Гём Мугык вспомнил тот день.

Момент, когда закончились двухдневные тренировки со Злобно Ухмыляющимся Демоном внутри Техники Пространственно-Временного Перемещения.

В конце той кровавой битвы Гём Мугык из соображений чуткости к товарищу сменил окружающий пейзаж на заснеженную равнину.

[«В следующий раз ты обязательно отправишься в путешествие со мной.

[«Когда придет время…»]

В ту секунду Злобно Ухмыляющийся Демон замялся. Совсем на него не похоже — он явно хотел что-то сказать, но сдержался.

Теперь Гём Мугык, кажется, понял.

Та заминка была знаком: он собирался объявить, что снимет маску.

Гём Мугык не стал его останавливать.

В жизни до Великого Возвращения Злобно Ухмыляющийся Демон однажды показал лицо. В этой жизни он тоже снял маску по собственной воле.

Должно быть, это судьба — жить, видя лица друг друга.

Ш-ш-шух—

Рука Сомы слегка дрогнула, стягивая маску.

Лицо Злобно Ухмыляющегося Демона открылось взору.

Когда Гём Мугык видел его в прошлой жизни, прошло уже много лет. Это случилось во время поисков последнего ингредиента для техники Великого Возвращения.

Он и тогда был статен, но сейчас перед Мугыком предстал совсем юный человек.

Злобно Ухмыляющийся Демон был воистину красив. Если Король Ядов обладал внешностью изящного юноши, а Пьяный Демон излучал уникальный шарм, то лицо Сомы казалось безупречным и совершенным.

Черты лица пребывали в идеальной гармонии, а взгляд был одновременно чистым и пугающе глубоким.

Кто в здравом уме, завидев этот лик, узнает в нем Злобно Ухмыляющегося Демона?

— Как ты терпел-то? Носить такую красоту под маской и не хвастаться?

Сома улыбнулся. До сих пор Гём Мугык видел улыбку лишь в его глазах — теперь же он видел, как расцветает всё лицо.

— Я снял её, потому что хотел спокойно выпить с Юным Владыкой. Пить в маске — сомнительное удовольствие.

Гём Мугык знал: это не истинная причина. Злобно Ухмыляющийся Демон явил высшее проявление доверия, на которое только был способен.

Сома молча посмотрел на маску в руках. Та, казалось, ухмылялась ему в ответ.

О чем он сейчас думал?

Этого Гём Мугык не знал, но в одном был уверен твердо.

В миг, когда Злобно Ухмыляющийся Демон снял маску, он стал еще сильнее.

До этого момента маска оберегала его. Она была его символом, личностью и гордостью. Она делала его сильным, она же делала его зловещим.

— Теперь я буду надевать её, когда пожелаю, и снимать, когда захочу.

Он наконец освободился от её власти.

С-с-с—

Окружающее пространство начало меняться. С полным истощением внутренней энергии Техника Пространственно-Временного Перемещения стала развеиваться.

— Помнишь? Я обещал угостить тебя потрясающим обедом, если ты снимешь маску.

Сома кивнул.

— Когда вернемся в главное отделение, я угощу тебя лучшими блюдами и вином.

Злобно Ухмыляющийся Демон ответил, снова надевая маску:

— Буду ждать этого дня.

......

Хан Соль, отправляясь сюда, и помыслить не могла о подобном.

Кто мог ожидать, что едва она прибудет к месту встречи, назначенному Гём Мугыком, ей придется замораживать волну тьмы, летящую в Юного Главу Альянса Отступников?

Откуда ей было знать, что она станет свидетелем того, как истекающие кровью мастера боевых искусств пробиваются сквозь формацию?

[— Соль-а, дело дрянь. Может, отступим?] — передали Мастера Парных Ледяных Мечей, охранявшие её.

Насколько серьезным должно быть положение, если даже эти ветераны заговорили об отступлении?

«Юный Владыка, на какое же сборище вы меня пригласили?» — подумала она.

Впрочем, в этом был весь Гём Мугык. И отступать она, конечно, не собиралась.

Пи Са Ин подбежал к Джин Хагуну, только что вырвавшемуся из лап лабиринта:

— Ты в порядке?

Джин Хагун первым делом проверил воинов отряда Истребления Демонов. К счастью, все до единого успешно покинули формацию.

Лишь после этого Джин Хагун кивнул:

— Мы в норме.

— Вот и славно.

В этот миг оба ощутили нечто похожее.

«Никогда не думал, что буду так рад видеть это лицо».

Пи Са Ин заметил, как изменился взгляд Джин Хагуна. После пережитого внутри лабиринта связь между ними стала куда глубже, чем до входа.

Как и они сами, эти двое только что вели отчаянную битву на грани смерти.

— А вы как?

— Тут тоже было непросто, но всё разрешилось удачно. Госпожа Хан очень помогла.

Пи Са Ин представил Хан Соль Джин Хагуну:

— Это Юная Владыка Ледяного Дворца Северного моря. А это — лидер отряда Истребления Демонов Союза Мурим.

Хан Соль внутренне ахнула. Как ей было не знать, что перед ней главный наследник Союза Мурим?

Получается, друзья, которых обещал представить Юный Владыка из Божественного Культа Небесного Демона — это преемники как Праведного Союза, так и Альянса Отступников.

Она и раньше знала, что Гём Мугык незауряден, но чтобы завести дружбу с такими людьми...

— Брат!

В этот момент из тайной комнаты вышли Джин Харён и Госпожа Павильона Небесного Цветка. Когда звуки битвы снаружи затихли, Джин Харён осторожно выглянула проверить обстановку и поняла, что всё закончилось.

Видя друг друга в безопасности, брат с сестрой почувствовали огромное облегчение.

Джин Харён огляделась и спросила:

— А где Юный Владыка?

При этом вопросе Джин Хагун переглянулся с Пи Са Ином. Юный Глава Альянса промолчал, лишь посмотрев в сторону разрушенного паланкина. Это означало, что битва всё еще идет.

Джин Хагун ответил сестре:

— Он в пути.

Ровно та же фраза, что произнес Пи Са Ин мгновениями ранее. Масштаб их доверия к Мугыку был абсолютно одинаков.

Люди выстроились в защитное оцепление вокруг остатков паланкина.

С одной стороны замерли Пи Са Ин и Тринадцать Волков Альянса. Напротив них — Джин Хагун и отряд Истребления Демонов. С флангов встали Безликие Мечники и Джин Харён, а напротив — Хан Соль и Мастера Парных Ледяных Мечей.

Сколько времени они так провели?

У-у-у-н-г—

Паланкин начал мелко вибрировать.

В миг, когда все напряглись, отступая на шаг и обнажая сталь—

Изнутри ударил свет. Лучи прорывались сквозь каждую щель, разгоняя мрак и устремляясь в ночное небо.

С резким свистом сияние мгновенно исчезло.

Ш-ш-шух—

Паланкин начал рассыпаться пеплом.

Все застыли в изумлении.

— Чего вы туда уставились? Мы здесь.

Когда люди обернулись, рядом стояли двое. Гём Мугык и Злобно Ухмыляющийся Демон, оба с ног до головы залитые кровью.

По их изможденному виду было ясно, какую бойню они только что пережили.

Гём Мугык быстро огляделся. Все, кто должен был быть здесь, присутствовали.

Лицо Юного Владыки озарила волна облегчения.

Настоящего облегчения — без фальши и масок.

Лишь убедившись, что всё в порядке, Гём Мугык картинно рухнул на землю с преувеличенными жалобами:

— Ох! Мои руки, мои ноги... Тело будто в ступке истолкли. Хотя нет, меня и правда чуть не истолкли.

Напряжение окончательно спало, сменившись улыбками. Подобное ерничанье было вернейшим знаком — битва окончена.

Сидя на камнях, Гём Мугык повернулся к Хан Соль:

— Ну, как вам Срединные земли?

Он был в крови и ссадинах, встречал гостью в таком непотребном виде, но его шутки принесли ей тихую радость.

— Не припомню, чтобы в приглашении на банкет упоминалось, что это будет «кровавый» пир.

Это была редкая шутка от той, кто почти никогда не острил.

— У достойного праздника всегда должен быть неожиданный поворот, вам не кажется?

После этой перепалки к нему подошли Джин Хагун и Пи Са Ин.

Гём Мугык выглядел изнуренным как никогда. Стало ясно: он вернулся, отдав силы до последней капли.

— Самое время прикончить Юного Владыку Культа Небесного Демона, — усмехнулся Мугык.

Пи Са Ин и Джин Хагун переглянулись. В их глазах читалось: «А не попробовать ли?». Заметив это, Мугык быстро добавил:

— Шучу! Это была шутка, у меня за спиной очень надежный человек!

Суровое лицо Пи Са Ина тронула усмишка:

— В таком случае это и впрямь идеальная возможность.

Гём Мугык обернулся — Злобно Ухмыляющегося Демона рядом уже не было. Тот уже отошел в сторону и о чем-то переговаривался с Ё Чон.

— Что? Ты бросаешь меня, едва мы вышли?!

Несмотря на крик господина, Сома сделал вид, что не слышит.

Видя, как ярко улыбается Ё Чон перед Сомой, Гём Мугык вновь ощутил покой — они действительно вернулись живыми.

Госпожа Павильона Небесного Цветка посмотрела на Юного Владыку и молча поклонилась. Без слов было ясно, какое глубокое чувство признательности скрыто в этом жесте.

Джин Хагун и Пи Са Ин присели на корточки рядом с Мугыком.

Редчайшее зрелище: двое преемников, которые, казалось, никогда в жизни не пойдут на подобное, теперь сидели в пыли вместе с Гём Мугыком. Кадр, который вряд ли кто-то увидит дважды.

Гём Мугык выразил благодарность Пи Са Ину:

— Если бы ты не перерезал их каналы энергии, я бы погиб.

Пи Са Ин удивленно спросил:

— Как ты узнал, что это сделал я?

— Я заметил, что нити, ведущие к паланкину, лопнули, но ты не бросился внутрь. Тогда и догадался. Я сражался, думая лишь о моменте, когда ты отсечешь этот бесконечный поток ци.

Пи Са Ину было приятно знать, что усилия не пропали даром. Он хотел было поддразнить друга: «Что бы ты делал без меня?», но слова не шли с языка. Он еще раз убедился, что даже шутка должна соответствовать моменту — и тому, кто её произносит.

Прямо как Гём Мугык сейчас. Его целью явно стал Джин Хагун.

— Ты ведь жалеешь сейчас, верно? Если бы он вошел в формацию, а ты остался снаружи — спасителем моей жизни стал бы ты.

Джин Хагун покачал головой:

— Случись так, мы бы потеряли друга.

— Хочешь сказать, Са Ин бы не выбрался из формации Небесного Исчадия? Ты недооцениваешь нашего Юного Главу?

— Нет. Я к тому, что мне бы и в голову не пришло её перерезать.

Честный ответ означал, что в таком случае Мугык бы погиб, и в то же время выражал уважение к Пи Са Ину. Джин Хагун, всегда ценивший гордость и честь выше всего, теперь выглядел спокойным — так выглядит человек, сумевший что-то отпустить.

А раз он отпустил, руки его были пусты. Вопрос лишь в том, к чему они потянутся дальше.

— Перестаньте оба корчить из себя крутых парней! Это по моей части.

Под протесты Гём Мугыка Джин Хагун и Пи Са Ин подхватили его под локти и помогли подняться.

Мугык повернулся к Джин Харён с благодарностью:

— Спасибо, что сдержала обещание.

— Я просто пряталась в тайной комнате.

— Тем более спасибо.

Взгляд Мугыка стал глубже.

— Скажи честно — сколько раз порывалась выскочить?

Джин Харён улыбнулась. За это она и любила Гём Мугыка — он видел сердце без лишних слов. Он понимал, что сидеть в укрытии, пока другие сражаются, порой труднее, чем броситься в бой.

— Раз десять?

— Значит, меньше, чем я.

— В смысле?

Гём Мугык зыркнул на Пи Са Ина. Он не мог это так оставить.

— Из-за этого неторопливого друга мне пришлось молиться! «Прошу, перережь энергию!» — взывал я, пока меня метелили до полусмерти.

— Хватит заливать. Будь тебя так метелили, от твоего врага и пыли бы не осталось.

— Ха! Откуда узнал? Она и впрямь рассыпалась прахом и улетела по ветру.

В конце концов, все трое посмотрели друг на друга и расхохотались.

Тут взгляд Мугыка замер на горизонте.

— Ах, смотрите!

Все обернулись.

Далеко на краю мира свет начал теснить тьму. Пока внутри Техники Пространственно-Временного Перемещения солнце заходило, во внешнем мире прошла жестокая ночь и забрезжил рассвет.

Люди молча наблюдали за восходом — величественнее любого, что они видели прежде.

Госпожа Павильона Небесного Цветка сделала шаг вперед и звонко произнесла:

— Благодаря вам всем жителям павильона удалось уцелеть. Сердечно благодарим вас.

Кисэн, повара и слуги, прятавшиеся поблизости, вышли вперед, кланяясь своим спасителям.

— Пожалуйста, отдыхайте. Мы приложим все силы, чтобы подготовить сегодняшний банкет.

Так подошла к концу еще одна битва, начавшаяся с побега одной-единственной куртизанки.

......

Вернувшись в комнату, Гём Мугык принялся гонять ци, восполняя запасы.

Давно он так не истощался — выжал себя до последней капли. Первый цикл, второй, третий... Круг за кругом, пока внутренний резервуар снова не наполнился энергией.

Закончив, Гём Мугык достал Тайную Шкатулку и поставил на стол. Он посмотрел на ухмыляющуюся рожу артефакта и тихо сказал:

— Если бы не ты, быть бы мне в беде. Спасибо.

Однако аура Чёрного Короля, поглощенная Чёрным Оком, вместе с другими незнакомыми энергиями дремала глубоко внутри, будто её и не существовало.

— Что же ты такое на самом деле?

Тайная Шкатулка продолжала безмолвно улыбаться. Что ж, придет день — и он узнает ответ.

Спрятав артефакт за пазуху, Мугык повалился на кровать. Тренировка ци помогла снять усталость, но ничто не заменит крепкий сон. Стоило голове коснуться подушки, как Гём Мугык провалился в небытие.

Ему снилось, как он идет сквозь тьму.

Это не была гнетущая мгла Чёрного Короля. Это была та самая темнота, что сопровождала его в жизни до Великого Возвращения. У тьмы есть свои плюсы — она скрывает одиночество. Говорят, ночью одиноко? Не всегда. Порой именно сияние мира делает одиночество невыносимым.

Как долго он шел по этому мраку?

В конце пути он наткнулся на некую сущность. Был ли причиной тому многократный провал Искусства Девяти Бедствий на ранге Седьмой Звезды? Или подсознание жаждало увидеть этот образ?

Тот, кто ждал его — Дух Небесного Демона.

Гём Мугык молча смотрел на колоссальную фигуру Духа. Сегодня черты его лица были отчетливее, чем прежде. Почему? Неужели схватка с Чёрным Королем как-то продвинула его мастерство в Демоническом Искусстве?

— Чувствуешь себя немного уязвленным в гордости?

Прежде Дух лишь взирал на него свысока высокомерным взором. Но сегодня реакция была иной. Голова Духа Небесного Демона едва заметно кивнула.

— Ты слышишь меня?

Гём Мугык выкрикнул это, просыпаясь. Последняя фраза сорвалась с губ уже наяву, словно эхо сна.

«...Он точно кивнул».

Пусть это был лишь сон, сердце Мугыка бешено колотилось от этого ответа.

Он собирался лишь слегка вздремнуть, но когда вышел на улицу, уже опустился вечер.

Павильон Небесного Цветка гудел — шла подготовка к пиру. Пробитые стены и дыры в здании никого не смущали, напротив — это придавало вечеру особый шарм. Все повара и работники павильона суетились, готовя еду с рвением людей, чествующих своих благодетелей.

— Сегодня будем пить до самого утра! Выпивки должно быть вдоволь!

Ответил Гём Мугыку не Госпожа Павильона, а Джин Хагун, подошедший чуть раньше:

— Ты ведь не видел склад с алкоголем? Насчет этого можешь не переживать.

Теперь Мугык вспомнил — Джин Хагун и его отряд Истребления Демонов работали в Павильоне под видом служак, таская бочки с вином.

Сев напротив него, Гём Мугык усмехнулся:

— Ах! Владыка со стажем работы в доме кисэн! И как мне теперь с тобой общаться?

— Спорим, за тобой числятся делишки и похлеще.

— Само собой. Я ведь даже аттантантом работал.

Джин Хагун расхохотался. Сидеть так с Гём Мугыком стало привычно и легко. Чем больше времени они проводили вместе, тем чаще он сам ловил себя на желании пошутить — как говорится, с кем поведешься.

— Хлебни-ка винца, что я доставил, аттандант!

— Тебе сегодня много носить придется, старейшина!

Пока они обменивались колкостями, пришли Джин Харён и Хан Соль. Пи Са Ин обычно был пунктуален, но сегодня почему-то опаздывал.

— Почему наш младший так задерживается, когда старшие уже в сборе? — прокомментировал Гём Мугык.

Джин Хагун отозвался:

— Вообще-то, Юный Глава Пи гораздо старше тебя.

— Всё равно. Кто опоздал, тот и младший.

В этот момент Мугык посмотрел на вход с нечитаемой улыбкой. Остальные тоже обернулись в удивлении.

В залу вошел Пи Са Ин, облаченный в чистейшее белое одеяние, которого он обычно никогда не носил.