Химари застыла перед экраном.

Держа планшет в руках, она около десяти секунд вообще не двигалась.

Её глаза точно смотрели сквозь экран.

Она видела не то, что сейчас, а то, что было...

С тех пор как Кадзуки и Канон вернулись, в груди поселилось беспокойство.

И всё из-за сказанных Канон словах.

«Братик Кадзу».

До этого она не называла его по имени, но теперь начала.

Легко понять, что дома у девушки что-то случилось.

Но спросить об этом Химари не могла.

Всё же это было их дело.

И так как она была посторонней, ей не хватало храбрости вмешаться.

Да. Они ведь кровные родственники.

Химари накрыло волной одиночества.

Между ними узы, в которые она не может вмешаться...

Это было очевидно.

Это надо было понять.

Но девушка притворилась, будто ничего не видела.

Пришла пора платить по счетам...

— ... М.

Химари замотала головой.

Не надо об этом думать.

Сейчас надо закончить картину для конкурса.

Девушка находилась здесь, потому что не отказалась от своей мечты.

С произвольной темой она уже закончила. Но с чётко обозначенной темой — всё ещё нет.

И потому...

Химари попробовала пошевелить рукой.

Но не получилось.

В голове все мысли были лишь о нём.

Взрослый мужчина, который спас её, и это вызывало в её груди непередаваемое волнение.

У него большие очки, слегка выпирающий живот, и сам он выглядит непримечательным.

Но Кадзуки очень добрый.

И этого было достаточно, чтобы Химари прониклась чувствами.

Канон она тоже любила.

Жизнерадостная, не смотрит предвзято на её рисунки и относится как ко всем.

Именно она попросила разрешить Химари остаться здесь.

За что девушка была очень благодарна и не испытывала никаких отвратительных чувств по отношению к ней.

И всё же.

Хоть Химари и любила их обоих.

Самой ей сейчас было очень больно.

От того, что испытывает эти чувства, девушка была отвратительна сама себе.