Джин Харён тоже взглянула на их отражение в зеркале.

— Мы все обязаны тебе жизнью, и всё же ты снова пытаешься спасти каждого.

Не будь Гём Мугыка, ни она, ни её брат уже не топтали бы эту землю. Сама Госпожа Павильона Небесного Цветка признавала: она выжила лишь благодаря ему. Харён знала — и Пи Са Ин уцелел только по воле Юного Владыки.

Две фигуры в зеркале перевели взор на оставшегося человека.

— Даже если бы вы оступились, и кто-то убил вас по справедливости, я бы всё равно прожил жизнь, полную ярости. Может, и не каждый день, но всякий раз, стоило бы мне вспомнить о вас — и меня бы разрывало от гнева. Только представьте: я, до конца своих дней вымещающий злобу на окружающих.

Гём Мугык, ранящий других словом? Джин Харён не хотела даже представлять подобное.

— Но потерять вас из-за каких-то крыс, затаившихся в тенях? В месте, куда я сам вас привел? Я делаю это не ради вас. Я делаю это ради себя — потому что это меня бы до конца жизни грызла совесть. Так что даже не думайте раниться или умирать!

Бросив эти слова, Гём Мугык первым покинул комнату.

Джин Хагун посмотрел на младшую сестру и негромко произнес:

— Вот почему нам следовало прийти в ту же секунду, как мы получили весть.

Джин Харён было что сказать брату:

— Не отдавай Юному Владыке слишком много места в своем сердце.

— Почему?

— Потому что в итоге ты будешь страдать куда сильнее, чем он.

Она говорила о том, что случится, потеряй они друг друга. О самом Гём Мугыке она не беспокоилась — таково было её видение его натуры. Но она терзалась за брата.

Джин Хагун снова поправил одежду перед зеркалом.

— Я ведь тоже эгоистичный человек. Может, поэтому... меня и мучили подобные тревоги.

Едва он доверился Гём Мугыку, как на душе полегчало. Да, этот путь никогда не будет легким, но довольно и того, что кто-то по-настоящему понимает его тяжесть и готов подставить плечо.

Харён была искренне удивлена откровению брата. Она всегда считала, что он искренне счастлив, неся бремя Главы Отряда Истребиления Демонов.

Доверься он кому-то другому, она бы наверняка приревновала — ведь с ней брат никогда не делился такими переживаниями.

— И сама не отдавай ему своё сердце.

— Не отдам. А даже если бы и отдала — это бы ничего не изменило.

В этот момент Джин Хагун внезапно повысил голос:

— Да что с тобой такое?

Это не был окрик Главы Истребителей. Это был крик брата. Крик, который всё равно уходил в пустоту — не мог же он пойти к Юному Владыке и велеть тому ответить сестре взаимностью.

Джин Хагун резко развернулся и вышел из комнаты.

Оставшись в одиночестве, Джин Харён присела на край постели Гём Мугыка и прошептала:

— Как вообще можно отдать сердце кому-то...

После короткой паузы она добавила совсем тихо:

— Если оно уже всё, без остатка, принадлежит другому.

......

Джин Хагун и Отряд Истребиления Демонов были рассредоточены по Павильону Небесного Цветка.

— Вино хранится в этом складе. Когда поступит заказ, просто берите бутыли отсюда. Вот список сортов.

Ё Чон водила их за собой, обучая премудростям службы.

Принимая её наставления, Джин Хагун распределил воинов по залам и комнатам. Он велел заранее продумать, где спрятать клинки и как выводить куртизанок в случае беды.

Бойцы Отряда Истребиления Демонов не выказывали ни капли недовольства. Прошлые события связали их с Гём Мугыком долгом жизни. К тому же работа в гиру стала для них освежающей переменой. Сколько лет они не носили ничего, кроме боевых лохмотьев?

Девицы главного отделения, отобранные лично Ё Чон, сохраняли хладнокровие, несмотря на грядущую бурю. Напротив, новоявленные «слуги» из Союза Боевых Искусств стали главной темой для их пересудов.

Кто самый статный, кто — самый учтивый, кто на кого похож...

Так прошло несколько дней; отряд постепенно обживался в новой роли.

— Неужели только я чувствую себя не в своей тарелке? — Джин Харён преградила путь брату.

Джин Хагун, нагруженный бутылями с вином, глянул на сестру:

— Я занят! Клиенты ждут!

Брат проскочил мимо и умчался в зал.

И он был не одинок. Истребители Демонов на диво быстро вжились в роли. Некоторые выглядели так, словно всю жизнь только и делали, что разносили закуски. Один даже успел получить любовную записку от куртизанки.

Даже Госпожа Павильона вела себя так, будто ничего не происходит, приглядывая за порядком и честно исполняя обязанности хозяйки.

В итоге Харён отправилась на поиски Гём Мугыка. Тот заперся в покоях, занятый одному богу известными делами.

— Ты совсем не беспокоишься?

— О чем именно?

— Глава Истребителей Демонов и его элита таскают вино по залам Павильона Небесного Цветка. Неужели ты думаешь, что тайна еще не утекла?

Даже если это центральный штаб Павильона, скрыть такое присутствие было почти невозможно. Вернее — абсолютно невозможно.

— Да, они наверняка в курсе.

— В курсе? Значит, те типы из торговой компании прямо сейчас думают: «Вино там разливают мастера Отряда Истребиления Демонов», так?

— Именно.

И он при этом спокойно позволял друзьям таскать кувшины?

— Им всё известно. Что я здесь, что Джин Хагун здесь. Вероятно, они знают даже о твоем прибытии.

— Тогда не стоит ли нам ударить по «Бэкге» первыми и выпытать, кто за всем стоит?

— И как же?

Этот вопрос заставил Харён запнуться.

— Ну, у вас же наверняка есть способы заставить людей говорить, верно?

— Ты так это произнесла, будто ждешь от меня мистического Великого Искусства Принудительного Развязывания Языка. Мы ничем не лучше вас. Вырываем ногти, прижигаем каленым железом.

— Мы не делаем таких вещей!

— Еще как делаете.

Харён не смогла уверенно возразить. Не было никакой гарантии, что в подземельях Союза не докрасна раскалены прутья для допросов.

— Тогда почему ты бездействуешь? Жизнь твоего друга на волоске!

На это Гём Мугык невозмутимо отозвался:

— Потому что честь моего друга тоже на кону.

Харён вздрогнула.

Торговая компания «Бэкге» принадлежала Альянсу Отступников. Нападение на них без веских улик сочтут прямым оскорблением всего Альянса.

— Если кто и должен ударить, то только Пи Са Ин.

Покраснев, Харён согласно кивнула.

— Я не подумала.

К тому же сейчас торговая компания официально пригласила Пи Са Ина в гости.

Гём Мугык добавил приглушенно:

— Именно поэтому всё и происходит.

— Что именно?

— Кажется, кто-то очень хочет втянуть нас в это дело.

Джин Харён вскинула брови:

— Любому со стороны покажется: я обязан выйти на связь с «Бэкге» или выведать у них сведения, так? Дошло до того, что даже ты пришла ко мне с требованиями атаковать их. Ты и правда думаешь, что враги не предусмотрели такого хода?

Она не заглядывала так далеко. Но что если Юный Владыка прав? Что если враг искусно расставил силки и терпеливо ждет в засаде в самой «Бэкге»?

— Выходит, мы сейчас в большой опасности?

Гём Мугык задал встречный вопрос:

— В опасности? Кто именно? Внутри Павильона — Отряд Истребиления Демонов. Снаружи — Безликие Мечники. Здесь я. Здесь Сома. Ты и Глава дивизиона Джин на месте, а скоро прибудет Юный Глава Альянса во главе Тринадцати Волков.

Этих сил было достаточно, чтобы любой здравомыслящий спросил: «Какая еще, к черту, опасность?»

— Будь ты на месте врага, осмелилась бы ты сделать ход в такой ситуации?

На этот вопрос Гём Мугык получил от Харён лишь решительное мотание головой:

— Я бы бежала без оглядки.

Вот именно. Чтобы сокрушить такую силу, нужна полноценная война.

— Но они остаются на местах. Они даже не отменили приглашение. Это значит лишь одно: у них в запасе есть смертоносный козырь.

Харён всё же не понимала одного в логике Юного Владыки:

— Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то пострадал или умер, верно? Тогда почему нам просто не избежать столкновения? Отклоним приглашение и ударим по компании вместе с Юным Главой Альянса.

Гём Мугык произнес то, чего она не ожидала:

— Тогда они не используют тот козырь, что подготовили.

До этих слов она верила, что избежать боя — лучший исход.

— Ты же это не серьезно?

Но он не шутил. Юный Владыка подтвердил:

— Именно. Мне нужно выяснить, что это за ход.

Только тогда Джин Харён всё поняла. Гём Мугык сам заманивал врага на свет.

— Зачем?

— Потому что, если этот козырь не выстрелит сейчас, он непременно выстрелит в будущем.

И он добавил то, что ответило на её невысказанный вопрос:

— И буду ли я там и в тот миг, чтобы его остановить?

— !

Гём Мугык больше всего боялся, что решающий удар враг нанесет, когда его не будет рядом.

Когда он не сможет заслонить собой Джин Хагуна, когда его не окажется подле Пи Са Ина или кого-то еще. Если этот «ход» столь сокрушителен, он хотел встретить его лично, пока еще в силах помешать.

Харён вспомнила его слова, сказанные перед зеркалом пару дней назад:

[«В тот день никто из нас не пострадает и не умрет. Мой «болтливый демонический путь» куда более эгоистичен по сравнению с твоим праведным...»]

Поистине эгоистичен. Терзаться так сильно о чужой безопасности. Беспокоиться не только о настоящем, но и о туманном будущем, что может наступить в любой момент.

— Тебе не тяжело так жить?

Гём Мугык обладал непоколебимой верой в свой путь.

— Тяжело будет тогда, когда люди начнут умирать лишь потому, что я жил иначе.

Спасти тех, кто не должен погибнуть — в этом был смысл его нынешней жизни. С улыбкой Гём Мугык добавил:

— Не терзайся попусту. Если мы сгинем, тем ублюдкам тоже не поздоровится. Владыки Божественного Культа, праведных и отступнических сил устроят такую месть за своих детей и учеников, что мало не покажется.

— Не улыбайся! В этом нет ничего смешного!

Должно быть, её брат верил Гём Мугыку больше, чем самому себе. Раз Юный Владыка так подготовился, брат просто доверился этому и спокойно таскал бутылки с вином.

— И что мне делать? Пойти на кухню посуду мыть?

— Нет. Ты будешь защищать Госпожу Павильона Небесного Цветка.

Как и Джин Хагун, Харён приняла поручение без колебаний.

— Ладно. Но, в отличие от брата, я не даю пустых обещаний. Может, я и не спасу её ценой собственной жизни, но я буду щитом до последнего своего вздоха.

Гём Мугык улыбнулся ей:

— Сдаться за миг до смерти куда труднее, чем умереть, защищая.

......

За три дня до прибытия Пи Са Ина.

Гём Мугык собрал всех в своих покоях: Сому, Джин Хагуна, Джин Харён и Ё Чон. На столе перед Юным Владыкой высилась гора бумаг. Это были донесения Павильона Небесной Связи и «Скрытой Луны».

Там содержались мельчайшие подробности об адептах торговой компании «Бэкге», их финансах, внутренних связях и сделках с другими гильдиями. Полный разбор противника по косточкам. Гём Мугык выделил главное:

— Недавно торговая компания «Бэкге» завершила перепланировку поместья. Они расширили боевую арену, снесли старые постройки и возвели новые. И Павильон Небесной Связи разузнал нечто особенное о материалах, использованных при строительстве.

Разведка не поленилась изучить даже качество кирпича и дерева.

— Строительство было лишь прикрытием, — предположил Сома.

Гём Мугык кивнул:

— Да. Судя по материалам, внутри установлены наступательные механические и боевые формации. Причем высшего порядка. Говорят, они смертельно опасны.

При упоминании тайных ловушек и формаций все помрачнели. Подобное не строится по щелчку пальцев — один только поиск мастера, способного на такое, стоит баснословных денег.

Потрясенная Харён прошептала:

— Ты был прав. Торговая компания — это сплошной капкан.

Юный Владыка медленно кивнул, и тогда заговорил Джин Хагун:

— Каков твой план?

Все взоры скрестились на Гём Мугыке. Он уже всё решил.

— Разносить ли то место в щепки — решит позже Альянс Отступников. А пока давайте подготовим пир для нашего друга. Запаситесь лучшим вином и изысканными блюдами.

Обведя взглядом присутствующих, Гём Мугык добавил:

— Если этот пир закончится благополучно — тогда начнется настоящее веселье.

......

Глубокой ночью на заброшенном кладбище завывали волки.

Обветренные надгробия, готовые рассыпаться от малейшего касания, лишь нагнетали жуть. Там стоял Пхён Ви, заместитель главы компании «Бэкге». Всё время ожидания он провел в крайнем напряжении. И не зря.

То, что таилось во тьме, наконец явило себя. Сквозь ночное небо, бесшумно скользя по воздуху, проплывал паланкин. От него исходила странная аура. Выкрашенный в угольно-черный цвет, он казался ожившим куском самой преисподней.

Вокруг паланкина застыли четверо слуг в черных одеждах, их лица скрывали плотные вуали. Они тоже парили по углам носилок; их присутствие было далеко не человеческим. Фонари в их руках испускали призрачно-синее свечение, подобное блеску глаз вурдалаков. Казалось, этот паланкин был мостом между миром живых и царством мертвых.

Тюк— Тюк-тюк-тюк—

Всё живое на пути этой процессии мгновенно гибло. Птицы и насекомые падали замертво, цветы увядали в секунду, а деревья ссыхались и чернели. Паланкин замер в воздухе перед Пхён Ви.

Тот заговорил официально и сухо:

— Наконец-то, завтра.

Завтра был день приема Пи Са Ина. Завтра ночью Пхён Ви встретится с Юным Главой Альянса в Павильоне Небесного Цветка.

Из глубин парящего паланкина раздался женский голос:

— Я чувствую твой страх.

Этот голос, чарующий и потусторонний, казалось, пробирался в самую душу. Зрачки Пхён Ви дрогнули. Как ему было не бояться? Вне зависимости от их планов, завтра он войдет в зал, где соберутся Юный Владыка Божественного Культа, Злобно Ухмыляющийся Демон, Юный Глава Альянса и Командующий Истребителями Демонов.

Сладкая речь снова полилась из-за черных занавесей:

— Не страшись.

Тоскливый ветер завыл меж могил, а тучи окончательно скрыли луну.

— Ночь всегда на нашей стороне.