— Кто прислал весточку?

На вопрос Короля Кулачных Демонов Гём Мугык ответил предельно честно.

— Пришло послание для господина Сомы. Он на время покинул Культ, чтобы выполнить мою просьбу.

Король Кулачных Демонов прекрасно знал о специфических отношениях между Гём Мугыком и Злобно Ухмыляющимся Демоном.

Поначалу эта связь казалась ему странной, ведь он считал, что их характеры совершенно не подходят друг другу.

Однако теперь его мнение изменилось.

Чем дольше он узнавал Гём Мугыка, тем отчетливее ощущал исходящее от него невыразимое одиночество — чувство, во многом схожее с тем, что терзало Сому.

— Тебе снова нужно уйти?

— Похоже, что так.

— Береги себя.

В этом коротком и грубом прощании сквозила искренняя тревога.

— Могу я просить об одолжении?

Король Кулачных Демонов кивнул.

— Пожалуйста, передайте моему отцу, что я покинул Культ по делам.

Даже если он не скажет больше никому, отец обязан был знать.

— Почему бы тебе не сказать ему самому?

— Есть человек, с которым я должен встретиться.

Король Кулачных Демонов ответил укоризненным тоном:

— Разве ты не должен сначала навестить Владыку Культа, а уже потом передавать послания этому человеку?

— Тот, кого мне нужно встретить — дочь моего учителя.

— ……

— Ясно. Передайте Ли Ан, что я не смог увидеться с ней перед уходом…

Не дослушав, Король Кулачных Демонов развернулся и пошагал прочь.

— Я сам передам это Владыке Культа.

......

Ли Ан находилась в своей резиденции.

Застыв посреди двора, она вглядывалась в небо, и лицо её было преисполнено тревоги. Едва с её губ сорвался тяжелый вздох, который она долго сдерживала…

Х-хух—!

Со спины обрушилась внезапная атака.

«Слишком поздно!»

Осознав, что уклониться не успеет, она активировала Небеское Звездное Тело и бросилась вперед, чтобы смягчить импульс.

Бам—!

Она приняла удар стремительной ладони в спину, но, к счастью, Небеское Звездное Тело послужило ей щитом.

Отскочив, Ли Ан молниеносно развернулась и обнажила Меч Солнца и Луны.

Вж-жих—!

Излучая леденящую ауру, клинок замер в волоске от шеи противника.

— Юный Владыка!

Перед ней, не пытаясь уклониться, стоял и лучезарно улыбался Гём Мугык.

— Зачет!

Применить Небеское Звездное Тело для защиты и вовремя остановить клинок, не сорвавшись в слепую ярость — оба действия были выполнены безупречно.

— А что, если бы я случайно задела вас, Юный Владыка?!

Меч в её руках мелко дрожал, а сердце всё еще бешено колотилось от осознания близости опасности.

— Когда достигаешь определенного уровня мастерства, не стоит играть в такие шутки с засадами.

Это значило, что с её нынешними навыками она никогда бы не смогла убить его случайно.

Как только она опустила меч, лицо Ли Ан озарилось неподдельной радостью. Человек, по которому она так тосковала, стоял прямо перед ней.

— Ты ведь слышала, что я вернулся?

— Да.

— И всё равно не пришла повидаться? Это слишком жестоко, Ли Ан. Ты меня уже бросила?

— Чтобы увидеть лицо человека, который меня «бросил», я заходила трижды. Один раз, когда вы были на охоте, и еще дважды — когда уезжали по делам. Что же такого важного постоянно вас отвлекало?

В прошлом Ли Ан просто смиренно ждала бы, пока Гём Мугык сам придет к ней, боясь помешать ему своей назойливостью.

Но на этот раз она поступила иначе.

— Могли бы хотя бы письмо оставить.

— Зачем? Я всегда могу прийти снова. Мы ведь в любом случае должны были встретиться. А что? Неужели за время моего отсутствия ты достигла просветления?

Ли Ан лишь тяжко вздохнула в ответ.

— Если бы достигла, меня бы сейчас не одолевали сомнения.

— Что-то случилось?

В последнее время её терзали заботы, связанные с Корпусом Призрачной Тени.

Теперь, когда она по-настоящему взяла на себя управление организацией, на поверхность начали всплывать всевозможные непредвиденные проблемы.

Недавно возникла особенно крупная неприятность — раздор между первым дивизионом под началом Чэн Мёна и отрядом Со Джин.

Всё началось с пустяковой перепалки рядовых бойцов, но постепенно конфликт разросся до масштабов открытого противостояния между подразделениями.

— Я думала вмешаться лично и во всем разобраться, но пока притворяюсь, что ничего не замечаю. И всё же чувствую — спускать это на тормозах нельзя. Честно говоря, меня это бесит. За кого они меня, своего лидера, принимают?

Ли Ан говорила откровенно — она никогда бы не призналась в подобном никому, кроме Гём Мугыка.

А Гём Мугык, словно подливая масла в огонь, широко ухмыльнулся.

— Они видят в тебе тихую заводь. Теперь представь, если бы во главе стоял господин Чанхо — посмели бы они делиться на фракции и враждовать? Они считают тебя слишком доброй, поэтому ни во что не ставят.

— Правда? Ух, может мне просто перебить их всех?

— Так сделай это. Почему медлишь?

— Ну… там ведь есть свои капитаны. Кажется, мне не стоит лезть через их головы, да и побоями проблему в корне не решишь.

Гём Мугык негромко рассмеялся.

— Ты и сама знаешь ответ, так чего же мучаешься?

Ли Ан рассмеялась вместе с ним.

«Почему я мучаюсь? Потому что хочу со всем справиться. Эту организацию доверил мне Юный Владыка, как я могу относиться к ней спустя рукава?»

Она полагала, что у Чэн Мёна и Со Джин должно быть свое чувство ответственности, и они обязаны решить всё сами. Так ей следовало думать, но тревога за то, что конфликт окончательно разрушит их отношения, не покидала её.

Её привычка всегда готовиться к худшему исходу была профессиональным недугом, оставшимся со времен службы эскорт-мастером.

Ли Ан приняла решение.

— Ладно, в этот раз сделаю вид, что ничего не знаю. Решено, долой сомнения!

— Тогда они решат, что ты и правда ничего не соображаешь. Что ты безразличный и некомпетентный лидер.

— И что мне тогда делать?

— Тебе нужно дать им понять, что ты в курсе всего, но намеренно не вмешиваешься. Тогда ты станешь тем типом лидера, который дает подчиненным шанс исправиться самим. Лидером, который не бросает слов на ветер — тем, кто знает всё, но не действует бездумно.

Ли Ан покачала головой.

— Тяжело, правда тяжело. Я-то думала, что стану великим лидером, как только займу этот пост. Теперь я скучаю по тем дням, когда могла просто беззаботно следовать за вами.

Гём Мугык впился в неё взглядом, а затем сделал неожиданное предложение:

— Тогда давай займемся тем, что тебе нравилось.

— А?

— Я как раз покидаю Культ прямо сейчас — идем со мной.

Глаза Ли Ан округлились. Она даже не спросила — куда именно.

— Сколько у меня времени на сборы?

— Половина кэ.

Стоило словам сорваться с его губ, как она вихрем влетела в дом и принялась собираться.

— Люди привыкли видеть, как я машу мечом на площадке, но я вообще-то тоже женщина! Как вы можете заявлять об отъезде за пол-кэ до отправления?

Даже возмущаясь, она двигалась подобно молнии, запихивая одежду и вещи первой необходимости в дорожную сумку.

— А если я уйду вот так? Как же подчиненные?

— Какие подчиненные? Разве они у меня были?

Она была готова меньше чем за половину кэ.

— Безрассудный лидер, действующий по наитию, к отбытию готов!

Она выглядела настолько счастливой, что Мугык невольно задумался — что бы случилось, не позови он её с собой.

— Неужели тебе и правда так радостно?

— Разумеется.

— Ты ведь ненавидишь опасность. А вдруг там нас ждет нечто ужасающее?

— Тогда так и передайте этой ужасающей твари: сюда идет злая женщина, которая смертельно устала от работы и людей. В этот раз ей лучше самой обходить меня десятой дорогой. Не забудьте ей это передать.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Так куда мы направляемся?

— В Павильон Небесного Цветка.

При упоминании Павильона Небесного Цветка лицо Ли Ан просияло еще ярче.

Было ли дело в тех добрых словах, что она там однажды услышала? Или в таинственной ауре его владелицы? По какой-то причине встреча с Госпожой Павильона всегда настраивала Ли Ан на благодушный лад.

Вдвоем они покинули Культ и стремительно направились в сторону Павильона Небесного Цветка.

......

Они бежали без остановки.

Когда наступало время отдыха, они разжигали костер и разбивали лагерь.

Пока Ли Ан восстанавливала свою внутреннюю энергию, Гём Мугык охотился на зверей и готовил ей еду. Они сидели плечом к плечу у огня, беседуя о том о сем.

В последнее время он из кожи вон лез ради отца, старшего брата и Высших Демонов. Но тем человеком, о ком ему нужно было позаботиться сильнее всего, оставалась Ли Ан.

— Спасибо.

— С чего вдруг такая внезапность?

— Не знаю, просто нахлынуло чувство благодарности.

— Могла бы и не говорить — посуду я бы всё равно помыл и лагерь прибрал.

Гём Мугык тепло улыбнулся ей. С Ли Ан ему всегда было уютно и спокойно.

— В Павильоне Небесного Цветка ведь ничего не случилось?

— Господин Сома сейчас именно там.

Этой фразы было достаточно. Данное поручение, вероятнее всего, касалось Сна Жрицы.

Неужели его подозрения подтвердятся, и она действительно окажется потомком Дворца Жриц?

Как только отдых закончился, а запасы ци восполнились, двое возобновили свой бег.

Путешествие выдалось суетным, без возможности полюбоваться пейзажами, но Ли Ан это не волновало. Рядом с Гём Мугыком даже вечная спешка приносила ей радость.

......

Наконец Гём Мугык и Ли Ан прибыли в Павильон Небесного Цветка.

Внутренний двор Павильона встретил их присутствием Сомы и Госпожи Павильона Ё Чон, которые уже получили весть о приезде.

— Приветствую, Юный Владыка.

Следом за Злобно Ухмыляющимся Демоном свое приветствие принесла и Ё Чон.

— Я должна была сама приехать к вам, но прошу прощения, что заставила проделать этот путь.

Ожидаемо — причиной, по которой Сома просил его приехать, была именно Ё Чон.

— Если Свояченица зовет, я обязан немедленно явиться на зов.

Как и всегда, Гём Мугык обратился к ней «Свояченица». Он вряд ли осознавал, как много этот скромный титул значил для Ё Чон.

— Ли Ан тоже пришла.

Поздоровавшись первым делом с Сомой, Ли Ан отвесила поклон Ё Чон, переживая, не доставит ли её присутствие хлопот.

— Я сама умоляла господина взять меня с собой, Госпожа, очень уж хотелось вас увидеть. Давно не виделись.

Женщины обменялись теплыми взглядами.

— А наша воительница стала еще краше.

Ли Ан повернулась к Мугыку и язвительно заметила:

— Видите? Вот так полагается встречать тех, кого давно не видел, а не колотить их.

Понимая ситуацию, Сома и Ё Чон лишь синхронно улыбнулись.

— Прошу, проходите в дом.

Все четверо уселись друг против друга в личных покоях Госпожи Павильона.

— Как вы наверняка догадались, причина, по которой я просила Брата привести Юного Владыку сюда — в этом.

Ё Чон извлекла нефритовую шкатулку.

Бережно приподняв крышку, она явила взорам Сон Жрицы, хранившийся внутри. Она сберегла вещь в безупречном состоянии.

— Я получила его от вас и до сего момента не касалась этой вещи.

Впившись взглядом в глаза Ё Чон, Мугык сразу понял — она точно знает, что это такое.

«Значит, моё чутье меня не обмануло».

Она была без тени сомнения потомком Дворца Жриц.

— Юный Владыка, вы знаете, что это?

— Это Сон Жрицы.

— Значит, вы ведали об этом, когда передавали подарок.

Она всё еще помнила, каким шоком для неё стал этот дар Гём Мугыка, доставленный Сомой.

Юный Владыка дал краткое пояснение об артефакте:

— Мне известно лишь, что это божественная реликвия Дворца Жриц, который, по слухам, канул в лету три сотни лет назад вместе с Дворцом Небесной Воли. Как именно её использовать, я не знаю.

Ё Чон спросила его вновь:

— Тогда почему вы передали именно мне, Юный Владыка?

Сома молча сидел рядом, наблюдая за беседой. Их связь с Мугыком была столь глубока, что теперь распространилась и на Ё Чон.

— Я наткнулся на этот предмет в сокровищнице Союза Мурим совершенно случайно. И в ту же секунду, как увидел его, понял — эта вещь по праву принадлежит вам, Свояченица.

— Могу я спросить — почему?

— В моей памяти внезапно всплыло то, как вы однажды вглядывались в чужую судьбу.

Мугык скосил глаза на Ли Ан, сидевшую подле него.

— Тогда вы прозрели её судьбу. Именно в тот момент у меня зародилась мысль, что вы, возможно, принадлежите к роду Дворца Жриц.

Он уже прочел ответ на лице Госпожи Павильона. Будь это ложью, она бы опровергла его слова мгновенно. Но Ё Чон хранила молчание.

А затем последовало признание ошеломляющей истины.

— Вы зрите в корень. Я действительно потомок Дворца Жриц.

Закончив фразу, Ё Чон перевела взгляд на Сому.

Из этого жеста Мугык понял — даже Соме она открыла эту тайну только что.

— Я не пыталась никого обмануть намеренно. Я просто решила для себя навсегда вычеркнуть из памяти тот факт, что я принадлежу к Дворцу Жриц. К тому же, я сама только недавно узнала, что за всей этой смутой стоит Тёмный Дворец.

Сома не выказал и тени смятения — его взгляд ясно давал понять, что для него её происхождение не играет никакой роли.

Ё Чон вновь устремила взор на Сон Жрицы.

— Эта божественная реликвия передавалась из рук в руки жрицам, способным пророчествовать. Я считала её давно утерянной, но оказалось, ею завладел Союз Мурим.

Затем прозвучало еще более поразительное заявление:

— Обладая этой вещью, я могу узреть пророчество.

Подняв голову, она встретилась взглядом с Гём Мугыком.

— Если, конечно, я окажусь той жрицей, которая способна его принять. Говорят, что даже в крови жриц гораздо чаще рождаются те, кто не способен слышать голос Небес.

Перед глазами Мугыка возник образ той жрицы из событий трехвековой давности — с глазами, повязанными Сном Жрицы.

Ведать будущее, быть провидцем… та женщина вовсе не казалась счастливой.

— Я передал её вам не для того, чтобы вы взывали к Небесам. Я отдал вещь лишь потому, что она ваша. Вы вольны хранить её вечно в этой шкатулке или сжечь прямо сейчас и навсегда забыть о Дворце Жриц — мне абсолютно всё равно.

Ё Чон посмотрела на Сому. Тот едва заметно кивнул, показывая, что выбор только за ней одной.

Медленно она коснулась Сна Жрицы и вынула ткань.

— Честно говоря, мне было любопытно — принадлежу ли я к числу тех, кто может слышать пророчество, или нет.

Но была и иная, скрытая причина. «Если передача Сна Жрицы руками Гём Мугыка была судьбой — мне не стоит от неё бежать», — подумала она. Особенно ради Сомы.

— Если бы Небеса решили ниспослать мне пророчество, каким бы оно было?

Мистическая энергия, исходящая от реликвии, стала сильнее, едва оказавшись в её руках.

Осторожно Ё Чон повязала Сон Жрицы себе на глаза.

Мугык ощутил, как плотный вихрь мистических сил заструился вокруг её тела.

В комнате воцарилась удушливая тишина. Мугык, Ли Ан и Сома затаили дыхание, не сводя с неё глаз.

Сколько же времени так прошло?

Наконец Ё Чон медленно развязала и сняла реликвию.

Когда её веки разомкнулись, в её глазах плескалось ошеломление.

— Я видела видение.

Это значило лишь одно — пророчество было даровано. Она оказалась жрицей, наделенной истинным даром.

Её дрожащий взор остановился на Гём Мугыке.

— Я видела вас в том видении, Юный Владыка.