Семнадцатая содрогалась от ужаса. Её пленителями оказались Безликие Мечники — печально известные последователи Злобно Ухмыляющегося Демона. Оказаться в их руках означало выносить боль, что куда страшнее смерти.

Обычно в таких ситуациях убийцы прятали в коренных зубах пилюли с ядом. Однако ассасины Двора Красавиц этого не делали.

Таков был прямой приказ их лидера, Чха Иран.

- Если у тебя есть силы раздавить пилюлю с ядом, то лучше стисни зубы и сражайся за жизнь до самого конца!

«Нельзя было терять бдительность».

Нет, дело было вовсе не в неосторожности. Исход остался бы прежним, даже если бы она находилась в состоянии предельной готовности. Раскрытый ассасин ничем не отличался от заурядного мастера боевых искусств, а они угодили в засаду.

«Как они вообще нас нашли? Неужели объявился предатель?»

Предательство исключалось, даже при всем желании. Они не знали даже адресов друг друга. И всё же эти люди выследили их, идентифицировав с пугающей точностью.

Именно в этот момент.

И—и—и—! Пиу—! Пиу—! Пиу—!

Шум взрывающихся фейерверков разнесся неподалеку. Это были салюты, издававшие специфический звук.

Семнадцатая и Пятая обменялись взглядами. Эти фейерверки служили сигналом бедствия, используемым убийцами Двора Красавиц. Значит, Безликие Мечники атаковали их союзниц и в других местах.

Один из Безликих Мечников высунул голову из окна, глядя в сторону шума.

«Как он может даже не взглянуть на нас?»

Обычный человек хотя бы разок обернулся бы. Неужели в Божественном Культе их действительно воспитывали лишенными всех эмоций? Конечно, она не знала, насколько неумолимо Безликие Мечники могут сверлить взглядом, если уж решат посмотреть.

Экипаж начал замедляться. Двое ассасинов не знали, кто на этот раз стал мишенью, но их объединяло одно желание.

«Пожалуйста, пусть они услышат сигнал!»

Карета выехала на пустынную улицу на окраине города.

Бум—! Бум—!

Безликий Мечник, правивший повозкой, кажется, постучал по задней стенке, и карета внезапно ускорилась.

Хрясь—! Хрясь—! Хрясь—!

Она почувствовала, как что-то методично бьет по карете.

В тот самый миг, когда Безликий Мечник внутри откинул вуаль противоположного окна, чтобы выглянуть наружу...

Вжик—!

Скрытое оружие влетело в открытое окно и вылетело с другой стороны.

Хрясь—! Хрясь—! Хрясь—!

Следом раздались звуки новых снарядов, впивающихся в карету. Экипаж резко вильнул и дернулся; одно колесо оторвалось от земли, и повозка опасно накренилась. Безликий Мечник переместился на противоположную сторону, высвобождая свою ци.

Едва карета, завалившаяся на бок, вернула равновесие...

Бздынь—!

Короткое, похожее на стрелу скрытое оружие пробило стенку кареты. Это не был обычный снаряд. Его мощи хватило, чтобы прошить дерево, а метил он прямиком туда, где сидели Семнадцатая и Пятая.

Безликий Мечник отбил летящий снаряд своим метательным ножом.

«……»

Сила удара оказалась настолько велика, что его запястье пронзила боль, будто кость готова была сломаться, но маневр успешно изменил траекторию. Скрытое оружие пролетело мимо, вонзившись в стенку аккурат позади голов двух женщин. Если бы Безликий Мечник не отклонил его, обе были бы мертвы.

В то же мгновение...

Чвяк—!

Другой снаряд распорол руку Безликого Мечника, который подставился у окна, защищая их. Кровь брызнула из раны, но времени на обработку не осталось.

Влетело следующее скрытое оружие.

Свист—!

Снаряд длиннее прежнего устремился к месту, где замерли женщины. Он двигался быстрее и мощнее предыдущего.

Безликий Мечник схватил обеих женщин, оттаскивая их туда, где стоял сам.

Бздынь—!

Скрытое оружие пробило именно то место, где они только что сидели.

Снаружи велась беспорядочная атака. Семнадцатая и Пятая знали нападавшую. Это была Восьмая. Среди всех адептов Двора Красавиц она искуснее всех обращалась со скрытым оружием.

Из всех людей это должна была быть именно она. Восьмая отличалась эгоистичным и безжалостным характером. Она была из тех, кто начнет ковровую атаку, даже зная, что внутри кареты находятся свои.

Дзынь—! Дзынь—!

Безликий Мечник отражал всё новые снаряды, прошивавшие экипаж. Один из них точно задел бы женщин, но он заблокировал его, рискуя собой.

«Почему он заходит так далеко, чтобы спасти нас?»

Семнадцатая пребывала в недоумении. Если уж говорить о жестокости и беспощадности, эти Безликие Мечники должны быть куда хуже, а не наоборот.

Скрытое оружие продолжало сыпаться дождем, но карета неслась плавно. Безликий Мечник на козлах продолжал путь, отбивая летящие снаряды пулями(?) ци из пальцев, защищая себя и лошадь. Его навыки вождения и стрельбы энергией поражали.

Он постучал по задней стенке, подавая сигнал, и остановил карету возле рощи деревьев, дававшей укрытие.

В миг, когда повозка замерла!

Безликий Мечник распахнул дверь, вытолкнул женщин наружу и бросился следом.

Хрясь-хрясь—!

Теперь, когда карета стояла неподвижно, скрытое оружие летело с еще большей точностью.

Выбравшись, Безликий Мечник первым делом проверил место возницы. Его коллеги, управлявшего лошадьми, там уже не было — он успел укрыться где-то в безопасности.

Тинь—! Фью—!

Снаряд срикошетил от стены и полетел прямо в лицо Семнадцатой.

«……»

Безликий Мечник выпустил пулю ци из пальца, отклонив снаряд. Он свято соблюдал шутку Гём Мугыка о том, что нельзя бить по лицам.

Едва он собрался спрятать женщин за деревом...

Ш—ш—ш—а—!

Скрытое оружие обрушилось на них подобно ливню.

Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь—!

Безликий Мечник мог бы уклониться сам, но он встал перед Семнадцатой и Пятой, отражая этот шквал. Кровь запятнала его белую маску, но мечник не отступил ни на шаг.

Семнадцатая и Пятая молча смотрели в спину мужчине, который твердо стоял на месте, защищая их. В этой ситуации они по-настоящему не знали, за кого болеть.

«Он не сможет заблокировать это! Это невозможно!»

То, что сейчас пустила в ход Восьмая, не было обычным скрытым оружием. Это был Взрывной Дождь Уничтожения, золотое скрытое оружие Союза Мурим, которое она использовала лишь в самые отчаянные моменты.

Кровь брызнула из плеча и талии Безликого Мечника. Он сумел выстоять, подставляя под удар конечности, чтобы сберечь жизненно важные точки.

«……»

С последним резким звуком рука Безликого Мечника бессильно повисла. Он рвано выдохнул, слишком измотанный, чтобы отражать новые атаки. Единственный метательный нож мог бы поставить точку в его жизни.

Однако больше снарядов не последовало.

Когда Безликий Мечник поднял голову, он увидел напарника-возницу на дальней крыше. Рядом с ним на коленях осела женщина. Пока один блокировал атаку, другой успешно подавил нападавшую.

Вскоре три убийцы сидели рядком в истерзанной карете. Семнадцатая, Пятая, а теперь и Восьмая.

Лишь тогда Безликий Мечник должным образом занялся своими ранами. Хотя они не несли угрозы для жизни, порезы оказались глубокими. С безразличным видом он нажал на акупунктурные точки, чтобы остановить кровотечение, нанес мазь и наложил бинты.

«……»

Видя, как сузились глаза Безликого Мечника от боли, Семнадцатая испытала странное чувство. Она осознала, что этот человек тоже чувствует боль. Его маска была залита кровью, большую часть которой он пролил, защищая её.

Семнадцатая думала, что на этот раз Безликий Мечник не станет сдерживаться. Восьмая едва не прикончила его, неоднократно используя золотое скрытое оружие. Она ожидала, что он изобьет Восьмую до полусмерти, если не убьет на месте.

Безликий Мечник не произнес ни единого ругательства. Он просто пристально смотрел в окно.

«О чем он вообще думает?»

Семнадцатая тоже безмолвно наблюдала за пролетающими пейзажами через дыру в разбитой карете.

......

Женщины прибыли в зал приемов. Сегодня здесь собрались те, кто прошел в основной этап турнира, но выбыл до определения финальной семерки. Те, кто узнал друг друга, обменивались приветствиями и переговаривались.

— Не верится, что мы снова здесь.

— Я думала, что уже никогда не смогу сюда вернуться.

Это был тот самый зал приемов, где они ожидали своей очереди во время основного этапа турнира.

— Мы ведь сидели прямо здесь, правда?

— Тогда я действительно верила, что попаду в финал.

Тут и там зазвучал смех. Атмосфера была приятной, наполненной странным товариществом, рожденным общим поражением.

Когда вошли все женщины, следом за ними появился мастер боевых искусств в сатке и закрыл дверь. Внутри зала приемов их уже ждал Главный управляющий Джо.

— Я собрал вас всех сегодня для распределения мест в финальной стадии.

Одна сторона зала была декорирована под сцену, позади которой расставили стулья для них.

— Пожалуйста, внимательно подтвердите свои места сегодня, чтобы в день мероприятия не возникло ошибок. Теперь я приступлю к распределению.

Главный управляющий Джо называл имя каждой и указывал на место. Он казался более нервным и скованным, чем обычно, но все были слишком заняты проверкой своих позиций, чтобы это заметить.

— Теперь, пожалуйста, подойдите и сядьте на свои пронумерованные места. В день события на стульях номеров не будет, поэтому вы не должны запутаться.

Один за другим он рассаживал их. Места для всех женщин были распределены, и они замерли, глядя на сцену. Эта сцена была лишь подделкой, установленной для репетиции, но их сожаление было самым настоящим.

У кого-то вырвался тяжелый вздох. Каждый понимал, что этот вздох полон тоски о том, что сцена могла принадлежать ей. Все они в глубине души вздыхали так же.

И в этот момент раздался резкий, чистый голос. В услышанные слова было трудно поверить.

— Глупая дрянь, чего ты вздыхаешь? Тебя вышвырнули, потому что ты уродлива.

Все взгляды обратились к женщине, бросившей оскорбление. Она сидела прямо рядом с той, что вздыхала. От этих слов у вздохнувшей в шоке расширились глаза.

— Что ты сейчас сказала?

— Ты еще и оглохла? Вела себя так заносчиво с самих отборочных, так тебе и надо.

Хлысь—!

Женщина, которая вздыхала, без тени жалости влепила ей пощечину.

— Эта сука меня ударила?

Двое вцепились друг другу в волосы и начали драку.

Ситуация требовала чьего-то вмешательства, но другая женщина, наблюдавшая за ними, закричала.

— Просто убей её!

А это еще что такое? Взоры устремились на кричавшую. Это вовсе не походило на шутку, когда она снова взвизгнула, требуя убийства. Та, что оскорбляла, та, что ударила, и та, что призывала к смерти, — все они вели себя ненормально.

Троих безумных уже было предостаточно, но следом появилась четвертая.

— Как низкородно. Неудивительно, что таких никчемных шавок, как вы, отсеяли. Терпеть не могу находиться рядом с вами.

На эти слова женщина из заднего ряда беспощадно ударила её по голове.

— Ах ты мразь, да ты здесь самая жалкая!

На этот раз в рукопашную сошлись и эти двое.

Главный управляющий Джо в смятении подбежал к ним.

— Прекратите! Почему вы все так себя ведете!

Он пытался их разнять, но разъяренные женщины видели лишь багровую пелену.

Схватка распространилась мгновенно. Никто не подстрекал их, и они не делились на фракции. Они просто кидались на соседок или на тех, на кого затаили обиду еще с турнира. Дрались даже с теми, с кем никогда прежде не общались.

Они осыпали противниц оскорблениями. Со всех сторон неслись вопли и проклятия. Будто только и дожидаясь этого мига, все истошно визжали, пуская в ход кулаки, впиваясь ногтями, разрывая одежду и вырывая клочья волос.

Одна кусала другую, в то время как третья просто уселась на пол и разрыдалась. Была там женщина, проклинавшая родителей и оплакивавшая свою судьбу, и та, что кричала, будто она — Первая Красавица Поднебесной. Они выплескивали всё, что так долго прятали внутри.

У Главного управляющего Джо от этой мгновенно разыгравшейся сцены отвисла челюсть. Честно, он никогда в жизни не видел ничего подобного. Какую бы обиду они ни таили из-за проигрыша, разве могут люди вести себя так?

Трудно было поверить, что это те же элегантные леди, которых он видел мгновение назад. Словно на всех напало внезапное безумие. Конечно, некоторые женщины стояли как ни в чем не бывало, просто наблюдая за побоищем. Значит, это не было заразной болезнью.

В любом случае, он не мог просто стоять и смотреть на этот пандемониум.

— Стоять! Всем прекратить!

Стоило крику Главного управляющего Джо разнестись эхом, как шумное пространство начало затихать, будто по щелчку. Даже сам Джо, издавший этот крик, был поражен. Все разом прекратили драку.

Руки, сжимавшие воротники, разжались; пальцы, тянувшие за волосы, отпустили жертв. Женщины оглядывались по сторонам в полнейшем замешательстве. Они поправляли разорванные наряды, приводили в порядок растрепанные волосы и вытирали кровь с разбитых носов. Они больше не походили на людей, что только что сражались как сумасшедшие.

Напротив, выражения их лиц теперь задавали лишь одни и те же вопросы.

«Что я только что наделала? Разве это стоило того, чтобы так грызться?»

Всех окутал стыд.

— И что всё это значит?

При выговоре Главного управляющего Джо женщины, что дрались, наконец склонили головы.

— Простите.

Одни просили прощения, склонившись в поклоне, другие в смущении прятались за спинами остальных. Одна даже извинилась перед противницей, которую всего минуту назад проклинала последними словами.

И тогда вперед вышел мастер боевых искусств в сатке, стоявший у входа. Женщин внезапно пронзил страх. Они устроили дебош перед таким важным событием. Банда Божественных Превращений могла их покарать или пустить дурную славу.

Мастер в сатке поднял руку и указал на женщин. Он согнал тех, на кого указал, в одну сторону. Это были все те, кто с таким пылом дрался секунду назад. Мало того, он отметил и нескольких из тех, кто просто стоял и смотрел.

Разделив их, человек в сатке бросил Главному управляющему Джо:

— Уводи их.

Даже уходя, женщины оставались в недоумении. Разве не логично было отпустить тех, кто не дрался, и оставить зачинщиц для выволочки? Но вывели именно всех, кто участвовал в свалке. Вместе с ними оказались и те немногие, кто не дрался. Критерии оставались непостижимыми.

Главный управляющий Джо вывел их наружу без тени возражения.

Теперь в зале осталось лишь двадцать женщин. Оставшиеся переглядывались с предельно серьезными минами. И на то была причина. Оставшиеся были теми, кто никогда не должен был собраться вместе в подобном месте.

Это были ассасины Двора Красавиц.

Самой высокопоставленной среди них была Третья. Она никак не могла взять в толк суть происходящего. Среди такого множества женщин, в том хаосе...

«Как он, черт возьми, оставил только нас?»

Взоры Третьей и остальных убийц скрестились на фигуре в сатке.

Мастер в сатке прошел вперед. Он поправил стул, поваленный в драке, и не спеша уселся на него. Когда он медленно снял сатку, их взору предстал Злобно Ухмыляющийся Демон в шёлковой вуали.

— Вы все знаете свои места, верно?

Низкий голос Злобно Ухмыляющегося Демона эхом отозвался в зале, наполненном убийцами.

— Для начала — присядьте.