Некоторые люди могут знать друг друга лишь час, но им может казаться, что они знали друг друга всю жизнь.

В сердце Ши Сяобай появилось ещё одно особенное место.

Рассвет, естественно, не знала о чём думал Ши Сяобай и о том, что её правдивые и искренние слова нанесли такой удар этому мальчику.

Она чувствовала, что её сердце бьётся быстрее, и её лицо становилось горячее. В её сердце появился и начал усиливаться непонятный порыв.

Он смотрел на неё.

Его глаза фокусировались на ней, не отвлекаясь.

До этого она ничего не чувствовала, когда их глаза встретились, но сейчас, когда он смотрел на неё с настолько близкого расстояния, что в его глазах отображалась её фигура, она почувствовала что-то беспокойное в своей груди. Ей стало тяжело дышать.

В её голове начали появляться разные странные мысли.

Так вот как я выгляжу в его глазах?

Ах, короткие мужские волосы и в самом деле выглядят слишком коротко. Было бы лучше, если бы они были слегка длиннее. Понравятся ли ему девушки с короткими волосами? Или он предпочитает девушек с длинными ниспадающими волосами?

Так как я использовала специальную технику макияжа, чтобы маскулинизировать свои нейтральные черты лица, я ведь выгляжу как мальчик для него, да?

Эй, Ши Сяобай. Я на самом деле девушка. Несмотря на то, что я окутала свою грудь тканью, чтобы они были плоскими как у парней, но на самом деле…на самом деле…моё тело развивается нормально.

В следующий раз…когда мы встретимся в следующий раз, я хочу показать тебе, как я одеваю платье в первый раз.

Да, я хочу показать тебе как я выгляжу, когда я одеваюсь как девушка.

Когда мы встретимся в следующий раз.

Следующий раз…сможем ли мы встретиться ещё раз?

Время медленно проходила, в то время как они смотрели друг другу в глаза.

Возможно это было из-за того, что мальчик и девушка выглядели слишком ослепительно в глазах друг друга, или возможно из-за непрерывно испускающихся мыслей, из-за которых они забывались, или возможно из-за природного инстинкта и притяжения между мужчиной и женщиной, но две головы, между которыми было расстояние в пол метра, начали быстро приближаться друг к другу, сами того не осознавая.

Сорок сантиметров.

Тридцать сантиметров.

Двадцать сантиметров.

Десять сантиметров.

Пять сантиметров.

Голова мальчика и голова девушки продолжали приближаться друг к другу. Мягкие губы, естественно, тоже приближались друг к другу.

Три сантиметра.

Два сантиметра.

Один сантиметр…

Время будто остановилось. Воздух будто стал двусмысленно розовым. Губы мальчика и девушки коснулись друг друга в следующее мгновение. Это была взаимная симпатия и они пришли в контакт с теплотой друг друга.

«Рёв!».

Внезапно раздался оглушительный рёв, потревожив мальчика и девушку в самый худший момент, когда они ужа забыли о том, что нужно дышать.

Поцелуй внезапно прекратился.

Рассвет резко очнулась и она подсознательно отступила назад, как испуганный кролик. Она в мгновение ока оказалась в нескольких метрах от Ши Сяобай.

Ши Сяобай тоже был шокирован. К счастью, его тело уже восстановило немного сил. Он поспешно использовал руки, чтобы поддержать себя, не дав себе упасть на землю из-за того, что девушка внезапно отпустила его.

После того, как Рассвет ошеломлённо отступила, она непроизвольно посмотрела на Ши Сяобай. Заметив, что он восстановил немного сил, она вздохнула с облегчением и смущение покрыло её.

Она поспешно отвернулась, сев спиной к Ши Сяобай. Она начала делать глубокие вдохи, чтобы успокоить свой разум, и подняла руку, чтобы коснуться своего горячего лица.

Фу, так горячо.

Рассвет Ли, о чём же ты думала?

Как ты могла…

Почему…

Может ли быть…

«Это…это…»,- Рассвет заикалась, пытаясь спокойно сказать несколько слов, чтобы смягчить смущающую ситуацию, но у неё даже не было мужества, чтобы повернуться. В её голосе, который исходил из её полыхающей и взволнованной груди, было смущение девочки, в то время как в её голове стоял хаос. Она даже не могла сформировать целое предложение.

«То, что сейчас произошло, нормально»,- с другой стороны, Ши Сяобай выглядел намного спокойнее. Он быстро успокоился, оправившись от изначального шока. В конце концов, он был человеком с опытом, который успел повидать жизнь. Он мягко кашлянул и сказал: «Когда мужчина и женщина находятся слишком близко, что-то подобное является очень естественной вещью. Всё нормально!».

Ши Сяобай вспомнил произошедшее в доме Рико, когда он был привлечён красивым золотистым глазом Кали. Он тогда не сдержался и приблизился к ней, чтобы яснее разглядеть её глаз. Сам того не зная, кончик его носа коснулся кончика её носа. Сразу после этого, Кали использовала свои губы, чтобы быстро чмокнуть его по губам.

Это, вероятно, являлось чем-то очень естественным.

Произошедшее является совершенно нормальным.

«Это ненормально, понял!?»,- когда Рассвет услышала слова Ши Сяобай, она больше не смогла притворяться спокойной. Она повернулась, чтобы свирепо взглянуть на Ши Сяобай, и потом обратно отвернулась. Она раздражённо сморщила свои губы.

Несмотря на то, что её не интересовали дела между мужчиной и женщиной, она, тем не менее, имела общее представление.

То, что они сейчас сделали, было чем-то, что делают только влюблённые пары!

И он говорит, что это является чем-то нормальным?

Что это за шутка?

Если бы человеком, который почти украл её первый поцелуй, был не он, а кто-то другой, она бы сейчас чувствовала такое отвращение, что её даже могло вырвать.

Нет, одной лишь мысли об этом достаточно, чтобы её начало тошнить.

Э? Почему ей перед вмешательством казалось, что поцелуй с ним не является чем-то неприемлемым?

И в самом деле…

Действительно ли это так?

Рассвет всегда гордилась своим интеллектом, но, на этот раз она ненавидела себя за то, что умная. Почему она так быстро разобралась в таком нетривиальном вопросе?

Но, так как она уже разобралась, она не могла больше избегать его.

Посмотри в лицо этому факту.

Рассвет Ли, ты не боишься даже смерти, чего тебе бояться?

Не стесняйся. Может это будут последние моменты, которые ты проведёшь с ним. Может это твой единственный шанс!

Не заставляй себя потом жалеть!

Это же просто…

Рассвет внезапно повернулась, посмотрев на Ши Сяобай, сделала глубокий вдох и заревела: «Ши Сяобай!».

Ши Сяобай испугался её внезапной внушительной осанкой и поспешно ответил: «А?».

Рассвет медленно закрыла глаза и сделала ещё один глубокий вдох.

Когда она открыла свои глаза, взгляд в них, наконец, был спокойным. Она сфокусировалась на глазах Ши Сяобай и медленно и спокойно сказала: «Мы знаем друг друга не так уж много времени. Мы познакомились настолько недавно, что даже становление друзьями было бы спешкой,; мои следующие слова могут показаться несколько странными, но, пожалуйста, они являются правдивыми словами, исходящими из моего сердца. Я должна сказать это, иначе я точно буду сожалеть об этом».

«Ши Сяобай! То, что произошло только что между нами, не является чем-то нормальным. Что-то подобное было невозможно для меня, но такое почти произошло. Однако, даже если это произошло бы, это не имеет никакого отношения к слишком близкому расстоянию между нами, не говоря уже о поверхностной причине как притяжение между мужчиной и женщиной. Причиной, почему я почти…с тобой, является…».

Рассвет остановилась, сказав это, а её руки начали слегка дрожать. Она опустила голову и начала смотреть на землю. Даже мочки её уха сильно порозовели.

Ши Сяобай глотнул слюну, чувствуя, что атмосфера вокруг внезапно стала серьёзной. Он неожиданно начал нервничать: «Причиной является?».

Рассвет долго молчала, но потом медленно сжала свои кулаки.

Мама, пожалуйста, дай мужества своей дочери.

«Потому что…».

Рассвет внезапно подняла голову и отчётливо произнесла каждое слово: «Потому что ты нравишься…».

«Рёв!».

В этот критический момент раздался ещё один оглушительный рёв!

В то же время послышался звук сильного удара и земля начала неистово трястись. Это перебило слова Рассвета и в то же время отвлекло Ши Сяобай.

Мужество, которое девушка с трудом собрала, сразу улетучилось. Она могла лишь с гневом в глазах посмотреть в сторону, откуда исходил звук!

«Чёртов ублюдок!».

Рассвет могла поклясться, что никогда раньше не злилась так сильно!

О, Небеса, мужество, которое она с трудом собрала, и атмосфера, которую она приготовила, сейчас исчезли!

Она уже точно не сможет сделать ещё одно признание!

Посмотрев сквозь полупрозрачный черепаший панцирь, Рассвет увидела трёхметровую трёхглавую гончую. Она поднимала свои головы и рычала. Она внезапно подняла свои лапы и ударила Панцирь Чёрной Черепахи. Из-за этого Панцирь Чёрной Черепахи внезапно задрожал!

Она гневно уставилась на трёхглавую гончую. Если бы не необходимость Панциря Чёрной Черепахи для защиты Ши Сяобай от чёрных лучей света, которые непрерывно падали с неба, она бы точно ринулась на эту проклятую собаку, чтобы разорвать её на части!

Трёхглавая гончая явно почувствовала намерение убить, исходящее от девушки, но она не показала никакого страха. Вместо этого, она ещё раз зарычала и с силой ударила по полупрозрачному черепашьему панцирю.

Она вымещала, она вымещала свой собачий гнев!

Ши Сяобай спокойно осмотрелся по сторонам и сразу заметил несколько массивных силуэтов на горизонте. Также были гигантские монстры, которые направлялись к ним. Было очевидно, что опасность в этом незнакомом мире не ограничивалась чёрными лучами света. Трёхглавой гончей уже было достаточно, чтобы черепаший панцирь дрожал. Если придут ещё несколько монстров, то никто не знал, сколько ещё панцирь сможет продержаться.

«*Вздох*, похоже, пришло время поговорить о надлежащих делах».

Ши Сяобай медленно приблизил своё тело к Рассвет и серьёзным тоном сказал: «Возвращаемся к надлежащей теме. Какая у нас сейчас ситуация? Что это за место? Что случилось после столкновения последних атак? Почему мы появились здесь? Что мы должны сделать для того, чтобы покинуть это место? Расскажи всё, что знаешь, Этому Царю».

Так как Ши Сяобай пообещал девушка “непринуждённо побеседовать”, он позволил девушка выбрать тему разговора. Он временно оставил свои вопросы и составил ей компанию, непринуждённо беседуя.

Но сейчас уже было не время беспечно беседовать. Ему нужно было достаточно информации, чтобы придумать способ решить ситуацию, в которую они попали.

Рассвет явно тоже осознавала это. Она посмотрела на Ши Сяобай и разинула рот. Её глаза заморгали и она отвела свой взгляд. Она почти неслышным тоном сказала: «Я не знаю».

Ши Сяобай удивлённо спросил: «Что?».

Рассвет слегка опустила голову и прошептала: «Прости, я не знаю. Я не могу ответить на вопросы, которые ты задал мне».

Ши Сяобай вытаращился и сказал: «Не говори мне…что ситуация очень сложная?».

Ты же сказала, что ситуация очень сложная и что нам нужно хорошенько поговорить?

Рассвет смущённо улыбнулась и, заикаясь, сказала: «Даже если я не знаю, что именно произошло тогда, то, что ситуация сложная, правда».

Так как она чувствовала некоторую вину по этому поводу, её банальные попытки оправдаться были прелестными.

Она сказала, что “ситуация очень сложная” лишь для того, чтобы можно было сказать “нам нужно хорошенько поговорить”. Всё сводилось к эгоистичности и желанию девушки услышать его голос. Но, на самом деле, она не знала, почему именно они появились в этом незнакомом и опасном месте.

Ши Сяобай был ошарашен на мгновение, но он быстро успокоился. Он серьёзно сказал: «Ты и в самом деле ничего не знаешь?».

В нынешней ситуации, даже крошечная информация может спасти им жизнь.

Рассвет сразу посерьёзнела и нахмурилась, чтоб хорошенько подумать касательно этой ситуации. Она не была девушкой, которая ничего не знала. Когда она была серьёзной, она точно не была расхлябанной.

«Когда белый и золотистый света смешались, в то мгновение ничего не было видно. Но я всё ещё помню…что между белым и золотистым цветами были несколько лучей бледно-золотистого света. Так как бледность была относительной незаметной, я сначала подумала, что мне просто показалось, но, если сейчас хорошенько подумать, эти бледно-золотистые лучи света вылетели из земли и направлялись в небо».

Рассвет с задумчивым видом сказала: «Если я не ошибаюсь, то эти лучи золотистого света должны быть активирующим светом матричного построения. Земля, на которой мы стоим, вероятно является массивным, заранее установленным невидимым матричным построением. Если ещё учитывать кратковременную неясность мыслей и потерю веса, эта матрица, скорее всего, является телепортационным нексусом».

Ши Сяобай слегка нахмурился и сказал: «Значит, кто-то заблаговременно установил телепортационный нексус. Он был активирован, когда мы использовали всю свою силу. Так как мы не могли отвлечься, мы были перемещены в этот мир?».

Рассвет кивнула и сказала: «Скорее всего, всё так и есть. Но это первый раз, когда я столкнулась с такой незаметной и непроизвольной телепортацией человека. Поэтому это может оказаться чем-то другим, а не телепортационным нексусом. Но я уверена, что всё это устроил кто-то. Этот заговорщик сделал тщательные расчёты и создал план, чтобы убить нас».

Ши Сяобай мягко вздохнул и сказал: «Если это так, должно быть, тот человек принял во внимание команду выхода. Скорее всего, команда выхода не будет работать в этом мире. Чёрные лучи света и монстры должны быть бесконечными. Мы может немного продержаться, но мы рано или поздно падём. Побег из этого мира является единственным способом выжить».

Сказав это, Ши Сяобай ещё раз осмотрелся по сторонам. Кроме массивной трёхглавой гончей, которая била черепаший панцирь, к ним также приближались дюжины чудищ странных форм. И на горизонте продолжали появляться силуэты других монстров.

Сколько ещё черепаший панцирь сможет защищать их?

Когда придёт время, им придётся столкнуться с бесконечным потоком чёрных лучей и монстров. Как они выживут?

Побег из этого мира может звучит просто, но они не обладали никакой информацией касательно этого мира. Они также не могли узнать способ побега из этого мира. Они находились в отчаянной ситуации!

В глазах Ши Сяобай промелькнуло ошеломление, которое быстро исчезло. В его глазах сразу появилась твёрдая сила воли.

Нет!

Они должны выжить!

По крайней мере…

По крайней мере, Рассвет должна остаться в живых!