Ну что, какие у вас ощущения? Ещё не начали сходить с ума от такого отхождения от знакомых событий? Герои, не похожие на самих себя. Локации, будто взятые из другой реальности… хе-хе, это ещё даже не верхушка айсберга, мои дорогие собеседники. Сейчас мы вступаем на ту территорию, докуда оригинальная история дошла спустя огромный промежуток времени…

***

Не для кого не станет откровением тот факт, что каждое государство в той или иной степени стремиться стать сверхдержавой. Могущественной страной, которая впоследствии сможет управлять куда более слабыми территориями скопления людей. И чтобы этого достичь, государства собирают свои величайшие умы, тратят все необходимые ресурсы, дабы разработать то, что позволит конкурировать с противниками.

К чему всё это? А к тому, что в этом мире существует страна, которая своим технологическим прогрессом затмила всех, став абсолютным гигантом в промышленности. И теперь маленькими шажочками начинает подстраивать других под себя… Речь идёт о Фобрее.

Случай с Фобреем можно назвать не просто удачным стечением обстоятельств, а настоящим парадом планет. Не каждый день же на свет рождается гений инженерии. Сейчас о нём заостряться не будем, вам ещё рановато уходить в такие дебри. Стоит лишь сказать о том, что именно из-за его трудов Фобрей стал той страной, которой является сейчас. И дабы наглядно продемонстрировать преимущество этого государства перед другими… был построен Гирфилд.

Столица Фобрея. Город, своим существованием противоречащий концепции магического фэнтези. Здесь вы не встретите ни одного обладателя магии, ни одного монстра или полулюда в подчинении. Каждый полагается лишь на одно – технологии. В условиях мира, где магией обладает достаточно малый процент живых существ, технологии стали настоящим спасением и путём к дальнейшему развитию. Готовка, шитьё, промышленность, оборона и многое другое — все процессы упростились за счёт устройств, разработанных гениальными учёными Фобрея. Устройств, которые никто из других стран никогда не получит… за некоторым исключением.

Благодаря грамотным партнёрским отношениям, Мелромарку выпала возможность стать частью всеобщего прогресса и постепенно новые технологии стали поступать и на его территорию. Однако цена за эту возможность была далеко не маленькой и к части этой цены уже стремится её дорогая мать.

Королевская карета разъезжает по столичной дороге. Граждане, одетые в деловые костюмы да повседневные платья, останавливаются на месте, дабы хоть ненадолго взглянуть на проезжающий мимо транспорт. Они словно застыли при виде чего-то столь роскошного, но в то же время угрожающего. И неспроста, ведь от ледяного взгляда, скрывающего за стеклом кареты, как будто действительно можно было застыть.

Транспорт останавливается. Верные слуги на всех порах мчатся к двери дабы дать своей госпоже выйти. Глаза медленно проходят снизу вверх, впереди стояло высокое многоэтажное здание, походящее на пятизвёздочный отель. Руки чуть приподнимают платье, ноги неспешно бредут вперёд. Внутри уже поджидал обслуживающий персонал, который с должными почестями поприветствовал гостью. Никакой ответной реакции не последовало, госпожа уже была здесь несколько раз и прекрасно знала куда идти.

Лифтёр ожидал гостью внутри своего постоянного рабочего места. Стоило ей зайти внутрь, мужчина тут же потянул за рычаг и дверцы подвижной кабинки сразу закрылись. Они поднимались вверх, на самый верх. Хоть госпожа и приковала свой взгляд исключительно на дверцах, по спине стоящего рядом лифтёра медленно спускались капельки пота. Он боялся совершить хоть малейшее действие, лишь бы женщина, что стоит за ним, не обрушила на мужчину свой праведный гнев. Каждый боялся.

Двери открылись. Тихий коридор, что отделял гостью от нужного жилья заполнился ритмичными стуками каблуков о пол. Слуга протягивает ей связку ключей, на которой гостья выбирает нужный экземпляр. Ключ вставляется в дверную ручку…

В то же время, на балконе стояла молодая девушка, рассматривающая красоты столицы с высоты птичьего полёта. Ветер развивал её алые волосы да красноватое платье, пока свет солнца добавлял её украшениям блеска. На душе было не спокойно. Изумрудные глазки пытались зацепиться хоть за что-то, но бушующие в голове переживания не давали ей сконцентрироваться на чём-либо конкретном. Что-то надвигалось. Что-то очень знакомое, родное… и от того ещё более тревожное.

— Мама! Мама! — Детский мальчишеский голос вытащил девушку из неприятных раздумий.

Красноволосый мальчик лет пяти с ярко-голубыми глазами вцепился в ногу матери, демонстрируя ей свою жизнерадостную улыбку. Вместе с ним подошла и девочка того же возраста с длинными светлыми волосами и такими же изумрудными, как у матери глазами. Девушка приобняла парнишку и спросила:

— Дети, что случилось? — Улыбнувшись, спросила девушка.

— Мама, к нам бабушка пришла!

— Ба?..

В миг её глаза расширились, а дыхание стало прерывистым. Пазл сложился. Ведь причиной её тревоги всё это время была…

— Здравствуй, Малти, — …она.

Высокая, статная женщина вышла на свет, дабы Малти могла хорошенько рассмотреть образ своей матери. Она была облачена в платье из чёрного шёлка, украшенное тонкой вышивкой и драгоценными камнями, вплетёнными в сложные узоры на корсаже. Воротник из полупрозрачного кружева едва касался её бледной шеи, а в центре груди мерцала алая капля рубина, словно застывшая кровь. Её волосы, цвета увядшей лаванды, были искусно уложены в сложные локоны, которые обрамляли её лицо, смягчая его острые черты. На голове покоилась корона из серебра, усыпанная рубинами, напоминающая о её статусе и власти. Однако, самым жутким в её облике были глаза - два аметистовых колодца, полных леденящего ужаса и нескрываемого ума. В них читалась усталость веков и одновременно неутолимая жажда зрелища. На губах застыла лёгкая, почти незаметная улыбка, в которой угадывалась смесь иронии и предвкушения. Она казалась загадкой, которую невозможно решить. И от того наводила ещё больший страх. Вот какова она, Мирелия Ку Мелромарк.

— Матушка, — в голосе Малти можно было уловить долю шока. — Не ожидала тебя сегодня увидеть. С какой целью ты к нам явилась?

— Мне нужен особый повод, чтобы встретиться с любимой дочуркой? — Вопрос от королевы прозвучал довольно невинно, но дочь будто ощутила на себе материнский упрёк.

— Ну что ты, конечно же нет, — отнекивалась Малти, пытаясь всеми фибрами души делать вид, будто очень рада видеть Мирелию. — Клайв, Кловер, поиграйте пока в доме. Нам с бабушкой нужно поговорить наедине.

— Ладно! — Синхронно ответили ей дети. Королева проводила их своим взглядом, пока они убегали прочь.

— Как же быстро они растут, хи-хи, — Мирелия не могла не порадоваться за своих внуков. — Ты, должно быть, устала вечно за ними следить? Почему бы не нанять сиделку или отдать мне на присмотр, чтобы ты могла отдохнуть?

— Я и сама прекрасно справляюсь, спасибо за помощь, — натянуто поблагодарила девушка за предложение. — И всё же не будем отходить от темы. С какой целью ты пришла, мама?

Мирелия сняла с себя улыбку и медленно прошлась к балюстраде. Руки устало опустились на ограждение, из рта вышел протяжный вздох.

— Только я думала, что наконец-то наше положение начинает налаживаться, как происходит это, — королева не стала вдаваться в детали, но дочери этого как будто бы было и достаточно.

— Дай угадаю, всё дело в призыве?

— Именно, — моментально ответила Мирелия. — Мало того, что твой непутёвый папаша несогласованно приказал призвать всех Героев в Мелромарке, так ещё умудрился это сделать именно в тот момент, когда у меня почти получилось заключить с Зельтбулем партнёрские отношения… — в руке королевы создался сгусток льда. — И всё это теперь сорвано! — Который в тот же миг был раздавлен. — И сейчас я должна, как какая-то дура, колесить по всему свету, чтобы утихомирить все страны, которые планировали призвать нужного им Священного Героя!.. — с нескрываемой ненавистью прокричала королева Мелромарк.

— А что насчёт?..

— Не смей его упоминать, — Мирелия прекрасно поняла о ком Малти хотела узнать, поэтому тут же её перебила. — Ни в коем случае не смей о нём думать при мне.

— Но всё-таки отец призвал и его, мама.

— И это, дочь моя… — Мирелия крепко схватила свою дочь за плечи. — Это самое отвратительное, что произошло за всё время.

Малти могла чётко увидеть в глазах матери неописуемое раздражение вкупе с ненавистью и злобой, которые ощущались в её хватке. Старшая дочь была прекрасно осведомлена о причине столь резкого отношения к персоне, которую они обсуждали. Но одно дело, видеть её реакцию в мирное время, когда на горизонте не надвигается масштабная мясорубка. Другое, когда это происходит в разгар Волн бедствий.

— Ты понимаешь, что я сейчас чувствую, Малти? Это не то, что измена… это предательство… — широко раскрытыми глазами она смотрела будто не на саму дочь, а в её душу, дабы та могла хорошенько прочувствовать всю накопившуюся тревогу внутри себя. — Твой отец совершил самый страшный грех в своей жизни.

— Я… поняла… — Сквозь боль произнесла дочь. — Отпусти меня, пожалуйста. — Мирелия словно опешила и спустя пару секунда молчания убрала руки с красноволосой. — Что ж, это явно не случайное стечение обстоятельств. Похоже, отец что-то задумал.

— Это и дураку понятно, — королева вернулась к ограждению. — Я давно подозревала, что у Олткрея другой взгляд на идеологию нашего государства. В нём всё ещё осталась эта… слабость.

— И что ты планируешь делать?

— У меня есть идея как подорвать его идеальный план, — вполне спокойно ответила Мирелия. — Не волнуйся, твоя помощь не потребуется.

— Умеешь ты утешить, — с иронией ответила ей Малти. — В чём он заключается?

— Хи-хи… Скажем так, твой дорогой муженёк мне с этим уже немного помог…

***

Утро. Герой Щита мог продолжать и дальше валяться на мягкой двухместной кровати, однако лучи яркого солнца падали прямо ему на глаза. Природа будто сама говорила: “Пора вставать. Нужно двигаться дальше”. Ну и его единственная удобная позиция при сне теперь тоже попала под удар, так что другого выхода буквально не оставалось.

Потянувшись, а затем пару раз зевнув, Дзюн встал на ноги и приоделся в свой наряд, скрывающийся под слоем брони. Сейчас был один из немногих моментов, когда он мог какое-то время походить без дополнительной нагрузки. Спустя почти месяц с момента призыва это уже воспринималось так, будто от Иватани отделяли часть его тела, настолько лёгким он становился.

Первым делом, Герой Щита отправился принимать ванные да мыльно-рыльные процедуры, благо маршрут до нужной комнаты он ещё помнил. Прохладный душ сейчас был как нельзя кстати. Дзюну нужно было остудить не только своё тело, но и голову, ибо мыслей в ней было хоть бы хны. Парень всё ещё не мог отойти от вчерашнего празднества. Под конец вечера концентрация алкоголя в организмах гостей достигла высокого значения, из-за чего в зале было куда шумнее, чем в начале пиршества. Благо, особо активных гостей смогли вовремя успокоить и вывести из замка. Иватани и не подозревал, что такие, на первый взгляд, интеллигентные персоны могут так сильно измениться, стоило им глотнуть спиртного.

Приведя себя в порядок, Дзюн вышел из ванной комнаты и направился будить свою рабыню. Она покинула вчерашний вечер, стоило прислугам упомянуть о том, что комнаты для Героев и их спутников готовы. Ссылалась тануки на свою усталость после Волны, а также на выпитое шампанское, который только больше её расслабил. Герой Щита уже представлял исходящий от неё ураган, когда он посмеет нарушить покой енотовидной. И, признаться честно, он бы мог оставить её спать и дальше, но сейчас дуэт находился на территории ненавистников полулюдей и Рафталия была в огромной опасности. Дзюну очень не хотелось, чтобы с её спутницей случилось что-то неладное.

И вот ноги Щитоносца доходят до заветной спальни, кулак тянется к двери, чтобы постучаться к девушке… и она внезапно открывается.

— Э?! — Оба были шокированы столкновением друг с другом.

Рафталия выглядела встревоженной и оттого разозлённой. Она уже успела одеться и привести себя в более-менее опрятный вид. Спустя минуту молчания девушка заговорила:

— Меч мой не видел? — Дзюну сразу стало понятно, что к чему.

— Понятия не имею, — спокойно ответил её хозяин.

— Ясно… — разочарованно проговорила полулюдка и тут же закрыла дверь.

— … и тебя с добрым утром…

Иватани воспринял этот жест, как знак того, что тануки проснулась и поэтому он имел полное право зайти к ней в комнату. Внутри его уже ждал бардак, устроенный спутницей. На полу валялось постельное бельё, шкафы и тумбы были полностью раскрыты, а их содержимое выброшено, даже шторы с окнами пострадали.

— Тебя личному пространству не учили?! — Гневно прокричала полулюдка при виде вошедшего иномирца.

— Где ты в последний раз его видела? — Герой Щита проигнорировал претензию своей напарницы. Рафталия решила выйти из состояния агрессии и сделала глубокий вдох.

— Вчера я оставила его на тумбе возле кровати, — девушка указала на упомянутый элемент интерьера. — Перед сном пошла помыться. Когда вернулась, он всё ещё был здесь. На утро просыпаюсь, а он пропал.

— Ты уверена, что оставила его именно там?

— Я хоть и выпивала, но не налакалась до беспамятства, — тануки догадалась о предположении Дзюна. — Бред какой-то…

— Я могу попробовать попросить прислугу поискать твой меч по замку. Может быть, совместными усилиями нам удастся… — Иватани не успел договорить, ведь его тут же оборвала напарница.

— Нет в тебе никакой предосторожности, Дзюн. Ты забыл, где мы находимся? Тут каждый второй желает моей расправы за факт существования, — полулюдка отчитывала Щитоносца так, словно учительница указывала своему непутёвому студенту на его ошибки.

— Хочешь сказать, что его украли?

— Если не решили сделать что похуже… — загадочно произнесла тануки, отводя взгляд в сторону. Она кое о чём задумалась. — А ты… с какой целью ко мне пришёл?

— Я хотел, чтобы мы наведались к Эльхарту с Роминой, а то моя броня довольно серьёзно повредилась на Волне, — уши полулюдки навострились, а пушистый хвост поднялся вверх.

— Хм… тогда мы просто пойдём туда. Забудем о мече и займёмся твоей проблемой. Тебе денег дали много за Волну, может и мне что-то перепадёт, — она стала вести себя как-то по-странному дружелюбно. Дзюн от таких изменений в характере скорчился в безумно-удивлённой гримасе. — Лицо попроще сделал.

— Тебе не кажется, что ты как-то слишком критично всё воспринимаешь? — Спросил Герой Щита, когда Рафталия пошла надевать свою амуницию.

— В отличие от тебя, у меня мозгов хватает быть осторожной.

В этой ситуации Иватани не мог ей что-либо противопоставить. У енотовидной был веский повод воспринимать любую происходящую с ней странность в штыки. Сейчас они в стране, где полулюди являются существами второго сорта, на уровне тех же монстров. До сих пор дуэт мог спокойно разгуливать по столице, потому как каждый был в курсе, что с ними сотрудничает принцесса Мелти. Если их лишить поддержки королевской семьи, то Герой Щита со своей рабыней попадут под прицел всех недоброжелателей.

Таким образом, наши герои благополучно покинули стены замка, напрочь “позабыв” об исчезнувшем оружии. Сегодняшний день в Маджестиксе можно было описать не иначе, как ярким. Голубоватые небеса в кои-то веки не были загорожены серыми тучами, и солнечный свет всей своей теплотой согревал эту грешную землю. Дзюну даже стало слегка душновато в своих повреждённых доспехах.

— Сегодня по-необычайному тепло, не так ли? — Подметил Щитоносец. — Может быть, это знак о том, что дальше будет попроще?

— Не обольщайся раньше времени, — тануки не могла похвастаться тем же энтузиазмом. — Тебе не кажется странным, что в такую замечательную погоду на улице ни единой души, кроме нас?

В самом деле, улицы таинственного города по-странному пустовали. В дни, когда осадки заставляли людей прятаться по домам, на улице и то можно было кого-то встретить. Но сейчас… никого. Ни единого голоса, ни одного стороннего шага.

— Куда все делись? — Задался вопросом уже осознавший происходящее Герой Щита. — В бинго играть пошли?

— Во что?.. — переспросила полулюдка, нахмурив брови. Дзюн хотел было ответить, но…

Проходя мимо относительно тёмного переулка дуэт услышал звонкие, с каждым разом приближающиеся всё ближе и ближе, звуки. Когда же они остановились, дабы узнать инициатора, стоявшего за этим шумом, двоица несколько смутилась.

Когда силуэт подобрался до наших героев достаточно близко, они поняли, что шум издавал бившийся о каменную стену складной шуангоу. Тут-то всё и стало на свои места и перед дуэтом предстала знакомая рыжеволосая. Лицо у неё было мрачным, а в глазах можно было прочитать некоторую задумчивость, что было явно не к добру.

— О, какое совпадение, — спокойно, в свойственной ей манере наигранно произнесла девушка. — Я как раз вас искала.

Елена бегло осмотрела сначала Дзюна с головы до ног, а затем и его рабыню. Уголки её губ едва поднялись вверх.

— Где оружие просрала?

— Не понимаю о чём ты, — Рафталия насторожилась. Рыжеволосая явно что-то знала, но не собиралась раскрывать все карты.

— Не строй из себя дурочку. Каждый уважающий себя воин всегда под рукой носит своё верное оружие. Где твой меч? — Обстановка заметно накалялась. Мисс Хэйвен будто не вела допрос, а вытаскивала признание из енотовидной.

— Елена, мы не очень понимаем, что происходит. Ты можешь нам объяснить? — Совершенно невинно обратился к ней Иватани.

Спутница Героя Копья вновь перевела взгляд на иномирца и своими прищуренными глазами будто заглядывала в его подсознание. У Героя Щита неиронично пошли мурашки по спине. Будто бы убедившись в искренности его слов, Елена вернулась в своё спокойное состояние и сказала:

— За мной.

Двоица не стала задавать лишних вопросов и молча проследовала за девушкой. Путь пролегал по таким же узким тёмным переулкам, будто специально чтобы не попасть под чей-то взор. Дзюн всё больше стал прислушиваться к Рафталиным словам. Атмосфера была слишком таинственной, словно его держали за дурака, скрывая какой-то страшный секрет. Но хуже всего было то, что Иватани чувствовал, что виновник идёт перед ним. Он не хотел выдумывать лишнего и заранее навешивать ярлыки. Но тануки сегодня ведёт себя слишком подозрительно.

Дзюнпей шёл крайним и мог увидеть её напряжённый вид. Её напирающую походку. Её сжатые до предела кулаки. Она чего-то боялась. Но чего же? Ответ пришёл, когда они добрались до нужного места.

Десятки людей столпились вокруг фонтана на центральной площади и что-то бурно обсуждали. Понять, что с ним не так с далёкого расстояния не представлялось возможным, поэтому Елена предложила подойти поближе. Троица протискивалась через встревоженную толпу, ещё не подозревая о том, какая картина их уже поджидает…

— Какого?..

Вода в старом фонтане, обычно тихо журчавшая в спокойные дни, сейчас стала зловеще бордовой. Некогда чистая и прохладная, она превратилась в вязкую, пахнущую железом жижу. В самом центре фонтана, среди разбитых кувшинок и обломков мраморных нимф, лежал труп.

Доспехи, когда-то блистающие в лучах солнца, теперь были измяты и покрыты густой багряной коркой. Шлем, сброшенный в сторону, обнажал мёртвое лицо, искажённое последней гримасой ужаса. Застывшие, полуоткрытые глаза смотрели в никуда, отражая мутную воду и чистое небо.

Глубокая рана зияла на груди, разрывая сталь доспехов и плоть под ними. Кровь, вытекающая из неё, окрашивала воду вокруг, растворяясь и расплываясь, словно багряная краска по белому холсту. И внутрь этой раны был воткнут…

— Это… — Дзюн сложил два и два и понял…

— Мой… меч… — тихо в ужасе прошептала Рафталия.

Она опознала убитого. Это был тот самый усатый солдат из группы Героя Лука, который на вчерашнем застолье до неё домогался. Какое невероятное совпадение. У тануки нервно задёргался глаз.

— Что-то не так, подруга? — Теперь поведение Елены стало обоснованным. — Заметила какие-то знакомые вещи?

В груди покалывало, дыхание стало прерывистым. Её будто снова загнали в угол, как тогда в лесу. Одна против всего мира.

— Я… это… — язык заплетался. Девушке было тяжело выговорить хотя бы одно слово.

Близстоящие горожане стали замечать застывшую от шока енотовидную. Тихие шепотки проносились по её пушистым ушкам. Они начали что-то подозревать.

— Рафталия… — неуверенно начал Дзюн. — Неужели ты?..

И конечно же собственный хозяин встаёт против тануки. Это было ожидаемо. Чтобы он встал на твою сторону, когда каждый день ты то и делаешь, что смешиваешь его с дерьмом. И всё же на душе остаётся отвратительный осадок.

— Это… это…

И в какой-то момент произошёл срыв.

— Это была не я!

Тишина. Крик эхом раздаётся по всей площади. Каждый перевёл свой взгляд с трупа на полулюдку. Абсолютно каждый. Они пялились на неё. Они ей…

— Лгунья! — … не поверили. Как и не поверил бывший лидер убитого солдата.

Герой Лука вышел из скопившейся вокруг фонтана толпы и залез на его ограждение. Он был вне себя от ярости осознавая, что его верный товарищ погиб таким образом.

— Я подозревал по какой причине полулюди столь ненавистны в этих краях… — Кавасуми перевёл свой разгневанный взгляд прямо на тануки. — Но теперь мне всё стало ясно. Они ничем не отличаются от тварей, которых мне приходиться истреблять день за днём! И ты это доказала! — Лучник выставил указательный палец прямо на Рафталию. Ситуация вышла из под контроля. — Стража! Схватите убийцу!

Стоило ему проговорить эти слова, как к осквернённой достопримечательности явилась и группа королевских солдат. Очевидно, им нужна была полулюдка. В то же время, Дзюн и Рафталия находились в полной растерянности от такого неожиданного стечения обстоятельств. Действовать нужно было быстро, однако обоих окутала паника. Мысли растерялись, ничего дельного не приходило… как тут же рука Щитоносца была схвачена.

— Сваливаем отсюда! Быстро! — Скомандовал вовремя объявившийся Мотоясу, чем отрезвил разум Героя Щита.

Тот, не мешкая ни секунды, схватил девушку за руку и последовал вместе с ней за Копейщиком. Ноги думали быстрее, чем мозг успевал осознавать направление. Они не оглядывались назад и концентрировали всё своё внимание исключительно на дороге. Даже если не понимали, куда направляются. Путь побега пролегал через всё те же длинные узкие улочки да тёмные переходы, дабы преследующая их стража не смогла как-то застать их врасплох. Где-то приходилось перелазить через высокие ограждения, дабы окончательно не дать солдатам и шанса на поимку.

Тануки словно была куклой, которой управлял её хозяин. Она бежала следом за ним, пока Дзюн крепко держал свою напарницу за руку. Ни одного возражения, ни одной колкости. Голова была словно пуста и единственное, что оставалось делать — это бездумно следовать. И таким образом группа добралась до безопасного места.

***

В кабинете короля царило спокойствие. Его Величество восседал на кресле у своего письменного стола и что-то выписывал пером на пергаменте своей механической рукой. Для Олткрея период адаптации к искусственной конечности проходил тяжко. Все подбираемые предметы, каждое рукопожатие, любые действия рукой — всё казалось инородным. Он более не был способен ощутить ею текстуру, температуру и иногда даже тяжесть. Однако дни сменялись неделями, недели месяцами, а месяца годами, и вот теперь Король Мудрец с лёгкостью орудует пером, расходуя ярко-пахнущие чернила.

— Я знаю, что ты здесь, Тень. Можешь не прятаться, — обратился король к незваному гостю.

Смысла скрываться более не было, поэтому возле книжного шкафа материализовалась девушка, сняв свой капюшон. Член специального подразделения королевских служащих. Те, кто являются глазами и ушами государей. Понятное дело, Тень пришла к Олткрею не с пустыми руками.

— Ваше Величество, — обратилась девушка, поклонившись королю. — Я пришла доложить вам о сегодняшнем инциденте, произошедшем в городе.

— Излагай, — осторожно произнёс государь, отрываясь от своей писанины.

— До нас дошла информация о жестоком убийстве авантюриста, чьё тело оставили прямо в фонтане на центральной площади, — бесстрастно докладывала Тень.

— Известна ли личность убитого?

— Конечно. Погибшим является Маруд Кили. Авантюрист с северного Мелромарка, что присоединился к группе Героя Лука на следующий день после призыва.

Король Мелромарк помрачнел. Он помнил каждого приглашённого авантюриста для отбора кандидатов в напарники к Героям. Маруд был одним из самых целеустремлённых и решительных бойцов из всех присутствующих, чем вселял в других уверенность в том, что он окажется достойным компаньоном. И по итогу его настиг такой конец…

— Это невероятно кошмарная новость, Тень, — но… — Однако это не главное, о чём ты меня хотела проинформировать, — Олткрей понял это, основываясь на скромном количестве деталей от девушки. Возможно, она намеренно не договаривала до нужного момента. — Что-нибудь известно об убийце?

— Основываясь на обвинениях со стороны Героя Лука, а также улики в виде меча, найденом вонзённым в тело погибшего — убийцей может являться рабыня Героя Щита.

Тишина… государь неспешно снял очки с лица, попутно собирая мысли в голове. Он подозревал, что что-то подобное рано или поздно произойдёт, дабы хоть каким-то образом очернить имя Героя Щита. И как удачно, что инцидент случился ровно на следующий день после того, как Щит хорошо проявил себя на Волне.

— Нынешнее местоположение Героя Щита и его рабыни известно?

— Они сбежали с места преступления, стоило Герою Лука привлечь стражу, дабы схватить получеловека. Сейчас Герой Щита скрывается где-то в столице.

— Хорошо. Это даст ему немного времени.

Мудрый король встал со своего рабочего места и направился прямо к балкону. В Маджестиксе сегодня было необычайно солнечно, что Олткрею даже хотелось улыбнуться, видя вырисовывашуюсю перед ним красоту. Но горькое осознание происходящего лишь сильнее давило ему на сердце. Это была не случайность. Это была чётко спланированная подстава. Тут даже особо и думать не надо, кто может за всем стоять. Если не напрямую, то через посредников её руки способны дотянуться до каждого. Теперь задача стояла другая — как бы эти руки не то, что срубить, но хотя бы подольше оставить связанными.

Почесав бороду, король вернулся за письменный стол и в скорейшем темпе закончил текст на пергаменте. Затем свернул его и упаковал в вытащенный из ящика конверт.

— Тень, ты знаешь, куда это отправить, — сказал Олткрей, протягивая слуге письмо. Девушка покорно приняла конверт и спрятала его где-то под своим плащом.

— Что-нибудь ещё, Ваше Величество? — Тень будто читала мысли государя. Действительно, это было не всё, что король хотел ей поручить.

— Сообщи Мелти, чтобы она явилась сюда прямо сейчас. Мне нужно с ней серьёзно поговорить, — девушка молча смотрела на короля, но Олткрей понимал, что она ожидала либо ещё одного поручения, либо команды. — Это всё, исполняй.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Тень покинула кабинет государя, вновь став невидимой. Тяжёло вздохнув, Олктрей расслабленно расплылся на кресле, дав себе возможность немного передохнуть. Какое-то время он просто пялился в пространство, о чём-то раздумывая. А затем открыл один из ящиков под собственным столом и достал оттуда кое-какой памятный предмет.

— Эх… надо бы их уже починить…

Это были серебряные карманные часы на цепочке. Нажав на кнопку Король Мудрец увидел сломанный циферблат, а также изображение на задней части крышки, на котором виднелась счастливая молодая пара. В глазах спокойно читалась тоска. Тоска по былым временам.

— Мне очень жаль, любовь моя… но это должно закончиться.

***

— Закройте двери на ключ на всякий случай! — Скомандовал Герой Копья, кидая Дзюну связку ключей. — Тем, что самый длинный, — заранее сказал он, подозревая о возможном вопросе.

Когда наши герои успешно оторвались от отряда королевских гвардейцев, Герой Копья тут же повёл их, по его словам, в безопасное место. Им оказалась почти что богом забытая забегаловка где-то в закромах столичного города. Мотоясу не стал вдаваться в подробности того, откуда он узнал об этом месте и уж тем более, откуда у него к нему ключ.

“Я помог человеку, который раньше управлял этим местом и он предложил мне за ним присмотреть”, — единственное, что тот сказал.

На первом этаже располагалась еле остающаяся живой пивнуха, в то время как на втором находилось жильё владельца заведения. Стоило Мотоясу открыть дверь в спальню, как тут…

— Папа!

Неожиданное “папа!” выбило Дзюна и Рафталию из колеи и стоило им взглянуть на источник этого выкрика, у них всплыли некоторые вопросы к Китамуре. На незаправленной кровати у стенки сидела маленькая невинная девочка лет десяти. У неё были длинные розоватые, словно расцветающие лепестки персика, волосы и ярко-голубые, будто два чистых драгоценных камня сапфира, глаза. Она была одета в довольно великоватую для неё красную клетчатую рубашку, на спине которой что-то явно выпирало.

— Кто эта мелкая? — Настороженно спросила тануки, осторожно поглядывая на Копейщика.

— Тц… Как бы вам объяснить?.. — Задумался Герой Копья, пощипывая переносицу.

— Сакура это, чё тут думать? — Устало раскрыла все карты Елена, заходя в комнату, дабы повесить свой пиджак на стул у окна.

Иватани и енотовидная с широко раскрытыми глазами вновь уставились на девочку. Им казалось, будто группа Китамуры над ними жестоко стебалась. Ну не может здоровая всеядная птица, способная одним пинком отправить человека в свободный полёт, превратиться в хрупкую маленькую девочку. Или может?

— Короче, да, — виновато подтвердил слова своей напарницы Мотоясу. — Сами в шоке, только сегодня её в таком виде обнаружили. Пришлось отдать ей старую рубашку, ибо другой одежды нет.

— Но каким образом? — Задался вопросом Дзюн.

— Из-за уровня, скорее всего. Полулюди растут, как на дрожжах, а филориалы… в детей превращаются.

— Папе не нравится какой стала Сакура? — с ноткой печали произнесла девочка. — Сакура думала, что папа обрадуется, когда она станет на него похожей.

— Ещё и папой называет… — жалобно произнёс Китамура, закрыв лицо ладонями. Через секунду он почувствовал хлопанье по своему плечу.

— Ну, удачи тебе с бременем молодого папы, — Дзюн “поддерживал” своего друга, как мог.

На секунду сложилось впечатление, будто ничего и не произошло и все дружно стебались над несчастным Копейщиком. Но стоило наигранности исчезнуть…

— Рафталия, можешь выйти из комнаты, пожалуйста? — Спокойно попросил Мотоясу.

Не сказав ни слова, тануки покинула спальню с опущенными глазами. Ещё несколько мгновений остальные авантюристы лишь слушали, как девушка спускалась по ступенькам вниз, дабы убедиться, что она их не услышит. И когда шаги стихли, Мотоясу встал возле окна, загадочно почесал свою щетину на подбородке и тихо спросил:

— Что думаешь, это она сделала?

Дзюн замялся. Ему было крайне тяжело подобрать какой-либо ответ, ибо ситуация оказалась покрытой мраком:

— Я не знаю. Честно, — также негромко ответил Щитоносец.

— Ну, это ожидаемо. Ещё сам не пришёл к выводу, — поддержал своего коллегу Герой Копья. — Но ты же понимаешь, что это так просто не оставят?

— И это меня больше всего пугает, — откровенно ответил Иватани. — Сначала пресса напечатает громкие заголовки в газетах, а потом по сарафанному радио начнут распространять версию о том, что того солдата убила Рафталия…

— Это ещё цветочки, — влезла в диалог Елена. — Случай скандальный. Сейчас в столице начнётся усиленное патрулирование. Вам даже прохода не дадут.

— А что случилось? — Безобидно спросила Сакура.

— Сакура, закрой ушки. Тема взрослая, тебе ещё рано об этом знать, — приказал ей “отец”.

— Ладно, — девочка послушно прикрыла уши ладонями.

Пару минут в комнате царила тишина. Каждый находился в собственных размышлениях касательно нынешних обстоятельств. Если Мотоясу с Еленой смотрелись в целом спокойно, то вот Дзюн был встревожен. У него только-только начинало налаживаться и вдруг всё перевернулось вверх дном. Герой Копья заметил полное переживаний лицо коллеги.

— Так, сейчас самое главное – не паниковать.

— Тебе легко говорить…

— Эй, между прочим, я ваши шкуры спас! — Возразил блондин. — И теперь могу считаться соучастником. Так что мы с тобой в одной лодке, приятель.

— Это не сильно обнадёживает… — С тем же поникшим видом проговорил Дзюн.

— Слушай, я не знаю всю подноготную, но девчонка твоя явно не глупая. Она бы точно не стала тебя так подставлять.

Иватани отвёл взгляд в сторону, ибо ему было тяжело с этим согласиться. Бесспорно, хоть он с Рафталией и находился в постоянных контрах, но имело это исключительно словесный характер. Но это не значит, что она не могла спланировать что-нибудь эдакое, дабы подставить палки в колёса Щитоносцу. А оказавшийся поблизости Маруд стал лишь удачным инструментом.

— Возможно и так, — но он всё же пытался видеть в ней лучшее. — Но, в любом случае, что нам теперь делать?

— Сидеть и не рыпаться, — снова влезла в разговор Мисс Хэйвен. — По крайней мере, сегодня.

— Искать способы для побега. А то, чую я, в столице вам в ближайшее время не сильно рады будут… А вот нам бы втроём понять, как теперь из этой ситуации выкручиваться, — на некоторое время Копейщик призадумался. — Кстати, а где Райно?

И тут, словно гром среди ясного неба, в комнату резко зашла… Райно. Остальные присутствующие нехило так удивились внезапному появлению члена группы Героя Копья. А сама девушка как будто бы находилась не при делах и не поняла, почему все на неё так странно пялятся.

— Приветствую, — обратилась она к Герою Щита, сделав аккуратный кивок. Дзюн лишь помахал ей рукой в ответ, пока на его лице читалось смятение.

— Ты где была? — обратилась к Райно её напарница. — И как ты оказалась внутри, если мы заперли дверь?

— Задаёшь как-то много вопросов, — Райно стала отнекиваться вместо ответа.

— Имею право. У нас тут происшествие необычное, а ты ведёшь себя достаточно подозрительно, — не стала скрывать причину своей осторожности рыжеволосая.

— А, вы про убийство спутника Героя Лука? Я как раз по этому поводу, — всё также продолжала игнорировать каверзные вопросы блондинка. У Мисс Хэйвен от такого неуважения задёргалось веко от напряжения.

Закрыв за собой дверь, блондинка облегчённо выдохнула. Похоже, ей пришлось столкнуться с некоторыми трудностями во время передвижения до нынешней дислокации. Всё ещё остаётся вопрос: где она находилась, пока группы Героев скрывались от стражи?

— У меня есть сообщение для Героя Щита, — пояснила свои слова девушка.

Дзюн скрестил руки, как бы показывая свою настороженность. Его Величество, должно быть, уже был осведомлён о происшествии и начал предпринимать необходимые меры. Вопрос лишь в том – какие? Щитоносец начал обдумывать в голове возможные варианты дальнейшего развития событий. От самого благоприятного исхода, как если бы Олткрей докопался до истины и снял все подозрения с енотовидной, до самого ужасного в виде казни рыжеволосой тануки… и самого Иватани, как соучастника. Эту мысль он старался от себя отгородить как можно дальше.

— Через пару часов сюда прибудет принцесса Мелромарк, дабы наедине с вами обсудить вопрос, касательно убийства, — проинформировала Райно иномирца. — Будьте готовы к тому, что вас заставят принять решение.

— Касательно чего? — Поинтересовался Дзюн.

— Думаю, для вас это и так очевидно.

Получается, что финальное слово решили отдать хозяину рабыни. От осознания происходящего Иватани сглотнул.

— Можно, конечно, упростить процесс, — добавила блондинка. — Использовать печать и выведать всю информацию у самой Рафталии.

— Кстати, да, — поддержала эту мысль Елена. — Ты же можешь настроить её печать так, чтобы та била её током, стоит только солгать.

Как бы жестоко это не звучало, но дамы были правы. Если это и вправду могло помочь решить все их проблемы, то стоило бы прибегнуть к этому методу. Только вот, было одно но…

— У неё… нет такой функции… — виновато обнадёжил их Щитоносец, зайдя в меню печати.

— Всмысле? — Недоумевала Райно.

— Аргх, чёрт! Да у неё печать дешёвая! — Дошло до Мисс Хэйвен.

Похоже, что при покупке Мелти всё же смогла вставить свою лепту и попросить Беллоукаса нанести тануки самую дешёвую, порезанную в функционале рабскую печать. Настолько, видимо, она не желала видеть её в группе на продолжительном сроке.

— Что ж… в таком случае, остаётся только ждать.

***

Три часа. Три часа ожидания прихода принцессы прошли… тяжело. Группа Героя Копья занималась своими проблемами в спальне на втором этаже, Рафталия сидела за заброшенной барной стойкой в гордом одиночестве, потягивая оставшийся алкоголь. А вот Дзюн… он заперся в ванной и сел спиной к двери. Ему нужна была тишина. Нужна была концентрация.

Однако и тут случилась неудача. Солнечной погоды хватило ненадолго, вскоре серые тучи вновь заполонили небосвод и на улицы Маджестикса снова падал ужасный ливень. Мысли смешались. Здраво разложить всё по полочкам не представлялось возможным. Он не знал всей картины и потому не мог ни на кого развешивать ярлыки. Это было бы нечестно. Это было бы несправедливо.

Справедливо… а справедливо ли было натравливать отряд стражи на тех, чья причастность не была доказана? И если да, то что из себя вообще представляет эта ваша справедливость? Очередное оправдание для совершения провокационных и скандальных действий? Тогда это не справедливость. Это цирк.

— Я уже ничего не понимаю… — устало произнёс Щитоносец, закрывая лицо ладонями.

С той стороны двери постучали. Подошедшая Райно сообщила о том, что долгожданная гостья прибыла. Дабы хоть немного обезопасить Героя Щита от дождя, девушка принесла ему чёрный плащ с капюшоном. Облачившись в тёмную мантию, Щитоносец прихватил ключи от входной двери и спустился на первый этаж, где его уже ждала картина прилёгшей на стол енотовидной, рядом с которой стояла пустая бутылка. Дзюн испытывал жалость к своей рабыне. Её судьбу даже врагу не пожелаешь.

Замок открылся, дверь распахнулась. Тёмные грязные и теперь мокрые улицы захолустья столицы предстали перед взором Щитоносца. И где-то вдалеке стояла тонкая фигура под зонтом и смиренно ждала, когда паренёк к ней подойдёт. Иватани сжал кулаки и направился прямо к девушке.

Мелти была абсолютно сухой. Невозможно было найти и капли на её теле, даже на обуви. Скорее всего, принцесса даже тут в тихую использовала магию. Уж очень она была брезгливой.

— Неважно выглядите, господин Герой, — своеобразно поздоровалась Мелти, заметив утомлённое лицо её сопартийца.

— С тобой ещё кто-то есть? — Предосторожно спросил Иватани, оглядываясь по сторонам.

— Само собой нет. Нам лишнее внимание сейчас не нужно.

Глаза сузились. А не блефует ли она? Что если здание уже оцеплено отрядом солдат, а это всего лишь жалкий отвлекающий манёвр, дабы сбить Щитоносца с толку? С другой стороны, а зачем Мелти это делать? С чего вдруг она станет так его подставлять?

— Зачем ты пришла? — Дзюну нужна была конкретика.

— Узнать ваш вердикт, господин Герой, — своим холодным тоном, спокойно ответила принцесса. — Нужно же понять, какие действия принимать далее.

— Действия, относительно…

— Относительно вашей рабыни.

Неужели всё должно решиться сегодня? Прямо сейчас? На плечи невинного Героя Щита собиралась упасть столь огромная ответственность. Его заставляли решить судьбу человека. Получеловека, в данном случае.

— Да… точно…

— Вы колеблетесь, — Мелти чётко видела внутренние размышления иномирца. — Хотя наиболее верное решение лежит на поверхности.

— И какое же? Сдать её?

— … не я это сказала.

— Ни за что… — Дзюн развернулся и отошёл от принцессы Мелромарк на пару метров.

— Подумайте ещё раз. Сколько головной боли она принесла вам за прошедший месяц? А сколько ещё добавит? Она же вас буквально ненавидит, господин Герой. Разве вы этого не понимаете? — Мелти стала подходить к Щитоносцу ближе. — Вы думаете такой человек не захочет вас подставить?

— Она хороший воин и явно не глупая, чтобы совершить такой жестокий и одновременно дурацкий поступок, — пытался защитить Рафталию Иватани.

— Да даже если и так, не стоит забывать и о другой вещи. О вашей репутации, — девушка будто начала давить на другие рычаги. — В нынешних условиях, дабы не подорвать только заработанный вами авторитет, будет лучше, если…

— Если ты пришла мне мозги промывать, а не помогать, то я тебя слушать не собираюсь.

Резко, грубо, со всей накопившейся от стресса злобой прервал рекомендации принцессы Дзюнпей. Глаза девушки расширились. Она явно не ожидала такой реакции. На пару мгновений между парочкой возникла тишина. Лишь шум от дождя разносился по грязной улочке. А затем…

— Да что вы к ней прицепились?! — Мелти более не стала терпеть столь наглое поведение Героя Щита. — Что в ней такого особенного, что вы готовы хоть башкой об стену биться, лишь бы с ней ничего не случилось?!

— Мелти, успокой…

— Я сыта по горло вашим отношением к ней! Тем, что вместо того, чтобы променять эту надоедливую инфантильную псину на сильного и послушного раба, вы продолжаете терпеть и терпеть, как какой-то мазохист! Что с вами не так, Дзюнпей Иватани?! Почему вы цепляетесь за неё?!

Почему?.. Наверное, самый сложный для паренька вопрос сейчас. Это явно не из-за какой-то тряпки или из-за того, что это получеловек. Что-то куда более глубокое… куда более родное… Почему ты цепляешься за неё, Дзюн?

— У меня есть на то свои причины, — парочка словно отзеркалилась. Теперь Щитоносец отвечал своей спутнице холодом.

— … я вас услышала, — тихо ответила взбешённая принцесса Мелромарк. — У вас есть три часа на то, чтобы принять окончательное решение, а затем сообщить его Райно. Иначе этим займётся королевская гвардия, — Мелти выдвинула ультиматум для Иватани. — Хорошего дня.

Девушка удалилась. Исчезла настолько быстро, словно стоило лишь моргнуть, как от неё уже и след простыл. Она не могла больше находиться рядом с Щитоносцем. Не тогда, когда он идёт с ней на конфронтацию.

— Чёрт…

Возникло отвратительное чувство раскола. Будто все те узы, что связывали их троих начали рушиться прямо на глазах. Это было очень невыгодно в данный момент. Особенно, когда единственной преградой между пареньком и его ненавистниками в Мелромарке являлась именно Мелти с её отцом.

Дзюн более не собирался стоять под продолжающимся ливнем и зашёл обратно в здание… где его уже поджидали.

— Ну что?.. Как всё прошло?

Стоило ему зайти, как перед глазами появилась сидящая перед ним тануки в нетрезвом виде. В груди начало ужасно колоть. Иномирца ждало продолжение разговора, только теперь со стороны “жертвы”.

— А какой ответ ты ожидаешь услышать?

— Ты ещё умудряешься задавать такие вопросы?

Иватани сразу понял в чём тут дело. Похоже, Рафталия расценила беседу с принцессой Мелромарк, как подведение итогов. Подтверждение друг для друга того, что теперь их трио вновь станет дуэтом.

— Ещё как смею, — чётко ответил Герой Щита. — Учитывая наше положение в данный момент, ты здесь последняя, кто должна возникать.

— Ты погляди, какими жёсткими мы стали, — в ответ лишь издёвки. — Начал так кичиться за свой авторитет, аж противно.

— Да плевать я хотел на этот авторитет! Я пытаюсь понять, как наши шкуры спасти!

— Наши? Или, может, правильнее сказать “свою”? — Бестолку. Она лишь пытается вывести на эмоции. Иватани начал закипать. Ему было достаточно вчерашней нервотрёпки перед Волной, однако в этот момент его нервная система более не выдерживала.

— Почему ты всё усложняешь? Почему ты вечно пытаешься всё вывернуть наизнанку?

— Вывернуть?! ХА! — Из-за выпитого алкоголя Рафталия стала куда более эмоциональной. — Ты такой смешной! Пытаешься притворяться, будто ни при чём, ха!

— … — Дзюн не знал, что на это ответить.

— Скажи-ка, Дзюн… А для чего ты всё это делаешь?

Чего?

— Зачем ты геройствуешь? Какова причина?

Что за глупый вопрос?

— Дай мне объяснение твоих стараний, Дзюн.

Ну конечно же это из-за…

Из-за…

— Вот и весь ответ.

Рафталия будто смотрела на Героя Щита свысока, выпятив подбородок. Иватани открыл было рот, дабы дать ей ответ, но… он не мог подобрать слов. Девушка ввела его в ступор и он не понимал, по какой причине.

— Поэтому я и спросила, как ты умудряешься задавать такие вопросы, когда всё уже за тебя решили? Ты же не способен сам принять решение.

— … что ты несёшь?

— Я же сказала, говорю всё, как есть на самом деле, — непривычно спокойным, словно усталым тоном, разговаривала тануки. — Ты марионетка, Дзюн. Несамостоятельная безвольная кукла в руках всех остальных.

— Ты лишь издеваешься надо мной. Пытаешься играть у меня на нервах… — Щитоносец отошёл в угол таверны, прикрыв лицо ладонью.

— Коне-е-е-е-чно, вини во всём эту чёртову Рафталию! Она же корень всех твоих проблем, не так ли?!

— А что если и так?! — Пошла прямая конфронтация. Парень более не мог терпеть. — Каждая моя головная боль только с тобой и связана! Я устал выносить твои заскоки!

На лице нахальной енотовидной красовалась ехидная улыбка. Она вновь наслаждалась тем, как Иватани сходил с ума от каждого укола девушки в его сторону. Почему ты продолжаешь за неё цепляться, Дзюн? Ты же видишь это. Ты же чувствуешь всеми фибрами своей души, что с этой персоной долго не протянешь. Она тянет тебя вниз.

— А может это действительно ты его и убила? Чтобы поиздеваться надо мной, чтобы окончательно испортить мне жизнь!

— Тц-тц-тц-тц, — полулюдка словно и не обращала внимания на обвинения своего хозяина. — Глупый-глупый Герой Щита. Ты сам себе её испортил, когда без лишних колебаний согласился стать “защитником” этого мира.

— Опять за своё… — Щитоносец уже жалеет, что не оборвал этот диалог на самом начале.

— Что поделать, если я имею дело с несамостоятельным человеком, который только и может, что кивать головой на то, что ему скажут дяденьки и тётеньки поумнее, — хвост тануки вилял из стороны в сторону. — Ходишь за принцессой по пятам да подписываешься на всё, что она тебе скажет.

— Хе-хе… — на некоторое время ухмылка с лица девушки спала. — Только вот здесь ты немного просчиталась. Тебя-то я взял вопреки Мелтиным хотелкам, — Дзюн победно указывал пальцем на Рафталию. Он смог найти хоть какой-то аргумент в свою пользу.

— Ах… точно… — глаза полулюдки опустились. — Напомни… а при каком условии вы купили меня?

Чёрт

— “Если что не так пойдёт, мы сможем променять её на кого-то другого”. Не твои ли это слова, случаем? — В ответ лишь горькая тишина. — Думаешь, я забыла, как ты даже здесь пошёл на уступки, лишь бы твоя дорогая принцесса не постучала тебе по головке?! И какое у меня должно быть к тебе уважение и доверие, если ты всё порушил на корню?!

Енотовидная подошла к прижатому к стенке иномирцу. Чувство вины обволакивало всё его тело, из-за чего парень словно скручивался, медленно опускаясь всё ниже. Девушке стало мерзко.

— Так что не пытайся притворяться, будто тебе жаль меня, будто ты хочешь мне помочь, — тануки опустилась к уху Героя Щита, дабы тот отчётливо услышал её слова. — Я с самого начала знала, что для тебя являюсь лишь игрушкой, которую потом можно без зазрений совести выкинуть. Что ты, впрочем, скоро успешно и выполнишь, — в голосе раздались нотки досады. Рафталия отошла от Щитоносца, направившись в сторону лестницы. — Я потеряла всё. Мой дом, мою семью… и теперь лишусь и собственной головы, просто потому что кто-то так и не научился быть самостоятельным.

Дзюн остался один. Как только Рафталия скрылась из его поля зрения, Иватани упал на холодный потрескавшийся от времени пол. Сердце сжалось в груди сильнее, чем когда-либо прежде. Эмоции в голове смешались. Невообразимая злоба и ненависть сталкивались лицом к лицу с собственным разочарованием, виной и грустью. Это было самое страшное чувство для Героя Щита, которое только сейчас он смог по-настоящему ощутить. Чувство ответственности. За свои слова, за свои действия. Рано или поздно, но он должен был столкнуться с последствиями собственных решений. И вот они его и настигли.

Как же быть? Как же, по итогу, поступить? Забрать чью-то жизнь и двигаться дальше или сбежать, поджав хвост, натравив на себя всё государство? Ни один из вариантов не звучал оптимистично. Оба в той или иной степени оставляли свой отпечаток, с которым бы пришлось жить до самого конца. И не факт, что эта жизнь продлится долго.

Но и отказываться от выбора невозможно. В таком случае Рафталия окажется права и Иватани действительно будет неспособным на самостоятельные решения. Но ведь это же чушь. Это же всего лишь провокация. Очередная провокация енотовидной, чтобы взбесить иномирца, так ведь?.. Нет. Как бы не хотелось, но теперь этого нельзя было отрицать.

— Какой же я трус… — Дзюн действительно был несамостоятельным.

Ты действительно так думаешь?

И в самый неожиданный момент в голове всплыл тот, кто когда-то уже смог помочь ему в не менее сложной ситуации. В тот самый момент, когда Дзюн мог пойти по совершенно другому пути в жизни. Более тёмному, жестокому и, возможно, даже криминальному. Именно в тот самый момент и пришёл его брат.

— Наофуми?!

Это был пасмурный октябрьский вечер. В то время Иватани-младший активно общался с далеко не самой лучшей компанией. Проще сказать, с вандалами. В период подросткового возраста мы часто совершаем необдуманные решения и это было для Дзюна одним из таких. До этого дня он активно пытался стать своим среди этой недобросовестной компашки и те решили дать ему экзамен, по результату которого и было бы принято окончательное решение касательно его членства.

Задание было простым — расправиться с животным, а затем предоставить доказательства. Показать, что в тебе отсутствуют какие-либо моральные ориентиры и лишить жизни ни в чём не повинную зверушку.

И вот будущий Герой Щита держал над головой острый камень, который вот-вот должен был превратить маленького скулящего щенка в кровавое месиво. Но этого не происходило, он просто не мог этого совершить… В тот момент Иватани-старший и объявился. Дзюн выкинул камень в сторону и с ужасом взглянул на своего брата. Он готовился к выговору.

— Брат, я!.. — Он готов был уже начать оправдываться, но подошедший к нему Наофуми дал понять, что бояться тут нечего.

— Дзюн, всё в порядке, — спокойным и добродушным голосом произнёс Иватани-старший. — Ты молодец.

— Что?..

— Ты не дал себе переступить черту, потому что прекрасно понимал, что это не правильно. Это не трусость, братишка. Это сострадание. То, чем далеко не каждый человек обладает.

Слово за словом воспоминания из родного мира доходили до сегодняшнего Иватани-младшего. Словно кто-то извне их послал для паренька, чтобы тот пришёл в себя.

— Взгляни на того щенка ещё раз, — старший брат указал пальцем на невинного зверька. — Разве он заслужил этого? Разве он сделал что-то столь ужасное, чтобы с ним так расправиться?

— Н-нет…

— Правильно. Именно поэтому ты не стал этого делать, потому что знал.

Наофуми присел рядом со своим братом и нежно схватил его за плечи.

— Порой мы принимаем не самые верные решения и это нормально. Каждый когда-то совершал ошибки. Важно здесь другое, Дзюн. Чтобы мы понимали эти ошибки и учились на них, чтобы не совершить подобное после.

— Н-но… как мне понять, что я делаю что-то не так?

— Прислушайся к своему сердцу, братишка. Уж поверь мне, оно у тебя точно знает ответ на любой вопрос.

Прислушайся к своему сердцу

***

Ночь. Одинокая карета едет по пустой столичной дороге, дабы выехать из города куда-то в другой населённый пункт. И вот у ворот её останавливает отряд королевских солдат. Один из них подходит к кучеру, чьё лицо скрыто под чёрным балахоном и приветствует:

— Доброй ночи, — кучер в ответ кивает. — С какой целью выезжаете из Маджестикса во время комендантского часа?

— Заказ на доставку рабов для одного дворянина, — пока мужчина объяснял причину столь позднего отъезда, он доставал из ранца документ. — Тут всё написано, — и протянул его солдату.

Гвардеец принял документ и, подставив к нему лампу, проверил его содержание. Бумаги были подлинными, со всеми подписями и печатями, так что придраться или в чём-то уличить кучера было невозможно.

— Для протокола нам всё же придётся проверить содержимое вашего транспорта во избежание каких-либо ненужных вопросов.

— Не возражаю.

— Открывайте! — Скомандовал стражник членам своего отряда.

Ширма раскрывается. За ней солдат ждала клетка в которой… действительно лежали несколько измученных полулюдей, которых, тем не менее, накрыли одеялом. Один из солдат осветил содержимое повозки, дабы уж точно удостовериться в отсутствии чего-то подозрительного. Полулюди прищурились и ещё сильнее сжались друг-другу, стоило свету от лампы попасть в их глаза. Пара минут… стражники закрывают повозку.

— Чисто! — Кричит один из них. Стражник, что стоял рядом с кучером, одобрительно кивнул.

— Извините за предоставленные неудобства. Хорошей дороги.

— Благодарю, — произнёс мужчина, забирая обратно подписанный документ.

Повозка двинулась дальше, проезжая ночные травянистые и ещё влажные после дождя поля. Спустя где-то десять минут кучер произнёс:

— Можете не прятаться!

Одеяло сбрасывается и вместо несчастных рабов в клетке сидит вполне здоровая группа Героя Щита.

— Фух… наконец-то! — облегчённо произнёс Иватани, вытирая пот со лба.

Покрывало, за которым скрывались наши герои на самом деле было зачарованным. Да так, что оно было способно менять собой облик тех, кто под ним прячется. Это был, так сказать, “подарок” от Беллоукаса, дабы план побега уж точно увенчался успехом.

Как только маскировка спала, Рафталия тут же отсела от своих компаньонов поближе к выходу из повозки.

— Вы ей жизнь спасли, а она ещё и дуться смеет, — принцесса решила тихо высказаться о неподобающем поведении енотовидной.

Хоть Мелти и возмущалась тому, что Дзюн продолжал держать Рафталию в качестве своего раба/напарника и прямо предлагала Герою Щита избавиться от неё, она готова была поддержать любое его решение. Возможно, её отец оказался прав и Иватани действительно начал проникаться полулюдьми, как он и планировал.

— Сегодня был довольно напряжённый день. Ей надо немного побыть наедине со своими мыслями.

— Вам виднее, господин Герой.

Этот день был действительно одним из непростых. Тануки старалась не слушать своих союзников за спиной. Её одолевало очень странное чувство, которое она понять на данным момент не была способна. Вопреки собственный ожиданиям, Иватани спас её жизнь. Полулюдка всеми силами пыталась навязать себе, что он это совершил ей назло. Чтобы она почувствовала, каково это быть побеждённой. Но всё же… может, он не так уж и безнадёжен?

— Итак, мы сбежали из столицы. Куда нам теперь, Мелти? — Поинтересовался Щитоносец.

И ведь правда. Теперь, когда троица стала беглецами, им открывается огромный мир, в котором они могут путешествовать куда угодно. Но ведь не всё так просто. Есть же место, куда следует отправиться в первую очередь…

— У нас теперь есть лишь одна цель…

Добраться до Шильтвельта