Перевод: Astarmina

— Странно, не правда ли? Если дерево не может само двигаться в поисках питательных веществ, то как оно до сих пор живо?

— Дерево само двигается?

Симона кивнула и поднялась с места. Герцог, казалось, всерьёз задумался над её словами, и на данный момент этого было достаточно.

К тому же, она уже довольно долго противостояла герцогу Иллестону и хотела наконец вернуться в комнату и отдохнуть.

Путешествие было слишком долгим и трудным, чтобы терпеть усталость.

— В любом случае, просто исполните мою просьбу, герцог. Я расскажу вам подробности, когда всё решу.

В конце концов, когда проблема будет решена, он и так всё узнает. Однако герцог по-прежнему выглядел недовольным.

— ...Но я не могу позволить вооружённым посторонним входить сюда...

Герцог Иллестон замолчал, встретив взгляд Симоны, словно говорящий: «Что за жалкий человек».

Девушка, которая ещё минуту назад мило улыбалась, теперь смотрела на него кроваво-красными глазами, безмолвно приказывая прекратить.

— Герцог, я проделала очень долгий путь, чтобы попасть сюда сегодня. Не могли бы мы отложить разговоры до того, как всё будет закончено?

— ...Хорошо.

Верно. О чём тут беспокоиться? В конце концов, если что-то пойдёт не так, Симона умрёт.

Она не посмеет делать глупости.

— Я согласен. Однако, позволь предупредить. Пока ты здесь, тебе разрешено перемещаться по особняку.

— Благодарю вас.

— Но третий этаж под строжайшим запретом.

Симона на мгновение замерла, подняв взгляд к потолку.

А, значит, там скрыты секреты герцога Иллестона.

В любом случае, она не планировала сейчас вмешиваться в это, так что ничего страшного.

Симона кивнула, показывая, что запомнит.

— Понятно. Я буду осторожна, а вы сегодня, пожалуйста, ложитесь пораньше.

«Чтобы и я могла лечь пораньше», — проглотила она последнюю фразу и поднялась, показывая добродушную улыбку.

— Герцог, не волнуйтесь. Я постараюсь вас не разочаровать. Доброй ночи.

Её вид был на удивление подозрителен для семнадцатилетней девушки.

После того как Симона покинула кабинет, герцог Иллестон, следуя её словам, приказал всем обитателям поместья лечь спать пораньше.

— Кельр, отправь запрос в гильдию искателей приключений о надёжном мечнике. Он должен прибыть в течение недели.

— Да, господин.

— И еще... — герцог Иллестон посмотрел на место, где только что стояла Симона, и обратился к дворецкому Кельру. — Узнай об этой девочке.

— Слушаюсь, господин.

Взгляд герцога Иллестона снова потемнел.

Девочка, появившаяся так неожиданно и смело заявившая, что снимет проклятие.

Пока он не мог сказать наверняка, станет ли она спасением для рода Иллестон или очередным проклятием.

«Если она хоть немного угрожает моему роду...»

Тогда он действительно избавится от неё.

***

— Вот комната, где будет проживать госпожа Симона.

— ...Комната?

У Симоны перехватило дыхание.

Это комната? Не дом?

Пространство было примерно в три раза больше, чем однокомнатная квартира, в которой жила Со Хён Чжон.

Хотя солнечный свет проникал не слишком хорошо, белый мрамор и роскошные золотые узоры сияли не хуже солнца.

Высокие потолки, три больших стеклянных окна, и между ними — просторная терраса с арочными дверями, ведущая в розарий.

Симона не могла скрыть своего восхищения.

«Я, конечно, просила обеспечить достойные условия, но это!»

А мебель? Хотя в комнате были только кровать и стол, вероятно, потому что ею раньше не пользовались, их качество не было обычным.

Кровать и стол, стулья в стиле рококо — как из «президентских люксов сверхроскошных отелей для богачей», что часто показывают в соцсетях.

Особенно кровать, на которую Симона долго смотрела, измученная путешествием, — она ещё не ложилась, но уже чувствовала, что уснёт, едва коснувшись её.

— Что-то не так? Есть какие-то проблемы?

Не успев насладиться роскошью, она обернулась на холодный голос служанки.

— Вас не устраивает эта комната?

Что с ней такое?

Тон был совершенно насмешливым.

«Подумать только, простолюдинка, нет, нищенка, посмела...»

Среди прислуги уже распространились слухи о том, как семнадцатилетняя простолюдинка осмелилась предложить сделку герцогу.

Мало того, что попросила приютить её, так ещё и потребовала лучшую гостевую комнату и питание наравне с хозяином поместья.

Служанка Кейли недовольно оглядела Симону с головы до ног.

Зловещий цвет волос и глаз, грязная и дурно пахнущая одежда, словно украденная откуда-то, и при этом такое дерзкое поведение с герцогом.

«Отвратительная некромантка, до чего же высокомерна».

Сейчас она нужна, чтобы снять проклятие с поместья, но как только поручение будет выполнено, Кейли сама сдаст её императорскому двору.

Неважно, пришла ли Симона снимать проклятие или нет — Кейли очень раздражала эта девушка-некромантка, использующая поместье по своему усмотрению.

Глядя на Кейли, Симона криво усмехнулась.

— Не устраивает? Напротив, просто замечательно.

Зачем краснеть, добравшись сюда? Ей хотелось просто не обращать внимания и лечь спать. Сил, чтобы расстраиваться из-за поведения служанки, не осталось.

Симона прошла мимо Кейли к кровати. Затем просто рухнула на неё.

— Ах, теперь заживём!

От такого бесцеремонного поведения лицо Кейли стало ещё более неприязненным. Симона лениво повернула голову к Кейли и кивнула.

— Можете идти.

Та нахмурилась, вздохнула и кивнула.

— Скоро к вам пришлют личную служанку. Отдыхайте.

«Грязная некромантка, кем себя возомнила».

Кейли поклонилась и, поворачиваясь, нарочно пробормотала это достаточно громко, чтобы Симоне услышала, но та притворилась, что не заметила, и продолжила оглядывать комнату, моргая усталыми глазами.

«Отличная комната. Сначала нужно поспать».

Как бы ни сложилась дальнейшая жизнь, сейчас главное — сон.

***

Вечером первого дня начался дворянский опыт Симоны.

Несмотря на подозрения, герцог Иллестон добросовестно выполнял условия сделки.

Когда девушка проснулась от глубокого сна и начала осматривать комнату, вошла молодая служанка её возраста с лёгкими закусками, чтобы представиться.

— А, здравствуйте... госпожа Симона...

Жизнь в поместье, видимо, была довольно тяжёлой — милое лицо с веснушками выглядело постоянно угрюмым и печальным. Служанка запиналась, здороваясь, и испуганно отводила взгляд.

Явно видно, что её заставили прийти, вытолкнув вперёд, старшие служанки.

— Я... это... с сегодняшнего дня буду прислуживать госпоже Симоне... ах, нет, заботиться о вас. Меня зовут Анна.

Она торопливо представилась и подала Симоне приготовленный чай и закуски. Это был тот же чай, что пьёт герцог.

Хотя Анна казалась пугливой и робкой, она относилась к Симоне довольно почтительно. После закусок она даже провела короткую экскурсию по поместью.

Гуляя с Анной по коридору, ведущему в сад, Симона увидела неожиданную картину.

— Здесь довольно дружелюбная атмосфера.

В саду слуги весело беседовали. Их смех был настолько искренним и чистым, что, если бы кто-то, не знающий об этом месте, увидел это, он мог бы подумать, что это поместье с лучшей атмосферой, чем у других дворян.

— Д-да. Верно.

На лице постоянно напряжённой Анны наконец появилась лёгкая улыбка.

— Все думают, что обитатели поместья Иллестон живут в мрачной и гнетущей атмосфере, но хотя правила строги, все...

Улыбка Анны мгновенно сменилась горечью.

Было бы ложью сказать, что жизнь в поместье не трудна и не страшна. Но герцог Иллестон заботился о своих людях и красиво ухаживал за садом, чтобы скрыть печаль.

Все старались создать как можно более яркую и радостную атмосферу и усердно жили.

Хотя внешние люди знали только тёмные и страшные слухи о поместье, оно всё ещё оставалось немного большим, но уютным домом для тех, кто здесь жил.

— Госпожа Симона, ужин готов. Становится прохладно, может, вернёмся в вашу комнату?

Глаза Симоны, спокойно осматривавшей сад, засверкали.

— Ужин?

— Да. Ах, он приготовлен так же, как для господина.

Симона широко улыбнулась. Это была самая яркая улыбка с момента прибытия в поместье.

В приюте, где и без того тяжёлое финансовое положение все усугублялось дискриминацией, когда она в последний раз ела что-то приличное!

«С момента попадания в этот мир, наверное, впервые?»

На глаза действительно наворачивались слёзы.

Глядя на такую Симону, Анна тайком вздохнула с облегчением.

Старшие слуги так жаловались на её плохой характер...

Анна беспокоилась, что девушка устроит скандал, если еда не будет соответствовать трапезе герцога.

Удивлённая неожиданной реакцией, Анна искоса посмотрела на Симону и продолжила идти.

***

Вскоре после возвращения в комнату стол Симоны был заставлен изысканными блюдами.

Приготовленные на пару овощи, мясной суп и даже стейк. Несмотря на проклятие и упадок, род герцога оставался родом герцога.

Еда была роскошнее и вкуснее даже по сравнению с тем, что она ела, будучи Со Хён Чжон.

Поглощая принесённые блюда, Симона обратилась к Анне, наблюдавшей за её трапезой:

— Вы сегодня потрудились, Анна.

— Ч-что?

— Я бы хотела поужинать одна, не торопясь. Вы можете идти.

— ...Что?

Анне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что её отпускают.

«Кажется, я должна хотя бы убрать после ужина...»

Поразмыслив, Анна вспомнила приказ господина лечь спать пораньше сегодня и кивнула.

— Тогда, госпожа Симона, приятного вечера.

Прощаясь, Анна, выходя из комнаты, искоса взглянула на Симону.

Неужели действительно у этой маленькой, худенькой девушки есть такая страшная сила?

Трудно поверить, что эта девушка, которая радостно улыбается и с удовольствием ест, обладает зловещей силой смерти, о которой ходят легенды, и даже видит то, чего не может видеть обычный человек.

«Совершенно не верится».

Однако Анна быстро отвела взгляд от Симоны и тихо вышла из комнаты.

Она хорошо знала, что лучше не узнавать о ней больше.

Стук!

После того как дверь закрылась и в комнате стало тихо, Симона заперла её и вернулась к еде.

Солнце уже зашло, наступила ночь.

К тому времени, когда Симона закончила ужин, комната стала настолько тёмной, что даже свеча, оставленная Анной, не справлялась с мраком.

«Пора бы уже появиться...»

Симона смотрела на дверь, держа в руке нож, которым разрезала стейк.

Так прошёл час, два.

В тот момент, когда она на мгновение повернула голову к окну...

Тук-тук.

Кто-то бесшумно подошёл и постучал в дверь.