Похожи ли они?

Даже если бы Король Ядов взвился в протесте, между ними не нашлось бы ни единой общей черты.

Я ляпнул это лишь в порыве, чтобы отвлечь внимание Джиндок Косы на себя.

Цель была достигнута. Взор мастера ядов переместился с Короля Ядов на меня. Да, смотри на меня.

— Разве не бесит, когда видишь кого-то, кто выглядит точно так же, как ты?

Взгляд Короля Ядов говорил сам за себя:

«С этим уродцем?»

У Джиндок Косы возник тот же вопрос:

— В каком это месте мы похожи?

Даже он понимал, что между ними нет ничего общего.

— Как по мне — вылитые копии. Даже ваши взгляды и ауры идентичны. В них есть некая бунтарская жилка, и в то же время — глубина.

Джиндок Коса нахмурился. Выражение его лица прямо-таки кричало: «Ты серьезно несешь этот бред? Бунтарство? Глубина? В подземной тюрьме, где мрут люди?».

— В юности вы наверняка были столь же хороши собой.

Что обидного в сравнении с красавцем?

Проблема была в том, что он не верил ни единому моему слову.

— Кончай паясничать. Говори, зачем ты, рискуя жизнью, спасаешь этого старика?

Джиндок Коса открыто демонстрировал жажду убийства. Стало ясно: если я выдам еще одну нелепость, меня используют в качестве назидания для остальных.

— Он помог мне в яме.

— И насколько же велика должна быть помощь, чтобы ты ради неё поставил на кон жизнь?

Я перевел взгляд на Короля Ядов.

— Когда мне приходилось драться как псу, этот человек грызся вместе со мной.

На лице Короля Ядов отразилось изумление вперемешку с сильными чувствами; он не ожидал, что я назову такую причину.

К счастью, это объяснение сработало с Джиндок Косой лучше любой пространной тирады.

— О какой верности среди заключенных ты толкуешь? Оступишься еще раз — и исчезнешь, превратившись в лужу крови.

— Да, я буду осторожен.

Джиндок Коса недовольно переводил взгляд с меня на Короля Ядов и обратно, но продолжать не стал. В конце концов, каждый из нас был ценным подопытным материалом.

Мастер ядов запер Короля Ядов в камере и удалился.

Я отправил старику телепатическое сообщение:

[— Вы молодец, что сдержались.]

[— Зачем ты вмешался? Я бы и сам справился.]

[— Знаю.]

[— Думаешь, я бы устроил сцену?]

[— Нет.]

[— Не ври!]

После краткой паузы я признался:

[— Я боялся скорее того, что вы сдержитесь слишком сильно.]

[— !]

Король Ядов воззрился на меня в шоке.

[— Я переживал, что вы стерпите. Что позволите этому ублюдку ударить вас, унизить... и всё ради нашего плана.]

Чистые, большие глаза Короля Ядов округлились ещё сильнее.

[— А если бы твоя лесть о нашем сходстве не сработала, и этот выродок попытался тебя убить?]

[— Тогда пришлось бы перевернуть доску. Я бы топорно подстроил улики так, чтобы всё выглядело как его смерть от побочных эффектов «Берсерка», и сбежал, перебив здесь всех.]

[— А Аэчак? Он ведь почти не покидает своего логова.]

[— Придумали бы что-нибудь по пути.]

[— Ты хочешь сказать, что рискнул всем... лишь потому, что не хотел видеть моих страданий?]

[— Почему «лишь»? Это крайне веская причина. Ради неё стоит и рискнуть, и всё оставить позади.]

Заметив в его глазах сомнение — не очередная ли это лесть, — я открыл ему свои истинные чувства.

[— Весы между лестью и искренностью всё больше склоняются ко второму.]

Король Ядов, молча сверливший меня взглядом, отошел от окошка.

......

Узники гибли ежедневно.

Каждый раз, когда это случалось, Джиндок Коса приходил в подвал подтвердить смерть и, прежде чем уйти, яростно зыркал на Короля Ядов. Похоже, само существование старика всё ещё кололо его, словно заноза в сердце.

Ему стоило бы больше доверять интуиции. Эти ясные глаза Короля Ядов... Почему они так его тревожили?

Впрочем, измотанный постоянными неудачами в исследованиях, он игнорировал настойчивые сигналы надвигающейся беды.

Вместо этого он день за днем пропитывался «Берсерком». Король Ядов отравлял его столь тонко и мастерски, а так как Джиндок Коса редко прибегал к активному использованию ци, тот ничего не замечал.

Когда Джиндок Коса в очередной раз ушел, старик спросил меня:

[— Если всё пойдет по плану, как думаешь, Аэчак явится сюда?]

[— Непременно. Согласно данным Советника Го, Аэчак и Джиндок Коса не ладят. Если он услышит, что эксперимент увенчался успехом, он захочет проверить это лично.]

[— Судя по нынешнему темпу, развязка наступит дней через десять.]

Финал был близок.

......

Следующие десять дней я посвятил исключительно Технике Защиты Тела Небесного Демона.

Иногда, когда вокруг царит хаос, удается достичь невероятного уровня сосредоточенности. Это был мой случай. В тесном и зловещем подземелье, где каждый день умирали люди, я тренировался усерднее, чем когда-либо.

Наконец, в освоении техники наметился прогресс.

Это стало плодом недавнего роста моей внутренней энергии и неустанной практики. Медленно, но верно, техника продвигалась к Величию Десяти Звёзд.

Едва достигнув девятой стадии, я почувствовал разительную перемену. Техника стала быстрее и чутче реагировать на угрозу, я ощутил с ней более глубокую связь.

Пока я тренировался, узники продолжали умирать.

Из разговоров воинов, приносивших еду, стало ясно: если нынешний опыт провалится, они планируют похищать обычных мастеров боевых искусств.

Этих людей не заботили человеческие жизни, если на кону стояли цели. Нет, они с самого начала ни в грош не ставили окружающих.

Они были воплощением абсолютного зла. В месте, подобном этому, где такие мастера, как Джиндок Коса и Аэчак, ставили тайные опыты, кто мог их остановить?

[— Искоренение подобного зла — мой путь Небесного Демона.]

Когда я упомянул об этом, Король Ядов впервые задал вопрос о грядущих поколениях:

[— А что будет после твоей смерти? Думаешь, следующий Небесный Демон поддержит этот Путь? Веришь, что кто-то вроде тебя придет вновь?]

[— К чему мне гадать о посмертном будущем? Оставшиеся сами во всём разберутся.]

[— Ты так старался выстроить новый Демонический Путь. Не будет ли обидно, если потомки всё разрушат?]

[— Вполне могут. Но это уже вне моей власти. Более того, я считаю правильным не вмешиваться в это.]

[— Неужели ты веришь, что приказы будущим поколениям сработают? Станут они нас слушать, как же. Они просто посмотрят, как мы жили. Если наш пример покажется им достойным — пойдут следом. Если нет — всё изменят.]

Точно так же, как сделал я.

......

Как и предсказывал Король Ядов, на десятый день все пленники в тюрьме были мертвы.

Остались лишь Гём Мугык и Король Ядов.

Несколько дней еду продолжали приносить, и, разумеется, мы оба не думали умирать.

Настал день, которого мы так ждали.

Наконец Аэчак спустился в подземную тюрьму вместе с Джиндок Косой. Это был первый раз, когда Аэчак, скрывавшийся в своем логове, показался на глаза.

— Действительно успех?

— Чистая правда! Гляди сам. Две удачные комбинации. Еще немного исследований — и я смогу окончательно стабилизировать формулу.

— Посмотрим.

Аэчак заглянул в отверстие в железной двери камеры, где томились Гём Мугык и Король Ядов.

Радость в его змеиных глазах мгновенно сменилась подозрением.

— Оба слишком молоды. Ты уверен, что это не действует только на юнцов?

Джиндок Коса чуть не выругался в лицо союзнику. Аэчак всегда вел себя так, но он не ожидал услышать подобный вздор в такой важный день.

— Тебе не кажется, что ты переходишь границы дозволенного?

Между ними повисло ледяное напряжение.

— Я просто предположил, не надо так ощетиниваться.

Аэчак съязвил и вновь перевел взгляд с Гём Мугыка на Короля Ядов.

«Как ни посмотрю — выглядят они слишком свежо для этой ямы».

В этот миг сердце Аэчака бешено заколотилось. Чувство опасности взревело на полную мощь. Что это? Почему на душе так тревожно?

Словно бог азарта, подменяющий карты под самым носом Призрака Игр, Король Ядов продемонстрировал пик своего мастерства прямо перед главным экспертом по ядам Альянса Отступников. Одной крохотной лазейки оказалось достаточно.

«!»

Лицо Аэчака внезапно исказилось. Через силу улыбнувшись, он шагнул к Джиндок Косе.

— Ты и правда потрудился на славу!

Как только он подошел вплотную...

Вжик!

Аэчак молниеносно выхватил меч и глубоко вонзил его в руку мастера.

Джиндок Коса не ожидал столь внезапной атаки.

Едва он попытался по инерции высвободить яд, как Аэчак стремительно ударил в его уязвимую точку, парализуя на месте.

— Ты с ума сошел?! — прокричал Джиндок Коса, пока Аэчак сжимал его горло. — Что с тобой? Отравился «Берсерком»?

Джиндок Коса решил, что Аэчак обезумел под действием препарата. Иначе не было ни одной причины нападать.

Они не могли избавиться от мастера после успеха эксперимента. Чтобы предотвратить предательство, Джиндок Коса сделал так, чтобы способ создания «Берсерка» знал только он сам. Он ничего не записывал — всё хранилось в голове. Аэчак об этом знал, и убивать его было бы чистым самоубийством.

— Противоядие! Дай мне противоядие! — внезапно Аэчак зашелся кашлем с кровью.

Его лицо почернело. Только тогда Джиндок Коса осознал, что Аэчак отравлен. Тот же, в свою очередь, ошибся, решив, что отравил его сам мастер, и перешел в контратаку.

— Сволочь! Я знал, что ты меня когда-нибудь предашь!

— Это не я! Я этого не делал!

Если бы они ладили, то могли бы спокойно оценить обстановку. Но так как они и раньше были готовы перегрызть друг другу глотки, каждый подумал на другого.

В этот момент в подземелье ворвались подчиненные обоих мастеров, ждавшие снаружи.

— Что происходит?

— Джиндок — предатель! Убейте их всех!

Люди Аэчака выхватили клинки и принялись за подчиненных Джиндок Косы. Всё произошло слишком стремительно; оглушенные вестью о предательстве лидера, отравители даже не успели применить токсины.

После того как все люди Джиндок Косы пали, бойцы Аэчака бросились к господину, но повалились один за другим.

Аэчак решил, что те применили яд, но на деле Гём Мугык беззвучно вырубил их, используя внутреннюю энергию для нажатия на точки и перекрытия кровотока, тем самым погрузив в сон. Они станут идеальными свидетелями случившегося.

И первоначальное отравление, и подавление крови проводились скрытно прямо из камеры через маленькое окошко.

Видя, как валятся его люди, Аэчак совсем обезумел от ярости.

— Проклятый изменник! Отдавай противоядие, пока я тебя не прикончил!

Аэчак крепче сжал шею Джиндок Косы. Еще одно усилие — и хребет переломится. Тот хрипел, жадно глотая воздух, и из последних сил выдавил:

— Если бы я хотел... твоей смерти... ты был бы уже мёртв.

Это была правда, и Аэчак на миг замялся. Действительно, если бы тот задумал убийство, то использовал бы яд помощнее, чтобы убить мгновенно. Не дал бы и шанса на борьбу.

В этот миг...

Фьють.

Ключ, висевший на поясе одного из павших слуг Джиндок Косы, поднялся в воздух.

Сам мастер, заметивший это первым, округлил глаза.

Ключ плавно проплыл по воздуху и вставился в замок камеры Короля Ядов.

Щёлк—!

Вздрогнув от звука, Аэчак обернулся.

Затем ключ снова пересек комнату и отпер камеру Гём Мугыка.

После второго щелчка сердца Аэчака и Джиндок Косы ушли в пятки.

Двери распахнулись, и Гём Мугык с Королем Ядов неспешно вышли в коридор.

Аэчак стоял в оцепенении. Может, это галлюцинация от яда?

Два кукловода бок о бок направились к своим «жертвам».

Джиндок Коса первым осознал истину.

— Убейте их! Это их рук дело!

Аэчак, собрав остатки воли, взмахнул мечом, метя в Гём Мугыка.

Но если бы засада не сработала прежде, как могла удаться спешная атака теперь? Меч Аэчака рассек лишь воздух; Гём Мугык, использовав Шаг Короля Преисподней, мгновенно сократил дистанцию и ударил Аэчака в уязвимую точку, парализуя его.

Аэчак смотрел на юношу, не веря глазам. До него наконец дошел масштаб катастрофы. Ему не следовало трогать Джиндок Косу.

Король Ядов подошел и вскрыл мешочек с ядом на поясе Джиндок Косы. Тот втайне ликовал.

«Трогаешь мои яды так беспечно? Ну же, подыхай!»

Разумеется, грабитель должен был погибнуть. Был бы это мешочек великого мастера, если бы любой мог так просто в него лезть?

К его печали, противник управлялся с ядами куда искуснее его самого.

Подхваченный порывом ветра, яд самого Джиндок Косы полетел прямо в лицо Аэчаку.

— Нет!

Отчаянный вопль Аэчака вскоре перерос в жуткий крик агонии.

— А-а-а-а-аргх!

Поскольку этот яд был уникальной разработкой Джиндок Косы, смерть Аэчака запишут на его счет.

А кто прикончит самого Джиндок Косу?

Рука Аэчака, сжимавшая меч, шевельнулась, словно ведомая незримой силой.

Хрясь—!

Клинок по самую рукоять ушел в грудь Джиндок Косы.

— А-а-а-а-аргх!

— У-у-ургх!

Оба мужчины одновременно закричали от невыносимой боли.

Гём Мугык подошел и с силой надавил пальцем под глазом Джиндок Косы, а затем щелкнул по переносице.

Из глаз и носа мастера брызнула кровь. В его теле и без того хватало «Берсерка», который Король Ядов подмешивал ему всё это время, так что все решат — Джиндок Коса сошел с ума от побочных эффектов и они сожрали друг друга.

— ...Почему? — прохрипел мастер ядов.

Король Ядов бросил кратко:

— Потому что твоё лекарство было дерьмовым.

Гём Мугык ничего не добавил. Он не стал поминать, что из-за наркоты Джиндок Косы люди опускались до насилия, гибли невинные, а ребенок остался круглой сиротой. Такие слова не тронули бы мастера. Его совесть не прошибить подобными речами.

Но для гордеца калибра Джиндок Косы слова Короля Ядов стали смертельной раной.

Следом Аэчак, чье лицо буквально плавилось от яда, из последних сил вытолкнул вопрос:

— ...Кто вы? Кто вы такие?!

Гём Мугык спокойно посмотрел на него и произнес вполголоса:

— Он — «Берсерк», а я — «Чёрная Королева».

Он назвал два их фирменных яда, ставшие их именами.

Аэчак хотел что-то возразить, но жизнь его оборвалась. Всего миг назад он и помыслить не мог, что умрет столь бесславно.

Когда голова Аэчака безжизненно поникла, Джиндок Коса обратился к Королю Ядов:

— ...Мне есть что сказать.

Старик подошел ближе.

Джиндок Коса прикусил щеку изнутри и плюнул кровью. Это была кровь, смешанная с мощнейшим ядом.

Плюх—!

Король Ядов небрежно блокировал плевок своим «Веером Бесконечных Мук».

Кровь стекала по вееру. В дополнение к этой новой крови на артефакте виднелось множество следов прошлых битв. Казалось, Король Ядов и не думал их отмывать, оставляя зазубрины и пятна как есть.

— Не выйдет. Твои третьесортные трюки бесполезны.

Джиндок Коса, осмеянный до самого конца, содрогнулся в приступе боли и позора, прежде чем его голова упала на грудь.

Гём Мугык молча взирал на два трупа. Их смерть значила куда больше, чем просто устранение одного из сподвижников Ярюхана.

В этот момент были спасены тысячи жизней, которые сожрал бы «Берсерк», и совершена месть за мальчика, потерявшего мать и сестру. Теперь они могли велеть Со Дэ Рёну вернуться и передать парню: месть свершилась. Скажи ему, что в глазах нашего Культа ни одно зло не остается безнаказанным. Теперь пусть живет счастливо, хотя бы ради самого себя и ради памяти о семье. Этот смысл несла в себе гибель этих людей.

Гём Мугык почтительно поклонился Королю Ядов.

— Вы отлично потрудились.

Старик перенес немало тягот в этом тесном, зловонном месте. Если сам Гём Мугык проводил время в медитациях, то для Короля Ядов, привыкшего к вольному воздуху Леса Тысячи Ядов, заточение должно было быть невыносимым.

— Терки с ядовиками всегда выходят такими накладными и грязными.

— Мне было не в тягость. Я рад, что прошел через это с вами, Король Ядов.

— Прекращай лить этот яд. Его уже предостаточно.

— Простите?

Король Ядов зашагал прочь, оставив Гём Мугыка в недоумении.

Прежде чем окончательно покинуть тюрьму, Гём Мугык запер все клетки и порывом ветра развеял технику подавления крови на спящих подчиненных Аэчака.

Мгновение спустя за спинами послышались вопли о том, что Джиндок Коса обезумел, совершил предательство, и крики о необходимости доложить верхушке. В начавшемся хаосе две фигуры бесследно растворились в ночи.