— Раз он такой великий демон, почему ты его не убьешь?

Ан Чхонгвану было любопытно. Он прекрасно знал: если эта женщина решит кого-то убрать, для неё не будет преград. Совсем как он сам, едва не расставшийся с жизнью мгновение назад.

— Демоны бывают разные. Есть пугающие, есть жестокие, а есть те, кто играет с людьми и уничтожает их. Как думаешь, к какому типу относится этот?

Он полагал, что речь пойдет о демоне куда более ужасном, чем те, кого она упомянула.

— Он добрый демон.

Ан Чхонгван решил, что она шутит. Но это была не шутка.

— Когда демоны и дьяволы сражаются и сталкиваются, иногда они чувствуют родство, иногда что-то прощают, иногда даже делятся чем-то. Ты понимаешь, о чем я. Ты и сам так жил. Но у этого доброго демона таких привычек нет. Он просто наносит чистый удар. Будь он только добрым, им можно было бы воспользоваться, но вся проблема в том, что он — демон. Доброта — это проблема, и то, что он демон — тоже проблема.

Ан Чхонгван почувствовал: эта женщина боится юношу.

Молодой мастер Божественного Культа, внушающий страх этой женщине.

Мог ли такой человек существовать на самом деле?

В этот самый миг Ан Чхонгван подумал об одном человеке. О том, кого он с самого начала исключил, считая, что его здесь быть не может.

— Юный Владыка Божественного Культа?

На его полный сомнений вопрос пришел ответ, который никак не должен был прозвучать.

— Я забираю свои слова о том, что ты похож на сына. Ты весьма сообразительный мужчина.

Только тогда он понял, почему Альянс Отступников не предоставил ему никакой информации. Добрый демон? Да, он даже слышал слухи, что того прозвали Демоном-Героем.

— Сумасшедшая стерва!

Впервые с момента их встречи он выругался в её адрес.

Но она не разозлилась. Вместо этого она ослепительно улыбнулась, точно безумная.

— Вот почему ты тоже должен сойти с ума.

Чха Иран медленно протянула руку к шее Ан Чхонгвана. Её пальцы скользнули вдоль красной полосы на его горле и замерли у самого края.

— Тот Юный Владыка не склонен спускать всё на тормозах, в отличие от меня.

......

— Юная леди, я хочу представить вас кое-кому.

Наконец Ан Хупхён привел Ли Ан в зал для приема гостей.

Он только и грезил о том, чтобы произвести на неё неизгладимое впечатление.

[— Если вы позволите ей встретиться с судьёй, позже возникнут проблемы,] — попытался отговорить его Са Чу через телепатию, но всё было бесполезно.

[— Какие ещё проблемы? Я просто скажу, что они столкнулись случайно, проходя мимо.]

Са Чу категорически не желал идти в зал для приемов. Он не хотел снова видеть этих пугающих и странных типов и тем более не хотел впутываться в их дела ещё глубже.

[— Если Глава Банды узнает об этом, грянет громоподобный приказ.]

Однако, если дело касалось этой женщины, Ан Хупхён был готов вытерпеть всё что угодно. Прежние доводы не сработали.

[— Прекрасно. Если доложишь об этом — тогда он точно узнает.]

В конце концов Ан Хупхён прибыл в гостевые покои, где ожидала Госпожа Павильона Небесного Цветка.

Когда они вошли, группа Госпожи не выглядела столь расслабленной, как в прошлый раз.

Возможно, они заметили их приближение через окно?

Госпожа Павильона Небесного Цветка стояла, а все стражи выстроились в ряд, словно приветствовали глубокоуважаемого гостя.

— Добро пожаловать.

Вслед за приветствием Госпожи и Сома, и стоявшие позади Безликие Мечники синхронно поклонились.

От столь искреннего гостеприимства Ан Хупхён едва не взлетел от радости. Раньше они никогда не проявляли такого почтения.

«Да, именно так всё и должно было быть с самого начала. Эти типы наконец-то взялись за ум».

Вернув себе достоинство перед Ли Ан, Ан Хупхён гордо расправил грудь и заговорил громогласно:

— Всё ли у вас в порядке?

Но как он мог знать? Это почтительное приветствие предназначалось Гём Мугыку, стоявшему позади.

В этот миг Са Чу с любопытством наблюдал, как эти два стража, неуловимо схожие в манерах, поведут себя при встрече.

«Улыбка?»

Неужели Гём Мугык и Злобно Ухмыляющийся Демон улыбались друг другу?

«Они признали друг в друге собратьев-безумцев?»

Он и представить не мог, что они на самом деле знакомы.

Затем Са Чу столкнулся взглядом с одним из Безликих Мечников.

Был ли это тот же самый, что пялился на него в прошлый раз? Из-за масок они все выглядели одинаково, и понять было невозможно.

Са Чу поспешно отвел глаза, притворяясь, что ничего не замечает, и повернул голову в другую сторону — но и там на него в упор смотрел очередной Безликий Мечник.

«Да почему они всё время на меня пялятся?!»

В итоге Са Чу смиренно опустил голову.

«Не смотрите на меня! Пожалуйста, перестаньте на меня смотреть!»

Но стоило ему осторожно поднять глаза, как те всё еще не сводили с него взора.

«Я никому не говорил, что Мастер Йонг мертв. Я вообще никогда и никому об этом не скажу!»

Пока Са Чу отчаянно пытался найти место для своих глаз, Ан Хупхён пребывал в восторге.

— Это моя драгоценная гостья, юная леди. Мы решили зайти по пути, осматривая главную усадьбу. А перед вами Госпожа Павильона Небесного Цветка, исполняющая роль судьи на нынешнем турнире.

Подумать только, он представил ей саму судью турнира!

Плечи Ан Хупхёна задрались к небу от гордости.

Несмотря на то, что её представили как судью, Ли Ан не выказала ни тени дискомфорта.

— Я Ли Ан.

Такое поведение еще больше обрадовало Ан Хупхёна.

«Как и ожидалось от мастера демонического пути, её характер прямолинеен».

Скажи она нечто вроде: «Зачем вы привели меня к судье? Я хочу стать Первой Красавицей Поднебесной честно», — хотя сама так и не считала бы, это бы его лишь раздрожало.

Разумеется, Ли Ан и Госпожа Павильона разыграли спектакль, будто видятся впервые.

— Вы, должно быть, участница турнира?

Ан Хупхён ответил за Ли Ан:

— Именно так. Эта юная леди успешно прошла предварительный этап. Ах, полагаю, вы двое снова встретитесь уже в финале.

Госпожа Павильона Небесного Цветка слегка нахмурилась. Разумеется, это была актерская игра для Ан Хупхёна. В конце концов, было бы странно принять ситуацию без малейшего колебания.

Сделав вид, что ей неуютно в такой обстановке, Госпожа Павильона велела слугам удалиться.

— Я бы хотела поговорить с гостями наедине. Всем стражам выйти.

После этих слов Сома и Безликие Мечники немедленно покинули комнату.

Ли Ан оглянулась на Гём Мугыка и произнесла:

— Ты тоже выйди.

Она понимала, что Госпожа выставила Злобно Ухмыляющегося Демона только для того, чтобы дать ему возможность уединиться с Гём Мугыком. Иначе причин выгонять их не было.

Без единого слова возражения Гём Мугык тоже вышел.

В этот миг Ан Хупхён перевел взгляд на Са Чу.

— А ты чего застыл?

Са Чу не ожидал, что его тоже выставят, и втайне запаниковал.

«Вы хотите, чтобы я остался с ними на улице? Пожалуйста, только не это!»

Но Ан Хупхён не был тем человеком, который держал бы охранника под боком как трус, когда женщины уже отослали своих.

В итоге, выслушав телепатический нагоняй, Са Чу был вынужден удалиться.

Во дворе Гём Мугык, Злобно Ухмыляющийся Демон и Безликие Мечники стояли и смотрели на него.

Гордость воина отступника требовала сохранять достоинство!

...Но достоинства не осталось. Са Чу неловко задрал голову к небу, избегая их взоров.

Тут Сома направился прямо к нему.

«Зачем?! Зачем он идет сюда?!»

Злобно Ухмыляющийся Демон со смехом похлопал перепуганного Са Чу по плечу.

Тот слегка расслабился, решив, что жест означает благодарность за хранение тайны. Но в этот самый миг—

Шух—!

Его акупунктурные точки были перекрыты без его ведома, и он повалился навзничь, погружаясь в сон.

Безликие Мечники встали в дозор по периметру, пока Гём Мугык и Злобно Ухмыляющийся Демон беседовали в центре двора.

Гём Мугык планировал встретиться с Сомой тайно ночью, но благодаря «помощи» Заместителя Главы Банды пришел открыто.

Поскольку времени было в обрез, Гём Мугык заговорил сразу о деле:

— За всем этим стоит убийца по имени Чха Иран.

Он также рассказал о женщинах-ассасинах под её командованием, и Безликие Мечники внимательно слушали.

— Они не источают привычную ауру убийц, так что будьте предельно осторожны.

Сома вместе с Безликими Мечниками понимающе кивнули.

Услышав это, у Злобно Ухмыляющегося Демона возник резонный вопрос:

— Если ты уже знаешь врага, почему бы его не устранить? Пророчество Госпожи произошло на сцене. Значит...

— Ты предлагаешь вырезать их всех до начала финала, верно?

Сома кивнул. Хоть он и не показывал этого, пророчество не давало ему покоя. Ведь на кону стояла жизнь Гём Мугыка.

— Почему же ты медлишь?

Будто уже продумав всё это, Гём Мугык раскрыл причину:

— На то есть два основания. Первое — если за ними стоит кто-то другой, я намерен выманить этого кукловода и прикончить их всех разом.

Заговор против Владыки Альянса Отступников — дело нерядовое. Оно могло заставить теневого лидера раскрыться. Точно так же, как у Праведного Союза были наготове и Отшельник Неба и Земли, и Со Чжонрак из Клиники Ясного Сердца.

Если не покончить со всеми одним махом, позже неизбежно возникнет новая угроза.

— По правде говоря, вторая причина заботит меня куда сильнее.

Его взгляд стал глубже, когда он озвучил фундаментальное сомнение:

— Зачем им вообще убивать Владыку Альянса Отступников?

Конечно, это мог быть давно подготовленный план. Как и Праведный Союз планировал десятилетиями, они могли разработать схему с участием Банды Божественных Превращений, чтобы устранить Владыку Альянса.

Но теперь, после провала Союза, снова пытаться убить Владыку Отступников? Особенно зная, что в дело вмешался он сам?

— Даже если их план удастся, пост унаследует Юный Глава Пи. Какой выгоды они ждут, проталкивая этот план любой ценой?

Из-за таких сомнений он и не действовал опрометчиво.

— У них может быть иная цель.

Злобно Ухмыляющийся Демон кивнул в знак полного согласия. Как и ожидалось, Юный Владыка видел ситуацию куда глубже, чем можно было представить.

— Что ты намерен делать теперь?

Гём Мугык едва заметно улыбнулся и ответил:

— Это пророчество не чьё-то, а нашей Госпожи. Оно не может быть ложным, так? Стой на сцене рядом со мной.

Разумеется, это не означало, что он собирается безропотно подставить грудь под удар.

Сома понял, что это заявление — вызов самой судьбе, и его глаза вспыхнули яркой улыбкой.

— Я буду рядом с тобой до самого конца.

Безликие Мечники молча внимали их беседе.

Едва заметные улыбки в их глазах зеркально отражали настрой Сомы — обет оставаться с ним до последнего вдоха.

В этот миг из здания донесся голос Ан Хупхёна, призывавший их вернуться.

Гём Мугык и Сома вошли первыми.

Безликие Мечники привели в чувство Са Чу, находившегося в глубоком обмороке из-за заблокированных точек.

Когда Са Чу открыл глаза, он увидел, что Безликие Мечники сидят на корточках в кругу вокруг него, обеспокоенно вглядываясь в его лицо.

— !

Са Чу снова зажмурился.

Если бы только это было сном. Но из здания уже гремел яростный крик Ан Хупхёна, вопрошающий, почему они всё ещё не вошли.

......

Пи Са Ин вошел в тренировочный зал.

Это был личный зал для тренировок Владыки Альянса Отступников, Пэк Чагана.

— Вы звали меня?

Пэк Чаган тщательно полировал железный манекен, выкованный из Тысячелетнего хладного железа.

Этот предмет был создан специально для Владыки Альянса, и его корпус был испещрен бесчисленными следами от ударов мечом.

— Я помню, когда и как появился каждый из этих шрамов.

По одной этой фразе можно было судить о высоте уровня Пэк Чагана и о том, что каждый его удар нес в себе сердце и намерение.

— Всякий раз, когда я стремился превзойти самого себя, на этом манекене наслаивались образы множества врагов. Но чаще всего являлся Владыка Культа.

Пи Са Ин понимал. Его наставник искренне желал превзойти Гём Уджина. И по тому, как непринужденно учитель теперь говорил об этом, Пи Са Ин гадал: не преодолел ли Пэк Чаган этот самый предел?

— Интересно, кто станет такой фигурой в твоей жизни.

Затем с уст Пэк Чагана сорвались совершенно неожиданные слова:

— Теперь я передаю его тебе.

Пи Са Ин вздрогнул.

— Владыка Альянса!

— Он всегда предназначался тебе. Возьми его и тренируйся прилежно.

Пи Са Ин лучше любого другого осознавал ценность этого манекена для Пэк Чагана. Передача артефакта была высшим знаком заботы и признания.

Он не стал отказываться. Низко склонившись в почтительном жесте, он принял дар.

— Я клянусь довести Искусство Меча Тирана, Сотрясающее Небеса до истинного совершенства. Я непременно стану сильнее.

В его твердой решимости чувствовалась вся тяжесть глубоких эмоций.

Пэк Чаган кивнул с ободряющей улыбкой.

В этот миг снаружи послышался голос подчинённого:

— Пришло письмо от Юного Владыки Культа.

При этой вести Пэк Чаган и Пи Са Ин переглянулись.

Поскольку в тренировочный зал никому вход не был дозволен, Пи Са Ин сам вышел за письмом.

Он прочитал его вслух.

— О чем же он пишет?

— Это касается Турнира по выбору Первой Красавицы Поднебесной.

Оба мастера прекрасно знали о турнире в Аньхое.

Глава Банды Божественных Превращений лично посещал их ранее, прося разрешения на проведение мероприятия и вопрошая, может ли банкет с Владыкой Альянса Отступников стать главной наградой.

Банда Божественных Превращений давно служила Альянсу Отступников верой и правдой, и даже обретя в последнее время влияние, не утратила лояльности.

Поэтому Пэк Чаган дал согласие. И вот теперь, по этому самому вопросу, Гём Мугык прислал послание.

Лицо Пи Са Ина окаменело, а взор стал предельно серьезным.

— Пишет, что во время этого банкета планируется покушение на Владыку Альянса.

Раз письмо пришло от Гём Мугыка — ошибки быть не могло. Он даже точно указал врага.

— Высококлассная женщина-ассасин, возглавляющая организацию, состоящую исключительно из женщин-убийц.

Несмотря на то, что целью заговора был он сам, Пэк Чаган выглядел почти довольным.

Ведь когда он раньше получал отчеты о кознях Праведного Союза, он чувствовал себя странно обделенным.

«Значит, их цель — только Владыка Союза? Неужели они смеют игнорировать меня?»

Пи Са Ин понурил голову, и на его лице отразился стыд.

— Прошу прощения за то, что вы узнали о столь серьезной угрозе через Юного Владыку Культа.

Разумеется, вины Пи Са Ина в этом не было. Ответственность должна была лечь на тех, кто ведал разведкой и информацией.

Но Пэк Чагана это мало заботило, и он ни капли не злился.

— Поначалу я думал, что Юный Владыка просто выдающийся малый, опережающий сверстников. Но встретив его, я понял — сама судьба благоволит ему особенным образом. Так что не терзайся.

В его словах крылся смысл: узы между тайным врагом и Гём Мугыком были глубоки.

— Итак, что же он предлагает?

— Он настойчиво умоляет вас не посещать этот банкет.

Но у Пэк Чагана не было намерения отказываться.

— Как же я могу не прийти, если я и есть цель этого покушения?

Пи Са Ин хорошо знал своего наставника: этот человек никогда не отступит. И если Гём Мугык уже вмешался, чтобы пресечь заговор... Его учитель был не из тех, кто поручает свои дела другим.

— Но Юный Владыка прислал два письма.

— Два, говоришь?

— Одно — официальное, которое я вам зачитал. Другое же адресовано мне лично.

Пи Са Ин тут же развернул личное послание. Ознакомившись с содержанием, он протянул его Пэк Чагану. Сначала Пэк Чаган удивился, зачем ему читать чужую переписку.

Но едва пробежав глазами текст, его маленькие глазки утонули в широкой ухмылке.

[Владыка Альянса, вы ведь не из тех, кто избегает опасности, верно? Раз уж вы всё равно придете, мы с таким же успехом можем проводить вас пораньше!]