Утро... Канон ехала в школу в переполненном поезде.

Когда Химари встретила Кадзуки, её домогался извращенец, но к счастью с самой Канон такого не случалось.

Ей показалось, что возможно это из-за светлого цвета волос.

«Ну, Химари выглядит очень спокойной...»

Девушка подумала, что выглядит как старшеклассница «которая подкинет проблем, если связаться с ней».

Химари была сильной... Канон правда так думала, но с её характером она могла легко стать целью извращенцев.

«Всё-таки братику Кадзу нравятся скромные девушки... Может стоит цвет волос более тёмным сделать...»

Его подруга детства Юри тоже была достаточно скромной... С лёгкой грустью думала Канон, смотря в окно.

— Канон, доброе утро.

— Доброе.

Она вошла в класс, и прозвучал голос одноклассницы.

Рядом с её столом весело общались две девушки с ещё более светлыми волосами.

Юико и Урара.

Они познакомились во втором классе, но Канон легко нашла с ними общий язык.

У Юико были открытый лоб, а волосы Урары были собраны сбоку в хвост.

— А, Канон. Доброе утро.

— Доброе.

— Ага, доброе.

Канон положила сумку на стол, присела за него же и раговорила.

— Смотрели вчера концерт?

— Я смотрела. По шестому каналу, этот? Улыбка Иттяна настолько милая, что даже опасна.

— Точно. И он слегка запаздывал.

— Точно.

Девушки обсуждали недавно дебютировавшую группу парней-идолов.

Они обе что называются «Джонни-отаку*».

Изначально фанатела только Юико, а потом втянула и Урару.

Канон и самой понравился концерт, но такого же ажиотажа она не испытывала.

Потому она просто с улыбкой смотрела на весело общавшихся девушек.

— Что такое, Канон? Ты так улыбаешься. Настроение очень хорошее?

— Да, прямо счастливая.

— Отлично. Канон тоже подсела. Теперь будем на концерты вместе ходить.

— Нет, мне передач по телевизору достаточно. Да и денег сейчас нет.

— Вот как. Если подкопишь и передумаешь, дай знать. Я затащу тебя в это болото.

— А-ха-ха. Сообщу как желание появится, — засмеялась Канон.

На самом деле она никому не говорила, что её мать пропала.

Ни подругам, ни учителям.

Потому для одноклассников она оставалась весёлой и дружелюбной старшеклассницей.

Про пропажу её матери знали лишь семья Кадзуки, Юри и Химари.

Она никому не говорила, потому что не хотела заставлять беспокоиться.

Считала, что скоро мать должна вернуться.

Но та не вернулась, а прошёл уже почти месяц.

«Куда же она ушла... Ещё и ничего не сказала. Может ей и правда плевать на меня... Нет, нельзя так думать».

От этих мыслей хотелось плакать.

Она выкинула образ матери из головы и сосредоточилась на разговоре с подругами.

Они продолжали возбуждённо говорить «у него такая милая улыбка» и «он такой сексуальный, когда его глаза чёлка скрывает».

Канон думала о том, что они всегда такие радостные на следующий день после того, как по телевизору их любимых идолов показывают... И слегка завидовала их легкомысленности.

— Знаешь, одно его существование прекрасно.

— Согласна. Он может просто стоять и ничего не делать, а я уже чувствую: «Люблю».

От их разговора у Канон глаза округлились.

Она подумала, что это похоже на те чувства, что она испытывает сейчас.

Девушка была рада, когда Кадзуки обращал на неё внимание. Но в тоже время была счастлива, даже если он ничего не делал.

Да. Она была рада, когда он просто рядом.

Когда Канон осознала собственные чувства, мягкая боль разошлась у неё в груди.